﻿ 

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-8268/2019(1)-АК

Дело №А60-15365/2017

02 сентября 2019 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 августа 2019 года.

 

Постановление в полном объеме изготовлено 02 сентября 2019 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей                               Васевой Е.Е., Даниловой И.П., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Филиппенко Р.М., 

при участии:

от лица, в отношении которого совершена оспоримая сделка, Тишлеевой Анны Валерьевны: Тишлеева А.В. (паспорт), Петленко Н.В. (паспорт, устное ходатайство);

от прокуратуры Свердловской области: Костицына Е.С. (удостоверение);

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу лица, в отношении которого совершена оспоримая сделка, Тишлеевой Анны Валерьевны 

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 09 мая 2019 года 

об удовлетворении заявления финансового управляющего должника о признании недействительными сделки по перечислению со счета должника в период с 20.05.2014 по 20.10.2015, с 24.06.2014 по 20.08.2014, с 19.06.2015 по 21.08.2015 денежных средств в пользу Тишлеевой Анны Владимировны в размере 2 065 300 руб.,

вынесенное судьей Берсеневой Е.И. 

в рамках дела № А60-15365/2017                                                                     

о признании несостоятельным (банкротом) Тишлеева Алексея Валерьевича

третьи лица: Управление социальной политики по Железнодорожному району г.Екатеринбурга, прокуратура Железнодорожного района г.Екатеринбурга 

 

установил:

03.04.2017 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной ИФНС России №19 по Свердловской области (далее – уполномоченный орган) о признании индивидуального предпринимателя Тишлеева Алексея Васильевича (далее – Тишлеев А.В., должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 18.07.2017, после устранения обстоятельств, явившихся основанием для оставления заявления без движения, указанное заявление принято к производству суда, возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Определением от 12.01.2018 (резолютивная часть от 28.12.2017) заявление уполномоченного органа признано обоснованным, в отношении Тишлеева А.В. введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утвержден Морозов Алексей Николаевич (далее – Морозов А.Н., финансовый управляющий), являющийся членом Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Стратегия».

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации опубликовано в газете «Коммерсантъ» 27.01.2018.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 16.06.2018 (резолютивная часть от 08.06.2018) Тишлеев А.В. признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден Морозов А.Н. 

06.07.2018 финансовый управляющий Морозов А.Н. обратился в суд с заявлением о признании недействительными сделками платежей должника, совершенных им в пользу Тишлеевой Анны Валерьевны (далее – Тишлеева А.В.) в общей сумме 2 065 300 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.05.2019 (резолютивная часть от 19.04.2019) заявление финансового управляющего удовлетворено, судом признаны недействительными сделками перечисление со счета должника в период 20.05.2014 по 20.10.2015 в пользу Тишлеевой А.В. денежных средств в сумме 2 065 300 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания 2 065 300 руб. с Тишлеевой А.В. в конкурсную массу Тишлеева А.В.

Не согласившись с вынесенным определением, Тишлеева А.В. обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее заявитель указывает на то, что судом не принято во внимание то, что спорные платежи были совершены в отсутствие признаков неплатежеспособности должника, а о наличии отдельных долгов и имевшихся у должника обязательств Тишлеева А.В. не знала и не могла знать, т.к. брачные отношения между супругами фактически прекратились, а в дальнейшем состоялось и юридическое расторжение брака. Считает, что спорные платежи верно квалифицированы судом как алиментные, однако полагает ошибочным вывод суда о направленности данных платежей на причинение имущественного вреда кредиторам; алименты выплачивались должником на основании устной договоренности супругов о содержании совместных детей. Поясняет, что должник хоть и нерегулярно, но выполнял свои обязательства в соответствии с достигнутой договоренностью. Указывает, что на основании устного соглашения о размере алиментов должник выплачивала алименты в меньшем размере, нежели они могли быть установлены в судебном порядке исходя из его доходов; апеллянтом также приведен расчет, согласно которому, выплаченный размер алиментов должником существенно меньше размера, который был бы установлен судом в порядке статьи 81 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ). Также приводит доводы относительно доказанности ответчиком несения расходов на содержание и нужды несовершеннолетних детей, их оздоровление и дополнительное развитие. Обращает внимание, что порядок и форма соглашения об уплате алиментов устанавливается родителями самостоятельно, в связи с чем, его нотариальная форма не требуется; полагает, что выплаченные суммы алиментов не могут быть истребованы обратно и что указанные платежи не могут быть оспорены на основании части 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон).

