Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, https://fasvso.arbitr.ru

тел./факс 

<

***>, 210-172

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Ф02-3522/2025

Дело № А33-12534/2020

23 октября 2025 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 октября 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 октября 2025 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Парской Н.Н.,

судей: Бронниковой И.А., Волковой И.А.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием системы веб-конференции помощником судьи Талземе Л.И.,

при участии в открытом судебном заседании путем использования системывеб-конференции конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Солнечное» ФИО1,  представителей ФИО2 ФИО3 (доверенность от 14.08.2024), ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 01.06.2023) и общества с ограниченной ответственностью «Алион» ФИО6 (доверенность от 07.10.2025),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Солнечное» ФИО1 на определение Арбитражного суда Красноярского края от 28 декабря 2024 года по делу № А33-12534/2020, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 23 июля 2025 года по тому же делу,

установил:

решением Арбитражного суда Красноярского края от 26 ноября 2020 года общество с ограниченной ответственностью «Солнечное» (ИНН 

<

***>, далее – должник) признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО7.

Конкурсный управляющий должника ФИО7 08.06.2022 обратился в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2, Костылева Марка Феликсовича, ФИО8, общества с ограниченной ответственностью «Алион» (далее – ООО «Алион»), ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО4; о приостановлении производств по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц до окончания расчетов с кредиторами; о привлечении ФИО12 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; о взыскании солидарно с ФИО12 и ФИО2 денежных средств в размере 299 297 152 рублей 88 копеек.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 28 декабря 2024 года, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 23 июля 2025 года, заявление удовлетворено частично. Привлечены солидарно к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО12 по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Производство по делу в части определения размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц приостановлено до окончания расчетов с кредиторами должника. С ФИО2 в пользу конкурсной массы должника взысканы убытки в размере 14 647 000 рублей. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий должника ФИО1 (далее также – заявитель) обратился в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности; признать доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО12, ФИО8, ООО «Алион», ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО4 по основаниям, предусмотренным статьей 61.11 Закона о банкротстве; приостановить производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц до окончания расчетов с кредиторами; взыскать солидарно с ФИО12 и ФИО2 299 297 152 рубля 88 копеек по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве.

Заявитель считает, что датой объективного банкротства должника является 18.03.2019 – дата расторжения акционерным обществом «Тандер» (далее – АО «Тендер») договора купли-продажи.

Кроме того, управлявший полагает необоснованным вывод суда о дате возникновения обязательств должника по регрессному требованию акционерного общества «Московский индустриальный банк» (далее – АО «МИнБанк», Банк) по банковским гарантиям.

По мнению заявителя, конкурсным управляющим доказано наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Заявитель указывает на необходимость учета судом совокупности сделок, которые привели к возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства, а также полагает, что отсутствие существенной убыточности от сделок, не приведших к объективному банкротству не может влечь полное освобождение контролирующих лиц от ответственности, ссылаясь на  необходимость переквалификации требования к контролирующим должника лицам на требования о возмещении убытков.

Также заявитель приводит довод о наличии оснований для привлечения ФИО11 и ФИО4 к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов, как бенефициаров должника.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО2 просил оставить ее без удовлетворения, ссылаясь на отсутствие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Конкурсный кредитор должника публичное акционерное общество «Банк ПСБ», в отзыве на кассационную жалобу поддержал изложенные в ней доводы, просил кассационную жалобу управляющего удовлетворить.

ФИО8, ФИО4, ООО «Алион» в отзывах на кассационную жалобу просят в ее удовлетворении отказать в части, относящейся к их действиям.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Заинтересованные в рассмотрении кассационной жалобы участвующие в деле лица о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение о принятии кассационной жалобы к производству и назначении судебного заседания выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru).

Участвующий в судебном заседании конкурсный управляющий должника поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, а представители ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Алион» и ФИО4 возражали заявителю, ссылаясь на законность и обоснованность судебных актов в обжалуемой части.

