ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Санкт-Петербург

28 сентября 2022 года

Дело №А56-32189/2018/з.4

Резолютивная часть постановления объявлена 20 сентября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 28 сентября 2022 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи М.Г. Титовой,

судей М.В. Тарасовой, И.Ю. Тойвонена, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

 

при участии:

от ООО «Юридическое агентство «Алтара «Северо-Запад» - представителя ФИО2 (доверенность от 01.01.2021), 

от ФИО3 – представителя ФИО4 (доверенность от 12.12.2021), 

от ФИО5 – представителя ФИО4 (доверенность от 16.02.2022), 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-21048/2022, 13АП-21050/2022) конкурсного управляющего ООО «Древпром» ФИО6 и ФИО3 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.06.2022 по обособленному спору А56-32189/2018/з.4 (судья Заварзина М.А.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ООО «Древпром» ФИО6, о привлечении ФИО5 и ФИО3 к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Древпром», 

 

установил:

ООО «Полиграфмеханика» обратилось в Арбитражный суд города Санкт – Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «Древпром» (далее – должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 15.06.2018 заявление ООО «Полиграфмеханика» признано обоснованным, в отношении ООО «Древпром» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7. 

Решением суда 29.11.2018 в отношении ООО «Древпром» открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6. 

В суд обратился конкурсный управляющий с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО3 (далее - ответчики), в котором последний просил взыскать солидарно с ответчиков в пользу должника денежные средства в размере 10 903 815,07 рублей.

Определением суда от 10.06.2022 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично: суд установил наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Древпром» ФИО3, приостановив производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами; в удовлетворении заявления к ФИО5 отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий и ФИО3 обратились с апелляционными жалобами на определение от 10.06.2022.

Конкурсный управляющий, ссылаясь неполное выяснение обстоятельств дела, просит определение суда от 10.06.2022 в части отказа в удовлетворении требований к ФИО5 отменить, принять по спору в указанной части новый судебный акт о наличии оснований для привлечения ее к субсидиарной ответственности. В обоснование конкурсный управляющий настаивает на том, что при расчете срока исковой давности по требованиям, предъявленным к ФИО5, должно быть учтено, что такие основания обнаружены только в процессе анализа банковских проводок и оспаривания сделок должника. ФИО5 не доказала наличие реальности исполнения сделок, что послужило причиной несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам.

ФИО3 в апелляционной жалобе просит отменить определение от 10.06.2022 в части привлечения его к субсидиарной ответственности и в этой части принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности. Апеллянт ссылается на то, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права; не применил закон, подлежащий применению; неправильно установил юридически значимые обстоятельства по делу; вынес судебный акт при отсутствии доказательств по делу. В части отказа в удовлетворении требований к ФИО5 по существу принятого решения апеллянт согласен, однако считает, что в мотивировочной части допущена ошибка при применении норм материального права. Кроме того, судом не установлено начало течения годичного и трехгодичного сроков исковой давности. 

В обоснование жалобы ФИО3 полагает, что непринятое судом заявление о привлечении его к субсидиарной ответственности от 11.02.2020 не может учитываться как юридический факт, с которого исчисляются сроки давности; заявленные конкурсным управляющим 22.03.2022 «уточнения» содержат новые требования по новым основаниям, предъявленные к ФИО5, что заслуживает внимание при исчислении сроков давности; суд первой инстанции ошибочно применил статьи 61.11, 61.12, и пункт 5 статьи 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) при рассмотрении требований к ФИО5, тогда как применению подлежали положения статей 9 и 10 Закона о банкротстве в редакции от 07.05.2013; срок исковой давности по требованию к ФИО3 следует исчислять с 03.12.2018, что не отражено в обжалуемом судебном акте; сама по себе непередача документов конкурсному управляющему не является безусловным и достаточным основанием для привлечения ФИО3 к ответственности; суд ошибочно принял во внимание данные бухгалтерского баланса вопреки выводам, изложенным в финансовом анализе; расчет стоимости чистых активов не представлен конкурсным управляющим; судом необоснованно не приняты во внимание низкие итоги деятельности конкурсного управляющего за период осуществления его полномочий; основная часть истребованных судом в определении от 25.04.2019 документов не имеет правового значения либо не влияет на формирование конкурсной массы; к ФИО3 не может быть применена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, возникшим в период с 14.09.2016 по 19.12.2016 до момента назначения на должность руководителя должника, вина в непогашении данных требований не установлена; суд не рассмотрел ходатайство ФИО3 о применении срока исковой давности в отношении требований информированного кредитора в порядке пункта 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление №53).

