СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068  

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

 № 17АП-2988/2023(1)-АК

Дело № А50-27354/2020

18 апреля 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2023 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 18 апреля 2023 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего Чепурченко О.Н.,  

судей ТемерешевойС.В., Шаркевич М.С.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1,  

при участии: от ФИО5: ФИО2, удостоверение, доверенность от 05.05.2022, 

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не  направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим  образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации  о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда,  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового  управляющего ФИО3  

на определение Арбитражного суда Пермского края от 03 марта 2023 года об  отказе в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной –  договора купли-продажи от 24.11.2017, заключенного между ФИО4 и ФИО5,  

вынесенное в рамках дела № А50-27354/2020 о признании несостоятельным  (банкротом) ФИО4 (ИНН 

<

***>),  

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 16.11.2020 принято  к производству заявление ФИО4 о признании его  несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.  

Решением арбитражного суда 28.01.2021 ФИО4  (должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена  

 

процедура реализации имущества. Финансовым управляющим имуществом  должника утвержден ФИО3, члена СРО АУ «Лига».  

Объявление о введении процедуры реализации имущества опубликовано  в ЕФРСБ от 29.01.2021.  

30 ноября 2021 года в арбитражный суд поступило заявление  финансового управляющего о признании договора купли-продажи от  24.11.2017, заключенного между ФИО4 и ФИО5 недействительной сделкой, применении последствий  недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу квартиры,  общей площадью 61,3 кв.м., расположенной в Ленинском районе г. Перми.  

К участию в данном обособленном споре в качестве третьего лица, не  заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора,  привлечена ФИО6.  

Для участия в деле привлечен Отдел опеки и попечительства над  несовершеннолетними Территориального управления Министерства  Социального развития Пермского края.  

ФИО5 против удовлетворения заявленных требований возражала. 

Должник за весь период рассмотрения заявления в судебное заседание не  явился, представил отзыв, в котором поддерживал заявление финансового  управляющего и указывал на неполучение от ФИО5 денежных средств.  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 03 марта 2023 года  суд отказал в удовлетворении заявленных требований.  

В порядке распределения судебных расходов взыскал за счет конкурсной  массы ФИО4 в доход федерального бюджета  государственную пошлину в размере 6 000 руб.  

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый  управляющий ФИО3 обратилcя с апелляционной жалобой, в которой  просит его отменить и принять по делу новый судебный акт.  

В обоснование апелляционной жалобы указывает на недоказанность  ответчиком реальной финансовой возможности покупки квартиры, поскольку  представлены только бездоказательные факты; ссылается на не представление  банковских выписок, справок или иных документов, подтверждающих наличие  денежных средств у должника в размере 2 490 000 руб. Относительно вывода  суда о недоказанности наличия признаков заинтересованности  (аффилированности) между участниками сделки отмечает, что им было  заявлено ходатайство об истребовании у ОРПОТ Дзержинского района СУ  УМВД России по г. Перми запрошен материал проверки КУСП № 4415 от  13.03.2018 (арх № 1111/2018) по заявлению ФИО7 по факту совершения  в отношении него мошеннических действий; по дату рассмотрения  обособленного спора о признании сделки недействительной указанный  материал проверки не был представлен органами СУ МВД в материалы дела;  как указывает сам должник, так и можно было бы проверить из истребуемых  документов в случае приобщения их в материалы обособленного спора,  

 

должника и ответчика ранее связывали различного рода отношения (знакомы с  детства, сожительствовали и имели романтические отношения), ответчик не  отрицает факта знакомства и близких отношений с должником в период  совершения сделки. Ссылается на то, что факт наличия аффилированности  сторон, а также совершение сделки с целью сокрыть имущество от кредиторов  подтверждается самим должником и данными им объяснениями ФИО7  оперуполномоченному ОП № 6 от 13.03.2018 (документ имеется в материалах  дела), в котором должник ссылается на то, что он намеренно совершил сделку  по продаже квартиры на лицо, которое впоследствии «вернула» собственность  обратно, однако, ФИО5 отказалась переписывать квартиру на должника  обратно после заключения договора и ввела таким образом должника в  заблуждение. По мнению апеллянта, вывод суда о недоказанности финансовым  управляющим факта причинения вреда кредиторам оспариваемой сделкой не  соответствует действительности в виду отсутствия в материалах дела  надлежащих доказательств предоставления должнику по сделке равноценного  встречного предоставления.  

Также в апелляционной жалобе отражено ходатайство о предоставлении  отсрочки уплаты государственной пошлины в сумме 3 000 руб. за подачу  апелляционной жалобы на срок не более 6 месяцев.  

ФИО5 согласно письменному отзыву против удовлетворения  апелляционной жалобы возражает, ссылаясь на законность и обоснованность  обжалуемого определения.  