Проверив в пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов судов установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, руководителями (директорами) должника являлись: ФИО9 – с 27.02.2017 по 05.02.2018; ФИО10 – с 05.02.2018 по 04.07.2018; ФИО12 – с 04.07.2018 по 13.04.2020; ФИО2 – с 13.04.2020 по 30.11.2020.

Участниками должника являлись: ФИО11 – с 03.10.2013 по 29.03.2017; ФИО4 – с 03.10.2013 по 29.03.2017; ФИО9 – с 27.02.2017 по 26.10.2017 (доля в уставном капитале общества 100 процентов), с 26.10.2017 по 06.12.2017 (доля 67 процентов); ФИО8 – с 26.10.2017 по 06.12.2017 (33 процента), с 06.12.2017 по 18.04.2019 (33 процента); ФИО2 – с 06.12.2017 по 18.04.2019 (67 процентов), с 18.04.2019 по 31.01.2020 (67 процентов), с 31.01.2020 по настоящее время (100 процентов); ФИО12 – с 18.04.2019 по 31.01.2020 (33 процента).

Конкурсный управляющий, полагая, что в результате действий ФИО2, ФИО12, ФИО8, ООО «Алион», ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО4 невозможно полное погашение должником требований кредиторов; ФИО2 и ФИО12 не исполнена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности на основании статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, привлекая ФИО12 и ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, пришел к выводу о том, что объективное банкротство должника наступило с 04.06.2019, следовательно, обязанность руководителя обратиться в суд с заявлением о банкротстве возникла не позднее, чем 04.07.2019, а у ФИО2, обладающего преобладающим числом голосов для принятия определяющих для финансово-хозяйствующей деятельности должника решений, - не позднее 24.08.2019, при том, что заявление о банкротстве должника подано 17.04.2020 АО «МИнБанк».

Взыскивая с ФИО2 убытки в размере 14 647 000 рублей, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что денежные средства в указанной сумме выбыли из конкурсной массы исключительно по вине ФИО2

Отказывая в привлечении иных ответчиков к ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, суд исходил из установленной им даты объективного банкротства.

Отказывая в привлечении ответчиков к субсидиарной отнесенности по статье 61.11 Закона о банкротстве, суды пришли к выводу о непредставлении конкурсным управляющим доказательств, свидетельствующих о наличии причинно-следственной связи между действиями ответчиков и банкротством должника.

Суд апелляционной инстанции признал обоснованными выводы суда первой инстанции.

Поскольку в кассационной жалобе заявителем выражено несогласие с судебными актами только в части отказа в удовлетворения заявленных требований, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа, в силу части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверяет законность и обоснованность судебных актов только в указанной части.

Суд округа не усматривает оснований для отмены обжалуемых судебных актов судов первой и апелляционной инстанций, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под несостоятельностью признается неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; под недостаточностью имущества следует понимать превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Между должником и АО «Тандер» 15.05.2017 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, по условиям которого должник обязался создать и в будущем передать в собственность покупателя не позднее 12.12.2018 помещение гипермаркета стоимостью 393 855 000 рублей. Исполнение обязательств по договору обеспечивается банковской гарантией.

Между АО «МИнБанк» и должником 05.06.2017 заключено Генеральное соглашение о выдаче банковских гарантий. В обеспечение обязательств должника по договору купли-продажи от 15.05.2017 Банком выданы независимые (банковские) гарантии на общую сумму 286 394 350 рублей.

Во исполнение обязательств по финансированию работ по договору от 15.05.2017 АО «Тандер» перечислило должнику 286 394 350 рублей авансовых платежей.

В связи с существенной просрочкой исполнения обязательства должником, АО «Тандер» направило в его адрес уведомления от 06.03.2019 и от 13.03.2019 об отказе от договора и возврате авансовых платежей, которые были оставлены должником без внимания (получены 18.03.2019 и 25.03.2019), после чего АО «Тандер» обратилось в Арбитражный суд города Москвы. Решением от 02 сентября 2019 года по делу № А40-118341/19 с АО «МИнБанк» в пользу АО «Тандер» взысканы сумма выплаты по независимой банковской гарантии.

