﻿

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А33-4432/2021

г. Красноярск

18 ноября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 ноября 2021 года. 

Полный текст постановления изготовлен         18 ноября 2021 года.

Судья Третьего арбитражного апелляционного суда Парфентьева О.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания Щекотуровой Я.С.,

при участии: от истца - ROI VISUAL Co., Ltd. (Республика Корея): Галактионовой К.А., представителя по доверенности 11.01.2021 №77/741-н/77-2021-3-3, диплом,

рассмотрев апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя Ажиматова Кыялбека Жанайевича (ИНН 246412009702, ОГРН 317246800044311)  на решение Арбитражного суда Красноярского края от 29 апреля 2021 года по делу № А33-4432/2021, рассмотренному в порядке упрощенного производства,

установил:

ROI VISUAL Co., Ltd. (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к индивидуальному предпринимателю Ажиматову Кыялбеку Жанайевичу (далее – ответчик) о взыскании 100 000 рублей, состоящих из: 20 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 1 213 307 («ROBOCAR POLI»), 20 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)», 20 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)», 20 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)», 20 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)», а также судебных издержек в размере стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика в сумме 240 рублей, судебных издержек в размере стоимости почтовых отправлений в виде претензии и искового заявления в размере 239 рублей 14 копеек.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 29.04.2021 исковые требования удовлетворены в полном объеме. 

Не согласившись с указанным судебным актом, ответчик обратился в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

Доводы  апелляционной  жалобы  сводятся  к  несогласию  с выводами суда  первой инстанции,  оценкой  установленных  обстоятельств и  представленных в  материале  дела  доказательств. Ответчик  выражает несогласие с  тем, что  судом  принята  в качестве  допустимого доказательства видеозапись закупки товара. Считает, что видеозапись  осуществлена с нарушением закона. По мнению ответчика,  скрытая  видеосъемка  может  осуществлять  только  сотрудниками правоохранительных органов  в  порядке, предусмотренном  Уголовно-процессуальным  законодательством.  Также ссылается  на то, что  в материалах  дела отсутствует заключение, что видеозапись не подверглась монтажу. Кроме того, считает, что  истцом не доказан факт тождественности товарного знака изображениям на товаре и размер компенсации за нарушение является завышенным.

В  качестве  одного  из  оснований  для  отмены судебного  акта  заявитель   жалобы  указывает на не рассмотрение судом первой инстанции заявления о фальсификации  видеозаписи закупки. С учетом указанного обстоятельства повторно в суде  апелляционной инстанции заявляет ходатайство о фальсификации указанного   доказательства.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 25.06.2021 апелляционная жалоба принята к производству.

С учетом  доводов  апелляционной  жалобы, установив, что  суд  первой  инстанции  в  нарушение  статей  8, 9, 41, 159 Арбитражного  процессуального  кодекса Российской Федерации не осуществил проверку заявления ответчика о фальсификации доказательства в  порядке,   предусмотренном статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  апелляционной  инстанции определением от 27.08.2021  перешел к рассмотрению дела, по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции с целью  рассмотрения  заявления о фальсификации.

Указанным определением, суд апелляционной инстанции предложил ответчику представить письменные пояснения, касающиеся заявления о фальсификации, в том числе указать, в чем конкретно заключается фальсификация видеозаписи и способы проверки заявления о фальсификации, в том числе предложено рассмотреть вопрос о возможности проведения судебной экспертизы с зачислением на депозитный счет Третьего арбитражного апелляционного суда денежных средств на проведение экспертизы. Также предложено ответчику обеспечить явку его представителя в судебное заседание суда апелляционной инстанции с целью совершения процессуальных действий, установленных статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Кроме того, в   данном  определении суд  разъяснил ИП Ажиматову К.Ж. и его представителю Павлову А.А., что если доказательство будет признано судом достоверным, то в отношении него может быть возбуждено уголовное дело по статье 306 Уголовного кодекса Российской Федерации (заведомо ложный донос) или статье 129 Кодекса (клевета).

В тоже время, истцу предложено исключить из числа доказательств видеозапись закупки товара. Обеспечить явку своего представителя в судебное заседание суда апелляционной инстанции с целью совершения процессуальных действий, установленных статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснено истцу в лице  его представителя  Куденкова А.С. (иного  уполномоченного представителя), что в случае, если недостоверность доказательства будет установлена арбитражным судом при его исследовании или при проведении экспертизы, виновное лицо может быть привлечено к уголовной ответственности, установленной статьей 303 Уголовного кодекса Российской Федерации (фальсификация доказательств).

