СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск                                                                               Дело № А45-46217/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 сентября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 сентября 2023 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи                              Кудряшевой Е.В.,

судей                                                                         Дубовика В.С., 

                                                                                              Михайловой А.П., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, с использованием средств аудиозаписи, в режиме веб-конференции, рассмотрел апелляционную жалобу акционерного общества «Газпромбанк» (07АП-1243/19 (26)) на определение от 01.08.2023 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-46217/2018 (судья Надежкина О.Б.) о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (24.06.1975, уроженец г. Ангарска, Иркутской области, ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>, адрес регистрации – г. Новосибирск, ул. Аэропорт, 6, кв. 16), принятое по заявлению акционерного общества «Газпромбанк» о признании недействительными сделки: 1) договор залога недвижимости (ипотеки) от 16.05.2017, заключенный должником с ФИО3, 2) договор купли-продажи квартиры от 12.04.2018, заключенный должником с ФИО4, 3) договор дарения долей в праве собственности на квартиру от 10.02.2021, заключенный между ФИО4, ФИО5, ФИО6, о применении последствий недействительности сделки; по заявлению финансового управляющего ФИО7 от 03.03.2021 о признании договора купли-продажи недвижимого имущества от 12.04.2018, заключенного должником с ФИО4, ничтожным и применении последствий его недействительности.

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, судом привлечены ФИО8, Администрация Центрального округа по Железнодорожному, Заельцовскому и Центральному районам города Новосибирска, в лице отдела опеки и попечительства Администрации.

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО2: ФИО9 по доверенности от 24.12.2021; ФИО10 по доверенности от 24.12.2021; ФИО11 по доверенности от 24.12.2021, доверенность (в порядке передоверия) от 21.09.2023.

от АО «Газпромбанк»: ФИО12 по доверенности от 14.03.2023 – не обеспечила технического подключения.

Суд

УСТАНОВИЛ:

25.12.2018 Арбитражным судом Новосибирской области возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – ФИО2, должник).

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 06.05.2019  ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

03.03.2021 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего ФИО7 о признании договора купли-продажи недвижимого имущества от 12.04.2018 ничтожным и применении последствий его недействительности.

15.03.2021 в арбитражный суд поступило заявление кредитора акционерного общества «Газпромбанк» (далее – АО «Газпромбанк», Банк) о признании недействительными сделок: договора залога недвижимости (ипотеки) от 16.05.2017, заключенного должником с ФИО3, договора купли-продажи квартиры от 12.04.2018, заключенного должником с ФИО4, договора дарения долей в праве собственности на квартиру от 10.02.2021, заключенного между ФИО4, ФИО5, ФИО6, о применении последствий недействительности сделки.

Определением от 12.05.2021 указанные заявления объединены для совместного рассмотрения.

Определением от 01.08.2023 (с учетом исправления опечатки определением от 01.08.2023) Арбитражный суд Новосибирской области отказал в удовлетворении заявлений финансового управляющего ФИО7 и АО «Газпромбанк» в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным определением, АО «Газпромбанк» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и удовлетворить заявление, ссылаясь на несоответствие выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела, нарушение норм материального права.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает на отсутствие доказательств надлежащей оплаты по договору купли-продажи, полагая,расписки не являются надлежащим доказательством. У ФИО4 не доказана финансовая возможность на приобретение квартиры. Целью отчуждения квартиры являлся вывод имущества из конкурсной массы, что причинило вред правам кредиторов. Договор ипотеки от 16.05.2017 является частью цепочки сделок по выводу имущества. Необоснованно поведение залогодержателя (ФИО3), Банк считает, что ФИО3 аффилирован по отношению к должнику. На момент оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности. Со стороны должника предприняты недобросовестные действия по придания квартире статуса единственного жилья. Суд не выяснил вопрос о наличии у должника иного имущества, с учетом того, что была представлена выписка в отношении гражданина ФИО2. Считает, что квартира является роскошным жильем, следовательно, исполнительский иммунитет может быть ограничен судом.

