Арбитражный суд Чеченской Республики

364024, Чеченская Республика, г. Грозный, ул. Шейха Али Митаева, 22 «Б»

www.chechnya.arbitr.ru

e-mail: info@chechnya.arbitr.ru

тел: (8712) 22-26-32

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А77-803/2023

01 апреля 2024 года

г.Грозный

 

Резолютивная часть определения оглашена 25 марта 2024 года.

Полный текст определения изготовлен 01 апреля 2024 года.

 

            Арбитражный суд Чеченской Республики  в составе судьи   Зубайраева А. М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1, рассмотрев по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дел в арбитражном суде первой инстанции, исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО2, ИНН 

<

***>, ОГРНИП 320774600193970, адрес: 127576, 

<

...>, 

к ответчику: индивидуальному предпринимателю ФИО3, ИНН 

<

***>, ОГРНИП 307203307400016, адрес: 366502, 

<

...>,

третье лицо: Хурсит Балчи (налоговый номер 1360550773, адрес: район Эльмасбахелер, ул. Махмудие, номер 13-19, эт. 5, н. 25) в лице ООО «Техдокконтроль» адрес: 153000,  

<

...>,

третье лицо: ООО «Вайлдберриз», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 142181, Московская обл., г. Подольск, д. Коледино, тер. Индустриальный ФИО4, д. 6, стр. 1,

о взыскании компенсации за нарушение исключительных имущественных прав,

при участии:

от истца – ФИО5, адвокат, онлайн-доступ,

от ответчика, третьего лица – ФИО6 по доверенности, онлайн-доступ, 

в отсутствие представителей  иных извещенных сторон,

у с т а н о в и л:

индивидуальный предприниматель ФИО2 обратился в Арбитражный суд Чеченской Республики с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о взыскании 300 000 руб. денежной компенсации за нарушение прав на товарный знак № 894497.  

   В отзыве на исковое заявление ответчик ссылался на то, что истец не является производителем товаров, маркируемых товарным знаком «DIOX», его действия по приобретению исключительных прав на товарный знак являются злоупотреблением права и недобросовестной конкуренцией. 

   От Хурсит Балчи поступило ходатайство о вступлении в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, со ссылкой на следующее. Хурсит Балчи является единственным производителем продукции - чая для похудения с торговой маркой Diox. Торговая марка Diox запатентована в стране производства - Турции, патент выдан Турецким ведомством по патентам и товарным знакам 15.05.2019, на десять лет, начиная с 23.11.2018, товарный знак «Diox» зарегистрирован за № 2018 106021. Чай для похудения реализуется, как на территории Турции, так и на территории других стран (Европа, Азия, Россия). На территории Российской Федерации чай для похудения Diox турецкого производства реализуется с 2016 года, через предпринимателей, заключивших с Хурсит Балчи дистрибьюторские договоры. От предпринимателей, реализующих продукцию Diox в Российской Федерации на правах дистрибьюторов, Хурсит Балчи стало известно о том, что предприниматель ФИО2 зарегистрировал товарный знак Diox в России и в судебном порядке пытается в различных арбитражных судах истребовать с дистрибьюторов компенсацию за использование торгового знака Diox. Хурсит Балчи не давал согласие на регистрацию его товарного знака ФИО2, вместе с тем последний зарегистрировал в конце 2022 года товарный знак Diox в аналогичном макете, аналогичной цветовой гамме, с использованием аналогичного шрифта, то есть полностью скопировал вид товарного знака Хурсита Балчи. После получения свидетельства о регистрации товарного знака на свое имя ФИО2 направил предпринимателям, являющимся дистрибьюторами Хурсита Балчи, и продающим чай для похудения Diox на маркет-плейсах в России, претензии о выплате компенсаций за использование товарного знака и требования о снятии продукции с продажи. Указанные действия ФИО2 привели к снижению объемов покупки предпринимателями России продукции Diox Хурсита Балчи, что повлекло упущенную выгоду и убытки и у Хурсита Балчи, и у российских предпринимателей.  

Согласно статье 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.  

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Хурсита Балчи (Hursit BALCI), Налоговый номер: 1360550773, Идентификационный номер Т.R 39103494430. 

В материалы дела поступил отзыв на исковое заявление от третьего лица. 

В материалах дела также имеется отзыв ответчика с дополнениями. 

Дело рассматривается в порядке статей 153-166 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Заявлений по статьям 24, 47, 48, 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основании своих требований и возражений.

 Арбитражному суду представляются доказательства, отвечающие требованиям статей 67, 68, 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

  Сторонами к итоговому судебному заседанию совместно с ходатайством о приобщении дополнительных материалов к делу представлены:  третьим лицом – Рецензия от 07.03.2024г.  на Заключение № 238-2023 от 20.12.2023г., истцом – комментарий на Рецензию от  07.03.2024г. Суд полагает ходатайство сторон в указанной части подлежащим удовлетворению.