До начала судебного заседания от Управления социальной политики по Железнодорожному району г.Екатеринбурга поступило ходатайство, согласно которому заявитель просит рассмотреть жалобу с учетом интересов несовершеннолетних детей.

От прокуратуры Свердловской области поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому поддерживает доводы Тишлеевой А.В., изложенные в апелляционной жалобе.

От финансового управляющего Морозова А.Н. поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому он просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Участвующие в судебном заседании Тишлеева А.В. и ее представитель на доводах, изложенных в жалобе, настаивали в полном объеме.

Представитель прокуратуры Свердловской области позицию заявителя жалобы и доводы, изложенные в своем письменном отзыве на апелляционную жалобу, поддержал.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ. 

Как установлено судом и следует из материалов дела, должник Тишлеев А.В. в период с 11.10.2009 по 10.01.2017 состоял в брачных отношениях с Тишлеевой А.В. Супруги Тишлеевы имеют двоих несовершеннолетних детей (Тишлеев Иван, 27.07.2010 г.рожд. и Тишлеев Сергий, 31.01.2014 г.рожд.); у Тишлеевой А.В. имеется также старший ребенок от первого брака.

На основании определения суда от 18.07.2017 возбуждено настоящее дело о банкротстве, определением от 12.01.2018 в отношении Тишлеева А.В. введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 16.06.2018 Тишлеев А.В. признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден Морозов А.Н.

В ходе указанной процедуры финансовым управляющим было установлено, что в период с 20.05.2014 по 20.10.2015 со счетов должника в адрес Тишлеевой А.В. были перечислены денежные средства в общей сумме 2 065 300 руб.

Полагая, что указанные платежи были совершены должником в пользу заинтересованного лица, в период неплатежеспособности с целью причинения имущественного вреда кредиторам, финансовый управляющий обратился в суд с настоящим заявлением об оспаривании указанных платежей на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Суд первой инстанции, установив, что указанные платежи осуществлялись в рамках устного соглашения между бывшими супругами по уплате алиментов на двоих несовершеннолетних детей, указав на то, что в материалах дела отсутствуют достаточные доказательства расходования указанных денежных средств на содержание детей, а также что в указанный период между должником и ответчиком были заключены ряд договоров дарения, по которым было отчуждено недвижимое имущество должника, признал указанные платежи недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, применив последствия недействительности сделки в виде взыскания  с Тишлеевой А.В. денежных средств в сумме 2 065 300 руб. в конкурсную массу должника.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального права, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или статье 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в самом Законе.

Пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 статьи 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ).

Поскольку указанные платежи были совершены в период с 20.05.2014 по 20.10.2015, то часть платежей, совершенных с 20.05.2014 до 01.10.2015, могли быть оспорены только на основании статьи 10 ГК РФ, а часть платежей, совершенных с 01.10.2015 по 20.10.2015 (два платежа от 16.10.2015 на сумму 16 550 руб. и от 20.10.2015 на сумму 69 000 руб.) финансовый управляющий мог оспорить по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, апелляционной коллегией принято во внимание то, что все платежи совершались с единой целью – уплата алиментов по устному соглашению бывших супругов, что установлено судом, следует из материалов дела и лицами, участвующими в деле, не оспаривается. При таких обстоятельствах, исходя из фактического назначения платежей (вида сделок, которые не связаны с осуществлением какой-либо предпринимательской деятельности), необходимости единообразного подхода к рассмотрению спорных платежей и в целях их всестороннего исследования, принимая во внимание незначительный период (20 дней), приходящийся на возможность оспаривания платежей по специальным основаниям, указанным в Законе о банкротстве, и количество платежей, совершенных после 01.10.2015 (2 платежа из 22 оспариваемых платежей), проверку законности оспариваемых платежей следует производить на предмет их соответствия положениям статьи 10 ГК РФ.