До судебного заседания в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором ФИО2 возражает против её удовлетворения.

В судебном заседании, проведенном в режиме веб-конференции, представители ФИО2 просили оставить судебный акт без изменения, представитель АО «Газпромбанк» не обеспечил технического подключения.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания   на сайте суда   в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ начал рассмотрение  апелляционной жалобы в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на неё, заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для его отмены.

Как установил суд первой инстанции, 16.05.2017 между ФИО2 и ФИО3 заключен договор залога недвижимости (ипотеки) в отношении принадлежащей должнику квартиры по адресу: 

<

...>. Договор ипотеки заключен в счет обеспечения обязательств должника по уплате ФИО3 денежных средств в размере 28 000 000 рублей в счет исполнения Соглашения о порядке погашения задолженности от 16.05.2017. 

Государственная регистрация указанного договора ипотеки произведена в установленном законом порядке 09.04.2018 на основании решения Центрального районного суда от 31.01.2018 по делу 2-856/2018. 

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 25.09.2019 требования ФИО3 в размере 28 766 650 рублей включены в реестр требований кредиторов ФИО2, с отнесением в третью очередь удовлетворения.

12.04.2018 между ФИО2 и ФИО4, заключен договор купли-продажи недвижимого имущества - квартиры по адресу: 

<

...>. Государственная регистрация перехода права собственности на основании указанного договора произведена 24.04.2018. На момент совершения сделки ФИО4 являлся тестем должника.

10.02.2021 между ФИО4, ФИО5, ФИО6 заключен договор дарения долей в праве собственности на квартиру по адресу: 

<

...>. Государственная регистрация перехода права собственности на основании указанного договора произведена 15.02.2021. Судом установлено и сторонами не оспаривается, что ФИО5, ФИО6, являются несовершеннолетними детьми ФИО2 и внуками ФИО4

Дело о банкротстве ФИО2 возбуждено 25.12.2018, соответственно, с учетом положений статьи 61.2. Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), договор залога недвижимости (ипотеки) от 16.05.2017 и договор купли-продажи недвижимого имущества от 12.04.2018 подпадают под периоды подозрительности, установленные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а договор дарения долей в праве собственности на квартиру от 10.02.2021 попадает в периоды подозрительности, установленные как пунктом 1, так и пунктом 2 указанной статьи, как совершенный после возбуждения дела о банкротстве Должника.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявлений, исходил из отсутствия оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор  и оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ,  не нашел оснований для отмены обжалуемого определения.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом  по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Пунктом 1 статьи 170 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Пунктом 2 статьи 170 ГК РФ предусмотрено, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе, сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В силу пунктов 1, 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации – если фактические обстоятельства, на которые ссылается оспаривающие сделку лицо, образуют элементы специального состава, предусмотренного главой III.1 Закона о банкротстве, то такая сделка не подлежит признанию недействительной на основании совокупности статей 10 и статей 168 ГК РФ. 

В противном случае происходит искусственный обход правил оспаривания сделок, установленных главой III.1 Закона о банкротстве, предусматривающий особый предмет доказывания, что нарушает права заинтересованного лица (второй стороны сделки). Совершение сделки в период подозрительности также само по себе не может свидетельствовать о ее совершении со злоупотреблением правом.

Поскольку под злоупотреблением правом понимается осуществление своих прав с целью причинения вреда иным участникам гражданского оборота, оспаривающее сделку лицо должно доказать, во-первых, наличие таких лиц, во-вторых, наличие соответствующей цели, причем у обеих сторон оспариваемой сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона сделки знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать совокупность всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна был знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии у ФИО4 финансовой возможности на приобретение имущества подлежат отклонению, как противоречащие фактическим обстоятельствам дела.