  В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

   Исследовав материалы настоящего дела, оценив собранные по делу доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд установил следующее. 

   ФИО7 Азатович является правообладателем исключительного права на товарный знак «DIOX» за № 894497 (приоритет товарного знака 31.05.2022, зарегистрирован 26.09.2022, срок действия до 31.05.2032).  

   Указанный товарный знак зарегистрирован в отношении товаров 29, 30, 32 классов МКТУ и услуг 35 класса МКТУ, в том числе для следующих товаров 30 класса МКТУ: напитки чайные; кофе, чай, какао и их заменители. 

   Обращаясь с настоящим иском в арбитражный суд, истец указал, что 14.11.2022 ему стало известно, что на маркетплейсе «wildberries» и на маркетплейсе «ozon»  предприниматель ФИО3 использует обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком истца «DIOX» по свидетельству № 894497 при предложении к продаже чая.  

   Истец направил ответчику досудебную претензию для урегулирования спора. 

   Поскольку ответчик претензию истца не удовлетворил, истец обратился с иском в суд о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак в размере 300 000 руб. 

   Оценив обстоятельства настоящего дела, представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска в связи со следующим.  

   В силу пункта 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.  

   В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. 

   Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.  

   Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использовать результат интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.  

   Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.  

   В силу статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 данного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи.  

   Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2 статьи 1481 ГК РФ).  

   В силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.  

   Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).  

   Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.  

   В соответствии с пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития России от 20.07.2015 № 482 обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах; обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.  

   В то же время при рассмотрении настоящего спора суд установил, что Турецким ведомством по патентам и товарным знакам 15.05.2019 был зарегистрирован товарный знак «Diox» № 2018 106021 сроком десять лет, начиная с 23.11.2018. 

   Владельцем товарного знака является Хурсит Балчи. Указанный товарный знак зарегистрирован, в том числе, в отношении диетических веществ, пригодных для медицинского и ветеринарного применения, биологически активных добавок для людей и животных, пищевых добавок, лекарственных препаратов для похудения, лекарственных растений и лечебных травяных напитков.  

   Согласно статье 1487 ГК РФ не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.  

   Такие товары не могут признаваться контрафактными в случаях использования в отношении таких товаров зарегистрированного товарного знака лицом, не являющимся его владельцем.  

   Правообладателем товарного знака «DIOX» Хурситом Балчи был заключен с ответчиком ФИО3 дистрибьютерский договор и выдан сертификат об авторизации дилера от 15.03.2022 в целях продажи продукции, маркированной товарным знаком Хурситом Балчи «DIOX» на территории Российской Федерации, товар был введен в гражданский оборот с согласия правообладателя - Хурсита Балчи. Ответчик осуществлял закупку товара по договору у официального дистрибьютера «Чая для похудения «DIOX» и правообладателя соответствующего товарного знака. 

   С конца 2019 года на основании заключаемых дистрибьюторских договоров производимый чай под товарным знаком DIOX распространялся на территории европейских, азиатских стран, а также в Российской Федерации. Для распознавания и идентификации производителя на каждой коробке с чаем имеется голограмма со штрих кодом, при проверке которого открывается именно страница официального сайта - турецкого производителя Хурсит Балчи.  

   Первый дистрибьюторский договор на продажу продукции Хурсит Балчи «DIOX» на территории Российской Федерации был заключен 22.05.2019. 

   Как пояснял Хурсит Балчи, на территории России заключено множество дистрибьюторских договоров с предпринимателями на продажу продукции под торговой маркой Хурсит Балчи «DIOX».  

   Хурситом Балчи представлены скриншоты с маркетплейса, подтверждающие продажи чая «Diox» до даты приоритета на него истца.  

   В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.  

   Пунктом 1 статьи 1252 ГК РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему 

результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб; об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом 4 этой статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю.  

   Вместе с тем суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по государственной регистрации соответствующего товарного знака могут быть квалифицированы как злоупотребление правом (третий абзац того же пункта).  

   В силу пункта 9 статьи 4 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам-конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации, квалифицируются как недобросовестная конкуренция.  

   В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.  

   В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).  

   В соответствии с положениями параграфа 2 статьи 10.bis Конвенции по охране промышленной собственности (заключена в Париже 20.03.1883) и пункта 1 статьи 10 ГК РФ суд может квалифицировать нечестность поведения лица при приобретении исключительного права на товарный знак с учетом субъективных критериев такого поведения, поскольку суд оценивает все обстоятельства конкретного дела в их совокупности и взаимной связи.  