ФИО7 в представленном отзыве поддержал доводы апелляционной  жалобы, ссылаясь на не предоставление доказательств факта исполнения  спорного договора, а также указывая на то, что сделка не была направлена на  безвозмездную передачу спорного имущества с целью обеспечения жильем, то  есть ответчик не преследовала собственный экономический интерес.  

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от лиц, участвующих в  деле не поступило.  

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени  и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание  представителей не направили, что в порядке ст. 156 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не является  препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела,  должнику на основании договора купли-продажи принадлежала квартира,  расположенная в Ленинском районе г. Перми.  

24 ноября 2017 года между ФИО4 и ФИО5 был заключен договор купли-продажи, по условиям  которого ФИО4 (продавец) обязался передать в  

 

собственность ФИО5 (покупатель), а покупатель  принять и оплатить квартиру общей площадью 61,3 кв.м., расположенную в  Ленинском районе г. Перми, на условиях, определенных настоящим договором.  

Стоимость квартиры сторонами определена в размере 2 490 000 руб.  

Деньги выплачены ФИО7 наличными, о чем в договоре продавец  сделал запись собственноручно.  

Полагая, что сделка купли-продажи квартиры совершена без реального  предоставления должнику встречного обеспечения, лишь для вида, без  намерения создать соответствующие ей правовые последствия, финансовый  управляющий обратились в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о  признании договора недействительной сделкой на основании п. 2 ст. 61.2  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст. 10, 170  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой  инстанции исходил из не доказанности совокупности условий позволяющих  сделать вывод о недействительности (ничтожности) оспариваемой сделки.  

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности в  порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и отзывов на  нее, проанализировав нормы материального и процессуального права,  выслушав пояснения лица, участвующего в процессе, суд апелляционной  инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения в  силу следующего.  

Согласно п. 1 ст. 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) отношения,  связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой,  регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2  главы XI настоящего Федерального закона.  

В силу положений ст. 61.1 названного Закона, сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской  Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о  банкротстве.  

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная  должником в течение одного года до принятия заявления о признании  банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана  арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном  исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если  цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника  сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых  обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).  

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет  признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение  обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества  

 

или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно  превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств,  определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения  обязательств.  

В силу положений п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов,  может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка  была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании  должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате  ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если  другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту  совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая  сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если  она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов  должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника.  

В соответствии с п. 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» (постановление Пленума ВАС РФ от  23.12.2010 № 63) для признания сделки недействительной по данному  основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным  правам кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки.  

Согласно абзацам второму – пятому п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве  цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,  если налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных  абзацами вторым – пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

В силу абзаца первого п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается,  что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным  лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов  кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника.  

 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Согласно п. 7 постановления Пленума ВАС РФ № 63 предполагается, что  другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным  лицом (ст. 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать  об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Установленные абзацами вторым-пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о  банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если  иное не доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий,  данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом ст. 2 Закона о  банкротстве. Под недостаточностью имущества понимается превышение  размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных  платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под  неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником  части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных  платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом  недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.  

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите  гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники  гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.  

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление  гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу,  действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо  недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом)  

Согласно п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных  с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным  законом «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции постановления  Пленума ВАС РФ № 60 от 30.07.2013), исходя из недопустимости  злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости  защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию  арбитражного управляющего или кредитора может быть признана  недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве  сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов  кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы.  

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без  намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (ч. 1  ст. 170 ГК РФ).  

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон этой сделки  

 

нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой  сделки не соответствует их внутренней воле. В то же время для этой категории  ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта  того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение,  изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно  порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки  как ничтожной.  

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих  ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все  документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому  факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем  анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений  сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности  согласующихся между собой доказательств.  

Диспозиция данной нормы содержит следующие характеристики мнимой  сделки: отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке  правовые последствия, совершение сделки для вида (что не исключает  совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих  видимость исполнения, в том числе, составление необходимых документов),  создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как  действительной.  

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая  мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее  исполнения.  

В подтверждение мнимости сделки необходимо установить, что при ее  совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех  правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.  

Из материалов дела следует, что оспариваемая сделка совершена  24.11.2017 (регистрация перехода права собственности 07.12.2017), то есть в  пределах трех лет до возбуждения дела о банкротстве должника (определение  суда от 16.11.2020) – в период подозрительности, предусмотренный п. 2 ст. 61.2  Закона о банкротстве.  

Финансовый управляющий в обоснование наличия признака  неплатежеспособности ссылается на наличие у должника задолженности в  перед кредиторами.  

В силу п. 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве, под неплатежеспособностью  гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме  требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить  обязанность по уплате обязательных платежей. Если не доказано иное,  гражданин предполагается неплатежеспособным при условии, что прекратил  расчеты с кредиторами, то есть перестал исполнять денежные обязательства и  (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых  наступил.  