В отзыве ФИО5 доводы ФИО3 полностью поддерживает.

В судебном заседании представитель ФИО5 и ФИО3 поддержала требование об отмене принятого судебного акта от 10.06.2022 по доводам апелляционной жалобы, настаивал на отсутствии оснований для привлечения обоих ответчиков к субсидиарной ответственности.

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в отсутствие конкурсного управляющего, извещенного надлежащим образом.

Изучив доводы апелляционных жалоб, правовую позицию ФИО5 в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам, несмотря на ошибочное применение при разрешении спора норм материального права.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ФИО5 являлась директором должника с 25.02.2016 по 16.05.2017 и единственным участником - с 25.02.2016 по 28.08.2018; ФИО3 - директором должника с 16.05.2017 по 29.11.2018 (до момента открытия конкурсного производства) и единственным участником должника с 28.08.2018 до настоящего времени.

Хронология поступления предъявленных к указанным лицам требований о привлечения к субсидиарной ответственности, имеющая значение для разрешения вопроса о применении срока исковой давности, о котором заявляли оба ответчика в суде первой инстанции, и с разрешением которого ФИО3, поддержанный ФИО5, не согласен, выглядит следующим образом:

1) 11.02.2020 в суд поступило заявление о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в связи с непередачей конкурсному управляющему документов, касающихся хозяйственной деятельности должника.

2) 02.09.2021 в суд поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не только ФИО3 на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в связи с непередачей документации должника, но и ФИО5 на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве в связи с неподачей заявления должника о банкротстве.

3) 22.03.2022 в суд первой инстанции конкурсным управляющим через систему электронной подачи документов «Мой арбитр» подано уточненное в порядке статьи 49 АПК РФ заявление о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, в котором ранее заявленные основания были дополнены новыми, в частности конкурсный управляющий просил привлечь ФИО5 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в связи с причинением существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения ею, как руководителем сделок должника.

ФИО3 в апелляционной жалобе настаивает на том, что при принятии решения по существу спора суд не определил надлежащую дату предъявления требований к каждому из ответчиков, что повлекло неправильное применение материальных норм права.

Апелляционным судом установлено, что в Картотеке арбитражных дел информация по итогам рассмотрения вопроса о принятии заявления от 11.02.2020 отсутствует.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление №43), в силу пункта 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству.

Днем обращения в суд считается день, когда исковое заявление сдано в организацию почтовой связи либо подано непосредственно в суд, в том числе путем заполнения в установленном порядке формы, размещенной на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Положение пункта 1 статьи 204 ГК РФ не применяется, если судом отказано в принятии заявления или заявление возвращено, в том числе в связи с несоблюдением правил о форме и содержании заявления, об уплате государственной пошлины, а также других предусмотренных ГПК РФ и АПК РФ требований.

В случае своевременного исполнения истцом требований, изложенных в определении судьи об оставлении искового заявления без движения, а также при отмене определения об отказе в принятии или возвращении искового заявления, об отказе в принятии или возвращении заявления о вынесении судебного приказа такое заявление считается поданным в день первоначального обращения, с которого исковая давность не течет.

Апелляционный суд соглашается с позицией ФИО3 о том, что отсутствие процессуального решения по данному заявлению вне зависимости от причин исключает возможность исчисления срока исковой давности с даты его поступления в суд, поскольку заявление судом не принято. Заслуживает внимание также и явное отсутствие интереса конкурсного управляющего в судьбе данного заявления, не инициировавшего перед судом вопрос о его своевременном рассмотрении.