   Одним из обстоятельств, которые могут свидетельствовать о недобросовестном поведении лица, зарегистрировавшего товарный знак, может быть то, что это лицо знало или должно было знать о том, что третьи лица (третье лицо) на момент подачи заявки на регистрацию обозначения в качестве товарного знака законно использовали соответствующее обозначение для индивидуализации производимых ими товаров или оказываемых услуг без регистрации в качестве товарного знака, а также то, что такое обозначение приобрело известность среди потребителей.  

   Кроме того, если до даты приоритета товарного знака спорное обозначение широко использовалось третьими лицами (например, конкурентами, в том числе наравне с последующим правообладателем), регистрация товарного знака одним из конкурентов могла быть произведена исключительно с целью устранения присутствия третьих лиц на рынке определенного товара. Такая регистрация не соответствует основной функции товарного знака по индивидуализации товаров правообладателя.  

   Также могут быть квалифицированы в качестве недобросовестной конкуренции действия лица по регистрации товарного знака в случае регистрации лицом обозначения, ранее использовавшегося без регистрации в качестве товарного знака иным лицом и получившего известность в результате именно такого использования.  

   При рассмотрении судом вопроса о том, является ли регистрация обозначения в качестве товарного знака актом недобросовестной конкуренции, в качестве критерия недобросовестного поведения может быть принято во внимание последующее (после регистрации) поведение правообладателя.  

   С учетом установленного ГК РФ общего требования о необходимости использования зарегистрированного товарного знака являются недобросовестными и не подлежат судебной защите такие действия обладателя права на товарный знак, которые направлены на создание препятствий к использованию даже тождественных или сходных с ним до степени смешения обозначений, в случае отсутствия фактического его использования самим правообладателем, поскольку у истца, не приложившего в установленный законом период времени усилий для использования товарного знака, отсутствует нарушенное право. Попытка получить такую защиту при отсутствии достойного защиты интереса (например, при имитации нарушения права) является злоупотреблением правом со стороны истца.  

   Таким образом, из разъяснений Суда по интеллектуальной собственности следует, что в случае, если по материалам дела и исходя из конкретных фактических обстоятельств усматривается, что зарегистрированное обозначение ранее использовалось без регистрации в качестве товарного знака иным лицом и получило известность в результате именно такого использования, а товарный знак правообладателем не используется, однако им применены конкретные меры по защите исключительного права, такие действия могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.  

   При рассмотрении настоящего спора суд установил, что товарный знак «Diox» был зарегистрирован Хурсит Балчи (Hursit BALCI) на территории Турецкой республики в 2019 году и продукция этого правообладателя широко представлена на маркетплейсах в России, в том числе ее реализацией занимался ответчик на основании сертификата авторизации дилера. При этом истец не представил доказательств использования товарного знака для маркировки выпускаемой им аналогичной продукции (товаров). 

   ФИО2 в наименовании карточки товара значится «Турецкий чай», в описании товара указана информация о стране производства - Турция. На упаковке товаров истца и ответчика имеется ссылка на сайт производителя (правообладателя): www.dioxtea.com. 

   Суд первой инстанции приходит к выводу, что действия истца являются недобросовестными и не подлежат судебной защите. Суд установил, что спорное обозначение «Diox» начало использоваться на территории Российской Федерации ранее регистрации истцом своего товарного знака и стало узнаваемым потребителями, а истец попытался воспользоваться такой репутацией. Попытка получить защиту при отсутствии достойного защиты интереса (например, при имитации нарушения права) признана судами злоупотреблением правом со стороны истца. 

   Интернет-сайт www.dioxtea.com функционирует с 02.09.2016, из чего следует, что ФИО2 не мог не знать об использовании спорного обозначения иными лицами до даты подачи заявки на регистрацию товарного знака в связи со спецификой осуществляемой деятельности и информацией, имеющейся в открытых источниках. 

   Товар, предлагаемый ответчиком к продаже с согласия правообладателя и производителя такого товара (чая для похудения), отличается от обычного чая, включенного в перечень товаров 30-го класса МКТУ, своими свойствами и функциональным назначением. Цель приобретения потребителями чая для похудения - очищение организма и снижение массы тела (похудение). Товар (чай для похудения) является специфическим. 

   Для оценки действий правообладателя по приобретению и использованию (статья 14.4 Закона о защите конкуренции) или только по приобретению (статья 14.8 Закона о защите конкуренции) исключительного права на товарный знак как недобросовестной конкуренции, суду следует установить, что недобросовестность имела место на момент обращения с заявкой на регистрацию обозначения в качестве товарного знака (пункт 13 Обзора судебной практики по делам, связанным с оценкой действий правообладателей товарных знаков, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2023; далее - Обзор от 15.11.2023). 

