ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-101923/2020

27 декабря 2022 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена  12 декабря 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  27 декабря 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи М.Г. Титовой,

судей И.Н. Барминой, И.В. Сотова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии представителя ФИО2 - ФИО3 (по доверенности от 07.05.2022), представителя конкурсного управляющего ФИО4 (по доверенности от 10.06.2022),

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-26795/2022) конкурсного управляющего ООО «СпецГазСтройКомплекс» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.07.2022 по обособленному спору № А56-101923/2020/сд.1 (судья Катарыгина В.И.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 к ФИО2 об оспаривании сделок должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «СпецГазСтройКомплекс»,

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление ЗАО «Самарское производственно-техническое объединение Нефтехимпроект» о признании ООО «СпецГазСтройКомплекс» (далее – должник, Общество) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 23.12.2020 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве должника.

Определением суда от 13.04.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5.

Сведения об этом опубликованы в газете «Коммерсант» № 73(7035) от 24.04.2021. 

Решением суда от 20.09.2021 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5. 

Публикация об этом совершена в газете «Коммерсантъ» № 174(7136) от 25.09.2021.

25.11.2021 в суд поступило заявление конкурсного управляющего должником, в котором он просил признать недействительными сделки по перечислению должником в пользу ответчика ФИО2 суммы в размере 4 709 750 руб. 65 коп. за период с 27.06.2018 по 05.09.2019 и применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2 указанных денежных средств в пользу должника.

Определением суда от 15.07.2022 в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий просит определение суда первой инстанции отменить как необоснованное и принятое с нарушением норм материального и процессуального права; обратил внимание, что заработная плата за представленный ответчиком период, не включая стимулирующие выплаты, кратно превышала представленную по трудовому договору, в связи с чем допустимых доказательств наличия правовых оснований для получения ответчиком денежных средств в материалы обособленного спора не представлено, при этом полагал, что в период совершения спорных платежей у должника имелись признаки неплатежеспособности, о которых ФИО2, являясь заинтересованным лицом, а именно генеральным директором должника, была осведомлена. 

В отзыве на апелляционную жалобу ответчик просила обжалуемое определение оставить без изменения, полагала вывод суда об отсутствии оснований к признанию оспариваемых платежей недействительными сделками правильным, ссылаясь на то, что полученные ею выплаты, включая стимулирующие, соответствуют условиям заключенного с ней трудового договора.

В дополнительных пояснениях к апелляционной жалобе конкурсный управляющий изложил позицию о том, что не все денежные средства получены должником в спорный период необоснованно, выразил согласие с тем, что ответчик имела право на получение денежных средств в размере, установленном условиями трудового договора с ней, предусматривающими безусловную выплату только должностного оклада и компенсации за неиспользованный отпуск; считал, что ответчик не доказала наличия оснований для получения денежных средств от должника в большем размере, включая право на получение премии.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должником доводы апелляционной жалобы и дополнительных пояснений к ней продержал.

Представитель ответчика против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Законность и обоснованность определения проверена в апелляционном порядке. 

Исследовав доводы апелляционной жалобы, письменных возражений на нее в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд приходит к следующему.

Положениями части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. 

Статьей 61.9 Закона о банкротстве конкурсный управляющий наделен правом подачи заявлений об оспаривании сделок должника.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти. 

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента). 

По правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Из материалов дела следует, что ответчик, будучи генеральным руководителем, являлась единоличным исполнительным органом должника в период с 10.08.2017 по 13.09.2019.

В ходе исполнения конкурсным управляющим своих обязанностей было установлено, что в период с 27.06.2018 по 05.09.2019 должник перечислил со своего расчетного счета на счет ответчика денежные средства в общем размере 4 709 750 руб. 65 коп.