В адрес сторон судом апелляционной инстанции были направлены соответствующие подписки о разъяснении уголовно-правовых последствий.

Определениями от 01.09.2021 и от 19.10.2021 судебное разбирательство откладывалось   по причине   не   предоставления  ответчиком  пояснений  по  заявлению  о фальсификации и   подписки  о  предупреждении  об  уголовной  ответственности. 

При этом, указанными определениями об отложении судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции, повторно предлагал    ответчику  представить   пояснений  по  заявлению  о фальсификации и  назначении   судебной  экспертизы,  а также разъяснял  уголовно-правовые  последствия  подачи  заявления  о  фальсификации  и  предлагал  представить суду  подписку    об уголовно-правовой ответственности и  явиться  в  судебное   заседание.

Ответчик  уклонился от совершения указанных выше процессуальных действий.

Истец в судебных заседаниях от 19.10.2021 и 11.11.2021  представил суду подписку о разъяснении уголовно-правовых последствий лицу, представившему доказательство, о фальсификации которого заявлено. Отказался исключать из числа доказательств видеозапись процесса покупки товара, указав  на  то, что  данное   доказательство  не  является  сфальсифицированным. Просил   отказать в  удовлетворении   заявления  о фальсификации. А  также   просил   отказать  в  удовлетворении  жалобы и  удовлетворить  исковые требования  в  полном  объеме.

Ответчик, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в соответствии с требованиями статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  и разъяснениями,  изложенными в пунктах 14, 15, 16, 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов» путем  размещения определения суда о принятии апелляционной жалобы к производству суда, выполненного в форме электронного документа, на официальном сайте Третьего арбитражного апелляционного суда: http://3aas.arbitr.ru/, а также в общедоступной автоматизированной системе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) в сети «Интернет»,  явку своего  представителей  не  обеспечил.  

На основании изложенного, в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие ответчика.

Рассмотрев ходатайство ответчика о фальсификации доказательств, руководствуясь  статьями 159, 161, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для  удовлетворения  данного  ходатайства  в силу  следующего.

Закрепление в процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу.

Арбитражное процессуальное законодательство не содержит специального определения термина «фальсификация доказательств», поэтому при применении статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует руководствоваться понятием, используемым в уголовном законодательстве.

Так, исходя из норм Уголовного кодекса Российской Федерации, под фальсификацией доказательств надлежит понимать искажение фактических данных, являющихся вещественными или письменными доказательствами, в том числе внесение в документы заведомо ложных сведений (их подделка, подчистка), уничтожение вещественных и иных доказательств, составление полностью поддельного доказательства. Предметом фальсификации могут быть как официальные документы, так и письменные доказательства, исходящие от частных лиц. Фальсификация письменных и вещественных доказательств может производиться в различных формах: 1) путем интеллектуального подлога, предполагающего изначальное составление (создание) доказательства, не соответствующего по содержанию действительности, ложного по существу; 2) путем материального подлога, означающего изменение изначально подлинного доказательства путем удаления части сведений и (или) дополнения его сведениями, не соответствующими действительности.

Процессуальный институт проверки заявления о фальсификации доказательств применяется для устранения сомнений в объективности и достоверности доказательства, положенного в основу требований или возражений участвующих в деле лиц, в отношении которого не исключена возможность его изготовления по неправомерному усмотрению заинтересованного лица.

В то же время процессуальное поведение лица, участвующего в деле, в том числе реализация им процессуальных прав, включая право на заявление ходатайств, должно быть обосновано и подлежит оценке исходя из принципа добросовестности (часть 2 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Оно, в частности, должно быть направлено и способствовать реализации задач судопроизводства в арбитражных судах (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), законному разрешению конкретного спора, принятию в разумные сроки законного и обоснованного судебного акта.

Согласно статье 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

На основании абзаца 2 пункта 3 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательств, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

При этом назначение экспертизы в целях проверки заявления о фальсификации является одной из тех мер, которые может принять суд для проверки обоснованности заявления о фальсификации доказательств и, соответственно, выбор такого способа и меры проверки является прерогативой суда.

Поскольку в данном случае заявлено о фальсификации видеозаписи, суд апелляционной инстанции полагает, что в данном случае приоритетным способом проверки заявления о фальсификации является судебная экспертиза. Суд  неоднократно   предлагал   ответчику  рассмотреть  вопрос   о возможности  проведения судебной  экспертизы.