Более того, как правильно указано судом первой инстанции, в уточнениях конкурсного управляющего от 22.03.2022 содержатся новые требования (с новыми основаниями), предъявленные к ФИО5, – привлечение к ответственности за причинение вреда в результате совершения ею, как руководителем, сделок должника.

По смыслу нормы, содержащейся в части 1 статьи 49 АПК РФ, предметом иска является материально-правовое требование истца к ответчику о совершении определенных действий, воздержании от них, признании наличия или отсутствия правоотношения, изменении или прекращении его. Изменение предмета иска - это изменение материально-правового требования истца к ответчику. Основание иска - это обстоятельства, на которые ссылается истец в подтверждение исковых требований к ответчику. Изменение основания иска - изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14 постановления №43 об исковой давности, если судом принято заявление об увеличении иска в отношении задолженности за периоды, которые при обращении с первоначальным требованием не заявлялись, то срок исковой давности по измененным требованиям перестает течь с даты заявления таких требований, а не с даты предъявления первоначального иска. Таким образом, каждым новым заявлением либо его уточнением заявитель изменил материально-правовое требование; обстоятельства и основания привлечения к субсидиарной ответственности.

В совокупности изложенное означает, что датой предъявления требований к ФИО5 за неподачу заявления должника о банкротстве следует считать 02.09.2021, за совершение сделок – 22.03.2022; к ФИО3 за непередачу документации – 02.09.2021.

Как верно изложено судом первой инстанции, в силу Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон №266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве. Согласно пункту 3 статьи 4 Закона №266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона №266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Из вышеприведенных правовых норм, с учетом общих правил действия закона о времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), часть 4 статьи 3 АПК РФ) следует, что процессуальные положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника в редакции Закона № 266-ФЗ применяются при рассмотрении заявлений, поданных с 01.07.2017, а нормы материального права применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения лиц к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Таким образом, действие редакций статей Закона о банкротстве о привлечении к субсидиарной ответственности зависит от времени возникновения обстоятельств, перечисленных в них, независимо от даты возбуждения производства по делу о несостоятельности (банкротстве).

Вменяемые ФИО5 в вину обстоятельства, повлекшие неплатежеспособность должника, возникли до 01.07.2017, поскольку основанием для привлечения ее к ответственности указаны:

- неподача заявления о банкротстве должника в марте 2017 года по непогашенным требованиям, возникшим в период с сентября по декабрь 2016 года, что установлено судебными актами по делу №А56-42573/2017,

- одобрение сделок, совершенных в период с января по март 2017 года. (основания оспаривания сделок установлены в рамках обособленного спора №А56-32189/2018/сд.6).

Оценивая предъявленные к ФИО5 требования, суд первой инстанции сослался на положения подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11, статью 61.12 Закона о банкротстве, принимая возражения о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности, – на  пункт 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, в результате чего не усмотрел доказательств наличия у должника обязательств, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника, а также установил истечение предельного трехлетнего срока исковой давности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве.

Несмотря на то, что суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по существу, апелляционный суд соглашается с возражениями ФИО3 об ошибочном применении Закона о банкротстве в редакции, действовавшей после вступления в силу Закона №266-ФЗ, поскольку применению подлежат статья 9, пункты 2, 4, 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции от 07.05.2013.

При это позиция ФИО3 о том, что срок исковой давности, также, как и определение начала его течения, является нормой материального права, что следует из общих положений ГК РФ (глава 11 и глава 12 подраздел 5. Сроки. Глава12 Исковая давность), является верной. При применении сроков исковой давности следует также исходить из общих положений о действии закона во времени, поскольку норма о сроке исковой давности является материальной, а не процессуальной.