Ссылаясь на то, что ответчиком не представлено документов, подтверждающих экономическую целесообразность указанных платежей, не приведено нормативного обоснования локальными актами должника права на получение указанных выплат, а также на отсутствие документов, позволяющих установить наличие оснований к получению ответчиком премий, в то время как согласно выпискам по расчетным счетам должника  средняя заработная плата ответчика за январь - октябрь 2017 года составляла 24 000-32 000 руб., а должник в 2018-2019 гг. обладал признаками объективной неплатежеспособности, поскольку у него имелся ряд неисполненных обязательств, срок исполнения которых к тому времени уже наступил, конкурсный управляющий оспаривает платежи, на основании которых ответчик получила вышеуказанные денежные средства, по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Как установлено судом, дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 23.12.2020, оспариваемые платежи, будучи совершенными в период с 27.06.2018 по 05.09.2019, подпадают под период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что поскольку пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка), то для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

На основании пункта 6 постановления Пленума № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

Исходя из пункта 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В соответствии с абзацем тридцать вторым статьи 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов, это уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При рассмотрении дела судом установлено, что 28.06.2018 между должником и ответчиком ФИО2 заключен трудовой договор №38. 

Согласно пункту 1.1 трудового договора ответчик была избрана на должность генерального директора должника. 

Пунктом 4.1 трудового договора ей, как работнику, гарантировался оклад в размере 84 640 руб. в месяц. 

Пунктом 4.5 трудового договора предусмотрено, что дополнительные стимулирующие выплаты, компенсационные начисления, связанные с режимом работы, поощрительные выплаты могут производиться работнику на основании локальных нормативно правовых актов работодателя и действующего законодательства.

Проанализировав содержание трудового договора сторон, суд пришел к выводу о том, что ежемесячная заработная плата ответчика состояла из должностного оклада и стимулирующих выплат.

Установив, что в связи с передачей дел у ответчика отсутствуют приказы о ее премировании, согласно справке по форме 2НДФЛ за 2019 год общая сумма дохода ответчика составила 3 692 126,81 руб., и с нее были удержаны налоги, а содержание бухгалтерского баланса должника на конец 2019 года не свидетельствует о неплатежеспособности организации на момент получения ответчиком спорных выплат, суд пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим совокупности условий для признания оспариваемых платежей недействительными сделками по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции с учетом следующего. 

Как видно из дела, настоящий обособленный спор возник в связи с обоснованностью получения ответчиком заработной платы в размере оспариваемых платежей. 

Статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации к основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений относит в том числе обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда (абзац седьмой статьи 2).

Работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы (абзац пятый части первой статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Данному праву работника в силу абзаца седьмого части второй статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки и соблюдать трудовое законодательство, локальные нормативные акты, условия коллективного договора и трудового договора.

Часть первая статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовой договор как соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Абзацем пятым части второй статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации к обязательным условиям, подлежащим включению в трудовой договор, отнесены условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты).

Частью первой статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно части первой статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть вторая статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью первой статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии).

Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине. За особые трудовые заслуги перед обществом и государством работники могут быть представлены к государственным наградам (часть вторая статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи, заработная плата работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и устанавливается трудовым договором в соответствии с действующей у работодателя системой оплаты труда. При этом системы оплаты труда и системы премирования определяются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами и должны соответствовать трудовому законодательству и иным нормативным правовым актам, содержащим нормы трудового права. Система оплаты труда может включать помимо фиксированного размера оплаты труда (оклад, тарифные ставки), доплат и надбавок компенсационного характера доплаты и надбавки стимулирующего характера, к числу которых относится премия, что предполагает определение ее размера, условий и периодичности выплаты (премирования) в коллективных договорах, соглашениях, локальных нормативных актах и иных нормативных актах, содержащих нормы трудового права, то есть премия, которая входит в систему оплаты труда и начисляется регулярно за выполнение заранее утвержденных работодателем показателей, является гарантированной выплатой, и работник имеет право требовать ее выплаты в установленном локальном нормативном акте, коллективном договоре размере при условии надлежащего выполнения своих трудовых обязанностей (статья 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

В отличие от премии, которая входит в систему оплаты труда, премия, предусмотренная частью первой статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации, исходя из буквального толкования этой нормы, является одним из видов поощрения работников работодателем за добросовестный и эффективный труд, применение которого относится к компетенции работодателя. Такая премия не является гарантированной выплатой (гарантированным доходом) работника, выступает лишь дополнительной мерой его материального стимулирования, поощрения, применяется по усмотрению работодателя, который определяет порядок и периодичность ее выплаты, размер, критерии оценки работодателем выполняемых работником трудовых обязанностей и иные условия, влияющие как на выплату премии, так и на ее размер, в том числе результаты экономической деятельности самой организации (работодателя).