 

По смыслу абзацев 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения  вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на  момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения  сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности  имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица.  

Из сведений, содержащихся в картотеке арбитражных дел,  апелляционным судом не установлено и из заявления о признании  оспариваемых сделок недействительными не усматривается, что на момент их  совершения у должника имелись признаки неплатежеспособности или  недостаточности имущества.  

Вместе с тем, из совокупности установленных по делу обстоятельств  усматривается, что сделка совершена должником в период рассмотрения судом  общей юрисдикции иска о взыскании с должника в пользу ФИО8 денежных средств в размере 812 805,78 руб.  

Указанные обстоятельства свидетельствуют о совершении должником  сделки, в результате которой ФИО7 стал отвечать признакам  неплатежеспособности и недостаточности имущества, что подтверждает факт  преследования должником при совершении, в том числе оспариваемой сделки,  цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.  

Вместе с тем, как верно отмечено судом первой инстанции, одним из  необходимых условий признания сделки недействительной по п. 2 ст. 61.2  Закона о банкротстве является причинение вреда имущественным правам  кредиторов и цель причинения вреда.  

При этом, при определении вреда имущественным правам кредиторов  следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним  понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или)  увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные  последствия совершенных должником сделок или юридически значимых  действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате  возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества.  

В обоснование факта причинения оспариваемой сделкой вреда  имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий указывал на  безвозмездное отчуждение должником спорной квартиры в пользу  заинтересованного лица.  

Как указывалось ранее отчуждение спорной квартиры по оспариваемой  сделке осуществлено по цене 2 490 000 руб.  

Доводов о реализации должником по оспариваемой сделке имущества по  заниженной цене финансовым управляющим не приведено, соответствующего  подтверждения не представлено (ст. 65 АПК РФ).  

Более того, из представленных в дело документов усматривается и  участниками спора не опровергается, что должник приобрел спорную квартиру  

 

в сентябре 2016 года по аналогичной цене; на момент продажи ее ФИО5  квартира находилась в состоянии не пригодном для проживания, имелись  предписания Администрации г. Перми о приведении квартиры в  первоначальное состояние.  

Факт получения должником согласованной сторонами стоимости  квартиры наличными денежными средствами отражен в договоре, что  подтверждается сделанной собственноручно ФИО7 записью.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 26 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от  22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с  рассмотрением дел о несостоятельности (банкротстве)» при оценке  достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику  наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или  квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди  прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение  кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие  денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как  полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение  этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.  

В подтверждение наличия у ФИО5 финансовой возможности  приобрести спорную квартиру в материалы дела представлены договор займа,  доказательства снятия наличных денежных средств в банке, получение  обществом «Икигай» доходов от осуществления своей хозяйственной  деятельности, в котором Карат Л.Н. являлась как руководителем, так и  единственным участником (договоры поставки, реализации товара, приходные  кассовые ордера о поступлении денежных средств в 2017-2018 годах),  получения дохода от распространения плацентарных препаратов в системе  Интернет.  

Также в материалы дела представлена копия загранпаспорта, согласно  которому в 2014, 2015 годах Карат Л.Н. посещала страну ОАЭ, проживание в  которой является дорогостоящим; повторное посещение данной страны  свидетельствует о том, что данная поездка не носила туристический характер,  что косвенно подтверждает, что часть денежных средств, для приобретения  квартиры, были заработаны в период проживания в ОАЭ.  

Более того, согласно данных суду пояснений представить полный объем  доказательств подтверждающих наличие у Карат Л.Н. финансовой  возможности приобретения спорной квартиры не представляется возможным  по прошествии с момента совершения сделки более пяти лет и частичной  утраты документов.  

На основании изложенного, вопреки доводам финансового  управляющего, суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда  первой инстанции о доказанности материалами дела наличия у ответчика  финансовой возможности приобретения спорной квартиры, что подтверждает  

 

факт предоставления должнику по сделке равноценное встречное  предоставление.  

Суд апелляционной инстанции критически относится к объяснениям  ФИО7, данным им оперуполномоченному ОП № 6 13.03.2018, поскольку  данные объяснения даны должником с целью избежания привлечения к  уголовной ответственности. Кроме того, в своих объяснениях ФИО7  требовал привлечь Карату Л.Н. к уголовной ответственности, однако органы  предварительного следствия уголовного дела в отношении ФИО5 по  факту мошенничества не возбудили, к уголовной ответственности она не  привлекалась; материалов проверки по заявлению ФИО7 судом не  обнаружено.  

Также следует отметить, что не предоставление должником доказательств  расходования денежных средств полученных от продажи квартиры, не может  быть вменено в вину ответчику.  