Вывод суда первой инстанции относительно того, что указанные платежи могут быть оспорены по основаниям, указанным в статье 61.2 Закона о банкротстве, в силу того, что были совершены до 01.10.2015, основан на ошибочном толковании норм права, а именно статьи 213.32 Закона. Кроме того, 4 платежа (от 20.05.2014, 21.05.2014, 24.06.2014 и 02.07.2014) были совершены до 18.07.2014, т.е. за пределами периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

По общему правилу, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Материалами дела подтверждается, что стороны оспариваемых сделок – платежей в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве являются заинтересованными по отношению друг к другу лицами (бывшими супругами).

В период брака у должника и Тишлеевой А.В. рождены двое детей: Тишлеев Иван Алексеевич (27.07.2010 года рождения) и Тишлеев Сергий Алексеевич (31.01.2014 года рождения). 

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, финансовый управляющий указал, что спорные платежи являются недействительными сделками, поскольку в момент их совершения должник обладал признаками неплатежеспособности, в силу наличия неисполненных обязательств перед бюджетом, публичным акционерным обществом «Уралтрансбанк» (далее – общество «Уралтрансбанк»), закрытым акционерным обществом «Торговый дом «Бовид» (далее – общество ТД «Бовид»), обществом с ограниченной ответственностью «Автовиа» (далее – общество «Автовиа») и акционерным обществом «Юникредитбанк» (далее – общество «Юникредитбанк»). 

В письменных возражениях финансовый управляющий также указал, что какое-либо соглашение об уплате алиментов не представлено и никаких свидетельств заключения такого соглашения не имеется, при этом соглашение об уплате алиментов должно заключаться в письменной форме и иметь нотариальное удостоверение, а несоблюдение установленной формы соглашения влечет за собой его ничтожность; размер задолженности по алиментам может быть установлен только посредством судебного разбирательства; назначение платежей, особенно 4-х платежей с назначением «по договору займа», а также факт перечисления денежных средств на счет банковской карты ответчика не свидетельствуют выполнение должником своих обязанностей по содержанию детей.

Суд первой инстанции, принимая во внимание отсутствие в материалах дела соглашения между Тишлеевыми об уплате алиментов, отсутствие у спорных платежей какого-либо назначения и наличие у 4-х платежей назначения «по договору займа» и представление ответчиком недостаточных, по мнению суда, доказательств расходования полученных от должника денежных средств на содержание детей, согласился с позицией финансового управляющего о наличии оснований для признания всех спорных платежей недействительными сделками.

Вместе с тем, при вынесении судебного акта, судом первой инстанции не было принято во внимание следующее.

Должник и ответчик Тишлеева А.В. имеют двух несовершеннолетних детей. На момент возбуждения дела о банкротстве должник проживал в г.Сухой Лог Свердловской области (зарегистрирован с марта 2002 года), а ответчик – в г.Екатеринбруге; несовершеннолетние дети проживают со своей матерью Тишлеевой А.В.

Как поясняла Тишлеева А.В. в суде первой инстанции и в суде апелляционной инстанции, фактически брачные отношения между ней и должником прекратились еще в январе 2014 года, после рождения второго сына Тишлеев ушел из семьи; в конце февраля – начале марта 2014 года Тишлеевы достигли устной договоренности о порядке содержания совместных детей; согласно данному соглашению должник принял на себя обязанность производить уплату алиментов по 35 000 руб. на каждого ребенка в период нахождения Тишлеевой А.В. в отпуске по уходу за ребенком и до достижения младшим сыном 3-летнего возраста (т.е. до 31.01.2017), в период с 01.02.2017 и до достижения детьми совершеннолетия должник обязался выплачивать на каждого ребенка по 25 000 руб.; Тишлеев хотя не регулярно, но производил уплату алиментов, перечисляя денежные средства на карту Тишлеевой А.В.