Поскольку, несмотря на то, что настоящий спор возник в рамках дела о банкротстве должника, но данная организация является работодателем ответчика и настоящий обособленный спор обусловлен получением ответчиком от работодателя ежемесячной заработной платы, апелляционный суд полагает, что для правильного его разрешения следует исходить из правового подхода, применяемого при разрешении споров об определении правильности начисления работнику заработной платы, в том числе премий и иных стимулирующих выплат.

Согласно представленным в дело документам ответчик получила от должника в спорный период: заработную плату, компенсацию отпуска, премии по итогам соответствующего календарного периода, компенсацию при увольнении.

Не соглашаясь с доводами конкурсного управляющего о том, что вся спорная сумма получена ответчиком безосновательно, апелляционный суд исходит из того, что трудовым договором ответчику как генеральному директору должника был  гарантирован оклад в размере 84 640 руб. в месяц, в этой связи в пределах данной суммы с учетом предусмотренных законом обязательных налоговых удержаний, полученные ответчиком денежные средства не могут быть признаны незаконными сделками, поскольку начисление таких сумм прямо предусмотрено трудовым законодательством и трудовым договором сторон, а потому такие действия сторон не могут рассматриваться как причинившие вред имущественным правам кредиторов должника. 

Аналогичным образом, по мнению апелляционного суда, подлежит разрешению настоящий спор в части получения ответчиком компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении, начисленной ей по платежным поручениям от 27.06.2018 № 1456 и от 05.09.2019 № 3959, что прямо предусмотрено положениями статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации.

При разрешении вопроса о правильности остальных полученных ответчиком сумм, поименованных в платежных поручениях как премии за соответствующий календарный месяц, следует исходить из того, что при разрешении споров работников и работодателя по вопросу наличия оснований для выплаты премии юридически значимым обстоятельством является определение правовой природы премии: входит ли премия в систему оплаты труда, являясь при этом гарантированной выплатой, или эта премия не относится к числу гарантированных выплат, является одним из видов поощрения работника за добросовестный и эффективный труд, применение которого относится к дискреции (полномочиям) работодателя.

Поскольку трудовое законодательство не устанавливает порядок и условия назначения и выплаты работодателем премий работникам, при определении правовой природы премий подлежат применению положения локальных нормативных актов, коллективных договоров, устанавливающие систему оплаты труда, а также условий трудовых договоров, заключенных между работником и работодателем.

Статья 145 Трудового кодекса Российской Федерации определяет условия оплаты труда лиц, относящихся к категории руководителей различных организаций, финансируемых в том числе за счет бюджетных средств (части 1 - 3 этой статьи) и организаций, не имеющих бюджетного финансирования (часть 4 этой статьи).

Условия оплаты труда руководителей иных организаций (не перечисленных в частях 1 - 3 данной статьи), их заместителей, главных бухгалтеров и заключающих трудовой договор членов коллегиальных исполнительных иных организаций устанавливаются по соглашению сторон трудового договора (часть 4 статьи 145 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, при определении условий оплаты труда ответчика, как руководителя организации, не относящейся к специальной категории, надлежит руководствоваться условиями трудового договора.

Из содержания трудового договора сторон следует, что дополнительные стимулирующие выплаты, компенсационные начисления, связанные с режимом работы, поощрительные выплаты могут производиться ответчику на основании локальных нормативно правовых актов работодателя и действующего законодательства.

Таким образом, трудовой договор в части возможного начисления ответчику премии носит отсылочный характер и его содержание в отрыве от локальных актов работодателя не позволяет утверждать, что в систему оплаты труда Общества в обязательном порядке входила ежемесячная премия как гарантированная выплата.