Из материалов дела следует, что согласно пункту 1 Договора купли-продажи от 12.04.2018 ФИО2 обязуется передать, а ФИО4 принять в собственность и оплатить квартиру общей площадью 249 кв. м., расположенную на 11-м этаже многоквартирного жилого дома, находящегося по адресу: 

<

...> с кадастровым номером 54:35:101215:0011:04:39.

Согласно пункту 3 Договора указанная квартира продается за 38 000 000 (тридцать восемь миллионов) рублей, из которых сумму в размере 1 000 000 (один миллион) рублей Покупатель оплатил Продавцу наличными денежными средствами до подписания Договора. Оставшуюся сумму Покупатель обязуется оплатить путем передачи наличных денежных средств не позднее 7 календарных дней с даты, следующей за датой подачи договора на государственную регистрацию.

Переход права собственности на квартиру, отчужденную по договору купли-продажи от 12.04.2018, был зарегистрирован 24.04.2018, запись о регистрации № 54:35:101215:252-54/001/2018-4.

ФИО4 в подтверждение исполнения обязательств по оплате спорной квартиры представлены оригиналы расписок ФИО2 от 11.04.2018 и о 28.04.2018, подтверждающие получение ФИО2 полной стоимости квартиры, указанной в договоре от 12.04.2018  в размере 38 000 000 рублей.

Судом первой инстанции было проверено наличие у ФИО4 финансовой возможности для исполнения обязанности по оплате квартиры в указанном размере.

Представленными в материалы дела доказательствами, в том числе налоговыми декларациями ФИО4, платежными поручениями о получении безналичных денежных средств, иными доказательствами, подтверждается, что совокупный доход ФИО4 за период с 2011 по 2018 годы составил не менее 48 045 292 рублей, что превышает указанную в договоре стоимость квартиры.

Представленные ФИО4 и ФИО8 доказательства, в том числе доказательства платежеспособности ФИО8, лицами, оспаривающими сделку, не опровергнуты, наличие у ФИО8 финансовой возможности осуществить возврат выданного ему займа подтверждается материалами дела.

С учетом указанных обстоятельств и представленных по делу, договор купли-продажи недвижимого имущества от 12.04.2018 исполнен сторонами в полном объеме, квартира оплачена.

При этом, договор отвечает критериям рыночности и равноценности.

Так, в рамках рассматриваемого Центральным районным судом г. Новосибирска иска ФИО3 к ФИО4 об обращении взыскания на спорную квартиру (дело № 2-4097/2020) была проведена судебная оценочная экспертиза, в рамках которой установлено, что рыночная стоимость спорной квартиры составляет 28 600 000 рублей.

Указанная стоимость квартиры лицами, оспаривающими сделку, не опровергнута, не рыночность оспариваемой сделки не доказана.

Совокупность указанных обстоятельств (рыночность сделки, реальность ее исполнения), с учетом заявленных доводов сторон и представленных доказательств, свидетельствует об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки мнимой (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Давая оценку доводам апелляционной жалобы о совершении сделки в период неплатежеспособности должника с целью причинения вреда кредиторам, судебная коллегия исходит из следующего.

Материалами дела и реестром требований кредиторов должника наличие иных кредиторов (кроме ФИО3, являющегося залогодержателем по оспариваемому договору залога) на дату совершения оспариваемых сделок не подтверждается.

Ссылка «Газпромбанк» (АО) на дело № 2-5284/2018 по иску АО «Альфа-Банк» к ООО «Компания Холидей» и её поручителям, в том числе ФИО2, рассматриваемому Мещанским районным судом города Москвы, как на доказательство неплатёжеспособности ФИО2, не соотносится с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 28.08.2017 по делу № А55-25698/2015, о том, что неисполнение обязательств заёмщиком не подтверждает с необходимостью факт финансовой несостоятельности поручителя, в том числе, если заёмщик и поручитель входят в одну группу лиц.

