АРБИТРАЖНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

426011, г. Ижевск, ул. Ломоносова, 5

http://www.udmurtiya.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А71- 10062/2020

31 января 2021 года

г. Ижевск

 

Резолютивная часть решения объявлена 22 января 2021 года

Полный текст решения изготовлен 31 января 2021 года

 

Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи Березиной А.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1 рассмотрел в судебном заседании исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Агрохолдинг «Кама» (с. Первомайский, Воткинский район, Удмуртская Республика, 427423, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в лице участника ФИО2 к публичному акционерному обществу «Банк Уралсиб» (ул. Ефремова, д. 8, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании договора поручительства от 24.08.2018 № 0101-852/00009/0109 недействительным и применении последствий недействительности сделки в виде возврата всего переданного по сделке.

К участию в деле в качестве в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3, финансовый управляющий индивидуального предпринимателя ФИО3 - ФИО4,  временный управляющий общества «Агрохолдинг «Кама» - ФИО5.

Арбитражный суд Удмуртской Республики

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к публичному акционерному обществу «Банк Уралсиб» (далее – общество «Банк Уралсиб»), обществу с ограниченной ответственностью «Агрохолдинг «Кама» (далее – общество «Агрохолдинг «Кама», общество)  о признании договора поручительства от 24.08.2018 № 0101-852/00009/0109 недействительным и применении последствий недействительности сделки в виде возврата всего переданного по сделке, делу присвоен № А40-93225/2020.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.07.2020 дело №А40-93225/2020 направлено по подсудности в Арбитражный суд Удмуртской Республики. 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 02.09.2020 исковое заявление принято к производству, делу присвоен № А71-10062/2020.

К участию в деле в качестве в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3, финансовый управляющий индивидуального предпринимателя ФИО3 - ФИО4,  временный управляющий общества «Агрохолдинг «Кама» - ФИО5.

Стороны и третьи лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей не обеспечили.

Судебное заседание проведено в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей сторон и третьих лиц,  надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в сети «Интернет» (статьи 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судебное заседание в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проведено 19.01.2021 с перерывом до 22.01.2021.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 11.11.2020 истцу предлагалось уточнить состав участников лиц, участвующих в деле, с учетом правовой позиции, изложенной в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которой участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

Определение суда истцом не исполнено. 

Исходя из изложенного, на основании пункта 1 статьи 65.2. Гражданского кодекса Российской Федерации и с учетом вышеуказанных разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации надлежащим истцом по настоящему делу суд признал общество «Агрохолдинг «Кама» в лице участника ФИО2, ответчиком по делу является вторая сторона сделки - публичное акционерное общество «Банк Уралсиб», на что указано в определении суда от 16.12.2020.

Исследовав и оценив собранные по делу доказательства, арбитражный суд установил следующее.

Согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) (выписка – том 1, л.д. 47-54) общество с ограниченной ответственностью «Агрохолдинг «Кама» было зарегистрировано 12.08.2013  при создании.

На момент заключения оспариваемой сделки и на текущую дату участниками общества являются ФИО3 (третье лицо) и ФИО2 (истец) с одинаковым размером доли в уставном капитале Общества – по 50% у каждого (номинальной стоимостью по 26954300 рублей). 

Уставный капитал общества «Агрохолдинг «Кама» составляет 53 908 500 рублей.

Из материалов дела следует, что 24.08.2018 между Индивидуальным предпринимателем ФИО3 и Публичным акционерным обществом «БАНК УРАЛСИБ» заключен договор о кредитовании счета (об овердрафте) № 0101-852/00009 (том 3, л.д. 19-37).

Лимит овердрафта не может превышать 109 500 000 рублей.

При исследовании обстоятельств дела судом было установлено, что 24.08.2018 между Публичным акционерным обществом «БАНК УРАЛСИБ» (далее - Банк) и обществом «Агрохолдинг «Кама» (далее - Поручитель) заключен договор поручительства № 0101-852/00009/0109 (далее - Договор поручительства), в соответствии с которым общество «Агрохолдинг «Кама» принимает на себя обязательства отвечать солидарно с Индивидуальным предпринимателем ФИО3 (ОГРНИП 304183118800157) (далее - Должник) перед Банком за исполнение Должником всех обязательств по договору о кредитовании счета (об овердрафте) № 0101-852/00009 от 24.08.2018, заключенному между Должником и Банком (далее - Основной договор) в том же объеме, как Должник. 