То обстоятельство, что должник Тишлеев А.В. не проживал со своей семьей, а только периодически навещал детей, подтвердила и допрошенная в суде первой инстанции свидетель Изикеева М.М., работавшая няней детей Тишлеевых (аудиопротокол судебного заседания от 05.12.2018).

Доказательства того, что после января 2014 года должник и ответчик Тишлеева А.В. продолжали ведение совместного хозяйства, в материалах дела отсутствуют (статья 65 АПК РФ).

При этом следует отметить, отсутствие доказательств иных фактических брачных отношений у должника Тишлеева либо у ответчика Тишлеевой А.В., на что обратил внимание суд первой инстанции, еще не свидетельствует о том, что брачные отношения сохранялись между самими Тишлеевыми.

Тишлеева А.В. также поясняла, что поскольку с должником у нее была достигнута договоренность по вопросу о содержании детей и официальное расторжение брака не являлось для нее первоочередной задачей, сам брак с Тишлеевым был расторгнут позднее на основании решения мирового судьи от 01.12.2016, а запись акта о расторжении брака внесена в июне 2017 года (л.д.42 т.1).

Данное объяснение причины расхождения дат фактического прекращения брачных отношений и официального расторжения брака судебная коллегия оценивает как допустимое и логичное, не противоречащее имеющимся в деле доказательствам и соответствующее обычному поведению бывших супругов в отсутствие конфликта между ними.

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции полагает необходимым исходить из следующих обстоятельств: после фактического прекращения брачных отношений супруги Тишлеевы между собой достигли устной договоренности по вопросу о порядке и размере уплаты Тишлеевым алиментов на содержание двух совместных несовершеннолетних детей, данная договоренность была достигнута не позднее мая 2014 года (месяц совершения первого спорного платежа) и должник в период с мая 2014 года по октябрь 2015 года посредством совершения спорных платежей производил уплату алиментов.  

Согласно статье 99 СК РФ соглашение об уплате алиментов (размере, условиях и порядке выплаты алиментов) заключается между лицом, обязанным уплачивать алименты, и их получателем.

В соответствии со статьей 103 СК РФ размер алиментов, уплачиваемых по соглашению об уплате алиментов, определяется сторонами в этом соглашении. Размер алиментов, устанавливаемый по соглашению об уплате алиментов на несовершеннолетних детей, не может быть ниже размера алиментов, которые они могли бы получить при взыскании алиментов в судебном порядке (статья 81 СК РФ).

В силу пункта 1 статьи 100 СК РФ соглашение об уплате алиментов заключается в письменной форме и подлежит нотариальному удостоверению.

Согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 100 СК РФ (в редакции, действующей на момент достижения соглашения между супругами Тишлеевыми) несоблюдение установленной законом формы соглашения об уплате алиментов влечет за собой последствия, предусмотренные пунктом 1 статьи 165 ГК РФ.

Согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 100 СК РФ (в редакции Федерального закона от 13.07.2015 №240-ФЗ) несоблюдение установленной законом формы соглашения об уплате алиментов влечет за собой последствия, предусмотренные пунктом 3 статьи 163 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 3 статьи 163 ГК РФ если нотариальное удостоверение сделки в соответствии с пунктом 2 указанной статьи является обязательным, несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее ничтожность.

Между тем, по смыслу статьи 116 СК РФ, которая нарушение нотариальной формы алиментного соглашения не предусматривает в качестве основания для истребования уплаченных алиментов обратно, основания для взыскания уплаченных в качестве алиментов денежных средств только в случае нарушения формы соглашения об уплате алиментов отсутствуют. Перечисленные в статье 116 СК РФ основания для обратного взыскания алиментов представляют собой закрытый перечень.