Руководитель организации - это физическое лицо, которое в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными актами органов местного самоуправления, учредительными документами юридического лица (организации) и локальными нормативными актами осуществляет руководство этой организацией, в том числе выполняет функции ее единоличного исполнительного органа (часть первая статьи 273 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Пунктами 1, 2 статьи 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» также предусмотрено, что единоличный исполнительный орган общества при осуществлении прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

В данном случае ответчик, являясь единоличным исполнителем органом должника в спорный период, осуществила себе начисление премии.

Определением от 31.10.2022 апелляционный суд, не требуя предоставления соответствующих документов, поскольку ответчик является бывшим руководителем должника, предложил ответчику раскрыть информацию о том, каким локальным нормативным актом работодателя регулировались вопросы оплаты труда и премирования, каким образом согласно установленному порядку начислялись премии руководителю; какой орган Общества был наделен правом издавать приказы о премировании руководителя и кем в рассматриваемом случае такие приказы были изданы в отношении нее в спорный период; какие выплаты вошли в состав суммы, выплаченной при увольнении.

Учитывая, что ответчик являлась руководителем должника, предоставление указанной информации не составляло для нее сложности.

В пояснениях ответчика на указанное определение судебной коллегии имеются ссылки только на приказы о премировании, подписанные генеральным директором.

Конкурсный управляющий пояснил суду апелляционной инстанции, что локальные нормативно-правовые акты должника, регулирующие вопросы премирования работников, ему руководителем должника не переданы.

Данное обстоятельство согласуется с вышеуказанным ответом должника.

При таком положении, апелляционный суд приходит к выводу о том, что локального нормативно-правового акта, предусматривающего в системе оплаты труда работников должника обязательность выплаты ежемесячной премии, в спорный период не имелось, и полученные ответчиком  премии не носили обязательного гарантированного характера, а являлась видом поощрения, относящегося исключительно к воле работодателя, которая в данном случае была выражена ответчиком.

В данной правовой ситуации действия ответчика как генерального директора по начислению себе премий могут рассматриваться как правомерные, если решение о премировании не повлекло негативных последствий для юридического лица, и не обусловлены недобросовестностью и неразумностью действий руководителя Общества.

Как указывалось ранее, оспариваемые платежи совершены в период подозрительности, статус ответчика по сделке как заинтересованного лица, являвшегося бывшим руководителем должника,  требует повышенного стандарта доказывания по данному делу. 

Согласно информации, находящейся в свободном доступе, у должника в период начисления ответчиком себе премий имелась значительная кредиторская задолженность по обязательствам, срок исполнения которых на тот момент уже наступил: перед ООО «Тагоптстрой» в сумме 494 098 руб. 58 коп. (дело А53-46413/19), перед ООО «Техстрой» - 943 531 руб. (дело А53-5498/20), перед ООО ПКФ «Металлоцентр Титан» - 1 739 501 руб. 71 коп. (дело А76-8931/2020), перед ООО «Содружество-строй» - 1 555 057 руб. 52 коп. (дело А52-988/2020).

Поскольку ответчик является заинтересованным по отношению к должнику лицом, ее осведомленность о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов презюмируется, и данная презумпция ответчиком в настоящем споре не опровергнута.

При этом ссылка ответчика на сведения бухгалтерского баланса по основным показателям на конец 2019 года не опровергает факта наличия у должника вышеуказанной задолженности и ее осведомленности об указанных обстоятельствах. 

Кроме того, следует учитывать, что по смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной необходима доказанность совокупности следующих обстоятельств: вред имущественным правам кредиторов от совершения сделки, наличие у должника цели причинения вреда и осведомленность другой стороны сделки об указанной цели. 

Из этого следует, что сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

По мнению апелляционного суда, факт начисления себе аффилированным руководителем должника ежемесячных премий, не являющихся гарантированной частью заработной платы согласно существующей в организации должника системы оплаты труда в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами в своей совокупности являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника под руководством ответчика при начислении ей спорных премий имелась цель причинения вреда своим кредиторам, в связи с чем у оспариваемых платежей в размере, выходящем за пределы должностного оклада и компенсации за неиспользованный отпуск, имеется состав подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая не представление ответчиком суду убедительных доводов, опровергающие доводы конкурсного управляющего, совокупность исследованных доказательств позволяет апелляционному суду квалифицировать оспариваемые платежи в указанной выше части как подозрительную сделку, что является основанием для признания их недействительными.