Несостоятельность и неплатёжеспособность ООО «Компания Холидей» не свидетельствует, безусловно, о том, что участники и поручители данной организации также являлись неплатёжеспособными.

Кроме того, решение Мещанского районного суда города Москвы по указанному иску вступило в законную силу только 16.11.2018. Указанным Решением было взыскано солидарно с ООО «Компания Холидей», ООО «КОРА-ТК», ООО «Омские гастрономы», ООО «Кронверк», ФИО13 и самого ФИО2 в общей сложности 347 656 396,18 рублей.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Новосибирской области от 12.10.2022  по настоящему делу установлено, что в ходе банкротства лиц, выступающих ответчиками по указанному иску, были погашены частично:

1) Кредитные обязательства перед АО «Альфа-Банк»:

- ООО «Компания Холидей» в размере 190 181 026,66 рублей (определение Арбитражного суда Новосибирской области от 20.07.202 по делу № А45-10393/2017; определение Арбитражного суда Новосибирской области от 18.04.2022 по делу № А45- 103932017);

- ООО «Омские гастрономы» в размере 203 110 457,66 рублей (определение Арбитражного суда Новосибирской области от 15.03.2022  по делу № А45-10393/2017);

- ООО «Кора-ТК» в размере 54 101 524,24 рубля (определение Арбитражного суда Новосибирской области от 19.04.2022 по делу № А45-10393/2017);

2) Кредитные обязательства перед ООО «Грос Ритейл»:

- ООО «Компания Холидей» в размере 892 938 235,42 рублей (определение Арбитражного суда Новосибирской области от 25.02.2021 по делу № А45-10393/2017; определение Арбитражного суда Новосибирской области от 09.02.2021 по делу № А45-10393/2017; определение Арбитражного суда Новосибирской области от 20.10.2020 по делу № А45-10393/2017);

- ООО «Кора-ТК» в размере 669 903 568, 85 рублей (определение Арбитражного суда Новосибирской области от 26.10.2021 по делу № А45-10393/2017; определение Арбитражного суда Новосибирской области от 05.02.2021 по делу № А45- 10393/2017);

- ООО «Развитие» в размере 19 621 027, 15 рублей (определение Арбитражного суда Новосибирской области от 30.11.2020 по делу № А45-10393/2017; Определение Арбитражного суда Новосибирской области от 25.03.2021 по делу № А45-10393/2017);

- ООО «Омские гастрономы» в размере 293 551 568,99 рублей (определение Арбитражного суда Новосибирской области от 21.03.2022 по делу № А45-10393/2017; определение Арбитражного суда Новосибирской области от 20.10.2020 делу № А45-10393/2017);

3) Кредитные обязательства перед АО «Газпромбанк»:

- ООО «Компания Холидей» в размере 756 308 767, 77 рублей (определение Арбитражного суда Новосибирской области от 24.02.2022 по делу № А45-103932017);

- ООО «Развитие» в размере 4 524 791, 82 рубль (определение Арбитражного суда Новосибирской области от 30.11.2020 по делу № А45-10393/2017; определение Арбитражного суда Новосибирской области от 26.03.2021 по делу № А45- 10393/2017)».

Таким образом, общего имущества ответчиков по иску АО «Альфа-Банк», рассмотренному Мещанским районным судом г. Москвы в рамках дела № 2-5284/2018, было достаточно для полного погашения взысканной решением по указанному делу задолженности.

Других доказательств в подтверждение наличия у ФИО2 признаков неплатежеспособности на дату заключения договора залога недвижимости (ипотеки) от 16.05.2017 и договора купли-продажи недвижимого имущества от 12.04.2018 лицами, оспаривающими сделку, не представлено.

Кроме того, в постановлении Арбитражного суда Западно- Сибирского округа от 12.11.2020 по настоящему делу установлено, что признаки неплатежеспособности у ФИО2 отсутствовали и на более позднюю дату, а именно на май 2018 года.