Банк 19.11.2019 выплатил АО «Тандер» на основании исполнительного листа от 15.11.2019 денежную сумму по банковским гарантиям в размере 286 594 350 рублей. Должник не исполнил встречное требование Банка, что послужило основанием для обращения Банка в суд с заявлением о признании должника банкротом (определение Арбитражного суда Красноярского края от 16 июля 2020 года по настоящему делу).

Вместе с тем 04.06.2019 между должником (продавец) и обществом с ограниченной ответственностью «ДМ Трейдинг» (покупатель, далее – ООО «ДМ Трейдинг») заключен договор купли-продажи недвижимого имущества общей стоимостью 258 125 250 рублей.

При этом на момент совершения договора 04.06.2019 у должника имелась задолженность перед другими кредиторами (информация Государственного информационного ресурса бухгалтерской (финансовой) отчетности: по состоянию на 31.12.2017 размер кредиторской задолженности – 116 677 000 рублей, по состоянию на 31.12.2018 – 331 306 000 рублей).

Требования кредиторов, возникшие до 04.06.2019, включены в реестр требований кредиторов должника в общем размере 294 566 519 рублей 20 копеек.

Кроме того к строительству объекта недвижимости, подлежащего передаче АО «Тандер», а впоследствии ООО «ДМ Трейдинг», должником привлечено третье лицо – ООО «Алион» с которым заключен договор генерального подряда со стоимостью работ – 324 000 000 рублей.

Исходя из вышеизложенных обстоятельств, суды заключили, что должник смог осознавать недостаточность активов для расчета с кредиторами не ранее 04.06.2019 – даты заключения сделки по отчуждению актива стоимостью 258 125 250 рублей, за реализацию которого должник изначально мог получить от АО «Тандер» 393 855 000 рублей.

Исходя из установленных обстоятельств, суды последовательно определили дату возникновения у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве – 04.07.2019, ввиду чего правомерно отказали в удовлетворении требований о привлечении иных руководителей к ответственности по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, с учетом периодов исполнения ими соответствующих обязанностей.

При этом судами обоснованно с учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 23 августа 2021 года № 305-ЭС21-7572, отмечен срок возникновения обязательств перед Банком по его регрессному требованию. Довод конкурсного управляющего о неправильном установлении указанного момента  подлежит отклонению.

На основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторовв результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Для применения презумпции вины контролирующего должника лица за невозможность полного погашения требований кредиторов в результате совершения сделки наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется (абзац 4 пункта 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее – Постановление № 53).

Вместе с тем, в отсутствие судебных актов о признании недействительными сделок, совершение которых вменяется контролирующему должника лицу в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, в предмет доказывания входит установление существенной убыточности для должника сделки (совокупности сделок), причинно-следственной связи ее (их) совершения с наступлением банкротства должника либо факта совершения сделки в условиях неплатежеспособности должника.

При решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия (пункт 20 Постановления № 53).

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев 1 и 3 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судами исследованы сделки, последствия которых в качестве причин банкротства вменяются ответчикам, и установлено следующее.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 21 июня 2023 года с учетом постановления Третьего арбитражного апелляционного суда от 10 октября 2023 года признаны недействительными договор купли-продажи земельных участков от 24.04.2020 и договор дарения земельных участков от 30.04.2020.

Однако, земельные участки, переданные по недействительным договорам, возвращены в конкурсную массу; право собственности на них подлежит оформлению за должником в целях их реализации для расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 28 июня 2023 года отказано в признании недействительным договора займа от 27.12.2017.