Для определения размера платежей, подлежащих признанию недействительными сделками, апелляционным судом произведены следующие расчеты. 

Согласно представленным конкурсным кредитором сведениям 27.06.2018 ответчик получила 57 837 руб.19 коп. как расчет при увольнении и компенсацию за отпуск.

Однако в последующий период с 28.06.2018 по 05.09.2019 ответчик продолжила занимать должность генерального директора Общества, с 13.09.2018 по 14.09.2018, с 06.03.2019 по 07.03.2019 ответчику был предоставлен отпуск без сохранения содержания, с 12.08.2019 по 18.08.2019 ответчик находилась в ежегодном оплачиваемом отпуске, 08.08.2019 ответчику были перечислены отпускные 80 622 руб. 08 коп.

Исходя из условий трудового договора заработная плата ответчика в спорный период с июня по 5 сентября 2019 с учетом количества отработанных дней должна составлять с июня 2018 по июль 2019 – 73 636 руб. 80 коп., кроме сентября 2018 года и марта 2019 года, когда должник частично находилась в отпуске без сохранения содержания, когда заработная плата была равна 66 273 руб. 12 коп.; за август 2019 года выплате ответчику подлежали частично оклад 56 901 руб. 16 коп. и отпускные 80 622 руб. 08 коп. (всего 137 523 руб. 24 коп.),  за сентябрь 2019 при увольнении выплате должнику подлежали 14 026 руб. 06 коп. оклад за неполный рабочий месяц + компенсация за неиспользованный отпуск (888 641 руб. 60 коп./12/ 29.3) х 27, всего 81 882 руб. 49 коп.

Апелляционный суд также учитывает, что 05.09.2019 ответчик при увольнении получила 1 430 732 руб. 96 коп., что не соответствует условиям трудового договора и значительно превышает возможную компенсацию за отпуск.

Поскольку ответчик согласно имеющимся у конкурсного управляющего сведениям расторгла трудовой договор по своей инициативе в порядке пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, то правило о предоставлении трехкратного месячного заработка в соответствии со статьей 279 Трудового кодекса Российской Федерации к ней не применимо, поэтому ФИО2 при увольнении подлежала выплате компенсация согласно вышеприведенному расчету в сумме 81 882 руб. 49 коп. 

Таким образом, обоснованно ответчиком из оспариваемых платежей были получены в качестве заработной платы денежные средства в размере 1 227 157 руб. 64 коп.

С учетом изложенного, платежи на сумму 3 482 593 руб. 01 коп. (4 709 750 руб. 65 коп. -1 227 157 руб. 64 коп.) подлежат признанию недействительными сделками.

В рамках применения последствий недействительности сделки, предусмотренной положениям статьи 167 ГК РФ и пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротства устанавливающих, что в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке, подлежит возврату в конкурсную массу.

Таким образом, в конкурсную массу должника ответчиком подлежат возврату денежные средства в сумме 3 482 593 руб. 01 коп.

При изложенных обстоятельствах обжалуемое определение подлежит отмене с вынесением по делу нового судебного акта о частичном удовлетворении заявления. 

Судебные расходы подлежат распределению по правилам статьи 110 АПК РФ с отнесением на ответчика расходов по оплате государственной пошлины за подачу настоящего заявления и апелляционной жалобы. 

Руководствуясь статьями 176, 110, 223, 268, пунктом 2 статьи 269, пунктом 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.07.2022 по обособленному спору № А56-101923/2020/сд.1 отменить.

Принять новый судебный акт, которым требования удовлетворить частично. 

Признать недействительными сделки по перечислению ООО «СпецГазСтройКомплекс» в пользу ФИО2 3 482 593 руб. 01 коп. за период с 27.06.2018 по 05.09.2019.

Применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2 3 482 593 руб. 01 коп. в пользу ООО «СпецГазСтройКомплекс».

Взыскать с ФИО2 в пользу ООО «СпецГазСтройКомплекс» 9000 руб. судебных расходов по заявлению и апелляционной жалобе.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

М.Г. Титова

 

Судьи

 

И.Н. Бармина

 И.В. Сотов