При этом, судом приняты во внимание что покупатель ФИО5 не  могла знать об ущемлении интересов кредиторов или о неплатежеспособности  должника, поскольку таких сведений на момент совершения сделки не  существовало.  

Ссылка на аффилированность сторон сделки правомерно отклонена  судом первой инстанции в связи со следующим.  

Аффилированность контрагента по сделке к должнику образует одну из  презумпций осведомленности такого лица как о целях совершения сделки,  которые преследует должник, так и о причинении оспариваемой сделкой вреда  имущественным правам кредиторов.  

Согласно сложившемуся в судебной практике правовому подходу, для  установления презумпций при признании сделок недействительными в рамках  дела о несостоятельности значение имеет не только юридическая  аффилированность, прямо предусмотренная в ст. 19 Закона о банкротстве, но и  фактическая (длительное взаимодействия, дружеские, родственные либо  деловые отношения и т.д.).  

Однако законодательное закрепление такой презумпции означает лишь  установление определенного порядка распределения бремени доказывания  (процессуальный аспект) и не препятствует судам при рассмотрении каждого  конкретного спора устанавливать факт осведомленности ответчика (о  вышеуказанных обстоятельствах) путем исследования и оценки действий  ответчика, как предварявших совершение спорной сделки, так и последующих  после начала ее исполнения.  

В рассматриваемом случае наличие в подтверждении факта  аффилированности сторон конкурсным управляющим не приведены  безусловные доказательства того, что ответчик по сделке знала, либо должна  была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества  должника.  

Как пояснил ответчик, при заключении договора ФИО7 сообщил,  

 

что его финансовое положение стабильное, в отношении него нет заявлений о  банкротстве, исполнительных производств в отношении него не имеется и он  не находится в предбанкротном состоянии (п. 2.2.2 договора).  

Согласно общедоступным сведениям с сайта ФССП первое  исполнительное производство в отношении должника возбуждено судебным  приставом – исполнителем 20.01.2018, тогда как оспариваемый договор  заключен 24.11.2017.  

Таким образом, суд пришел к обоснованному выводу о недоказанности  финансовым управляющим обстоятельств, свидетельствующих о причинении  вреда кредиторам в результате совершения оспариваемой сделки, а также  преследование обеими сторонами такой сделки противоправной цели.  

Факт исполнения спорного договора подтвержден материалами дела,  спорное имущество передано должником Карат Л.Н.; регистрация перехода  права собственности ФИО5 произведена незамедлительно после  заключения оспариваемого договора купли-продажи.  

Согласно данным суду пояснениям, невозможность вселения ответчиком  в спорную квартиру сразу после ее приобретения связано исключительно с  необходимостью приведения помещений в состояние пригодное для  проживания; после устранения данных обстоятельств (проведения ремонта)  ФИО5 въехала в спорную квартиру, осуществила регистрацию по месту  жительства как самой себя, так своих детей, владеет, пользуется и  распоряжается квартирой без какого-либо вмешательства со стороны третьих  лиц.  

Из совокупности указанных выше обстоятельств следует, что целью  приобретения спорного имущества по оспариваемой сделке для ответчика имел  экономический интерес; ответчик проживает в спорном жилом помещении и в  настоящее время со своими несовершеннолетними детьми.  

Указанное исключает вывод о возможном мнимом характере  оспариваемой сделки, является свидетельством ее действительности.  

Установив недоказанность материалами дела факта причинения вреда  имущественным правам кредиторов, преследуемой обеими сторонами  противоправной цели, в том числе направленной на предотвращение  возможного обращения взыскания на спорное имущество, а также не  опровергнутые обстоятельства реальности оспариваемых правоотношений, суд  первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований  для признания договора купли-продажи от 24.11.2017 недействительной  (ничтожной) сделкой как по специальным (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве),  так и по общим основаниям (ст.ст. 10, 170 ГК РФ).  

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в  апелляционной жалобе не приведено.  

Выводы суда первой инстанции основаны на представленных в дело  доказательств, при установлении всех фактических обстоятельств имеющих  значение для рассмотрения настоящего спора.  

 

По существу, заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с  данной судом оценкой установленных по делу фактических обстоятельств, не  опровергая их. Оснований не согласиться с данной судом первой инстанции  оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется.  

Оснований для отмены определения арбитражного суда от 04.12.2020,  предусмотренных ст. 270 АПК РФ судом апелляционной инстанции не  установлено.  

В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать. 

Государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в  порядке ст. 110 АПК РФ подлежит отнесения на должника и подлежи  взысканию в доход федерального бюджета за счет сформированной конкурсной  массы.  

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 03 марта 2023 года  по делу № А50-27354/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу –  без удовлетворения.  

Взыскать в доход федерального бюджета за счет конкурсной массы  ФИО4 3 000 (три тысячи) рублей государственной  пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.   

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.  

Председательствующий О.Н. Чепурченко  

Судьи С.В. Темерешева  

 М.С. Шаркевич