В отношении ответчика ФИО5 применению подлежит статья 9, пункты 2, 4, 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции от 07.05.2013,

Согласно пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции 07.05.2013 заявление о привлечении контролирующего должника лица к ответственности может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Таким образом, требование от 02.09.2021 за неподачу заявления о банкротстве должника конкурсный управляющий предъявил с пропуском субъективного годичного срока исковой давности, но в пределах трехлетнего объективного срока. При этом конкурсный управляющий не заявил о восстановлении пропущенного годичного срока и не представил обоснований его восстановления в пределах двух лет по истечении годичного срока.

В удовлетворении требований к ФИО5 по данному основанию правомерно отказано.

Кроме того, суд правильно принял во внимание, что в реестр кредиторов не включены требования, возникшие после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 (в редакции закона от 07.05.2013), т.е. возникшие после 01.04.2017, а требования, включенные в реестр, возникли в сентябре – декабря 2016 года, что установлено решением по делу №А56-42573/2017, послужившим основанием для введения наблюдения.

И так как суд первой инстанции не установил требований, за непогашение которых ФИО5 может быть привлечена к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве в марте 2017 года, суд правомерно отказал в удовлетворении требований о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по данному основанию. Требование за одобрение сделок, совершенных должником в январе–марте 2017 года, конкурсный управляющий предъявил 22.03.2022, то есть одновременно с пропуском субъективного годичного и трехлетнего объективного срока исковой давности, подлежащих исчислению по правилам пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции закона от 07.05.2013. Основания для восстановления пропущенных сроков на обращение в суд и мотивов уважительности его пропуска заявитель не представил.

При таких обстоятельствах суд правомерно отказал в удовлетворении требований о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Доводы конкурсного управляющего в апелляционной жалобе о том, что при расчете срока исковой давности по требованиям, предъявленным к ФИО5, должно быть учтено, что такие основания как одобрение сделок обнаружены только в процессе анализа банковских проводок и оспаривания сделок должника подлежат отклонению.

В свою очередь, основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 конкурсный управляющий указывает непередачу последним в полном объеме документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Данное требование обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Конкурсный управляющий ООО «Древпром» ФИО6 утвержден судом решением от 29.11.2018, и, следовательно, такое обстоятельство, являющееся основанием для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, как непредставление конкурсному управляющему документации должника, в данном случае могло возникнуть после указанной даты, то есть в период действия главы III.2 Закона о банкротстве, поэтому к названным правоотношениям подлежат применению нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Независимо от принятия судом определений по заявлениям сначала временного, а затем и конкурсного управляющего о принудительном истребовании документации должника у ФИО3, с 03.11.2021 статьей 126 Закона о банкротстве на последнего была возложена соответствующая обязанность.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Таким образом, данная норма права предусматривает самостоятельное основание для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности, которое не связано с совершением действий или дачей обязательных для должника указаний, приведших к несостоятельности (банкротству) предприятия.

Установленная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве ответственность является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 29 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).

Для привлечения бывших руководителей к субсидиарной ответственности по заявленному основанию необходимо установить причинно-следственную связь между отсутствием спорной документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов в связи с данным обстоятельством.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете», пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнения обязательств, возврате имущества из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Согласно пункту 4 статьи 29 названного Федерального закона при смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно.

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, то именно единоличный исполнительный орган обязан представлять доказательства причин, объективно препятствовавших осуществить передачу документации.

При этом невыполнение требования закона о представлении первичных бухгалтерских документов или отчетности приравнивается к их отсутствию.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации

Как указывалось выше, ФИО3 являлся директором должника с 16.05.2017 по 29.11.2018 (до момента открытия конкурсного производства).

Таким образом, ответчик является контролирующим должника лицом по смыслу положений статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Согласно данным бухгалтерского баланса должника, по состоянию на 01.01.2018 ООО «ДревПром» обладало запасами в размере 4 344 000 рублей, финансовыми и другими оборотными активами на сумму 30 542 000 рублей, денежными средствами и денежными эквивалентами на сумму 15 000 рублей.