Следовательно, отсутствие письменного соглашения, а равно несоблюдение нотариальной формы алиментного соглашения, само по себе не является основанием для признания оспариваемых платежей недействительными сделками. 

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 25.12.2018 №48), внесудебное соглашение об уплате алиментов может быть признано недействительным по заявлению финансового управляющего, кредиторов должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, в той части, в которой предоставление, причитающееся получателю алиментов, превосходит его разумно достаточные потребности, чем причиняется ущерб интересам иных кредиторов (статья 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170 ГК РФ). Соответствующее заявление подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве. Заявления о признании недействительными соглашений об уплате алиментов по иным основаниям подлежат рассмотрению в исковом порядке судами общей юрисдикции с соблюдением правил подсудности; соответствующий иск может быть подан, в частности, финансовым управляющим от имени должника.

Таким образом, оспаривание перечислений должника на содержание своих несовершеннолетних детей по устному соглашению между супругами производится аналогично оспариванию внесудебного соглашения об уплате алиментов.

Согласно тому же пункту 12 постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 №48, разрешая вопрос о недействительности соглашения об уплате алиментов по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов, арбитражный суд проверяет, была ли направлена сделка на достижение противоправных целей в момент ее совершения.

Если же негативные последствия для кредиторов возникли впоследствии, например, по причине ухудшения имущественного положения гражданина-должника и возникшего в связи с этим существенного дисбаланса между правами кредиторов и правами получателя алиментов, должник, финансовый управляющий его имуществом, кредиторы должника, чьи требования признаны обоснованными арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, вправе предъявить иск об изменении или о расторжении соглашения об уплате алиментов (пункт 4 статьи 101 СК РФ). Такой иск подлежит рассмотрению судом общей юрисдикции с соблюдением правил подсудности. К участию в деле привлекается финансовый управляющий. Все кредиторы должника, требования которых заявлены в деле о банкротстве, вправе принять участие в рассмотрении указанного иска в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора (статья 43 ГПК РФ).

Как указано выше, в период не позднее мая 2014 года супруги Тишлеевы достигли соглашения о порядке и размерах уплаты алиментов на двух несовершеннолетних детей.

Как указывает ответчик, Тишлеевы достигли соглашения о том, что в период до 31.01.2017 (т.е. до достижения младшим сыном 3-летнего возраста и нахождения супруги в отпуске по уходу за ребенком) Тишлеев производит уплату алиментов размере 70 000 руб. в месяц (по 35 000 руб. на каждого ребенка), с 01.02.2017 и до совершеннолетия детей – выплачивает 50 000 руб. месяц (по 25 000 руб. на каждого ребенка).

Исходя из сумм спорных платежей и дат их совершения, усматривается, что должник производил уплату алиментов в целом в пределах достигнутой договоренности о размере алиментов, хотя платежи осуществлялись им нерегулярно и разными суммами.

Финансовый управляющий указывает, что на момент оспариваемых сделок, должник Тишлеев имел признаки неплатежеспособности.

Между тем, данное утверждение, с чем согласился и суд первой инстанции, не находит своего подтверждения в материалах дела.

Из материалов дела следует, что согласно мировому соглашению, утвержденному определением Сухоложского городского суда Свердловской области от 22.08.2014 по иску общества «Уралтрансбанк» о взыскании задолженности по кредитным соглашениям от 01.02.2012 №14-12 и от 29.06.2012 №79-12 с основного заемщика Тишлеева А.В. и залогодателя Констатиновой Л.А., был установлен новый график погашения задолженности, предусматривающий выплату ежемесячных платежей по 200 000 руб. ежемесячно начиная с 30.09.2014 по 31.08.2016; обязательства были обеспечены залоговым имуществом на общую залоговую стоимость 5 109 000 руб. (л.д.44-51 т.1). При этом заявление о выдаче исполнительного листа было подано банком только 19.01.2016.