   Единожды установленное злоупотребление правом при регистрации конкретного товарного знака порождает право для заинтересованных лиц оспорить предоставление правовой охраны соответствующему знаку (подпункт 6 пункта 2 статьи 1512 ГК РФ), но до тех пор, пока на основании возражения правовая охрана не будет прекращена, исключительное право на такой товарный знак действует в отношении третьих лиц без ограничений, а в отношении тех лиц, по отношению к которым установлена недобросовестность, - с учетом установленного факта недобросовестности. Оценка судом действий правообладателя в качестве злоупотребления правом по отношению к одним лицам не означает, что и по отношению к другим лицам данный правообладатель является недобросовестным (пункт 3 Обзора от 15.11.2023).  

   В пункте 14 Обзора от 15.11.2023 указано, что наличие или отсутствие недобросовестной конкуренции в действиях лица должно устанавливаться судом по отношению к истцу, а не к иным лицам.  

   Применительно к настоящему делу эта рекомендация означает, что недобросовестность истца должна устанавливаться по отношению именно к ответчику.  

   С учетом продажи ответчиком оригинальной продукции, широко известной с 2019 года (до даты подачи заявки и приоритета товарного знака истца), суд приходит к выводу о недобросовестности подачи иска по отношению к ответчику. Прав на товарный знак истца ответчик не нарушал. 

   Исходя из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 154, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ. В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании наименования места происхождения товара либо сходного с ними до степени смешения обозначения. 

   Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора.  

   При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор по существу.  

   В пункте 162 Постановления № 10 разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.  

   Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.  

   Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.  

   Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.  

   При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.  

   При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.  

   Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.  

   Судом первой инстанции при этом соблюдает методологию установления однородности, сходства и вероятности смешения. 

            При оценке однородности спорной продукции ответчика с товарами/услугами, указанными в регистрации защищаемого товарного знака, следует руководствоваться не только положениями статей 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, но и нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее - Правила № 482), а также разъяснениями высшей судебной инстанции, содержащимися в Постановлении № 10.  

   Как следует из пункта 45 Правил № 482, при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю.  

   При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки.  

    Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).  

    Перечень обстоятельств, на основании которых суд вправе установить однородность товаров, не является исчерпывающим.  

   Суд должен самостоятельно оценить на основе имеющихся в материалах дела доказательств, к какой позиции из числа поименованных в МКТУ следует отнести конкретный товар (услугу).  

   Согласно статье 2 Соглашения о МКТУ принятая классификация не связывает страны ни в отношении определения объема охраны товарного знака, ни в отношении признания знаков обслуживания. Системное, лексическое, телеологическое толкование норм вышеуказанного Соглашения также свидетельствует о том, что классификация не имеет определяющего влияния на оценку идентичности или однородности товаров в целях охраны товарного знака, что находит отражение в судебной практике государств по применению его норм.  

   Подход, предусматривающий, что классификация товаров (услуг) не имеет решающего значения при определении сходства товаров (услуг) в целях правовой охраны средств индивидуализации, которыми такие товары и услуги маркированы, закреплен и в пункте 2.457 Руководства Всемирной организации интеллектуальной собственности (WIPO Intellectual Property Handbook). Данный подход обусловлен тем, что зачастую существенно отличные товары (услуги) содержатся в одном классе и, наоборот, сходные товары (услуги) - в различных классах.  

            Аналогичная позиция отражена в постановлениях президиума Суда по интеллектуальным правам от 06.11.2020 по делу № СИП-1005/2019 и от 17.06.2021 по делу № СИП-966/2020.  

   Согласно подпунктам «a» и «b» пункта 2 статьи 9 Сингапурского договора о законах по товарным знакам от 27.03.2006 товары или услуги не могут считаться сходными на том основании, что в любой регистрации или публикации, осуществленной агентством, которому Договаривающаяся Сторона поручила регистрацию знаков, они фигурируют в одном и том же классе МКТУ; товары или услуги не могут считаться несходными друг с другом на том основании, что в любой регистрации или публикации, осуществленной таким агентством, они фигурируют в разных классах МКТУ.  

   Сравнение различных услуг должно производиться исходя из их формулировок, изложенных в том виде, в котором они внесены в свидетельство о регистрации соответствующего товарного знака (знака обслуживания), то есть независимо от их группировок по классам МКТУ в различные периоды времени и без учета иных услуг, входящих в эти же классы МКТУ.  

    Проанализировав критерии однородности товаров, суд пришел к выводу об отсутствии нарушения исключительных прав истца на спорный товарный знак действиями ответчика.  

    По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы остаются на истце. 

   В соответствии с частью 5 статьи 15, часть 1 статьи 177 и частью 1 статьи 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебный акт, выполненный в форме электронного документа, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.       

 

   На основании изложенного, руководствуясь статьями   110, 167, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

р е ш и л :

ходатайство сторон о приобщении доказательств – удовлетворить.

   В удовлетворении иска – отказать.

 

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд  через  арбитражный суд первой инстанции.

 

Судья                                                                                                  Зубайраев А.М.