Как верно указано судом первой инстанции, вопреки доводам ФИО3 частичная передача им документации должника были учтена судом при вынесении определений от 21.09.2018, 25.04.2019 о принудительном истребовании оригиналов бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценности.

Доводы жалобы о том, что суд первой инстанции ошибочно принял во внимание данные бухгалтерского баланса вопреки выводам, изложенным в финансовом анализе; расчет стоимости чистых активов не представлен конкурсным управляющим; судом необоснованно не приняты во внимание низкие итоги деятельности конкурсного управляющего за период осуществления его полномочий; основная часть истребованных судом в определении от 25.04.2019 документов не имеет правового значения либо не влияет на формирование конкурсной массы, апелляционный суд отклоняет, поскольку, как указывает сам ФИО3, за период проведения процедур банкротства в конкурсную массу должника поступило чуть более трех тысяч рублей. Несмотря на возражения апеллянта о том, что данные бухгалтерского баланса на 01.01.2018 фактически недостоверны, переданные им документы не позволили сформировать конкурсную массу даже на 578 000 рублей, которая отражена в финансовом анализе, и, по мнению ФИО3, является более достоверной. При этом суждения апеллянта о вине конкурсного управляющего в данной ситуации в отсутствие судебного акта о признании действий (бездействий) конкурсного управляющего незаконными в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве, голословны в виду презумпции добросовестности участников гражданского оборота, в том числе конкурсного управляющего.  Апелляционный суд учитывает, то ФИО3 до настоящего времени, действия конкурсного управляющего не обжаловал, несмотря на принятие Конституционным Судом Российской Федерации постановления от 16.11.2021 N№49-П, предоставившего контролирующим должника лицам такое право.

Невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника в полном объеме свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов

Факт неисполнения руководителем должника обязанности по передаче указанных документов свидетельствует о наличии оснований для привлечения ответственного лица к субсидиарной ответственности в порядке пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд также не может согласиться с позицией ФИО3 о том, что в соответствии с пунктом 59 постановления № 53 суд первой инстанции должен был применить срок исковой давности в отношении требований информированного кредитора, то есть ООО «Полиграфмеханика».

В приведенном разъяснении Пленума ВС РФ указано, что если в ходе рассмотрения обособленного спора (дела) будет установлено, что какой-либо из кредиторов узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к ответственности до того, как об этом объективно могли узнать иные кредиторы, по заявлению контролирующего должника лица исковая давность может быть применена к части требования о привлечении к субсидиарной ответственности, приходящейся на такого информированного кредитора (пункт 1 статьи 200 ГК РФ, абзац первый пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).

Основанием для привлечения ФИО3 к ответственности является непередача документации должника, отсутствие которой повлекло невозможность формирования конкурсного массы. Обязанность по передаче документов, как было установлено апелляционным судом ранее, возникла у апеллянта 03.11.2018. 

Судом апелляционной инстанции не установлены обстоятельства, свидетельствующие об информированности ООО «Полиграфмеханика» на момент признания должника банкротом и в период осуществления в отношении должника конкурсного производства о действиях органов управления должника по сокрытию документации, которые заявлены конкурсным управляющим в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности.

Как установлено судом, до настоящего времени конкурсная масса не сформирована, расчеты с кредиторами не завершены. В связи с этим, суд первой инстанции сделал правильный вывод о наличии оснований для приостановления производства по обособленному спору до окончания расчетов с кредиторами на основании пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве

С учетом этого в данном случае подлежит применению презумпция, в силу которой, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Доводы подателя жалобы о том, что конкурсный по всем сделкам должника мог получить посредством запросов контрагентам должника о содержании и условиях сделок, оснований оплат, не имеют правового значения для рассмотрения настоящего спора, а могут быть заявлены при рассмотрении вопроса о размере субсидиарной ответственности.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы и в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ апелляционный суд не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.06.2022 по делу № А56-32189/2018/з.4 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

М.Г. Титова

Судьи

 

М.В. Тарасова

 

И.Ю. Тойвонен