Согласно решению Арбитражного суда Свердловской области от 10.05.2016 №А60-7012/2016 обязательства Тишлеева А.В. перед обществом «Автовиа» возникли по договорам поставки от 08.10.2014 №76/А и от 25.05.2015 №98/А за поставленный в период октябрь 2014 года – октябрь 2015 года товар, при чем товар был поставлен на общую сумму более 10 млн руб., а оставшаяся непогашенной задолженность по основному долгу составила чуть более 2 млн руб.

Согласно решению Арбитражного суда Свердловской области от 10.05.2016 по делу №А60-10155/2016 задолженность Тишлеева А.В. перед обществом ТД «Бовид» составила менее 170 тыс.руб. по основному долгу, при этом просрочки в платежах, исходя из расчета неустойки, имели место в период с 26.10.2015 года.

Исходя из определения арбитражного суда от 01.08.2018 по настоящему делу задолженность Тишлеева А.В. перед обществом «Юникредитбанк» возникла на основании кредитного договора на приобретение автомобиля (марки Nissan Patrol), исполнение обязательств по которому обеспечивалось залогом этого автомобиля. Оставшаяся задолженность по кредитному договору (порядка 900 тыс.руб.) была взыскана решением Сухоложского городского суда Свердловской области от 13.12.2016 по делу №2-1333/2016.

При этом, согласно сведениям ФНС России в базе данных уполномоченного органа имеется информация о доходах Тишлеева А.В. в 2010 году в размере 1 841 112 руб., в 2011 году в размере 366 971 руб., в  2012 году в размере 12 735 183 руб., в 2013 году в размере 10 825 185 руб., в 2014 году в размере 9 992 080 руб., в 2015 году в размере 14 992 888 руб., в 2016 и 2017 года в размере 0,00 руб. (л.д.18 т.1).

Приведенные выше сведения позволяют суду апелляционной инстанции прийти к выводу о том, что до осени 2015 года должник осуществлял исполнение своих обязательств, полученные им доходы позволяли исполнять денежные обязательства; частично денежные обязательства продолжали исполняться должником и после октября 2015 года. 

При этом наличие некоторых задолженностей не могло свидетельствовать о наличии у Тишлеева А.В. в период совершения им в пользу Тишлеевой А.В. оспариваемых платежей признаков неплатежеспособности, как обусловленное недостаточностью денежных средств. 

Иное суду апелляционной инстанции в рамках настоящего обособленного спора не доказано (статья 65 АПК РФ).

Таким образом, признаки неплатежеспособности в момент  совершения оспариваемых платежей отсутствуют. Указанные признаки возникли, исходя из вышеуказанных судебных актов, начиная с конца 2015 года – начала 2016 года, то есть за пределами оспариваемых платежей.

Как указано выше, в силу разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 №48, если же негативные последствия для кредиторов возникли впоследствии, например, по причине ухудшения имущественного положения гражданина-должника и возникшего в связи с этим существенного дисбаланса между правами кредиторов и правами получателя алиментов, должник, финансовый управляющий его имуществом, кредиторы должника, чьи требования признаны обоснованными арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, вправе предъявить иск об изменении или о расторжении соглашения об уплате алиментов (пункт 4 статьи 101 СК РФ). Такой иск подлежит рассмотрению судом общей юрисдикции с соблюдением правил подсудности. К участию в деле привлекается финансовый управляющий. Все кредиторы должника, требования которых заявлены в деле о банкротстве, вправе принять участие в рассмотрении указанного иска в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора (статья 43 ГПК РФ).

В том же порядке должник, финансовый управляющий его имуществом, кредиторы должника, чьи требования признаны обоснованными арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, вправе предъявить иски об изменении установленного судом размера алиментов или об освобождении от уплаты алиментов, об освобождении от уплаты задолженности по алиментам и (или) задолженности по уплате неустойки за несвоевременную уплату алиментов (статьи 114, 119 СК РФ).

