АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7274/16 

Екатеринбург

23 января 2017 г.

Дело № А71-11413/2014

Резолютивная часть постановления объявлена 17 января 2017 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 января 2017 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н.В.,

судей Краснобаевой И.А., Новиковой О.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Домострой+»  на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29.06.2016 по делу№ А71-11413/2014 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2016 по тому же делу. 

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили. 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 01.10.2014 принято к производству заявление о признании открытогостроительно-промышленного акционерного общества «Чепецкое управление строительства» (далее – общество «ЧУС», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25.06.2015 заявление общества с ограниченной ответственностью «Энергоспецмонтаж» о признании общества «ЧУС» несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Сытдыков Ильдар Гумарович. В данном определении указано, что производство по настоящему делу о банкротстве осуществляется с применением особенностей, предусмотренных параграфом 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Официальное сообщение о введении наблюдения в отношении Должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 04.07.2015.

Общество с ограниченной ответственностью «Домострой+»(далее - общество «Домострой+») обратилось 15.02.2016 в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 8 139 538 руб. 25 коп. в связи с неисполнением обществом с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Чепецкое управление строительства» (далее – общество «ТД «ЧУС») обязательств перед обществом «Домострой+» по договору уступки права требования (цессии) от 12.01.2015 № 1/04, гарантом исполнения которых является должник.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 20.02.2016 установлено, что заявление общества «Домострой+» в силу п. 7 ст. 71 Закона о банкротстве подлежит рассмотрению в следующей после наблюдения процедуре банкротства.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 09.03.2016 в отношении должника введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утвержден Сытдыков И.Г. 

К участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество «ТД «ЧУС».

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29.06.2016 (судья Нуртдинова Л.А.) в удовлетворении заявления общества «Домострой+» о включении его требования в размере 8 139 538 руб. 25 коп. в реестр требований кредиторов общества «ЧУС» отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2016 (судьи Романов В.А., Плахова Т.Ю., Чепурченко О.Н.) определение суда первой инстанции от 29.06.2016 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество «Домострой+» просит определение суда первой инстанции от 29.06.2016 и постановление суда апелляционной инстанции от 27.09.2016 отменить, и принять по делу новый судебный акт. По мнению заявителя жалобы, вывод судов о том, что включение в договор цессии от 12.01.2015 № 1/04 пункта 3.4 представляет собой злоупотребление правом со стороны общества «Домострой+», является ошибочным. Так, заявитель указывает на то, что свои обязательства по договору подряда от 09.08.2013 № 2047 исполнены им в полном объеме, на момент заключения договора цессии от 12.01.2015 № 1/04 (с учетом дополнительного соглашения к нему от 24.02.2015 № 1-1/04) задолженность должника перед ним составляла 13 359 087 руб. 13 коп., со слов самого должника общество «ТД «ЧУС» не могло гарантировать исполнение своих обязательств имеющимся у него имуществом, в связи с чем включение в договор цессии п. 3.4. фактически являлось гарантией исполнения должником своих обязательств,и не свидетельствует о совершении обществом «Домострой+» действий с намерением причинить вред должнику. Также заявитель полагает необоснованным вывод судов о том, что обстоятельства, предусмотренные п. 3.4. договора цессии, не наступили, указывая, что неисполнение обществом «ТД «ЧУС» перед обществом «Домострой+» обязательств по договору цессии в размере 8 139 538 руб. 25 коп. установлено решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 03.12.2015 по делу № А71-11384/2015. Кроме того, указывая на то, что денежное обязательство, возникшее на основании договора цессии от 12.01.2015 № 1/04, является текущим, заявитель считает, что производство по заявленному требованию подлежало прекращению применительно к п. 1 ч. 1 ст. 150 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации. 

В отзыве на кассационную жалобу Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по Удмуртской Республике просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

В силу ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. 

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положенийст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как следует из материалов дела, 12.01.2015 между обществом «Домострой+» (цедент) и обществом «ТД «ЧУС» (цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии) № 1/04. К данному договору 24.02.2015 заключено соглашение № 1-1/04.

В соответствии с условиями указанного договора и соглашения к нему цедент уступает, а цессионарий принимает на себя права требования с общества «ЧУС» (должник цедента) суммы долга по дополнительному соглашению № 1 к договору субподряда от 09.08.2013 № 2047 в размере 13 359 087 руб. 13 коп. В п. 1.3 договора указано, что цессионарий в качестве аффилированного лица должника цедента погашает его задолженность перед цедентом в полном объеме.

Пунктом 3.4 договора уступки права требования (цессии) от 12.01.2015 № 1/04 предусмотрено, что общество «ЧУС» является гарантом исполнения обществом «ТД «ЧУС» его обязанностей по погашению задолженности общества «ЧУС» в полном объеме. В случае неисполнения обязанностей обществом «ТД «ЧУС» в течение разумного срока или если окажется, что исполнение им не будет исполнено, общество «ЧУС» обязано будет погасить задолженность (оставшуюся часть задолженности) своим движимым или недвижимым имуществом эквивалентным величине задолженности.