Вопреки статье 65 АПК РФ, Банком не доказано наличие у ФИО2 признаков неплатежеспособности на дату совершения договора залога недвижимости (ипотеки) от 16.05.2017 и договора купли-продажи недвижимого имущества от 12.04.2018.

Оспариваемый АО «Газпромбанк» договор залога недвижимости (ипотеки) от 16.05.2017 заключен между Должником ФИО2 и ФИО3 в обеспечение обязательств, реальность которых установлена вступившими в законную силу судебными актами, а именно решением Центрального районного суда г. Новосибирска от 14.06.2018 по делу 2-2972/2018, решением Центрального районного суда г. Новосибирска от 31.01.2018 по делу 2-856/2018, судебным приказом 6-го судебного участка Заельцовского судебного района г. Новосибирска от 14.05.2018, Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 25.09.2019 по делу № А45-46217/2018. 

Основания для иной оценки реальности существования обязательства ФИО2 перед ФИО3, в счет обеспечения которого был заключен указанный договор залога недвижимости (ипотеки) от 16.05.2017, не имеется.

На момент заключения договора залога у должника не имелось кредиторов, кроме того, договор залога, обеспечивающий реально существующее обязательство, при данных фактических обстоятельствах не может быть признан недействительным на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

При этом, указанный договор заключен за пределами сроков, установленных статьей 61.3 Закона о банкротстве, в связи с чем, он не подлежит оспариванию как преференциальная сделка.

Не имеется оснований для признания договора залога недвижимости (ипотеки) от 16.05.2017 мнимой сделкой. Указанный договор залога зарегистрирован 09.04.2018 на основании Решения Центрального районного суда от 31.01.2018 по делу 2-856/2018. Указанное решение вынесено по исковому заявлению ФИО3 о понуждении к государственной регистрации договора залога недвижимости (ипотеки) от 16.05.2017, с которым ФИО3 обратился в суд 01.12.2017. 

В настоящее время Центральным районным судом Новосибирска рассматривается иск ФИО3 к ФИО4 об обращении взыскания на спорную квартиру (дело № 2-4097/2020). 

С учетом того, что ФИО3 прибегнул к судебной защите своих прав залогодержателя, как минимум действия ФИО3 при заключении оспариваемого договора были направлены на создание свойственных договору ипотеки последствий – обеспечение исполнения обязательств должника и удовлетворение своих требований за счет заложенного имущества. 

При этом, дача ФИО3 согласия на совершение других оспариваемых сделок в отношении предмета залога - договора купли-продажи недвижимого имущества от 12.04.2018 и договора дарения долей в праве собственности на квартиру от 10.02.2021 не влечет прекращение договора залога и не препятствует возможности ФИО3 обратить взыскание на предмет залога и реализовать тем самым свои права залогодержателя.

Вопреки доводам Банка о совершении сделок с аффилированными лицами, действующее законодательство не содержит положений, устанавливающих автоматическую недействительность сделок, совершенных между заинтересованными лицами.

Заинтересованность второй стороны сделки по отношению к должнику, в соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, всего лишь образует одну из презумпций наличия у сделки цели причинения вреда кредиторам, для применения которой необходимо наличие у должника на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. В данном случае наличие таких признаков судом не установлено.

Кроме того, в отсутствие у должника неисполненных обязательств перед иными кредиторами на дату предоставления имущества в залог у суда отсутствуют основания для вывода о заключении оспариваемого договора со злоупотреблением правом, поскольку злоупотребление правом подразумевает действие с целью причинить вред иными лицам, на чьи права и законные интересы может повлиять такое действие, а значит оно невозможно при отсутствии таких лиц.