Полагая, что указанный договор поручительства является крупной сделкой и сделкой с заинтересованностью, совершенной с нарушением порядка одобрения, предусмотренного Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью), а также пункта 8.4.12. Устава общества, истец обратился в суд с настоящими исковыми требованиями о признании его недействительным.

Исследовав материалы дела, суд признал исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на дату совершения сделки (далее - ГК РФ), сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц (пункт 2 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом: связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство) цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

Согласно пункту 3 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью принятие решения о согласии на совершение крупной сделки является компетенцией общего собрания участников общества.

Пунктом 8.4.12. Устава общества, утвержденного решением общего собрания участников общества, оформленного протоколом от 18.11.2013 № 3 (том 1, л.д. 39-46), принятие решения об одобрении обществом сделки, в совершении которой имеется заинтересованность согласно статье 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, а также решения об одобрении крупной сделки согласно статье 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью отнесено к компетенции общего собрания участников общества.

Крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть признана недействительной в соответствии со статьей 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества (пункт 4 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

ФИО2 является участником общества с долей в уставном капитале в размере 50%, поэтому вправе обратиться в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков (пункт 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью):

 1) количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, в том числе права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (далее - имущество), цена или балансовая стоимость (а в случае передачи имущества во временное владение и (или) пользование, заключения лицензионного договора - балансовая стоимость) которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату; 

2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Например, к наступлению таких последствий может привести продажа (передача в аренду) основного производственного актива общества. Сделка также может быть квалифицирована как влекущая существенное изменение масштабов деятельности общества, если она влечет для общества существенное изменение региона деятельности или рынков сбыта.

Проанализировав представленные в материалы дела балансы общества «Агрохолдинг «Кама», отражающие показатели за 2016-2018 годы (том 3, л.д. 51-52), суд установил, что обязательства, принятые обществом по спорному договору поручительства, действительно превышают 25% балансовой стоимости его активов.

Вместе с тем, какие-либо доказательства наличия у сделки второго признака для отнесения ее к крупной: качественного, т.е. того, что сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, истцом в материалы дела не представлены, какие-либо обоснования в указанной части в иске не приведены.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 5 пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Бремя доказывания совершения оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности лежит на истце.

Учитывая, что доказательства одновременного наличия у сделки обоих признаков (количественного и качественного) суду не представлены, оспариваемая сделка не может быть квалифицирована судом как крупная.

В соответствии с пунктом 5 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью суд отказывает в удовлетворении требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, недействительной при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

к моменту рассмотрения дела в суде представлены доказательства последующего одобрения такой сделки;

при рассмотрении дела в суде не доказано, что другая сторона по такой сделке знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой, и (или) об отсутствии надлежащего согласия на ее совершение.

В пункте 18  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» разъяснено, что в силу подпункта 2 пункта 6.1 статьи 79 Закона об акционерных обществах и абзаца третьего пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью на истца возлагается бремя доказывания того, что другая сторона по сделке знала (например, состояла в сговоре) или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой (как в части количественного (стоимостного), так и качественного критерия крупной сделки) и (или) что отсутствовало надлежащее согласие на ее совершение.

Возражая относительно заявленных требований, ответчик представил в материалы дела  протокол общего собрания участников общества от 24.08.2018 (том 1, л.д. 97), согласно которому при наличии кворума общим собранием участников общества (обоими участниками ФИО3 и ФИО2) единогласно было принято решение о согласии на заключение с банком договора поручительства № 0101-852/00009/0109, который прилагается к настоящему протоколу. В протоколе об одобрении сделки указаны ее стороны, выгодоприобретатель, существенные условия сделки, в том числе условия кредитного договора, директору общества дано поручение на заключение договора на условиях, указанных в решении. Протокол подписан обоими участниками общества, в том числе истцом ФИО2.

Доказательства того, что вышеназванное решение собрания участников общества в установленном порядке признано недействительным, суду не представлены, о фальсификации указанного протокола истцом в процессе рассмотрения дела не заявлено.