Ссылаясь на п. 3.4 договора цессии от 12.01.2015 № 1/04, положения ст. 361, 363, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагая, что условия и смысл названного договора цессии свидетельствуют о том, что должник является поручителем по обязательствам общества «ТД «ЧУС» по указанному договору и обязано отвечать перед обществом «Домострой+» по обязательствам общества «ТД «ЧУС» в сумме 8 139 538 руб. 25 коп., установленным решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 03.12.2015 по делу № А71-11384/2015, общество «Домострой+» обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым требованием о включении в реестр требований кредиторов должника.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего. 

 В соответствии со ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, п. 1 ст. 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными названным Законом.

Согласно ст. 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Согласно п. 4 ст. 100 Закона о банкротстве при наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность соответствующих требований кредиторов и доказательства уведомления других кредиторов о предъявлении таких требований. По результатам рассмотрения выносится определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов. В определении арбитражного суда о включении указываются размер и очередность удовлетворения таких требований.

В п. 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» содержатся разъяснения, согласно которым в силу п. 3 - 5 ст. 71 и п. 3 - 5 ст. 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (ч. 3 ст. 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования к должнику.

При рассмотрении основанного на сделке требования кредитора арбитражный суд должен оценить обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности (ничтожности) такой сделки.

В рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абз. 4 п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением гл. III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей, в частности, установлении, исполнении обязательства и после его прекращения, стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга (п. 3 ст. 1, п. 3 ст. 307 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Судом первой инстанции установлено, что обществом «Домострой+» требуемые определением суда от 25.04.2016 документы в полном объеме не представлены; в частности, не представлены документы, опосредующие отношения по договору  субподряда от 09.08.2013 № 2047, подтверждающие наличие и размер задолженности, переданной по договору уступки права требования (цессии) от 12.901.2015 № 1/04, исполнение п. 2.1 договора уступки права требования (цессии), п. 3 соглашения от 24.02.2015 № 1-1/04.

Исследовав доводы заявителя и возражения иных лиц, участвующих в деле, оценив имеющиеся в деле документы, суды установили, что на момент заключения договора цессии от 12.01.2015 его стороны не могли не знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности (должником не исполнялись обязательства перед обществом «Домострой+», право требования к должнику ввиду невозможности исполнить обязательство уступлено аффилированному лицу, на момент заключения договора в отношении должника было возбуждено дело о банкротстве (01.10.2014)). Учитывая изложенное, исследовав обстоятельства совершения договора цессии от 12.01.2015, приняв во внимание, что в результате включения в него п. 3.4 общество «Домострой+» приобрело право на исполнение у третьего лица вне рамок дела о банкротстве должника в обход установленной законодательством о банкротстве очередности удовлетворения требований кредиторов, не утратив при этом возможности удовлетворения своих требований непосредственно от должника, при этом право требовать с должника задолженность, возникшую из обязательств между должником и обществом «Домострой+» по договору подряда, возникло и у общества «ТД «ЧУС», и у общества «Домострой+», что влечет необоснованное увеличение размера кредиторской задолженности, суды признали, что в рассматриваемом случае указанные обстоятельства свидетельствуют о недобросовестности сторон сделки и нарушении прав и законных интересов как кредиторов должника на наиболее полное удовлетворение своих требований, так и должника на восстановление собственной платежеспособности, в связи с чем имеются основания для применения к спорному условию положений ст. 10, 168 Гражданского кодека Российской Федерации.

 Кроме того, приняв во внимание установленные решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 03.12.2015 по делу№ А71-11384/2015 обстоятельства частичного исполнения обществом «ТД «ЧУС» своих обязательств по договору цессии от 12.01.2015 № 1/04 (с учетом дополнительного соглашения), суды первой и апелляционной инстанций обоснованно заключили, что предусмотренные п. 3.4 договора цессии обстоятельства, влекущие возникновение обязанности должника по погашению задолженности общества «ТД «ЧУС» не наступили, в связи с чем обоснованно отказали обществу «Домострой+» во включении его требования в реестр требований кредиторов должника. 

Суд округа полагает, что выводы судов соответствуют материалам дела, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения; все обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования, судами установлены, доказательства и доводы, приведенные участвующими в деле лицами, исследованы и оценены, результаты их оценки, а также мотивы, которыми суды руководствовались при принятии решения, отражены в судебных актах со ссылкой на конкретные доказательства.

Доводы кассационной жалобы общества «Домострой+» тождественны его доводам, изложенным в апелляционной жалобе; указанные доводы проверены судом апелляционной инстанции. По сути, заявителем в кассационной жалобе приведены те же обстоятельства, на которые названное общество ссылалось при рассмотрении спора в судах первой и апелляционной инстанций и которые были исследованы судами; доводы заявителя свидетельствуют о его несогласии с оценкой, данной судами представленным в дело доказательствам и сделанными на их основании выводами. Между тем их иная оценка заявителем не свидетельствует о неправильном применении норм права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов;  у суда кассационной инстанции оснований для иной оценки доказательств не имеется в силу ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

При этом нарушений норм материального и процессуального права, которые могли бы повлечь изменение или отмену судебных актов в соответствии со ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлено.

На основании изложенного определение суда первой инстанции от 29.06.2016 и постановление суда апелляционной инстанции от 27.09.2016 отмене не подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется. 

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29.06.2016 по делу № А71-11413/2014 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2016 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Домострой+» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий							Н.В. Шершон

Судьи							И.А. Краснобаева

								О.Н. Новикова