Судом апелляционной инстанции принимается во внимание также следующее.

Согласно статье 81 СК РФ при отсутствии соглашения об уплате алиментов алименты на несовершеннолетних детей взыскиваются судом с их родителей ежемесячно в размере: на одного ребенка - одной четверти, на двух детей - одной трети, на трех и более детей - половины заработка и (или) иного дохода родителей.

В рассматриваемой ситуации размер алиментов, выплачиваемый должником по соглашению с Тишлеевой А.В., составлял 35 000 руб. в месяц на одного ребенка до достижения младшего трехлетнего возраста (31.01.2017), а после – по 25 000 руб. на ребенка. 

В отсутствии спорного соглашения об уплате алиментов должник, исходя из его доходов, указанных в справке ФНС России от 23.01.2018, мог быть обязан к уплате алиментов на содержание детей ежемесячно от 277 557 руб. до 414 524 руб. 

Таким образом, размер установленных устным соглашением и фактически полученных алиментов (менее 8-9% от дохода должника) существенно меньше законного размера алиментов, на который могла претендовать Тишлеева А.В. в случае взыскания алиментов в судебном порядке, что само по себе опровергает довод финансового управляющего о причинении вреда кредиторам и намерении причинить вред кредиторам.

Полученные алименты сопоставимы с суммой денежных средств, необходимых для поддержания достойного и привычного уровня жизни, материального обеспечения и удовлетворения разумных потребностей двух детей.

При таких обстоятельствах, финансовым управляющим не доказана совокупность обстоятельств, свидетельствующая о недействительности сделки по перечислению денежных средств, применительно к статье 10 ГК РФ.

Особенность спора о признании недействительным алиментного соглашения или признании недействительными платежей по уплате алиментов состоит в том, что интересам кредиторов в возврате долга не противопоставляется запрещенный законом интерес должника в уклонении от исполнения принятых на себя обязательств (в связи с чем отсутствует и признак сокрытия имущества), а противопоставляются интересы детей как кредитором должника по алиментному соглашению.

Разрешая вопрос о допустимости оспаривания перечислений должником денежных средств в пользу его бывшей супруги на содержание их совместных детей, необходимо, так же как и при оспаривании алиментного соглашения, соотнести две правовые ценности: права ребенка на уровень жизни, необходимый для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития (статья 27 Конвенции о правах ребенка от 20.11.1989), с одной стороны, и закрепленное в статьях 307 и 309 ГК РФ право кредитора по гражданско-правовому обязательству получить от должника надлежащее исполнение, с другой стороны, - и установления между названными ценностями баланса.

При этом под соответствующим балансом не может пониматься равенство интересов детей как кредиторов по алиментам и обычных гражданско-правовых кредиторов. Коль скоро Российская Федерация является социальным государством (часть 1 статьи 7 Конституции Российской Федерации), под защитой которого находятся материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации), интересы беременной супруги и детей имеют приоритетное значение по отношению к обычным кредиторам. Равным образом данный вывод следует из положений пунктов 2 и 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве, согласно которым алиментные требования к гражданину-банкроту в отличие от иных требований подлежат первоочередному удовлетворению.

Следовательно, недействительность оспариваемого перечисления денежных средств в пользу супруги (бывшей супруги) должника на содержание детей применительно к делу о банкротстве сама по себе не может быть обоснована через ссылку на ухудшение данной сделкой положения кредиторов по обязательствам с более низкой очередностью удовлетворения.

Для квалификации такой сделки в качестве недействительной необходимо установить, что согласованный (бывшими) супругами размер алиментов носил явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина. При этом необходимо исходить не из относительного (процентного) показателя согласованного сторонами размера алиментов, а из абсолютной величины денежных средств, выделенных ребенку (для чего необходимо установить уровень доходов плательщика алиментов). В случае если такая сумма явно превышает разумно достаточные потребности ребенка в материальном содержании (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 №11-П), то соглашение может быть признано недействительным в части такого превышения, но в любом случае с сохранением в силе соглашения в той части, которая была бы взыскана при установлении алиментов в судебном порядке (статья 81 СК РФ). Если же признак явного превышения размером алиментов уровня, достаточного для удовлетворения разумных потребностей ребенка, не доказан, то такое соглашение не может быть квалифицировано в качестве причиняющего вред остальным кредиторам должника.