Апелляционный суд, изучая доводы апелляционной жалобы в части данной сделки, установил, что они не содержат фактов, которые не были учтены судом первой инстанции при рассмотрении спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 04 сентября 2024 года требования управляющего о признании недействительными сделок должника с обществом с ограниченной ответственностью «Ленхард Девелопмент» (далее – ООО «ЛД») (договоры займа, соглашения о переводе долга и взаимозачете) удовлетворены частично; признано недействительной сделкой соглашение о переводе долга от 23.04.2018; применены последствия недействительности сделки в виде восстановления сторон в первоначальное положение, существовавшее до соглашения о переводе долга; в удовлетворении остальной части требований отказано. Отказывая в признании договоров займа недействительными, суд пришел к выводу об их заключении на условиях возмездности и платности.

Вместе с тем, постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 02 июня 2025 года определение арбитражного суда от 04 сентября 2024 года отменено в части признания недействительными и применения последствий недействительности соглашения о переводе долга от 23.04.2018; в удовлетворении заявления в указанной части отказано.  Апелляционным судом установлено, что соглашение о переводе долга от 23.04.2018 оплачено должнику в основной своей части (83,3 процента) уже по состоянию на 14.05.2018 и признаны заслуживающими внимания доводы об отсутствии у должника на момент совершения оспариваемой сделки кредиторов, которым такой сделкой мог бы быть причинен вред.

Также определением арбитражного суда от 19 декабря 2024 года (резолютивная часть) было отказано в признании недействительными перечислений должником в пользу ООО «Алион» денежных средств на сумму 261 504 522 рубля 33 копейки в рамках договора генерального подряда от 05.10.2017.

Вместе с тем, определением Арбитражного суда Красноярского края от 02 февраля 2023 года признаны недействительными договоры оказания услуг от 02.09.2019, от 23.10.2019, а также платежи, совершенные в период с 06.05.2020 по 28.05.2020, на общую сумму 14 647 000 рублей, совершенные по указанным договорам; применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Оникс» 14 647 000 рублей.

Поскольку в период признанных недействительными платежей (с 06.05.2020 по 28.05.2020) директором должника являлся ФИО2, денежные средства в конкурсную массу не возвращены, и возможность их возврата утрачена в связи с ликвидацией ответчика, суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к кредиторским убыткам в размере 14 647 000 рублей. При этом вред от совершения указанной сделки вмененный ФИО2 составляет 4,9 процента от числа имеющейся кредиторской задолженности, и, как последовательно отмечено судами, не является существенным с точки зрения наступления объективного банкротства.

Учитывая период фактического совершения недействительных платежей, суды не усмотрели оснований для привлечения к убыткам ФИО12

Таким образом, суды обоснованно заключили, что приведенные сделки ни в их совокупности, ни каждая в отдельности, не могут служить основанием для привлечения к субсидиарной ответственности или взыскания убытков.

Доводы кассационной жалобы о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве не опровергают правильность сделанных судами выводов, и по существу направлены на переоценку доказательств по делу и установление иных обстоятельств, в связи с чем не могут быть приняты во внимание судом кассационной инстанции в силу пределов его компетенции, установленных частью 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В связи с непредставлением конкурсным управляющим должника доказательств в подтверждение доводов о причастности  ФИО11 и ФИО4 к принятию управленческих решений в отношении должника, возможности осуществления указанными лицами фактического контроля должника, совершения от его имени сделок и получения экономической выгоды, суд округа также отклоняет доводы заявителя о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности указанных лиц, как бенефициаров должника.

Несогласие заявителя с выводами судов не свидетельствует о неправильном применении им норм материального права, иное понимание закона не свидетельствуют о судебной ошибке и не может служить основанием для отмены судебных актов.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не выявлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Красноярского края от 28 декабря 2024 года и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 23 июля 2025 года на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежат оставлению без изменения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа. По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановления на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.

Руководствуясь статьями  274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 28 декабря 2024 года по делу № А33-12534/2020, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 23 июля 2025 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Судьи

Н.Н. Парская

И.А. Бронникова

И.А. Волкова