Документы, свидетельствующие о том, что вторая сторона сделки – банк знала или заведомо должна была знать об отсутствии надлежащего согласия на совершение сделки, истец в материалы дела не представил, доводы отзыва не оспорил.

Относительно доводов истца о том, что сделка одновременно является сделкой с заинтересованностью и совершена без надлежащего одобрения, суд пришел к следующим выводам.

Пунктом 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью предусмотрено, что сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации):

являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Согласно пункту 3  статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью общество обязано извещать о совершении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, незаинтересованных участников общества в порядке, предусмотренном для извещения участников общества о проведении общего собрания участников общества, а при наличии в обществе совета директоров (наблюдательного совета) - также незаинтересованных членов совета директоров (наблюдательного совета) общества.

По общему правилу, сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует обязательного предварительного согласия на ее совершение (пункт 4 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной (абзац 2 пункта 6 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

В соответствии с разъяснениями абзаца 2 пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность»  бремя доказывания того, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о наличии элемента заинтересованности в сделке и об отсутствии согласия (одобрения) на ее совершение, возлагается на истца.

Как следует из материалов дела и не оспорено иными лицами, участвующими в деле (часть 3.1. статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), оба участника общества являются братьями.

 В соответствии с пунктом 7 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью положения настоящей статьи не применяются к сделкам, в совершении которых имеется заинтересованность всех участников общества, при отсутствии заинтересованности в совершении сделки иных лиц, за исключением случая, если уставом общества предусмотрено право участника потребовать получения согласия на совершение такой сделки до ее совершения. 

В данном случае, поскольку оба участника общества являются братьями, и, соответственно, в совершении сделки имеется заинтересованность всех участников сделки, а право участника требовать получения согласия на ее совершение Уставом не предусмотрено, положения статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью к спорной сделке не применяются.

Кроме того, суд учитывает, что при заключении оспариваемого договора банку был представлен протокол общего собрания общества об одобрении сделки, подписанный всеми участниками общества, в том числе истцом.

Исходя из изложенного, оснований для признания спорного договора поручительства недействительным, как заключенного с нарушением порядка совершения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, предусмотренного статьями 45,46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, не имеется.

Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии со статьей 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного Кодекса.

Вместе с тем, в силу статьи 197 ГК РФ для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Статьей 181 ГК РФ установлен годичный срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год (абзац 1 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность»).

При этом в абзаце 2 указанного пункта также разъяснено, что срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее - совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе если оно непосредственно совершало данную сделку.

Иные правила применяются в случае, если доказано, что лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки.

В таком случае срок исковой давности исчисляется со дня, когда о соответствующих обстоятельствах узнало или должно было узнать лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, иное, чем лицо, совершившее сделку. Лишь при отсутствии такого лица до момента предъявления участником хозяйственного общества или членом совета директоров требования срок давности исчисляется со дня, когда о названных обстоятельствах узнал или должен был узнать участник или член совета директоров, предъявивший такое требование (абзац 3 пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность»).

Оспариваемый договор поручительства был подписан директором общества 24.08.2018, доказательства сговора директора общества со второй стороной сделки - банком в деле отсутствуют, соответственно, срок исковой давности по иску об оспаривании данного договора поручительства должен исчисляться с момента заключения договора, поскольку именно в эту дату единоличный исполнительный орган общества (его директор) узнал о совершении сделки.

Кроме того, суд учитывает, что заключение спорного договора поручительства было одобрено решением общего собрания общества от 24.08.2018, в котором истец принимал участие и голосовал «за» одобрение сделки, а соответственно, истец ФИО2 не мог не знать о заключении оспариваемой сделки.

Поскольку с соответствующим иском в суд истец обратился только 04.06.2020 (поступление иска через сервис «Мой Арбитр»), годичный срок исковой давности для оспаривания сделки им был пропущен, что в силу абзаца 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в иске. 

Учитывая изложенное, в удовлетворении исковых требований суд отказывает.

С учетом принятого решения на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по оплате государственной пошлины относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Удмуртской Республики

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Судья                                                               А.Н. Березина