Данный правовой подход сформулирован в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.10.2017 №310-ЭС17-9405(1,2) по делу №А09-2730/2016.

В материалы настоящего дела представлены достаточные доказательства того, что ответчик Тишлеева А.В. расходовала полученные от должника денежные средства на обучение (в том числе дополнительное), физическое развитие детей, их медицинское обслуживание, оздоровление (включая поездки на море в страны Россия, Греция, Турция, Кипр в 2014 и 2015 годах и позднее) (л.д.8-10, 11-16, 17-19, 20-47, 87, 92 т.2). Кроме того, нормальной потребностью детей является ежедневное здоровое питание, дети практически ежегодно нуждаются в смене сезонной одежды, обуви; для нормального развития детей необходимо приобретать игровой и спортивный инвентарь и различные принадлежности.

Доказательства того, что необходимые расходы на содержание детей нес должник (приобретал питание, одежду, детскую мебель, игрушки, производил оплату обучения, лечения и т.д.), в материалах дела отсутствуют (статья 65 АПК РФ).

Таким образом, следует признать обоснованным утверждение ответчика Тишлеевой А.В. все расходы на обеспечение ежедневных жизненных потребностей детей несла именно Тишлеева А.В., поскольку несовершеннолетние дети проживают с ней.

Ссылка финансового управляющего на назначение 4-х платежей как «по договору займа» судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку данные платежи были зачислены на те же счета карточные счета Тишлеевой А.В., что и иные платежи, а при получении СМС-информирования о поступлении денежных средств ответчик мог и не знать об отличиях в назначении платежей; иные спорные платежи совершены с значением «зачисление на счет», «интернет-платеж для зачисления на счет».

Совершение между должником и ответчиком Тишлеевой А.В. иных сделок, которые также оспариваются финансовым управляющим, в данном случае правового значения не имеет, поскольку как указано выше, при оспаривании алиментного соглашения или совершенных в счет уплаты алиментов платежей интересам кредиторов по гражданско-правовым обязательствам противопоставляются интересы и права ребенка (детей) на уровень жизни, необходимый для его (их) физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отмены определения Арбитражного суда Свердловской области от 09.05.2019  в связи с несоответствием выводов суда первой инстанции, обстоятельствам дела и неправильным применением норм материального права (пункт 3 части 1 статьи 270 АПК РФ, пункт 2 части 2 статьи 270 АПК РФ).

Поскольку при принятии заявления об оспаривании сделки, финансовому управляющему была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины, в силу положений пункта 1 статьи 110 АПК РФ, с должника в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 6 000 руб., а также в пользу Тишлеевой А.В. подлежат возмещению 3 000 руб. в качестве расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 266, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 09 мая 2019 года по делу № А60-15365/2017 отменить.

В удовлетворении требований финансового управляющего Морозова А.Н. о признании недействительными сделки по перечислению со счета должника в период с 20.05.2014 по 20.10.2015 в пользу Тишлеевой Анны Валерьевны денежных средств в размере 2 065 300 руб. отказать.

Взыскать за счет конкурсной массы должника Тишлеева Алексея Васильевича в доход федерального бюджета государственную пошлину по заявлению в размере 6 000 (Шесть тысяч) рублей. 

Взыскать за счет конкурсной массы должника Тишлеева Алексея Васильевича в пользу Тишлеевой Анны Валерьевны расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в размере 3 000 (Три тысячи) рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области. 

 

 

Председательствующий

 

Т.С. Нилогова

Судьи

 

Е.Е. Васева 

 

 

И.П. Данилова