В отношении доводов о недействительности договора дарения долей в праве собственности на квартиру от 10.02.2021, заключенного между ФИО4. ФИО5, ФИО6, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии оснований для признания недействительным указанного договора дарения в рамках дела о банкротстве ФИО14

Право собственности ФИО4 на квартиру по адресу: 

<

...> приобретено у должника на основании возмездной, равноценной сделки, которая была исполнена сторонами в полном объеме. С учетом этого последующий договор дарения долей в праве собственности на квартиру от 10.02.2021 не является сделкой должника ФИО2 или сделкой, совершенной за счет должника, что исключает ее оспаривание в деле о банкротстве ФИО2 (статья 61.1 Закона о банкротстве).

Давая оценку доводам апелляционной жалобы о невозможности закрепления статуса единственного жилья за спорным имуществом, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, из конкурсной массы должника-физического лица исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

Согласно пункту 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 ГК РФ).

Согласно абзацу второму части 1 статьи 446 ГК РФ, взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением.

Указанное ограничение обусловлено необходимостью защиты конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе, находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 № 456-О).

Согласно абзацу 4 пункта 3.2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 № 11-П положение абзаца 2 части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливающее запрет обращения взыскания на жилое помещение, если для гражданина должника и членов его семьи оно является единственным пригодным для постоянного проживания, во взаимосвязи со статьей 24 ГК РФ предоставляет гражданину должнику имущественный (исполнительский) иммунитет с тем, чтобы - исходя из общего предназначения данного правового института - гарантировать указанным лицам условия, необходимые для их нормального существования. 

Исполнительский иммунитет должен распространяться на жилое помещение, которое по своим объективным характеристикам (параметрам) является разумно достаточным для удовлетворения конституционно значимой потребности в жилище как необходимом средстве жизнеобеспечения.

В пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» указано, что при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

Материалами дела, в том числе сведениями из ЕГРН, подтверждается, что ФИО2, ФИО15 (бывшая супруга должника), ФИО5, ФИО6, ФИО16 (дети должника и ФИО15) проживают в спорной квартире и не имеют в собственности иного пригодного для проживания жилого помещения (в том числе с учетом возраста детей).

Доказательств наличия в собственности у должника, ФИО15, ФИО5, ФИО6, ФИО16 иного пригодного для проживания жилого помещения (в том числе, с учетом возраста детей и необходимости совместного проживания с родителями) материалы дела не содержат.

При этом, в конкурсной массе отсутствует жилое помещение (кроме спорной квартиры), которое бы отвечало требованиям, предъявляемым к жилому помещению, определенным в разделе II постановления Правительства Российской Федерации от 28.01.2006 № 47 «Об утверждении Положения о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания, многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, садового дома жилым домом и жилого дома садовым домом», а также нормам предоставления жилого помещения по договору социального найма в соответствии со статьей 7 Федерального закона от 30.12.2012 № 283-ФЗ  «О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

При этом, само по себе превышение площади жилого помещения норм предоставления жилья на условиях социального найма не является основанием для отказа в исполнительском иммунитете, равно как не является определяющим критерием при определении характеристик замещающего жилья.

Лишение должника единственного пригодного для проживания жилья, даже в той ситуации, когда общая площадь такого жилья превалирует над нормами квадратных метров на каждого члена семьи, не может быть признано обоснованным и законным.

Кроме того, в отношении спорной квартиры заключен договор ипотеки с ФИО3 от 16.05.2017, залог по которому зарегистрирован 09.04.2018.

В то же время требования ФИО3 включены в реестр требований кредиторов ФИО2 как необеспеченные залогом требования кредитора третьей очереди, а не как требования, обеспеченные залогом спорной квартиры. О залоговом статусе своих требований ФИО3 не заявлял, в то время, как право выбора между статусом обычного и залогового кредитора принадлежит исключительно самому кредитору.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26.04.2021 № 15-П указал, что назначение исполнительского иммунитета состоит не в том, чтобы в любом случае сохранить за гражданином-должником право собственности на жилое помещение, а в том, чтобы не допустить нарушения конституционного права на жилище в самом его существе, как и умаления человеческого достоинства, гарантируя гражданину-должнику и членам его семьи сохранение обеспеченности жильем на уровне, достаточном для достойного существования.