Судом  апелляционной  инстанции  установлено, что  ответчик не выполнил требования части 1 статьи 161  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и требования суда апелляционной инстанции, что в силу части 2 статьи  9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является его процессуальным  риском.

Как отмечалось ранее, ответчик, заявив ходатайство о фальсификации представленной истцом видеозаписи факта покупки товара, между  тем впоследствии уклонился от  реализации предоставленных ему Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации процессуальных прав и обязанной, а именно не представил суду апелляционной инстанции подписку о разъяснении уголовно-правовых последствий лицу, заявившему о фальсификации доказательств по делу, направленную судом как в адрес непосредственно самого предпринимателя, так и его представителя, в судебное заседание не являлся, ходатайство  о назначении  судебной  экспертизы  не заявил. 

Ответчик, заявив о фальсификации видеозаписи, не указал, в чем конкретно выразилась фальсификация, не указаны конкретные обстоятельства, свидетельствующие о возможной фальсификации представленного истцом доказательства и их признаки.

Исследовав видеозапись суд апелляционной инстанции не установил видимых и очевидных сбоев видеоряда и звукового сопровождения. Видеозапись покупки отображает местонахождение торговой точки, процесс выбора приобретаемого товара, его оплаты, выдачи чека. На видеозаписи отображается содержание чеков, внешний вид, приобретенного товара, соответствующий имеющимся в материалах дела вещественным доказательствам.

Проверив заявление ответчика о фальсификации видеозаписи путем исследования  данной  видеозаписи   в совокупности с  имеющимися в  деле   доказательствам, сопоставления содержащихся в них сведений об обстоятельствах, имеющих значение для дела, суд апелляционной инстанции  не установил данных о фальсификации видеозаписи и оснований для исключения ее из доказательственной базы по делу. 

При  изложенных  обстоятельствах  суд  апелляционной  инстанции завершает  рассмотрение   заявления  о фальсификации,  признает  его   необоснованным  и  отказывает в   удовлетворении заявления  о фальсификации.  

При рассмотрении дела, по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции, судом апелляционной инстанции установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Истец является правообладателем товарного знака № 1 213 307 (логотип «ROBOCAR POLI»). В Международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков от 28.06.1989 и протоколом к нему, внесена запись о регистрации за Правообладателем товарного знака в виде логотипа «ROBOCAR POLI» от 26.04.2013, что подтверждено свидетельством Всемирной организации интеллектуальной собственности № 1 213 307.

Товарный знак № 1 213 307 (логотип «ROBOCAR POLI») имеет правовую охрану, в том числе в отношении 28 класса Международной классификации товаров и услуг, включающего такие товары, как «игрушки».

Кроме того, «ROI VISUAL Co., Ltd.» («РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.») обладает исключительными правами на объекты авторского права – произведения изобразительного искусства:

- изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)», что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права № С-2011-010950-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016,

- изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)», что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права № С-2011-010951-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016,

- изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)», что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права № С-2011-010952-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016,

- изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)», что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права № С-2011-010953-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016.

Как следует из иска, в ходе закупки, произведенной 21.08.2020 в торговой точке, расположенной по адресу: Красноярский край, г. Красноярск, пр. Металлургов, 10, установлен факт продажи контрафактных товаров (игрушка).

В подтверждение продажи выдан чек: адрес продавца: г. Красноярск, пр. Металлургов, 10, дата продажи: 21.08.2020.

В подтверждение факта приобретения товаров у ответчика истцом представлены: чек от 21.08.2020, компакт-диск с видеозаписью процесса приобретения товара, а также приобретенный товар (игрушка).

На товаре содержится обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 1 213 307 («ROBOCAR POLI»).

Также, на товаре имеются следующие изображения: изображение произведения изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)», изображение произведения изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)», изображение произведения изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)», изображение произведения изобразительного искусства-изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)».

Претензией № 66966, истец обратился к ответчику с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительных прав, оплате издержек в размере стоимости вещественных доказательств, стоимость почтового отправления, рекомендовано убрать из продажи подобные экземпляры товаров, прекратить торговлю контрафактной продукцией. Факт направления претензии в адрес ответчика подтверждается почтовой квитанцией и описью вложения в ценное письмо.

Полагая, что ответчик в ходе реализации товара нарушил исключительные права истца, последний обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрев доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В силу пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).

Статьей 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о возмещении убытков к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Статьей 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

Аналогичное положение закреплено в статье 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10) размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования. При определении размера компенсации подлежат учету критерии, указанные в приведенных нормах права и в Постановлении № 10.