Из материалов дела следует, что спорная квартира была приобретена Должником по договору купли-продажи от 20.09.2011, право собственности на квартиру зарегистрировано за должником 29.09.2011 года, номер регистрации: 54-54-01/517/2011-362. На указанный момент у должника отсутствовали неисполненные обязательства перед кредиторами, чьи требования на сегодняшний день включены в реестр требований кредиторов должника.

С учетом даты приобретения квартиры, периода возникновения обязательств должника, спорная квартира приобреталась должником за счет денежных средств, не связанных с кредиторами должника, чьи требования включены в реестр требований кредиторов.

Регистрация Должника по иному адресу значения не имеет, поскольку квартира по адресу 

<

...> ФИО2 не принадлежит.

Материалами дела подтверждается, что в указанной квартире должник был зарегистрирован 30.09.2003 года (подтверждается записью в паспорте гражданина), до приобретения в собственность спорной квартиры (29.09.2011).

Таким образом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии экономической целесообразности в лишении спорной квартиры исполнительского иммунитета, поскольку даже определенная в спорном договоре купли-продажи от 12.04.2018 стоимость квартиры в размере 38 000 000 рублей составляет 0,48% от общего размера требований кредиторов, включенных в реестр, при этом с учетом нахождения квартиры в совместной собственности с бывшей супругой должника, на конкурсную массу приходится лишь половина от вырученной от реализации суммы.

Кроме того, в квартире проживают несовершеннолетние дети должника, имеющие устойчивые социальные связи с данным местом проживания.

Мотивы отчуждения должником спорной квартиры в данном случае не имеют правового значения для целей оспаривания сделки, поскольку такая квартира в любом случае изначально не подлежала включению в конкурсную массу, как единственное пригодное для проживания Должника и членов его семьи жилое помещение, и за счет его стоимости не могли быть удовлетворены требования кредиторов. 

Заключение сделки в отношении единственного пригодного для постоянного проживания должника жилого помещения исключает причинение в результате ее совершения вреда имущественным интересам кредиторов и, соответственно, противоправную цель такой сделки - не допустить обращения взыскания на квартиру по обязательствам перед кредиторами, так как и без такой сделки на нее не могло быть обращено взыскания.

В отсутствие такого условия, как причинение в результате совершения сделки вреда имущественным правам кредиторов, доводы о наличии у должника признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества) и о заинтересованности сторон сделки, не имеют правового значения, так как не являются самостоятельными основаниями для признания сделки недействительной.

При этом, подлежит отклонению ссылка Банка на наличие выписки в отношении гражданина ФИО2, поскольку оспаривание сделки происходит в рамках дела о банкротстве ФИО2, не имеется доказательств, что ФИО2 каким-либо образом взаимосвязан с должником.

Кроме того, письмом от 27.05.2019 в адрес финансового управляющего, Управление Росреестра по Новосибирской области подтвердило, что оно было извещено о признании ФИО2 банкротом.

В ходе рассмотрения настоящего дела о банкротстве финансовым управляющимв суд предоставлялись сведения из ЕГРН в отношении Должника, из которых следовало, что единственным жилым помещением, зарегистрированным на праве собственности за должником, является спорная квартира.

Суд первой инстанции, учитывая все обстоятельства, правомерно отказал в признании оспариваемых сделок недействительными,  в применении заявленных последствий их недействительности.

Все доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, обстоятельств дела.

Судебный акт принят при правильном применении норм материального права, содержащиеся выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Судебные расходы распределяются согласно статье 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 01.08.2023 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-46217/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «Газпромбанк»  – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области. 

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанное усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». 

 

Председательствующий                                                                   Е.В. Кудряшева

 

Судьи                                                                                                 В.С. Дубовик

 

                                                                                                            А.П. Михайлова