Судом апелляционной инстанции установлено, что истец является правообладателем товарного знака № 1 213 307 (логотип «ROBOCAR POLI»). В Международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков от 28.06.1989 и протоколом к нему, внесена запись о регистрации за Правообладателем товарного знака в виде логотипа «ROBOCAR POLI» от 26.04.2013, что подтверждено свидетельством Всемирной организации интеллектуальной собственности № 1 213 307.

Доказательств  передачи   ответчику  права  на  товарный  знак  и  на  изображения  не представлено.

Из материалов дела следует, в ходе закупки, произведенной 21.08.2020 в торговой точке, расположенной по адресу: Красноярский край, г. Красноярск, пр. Металлургов, 10, установлен факт продажи контрафактных товаров (игрушка).

В подтверждение продажи выдан чек: адрес продавца: г. Красноярск, пр. Металлургов, 10, дата продажи: 21.08.2020.

В подтверждение факта приобретения товаров у ответчика истцом представлены: чек от 21.08.2020, компакт-диск с видеозаписью процесса приобретения товара, а также приобретенный товар (игрушка).

Компакт-диск с записью процесса приобретения товара воспроизведен судом. Видеозапись покупки отображает местонахождение, внешний и внутренний вид торговой точки, процесс выбора приобретаемого товара, его оплаты, выдачи чека. На видеозаписи отображается содержание чека, соответствующей приобщенному к материалам дела, и внешний вид приобретенных товаров, соответствующий имеющимся в материалах дела. Представленная в материалы дела видеозапись подтверждает факт приобретения спорных товаров в торговой точке, расположенной по адресу: Красноярский край, г. Красноярск, ул. Металлургов, 10.

На товаре содержится обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 1 213 307 («ROBOCAR POLI»).

Также, на товаре имеются следующие изображения: изображение произведения изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)», изображение произведения изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)», изображение произведения изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)», изображение произведения изобразительного искусства -изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)».

Факт продажи спорного товара подтверждается чеком от 21.08.2020, который является достаточным доказательством, подтверждающим заключение договора розничной купли-продажи в соответствии с требованиями статьи 493 Гражданского кодекса Российской Федерации. Также данный факт подтверждается видеозаписью  закупки, которую суд признал допустимыми доказательствами, подтверждающей нарушение ответчиком прав истца при реализации товара. 

Поскольку ответчиком в материалы дела не представлено доказательств наличия у него права использования товарного знака и произведения изобразительного искусства, реализация товара с их изображением в торговых точках ответчика осуществлена без согласия правообладателя, является нарушением прав истца.

Довод  ответчика  о том, что   видеозаписть   не  может  быть   принята в  качестве  доказательства  по делу,  поскольку   получена с  нарушением                                           Уголовно-процессуального законодательства отклоняется  судом апелляционной  инстанции  в силу следующего.

Согласно статье 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

В силу статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств. Законодательством не ограничен круг действий, которые могут быть квалифицированы как самозащита гражданских прав. 

Ведение видеозаписи в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. 

 Видеосъемка, произведенная истцом в целях самозащиты на основании статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является допустимым доказательством. 

Согласно пункту 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10) при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет». 

Таким образом, по смыслу статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации видеосъемка является допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств. При этом ответчик документально не опроверг обстоятельства, зафиксированные представленной в материалы дела видеосъемкой.

Довод ответчика о том, что истцом не доказан факт тождественности товарного знака изображениям на товаре, отклонятся судом апелляционной инстанции на основании следующего.

Согласно пункту 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения обозначений, применяемых на товарах истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

Угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знаков принадлежат одному и тому же предприятию. Такая угроза зависит от нескольких обстоятельств: во-первых, от различительной способности знаков, от сходства противопоставляемых знаков, от оценки однородности обозначенных знаком товаров и услуг.

Согласно правовым позициям, изложенным в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 № 2979/06, от 17.04.2012 № 16577/11, при сопоставлении обозначений с точки зрения их визуального сходства вывод о сходстве делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом (общего впечатления), а также презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. При определении сходства словесных обозначений они сравниваются: со словесными обозначениями; с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

При установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному производителю. Для установления однородности товаров принимается во внимание род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товара, круг потребителей и другие признаки.

Обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В соответствии с положениями пункта 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вид товаров и сравнив их с товарными знаками, в отношении которых истец имеет приоритет, суд пришел к выводу об их сходстве до степени смешения, которое носит очевидный характер.

Учитывая высокую различительную способность товарного знака и произведений изобразительного искусства истца, а также узнаваемость персонажей, обусловленную, в том числе, наличием мультипликационного сериала, с аналогичными персонажами можно прийти к выводу о том, что реализованный ответчиком товар, содержит на себе обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками  истца, что влечет за собой объективный риск смешения потребителями товаров различных производителей.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, в том числе вещественные доказательства (товар, чек), а также видеозапись процесса покупки товара, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности факта нарушения ответчиком исключительных прав истца.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, заявленный размер компенсации (по 20 000 рублей за каждый факт правонарушения), руководствуясь статьями 1301, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу  о  наличии  оснований  для удовлетворения исковых требований  в  полном  объеме.

Довод ответчика о том, что заявленный  истцом  размер  компенсации  является чрезмерным, отклоняется судом апелляционной инстанции на основании следующего.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доводы лиц, участвующих в деле, приняв во внимание характер допущенного ответчиком нарушения, степень вины нарушителя, вероятные убытки правообладателя,  а  также  учитывая, что   ответчик   ранее  уже   привлекался   к ответственности  за  нарушение   исключительных  прав  иных  правообладателей (дела №№ А33-18825/2020, А33-19332/2019,                              А33-11937/2020) суд апелляционной инстанции не усматривает   правовых  оснований для снижения  размера  компенсации.

 При этом суд апелляционной  инстанции  учитывает, что   ответчик  не представил  в  материалы  дела   необходимых доказательств,  позволяющих  снизать  размер  компенсации.  

Также  подлежат  удовлетворению  требования истца  о взыскании  с  ответчика  судебных  издержек  в  размере  479 рублей  14 копеек в силу  следующего.

В соответствии со статьей 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрения дела по существу, или в определении. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации не исключает возможности рассмотрения арбитражным судом заявления о распределении судебных расходов в том же деле и тогда, когда оно подано после принятия судебного решения судом первой инстанции.

В силу статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (части 1, 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Заявленные истцом судебные издержки в размере 239 рублей 14 копеек понесены в связи с рассмотрением настоящего дела (отправкой ответчику претензии, а также копии иска и приложенных к нему документов), подтверждены почтовыми квитанциями с описями вложения в письмо, в связи с чем, указанные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, также могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Исходя из взаимосвязи статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с положениями статей 64, 65 Кодекса, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (данная правовая позиция выражена в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014 № 2186-О, от 04.10.2012 № 1851-О).

Предметом иска по настоящему делу является взыскание компенсации за нарушение исключительных прав. В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление факта реализации товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком, в отношении которых истец имеет приоритет, в отсутствие согласия истца.

Поскольку факт продажи ответчиком спорного товара, факт нарушения ответчиком исключительных прав истца установлены, в порядке статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанное требование истца о взыскании стоимости приобретенного у ответчика товара в размере 240 рублей подлежит удовлетворению.

При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления истца о взыскании судебных издержек в полном объеме.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» по результатам рассмотрения дела по правилам, установленным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции, суд апелляционной инстанции согласно пункту 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выносит постановление, которым отменяет судебный акт первой инстанции с указанием обстоятельств, послуживших основаниями для отмены судебного акта (часть 4 статьи 270 Кодекса), и принимает новый судебный акт (разрешает вопрос по существу).

Учитывая, что определением от 27.08.2021 суд апелляционной инстанции на основании части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, решение суда первой инстанции подлежит отмене на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны, пропорционально удовлетворенным требованиям.

По результатам рассмотрения настоящего спора, с ответчика в пользу истца надлежит взыскать судебные расходы в размере 4000 рублей, за рассмотрение искового заявления.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3000 рублей, за рассмотрение апелляционной жалобы, относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 271, 272.1. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 29 апреля 2021 года по делу № А33-4432/2021 отменить. Принять новый судебный акт.

Исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Взыскать с индивидуального предпринимателя Ажиматова Кыялбека Жанайевича (ИНН 246412009702, ОГРН 317246800044311) в пользу ROI VISUAL Co., Ltd. (Республика Корея) 100 000 рублей, из них: 20 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 1 213 307 («ROBOCAR POLI»), 20 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)», 20 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)», 20 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)», 20 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)», а также 4000 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины и 479 рублей 14 копеек судебных издержек. 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Суд по интеллектуальным правам через арбитражный суд.

 

Судья                                                                                                              О.Ю. Парфентьева