﻿

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А33-3439/2018к13

г. Красноярск

29 декабря 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена «23» декабря 2020 года. 

Полный текст постановления изготовлен         «29» декабря 2020 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хабибулиной Ю.В.,

судей: Белоглазовой Е.В., Радзиховской В.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Каверзиной Т.П.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле (их представителей),

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего муниципального унитарного предприятия «Филимоновский Жилищный Комплекс» Шухат Алексея Владимировича

на определение Арбитражного суда Красноярского края от «22» сентября 2020 года по делу № А33-3439/2018к13,

установил:

в рамках дела о банкротстве муниципального унитарного предприятия «Филимоновский Жилищный Комплекс» (ОГРН 1052450035824, ИНН 2450021011, далее – МУП «Филимоновский ЖК», должник) рассмотрено заявление конкурсного управляющего Шухат Алексея Владимировича (далее – конкурсного управляющего Шухат А.В.) о признании недействительным договора уступки прав (цессии) от 01.11.2017 №1/2017, заключенного между Муниципальным унитарным предприятием «Филимоновский жилищный комплекс» и обществом с ограниченной ответственностью «Стройводхоз», применении последствий недействительности в виде возврата полученного по сделке.

Определением от 22.09.2020 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просит оспариваемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования.

В обоснование апелляционной жалобы конкурсный управляющий ссылается на наличие правовых оснований для признания недействительным договора уступки прав (цессии) от 01.11.2017 № 1/2017, в результате заключения которого произведен безвозмездный вывод имущества из состава активов должника, что привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов в период подозрительности.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 12.11.2020 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 23.12.2020.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016№ 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 12.11.2020, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/) 13.11.2020 13:51:11 МСК.

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Ходатайства об отложении судебного разбирательства по причине невозможности явиться в судебное заседание, в том числе в связи с наличием основания для сохранения режима самоизоляции (высшим должностным лицом субъекта Российской Федерации принято решение о продлении режима самоизоляции, выявлено заражение коронавирусной инфекцией (COVID-19), имеется контакт с лицами, заразившимися указанной инфекцией, а также иные причины, в том числе наличие хронических заболеваний) с приложением соответствующих доказательств для разрешения вопроса об отложении судебного заседания, в материалы дела не поступили.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, Третий арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены данного судебного акта, исходя из следующего.

Дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Закон о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу части 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с положениями пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Постановление Пленума № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.), а также банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

Статьей 61.9 Закона о банкротстве определен порядок рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника.

Заявление о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки подано конкурсным управляющим, то есть, уполномоченным на то в силу пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве лицом.

При обращении с заявлением об оспаривании сделки должника конкурсный управляющий указал на следующие обстоятельства.

Между муниципальным унитарным предприятием «Филимоновский жилищный комплекс» (цедент) и обществом с ограниченной ответственностью «Стройвохоз» (цессионарий) заключен договор уступки прав (цессии) от 01.11.2017 № 1/2017, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает право требования задолженности за оказанные населению цедентом коммунальные услуги по холодному водоснабжению в объеме фактического потребления населением данного ресурсас 01 июня 2015 года по 30 октября 2017 года, который существует к моменту перехода права, и другие, связанные с требованием, права, в том числе право требования уплаты неустойки по день фактической уплаты долга, а также право требования возникших после 30 октября 2017 года будущих обязательств по оплате коммунальной услуги по холодному водоснабжению с момента их возникновения (11-е число месяца, следующего за расчетным), с потребителей (собственников и нанимателей жилых и нежилых помещений), проживающих на территории села Крутая Горка и поселка Бошняково Канского района Красноярского края, и обязательств по оплате доначисленной платы за холодное водоснабжение, произведенной потребителям при выявлении при проверках факта предоставления недостоверной информации потребителями о показаниях прибора учета в целях потребления коммунальной услуги, а также при выявлении обстоятельств, при которых в силу положений правил предоставления коммунальных услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011№ 354, должен быть произведен такой перерасчет.

В пункте 2.1.3 договора указано, что цедент принял на себя обязанность уведомить должника о состоявшемся переходе прав требования по договору путем размещения объявления в местах массового скопления, а также путем направления уведомления потребителя по средствам почтовой связи, о чем незамедлительно сообщить цессионарию.

В соответствии с пунктом 3.1 договора цессионарий уплачивает цеденту по договору в порядке и на условиях определенных договором денежную сумму в размере216 000 рублей. Оплата производится путем перечисления денежных средств на расчетный счет цедента (пункт 4.1 договора).

Согласно пункту 7.3 договора стороны признают, что неплатежеспособность сторон не является форс-мажорным обстоятельством.

Конкурсный управляющий указывает, что заключением оспариваемого договора сторона совершили сделку по выводу актива в виде реальной задолженности за поставленное водоснабжение за период с 01 июня 2015 года по 30 октября 2017 года, а также после 30 октября 2017 года будущих обязательств по оплате коммунальной услуги по холодному водоснабжению с момента их возникновения. По условиям совершенной оспариваемой сделки следует, что услуги оказываются должником за счет собственных средств, а денежные средства за эти услуги поступают ответчику цессионарию. Такое положение причиняет вред кредиторам должника, уменьшает конкурсную массу, за счет которой возможно удовлетворение требований кредиторов.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения конкурсного управляющего в суд с заявлением о признании сделки недействительной. В качестве правового обоснования конкурсным управляющим указана статья 61.2 Закона о банкротстве, статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 4 пункта 9.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо статьи. 61.3, или наоборот), то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

При этом, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10, 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В силу разъяснений, данных в пункте 9 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – постановление Пленума № 63), при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Дело о банкротстве должника возбуждено определением от 25.04.2018. Оспариваемая сделка совершена 01.11.2017, то есть в пределах одного года до даты возбуждения дела о банкротстве.

В связи с чем, основания недействительности сделки подлежат рассмотрению применительно к пунктам 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце 6 пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Конкурсный управляющий указывает, что фактически спорная сделка является безвозмездным выводом активов должника, то есть сделкой, совершенной с целью причинения имущественного вреда правам кредиторов.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, пункту 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъясняется, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из абзаца второго - пятого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, указанных в данном пункте.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона знала о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В обоснование заявления о признании сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий указывает на наличие совокупности обстоятельств, позволяющих признать данную сделку недействительной в связи со следующим: сделка совершена при наличии у должника признаков неплатежеспособности; сделка совершена безвозмездно, что привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов.

Конкурсный управляющий в обоснование наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов и осведомленности контрагента по сделке о цели причинения вреда указывает на тот факт, что сделка совершена при наличии признаков неплатежеспособности и фактически представляет собой безвозмездный вывод активов должника. Конкурсным управляющим также указано на наличие признаков злоупотребления правом при совершении данной сделки (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Понятие злоупотребления правом закреплено в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

То есть злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 № 1795/11.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заключение между должником и ООО «Стройвохоз» договора уступки прав (цессии) от 01.11.2017 № 1/2017 подтверждается материалами дела.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступки требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно статье 384 Гражданского кодекса Российской Федерации право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Предмет договора уступки определен в пункте 1.1 договора.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Исходя из положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, к числу существенных условий договора цессии относится определение субъективного обязательственного права, которое подлежит передаче.

В пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» даны разъяснения, согласно которым отсутствие в соглашении об уступке права (требования) по длящемуся обязательству указания на основание возникновения передаваемого права (требования), а также условий, позволяющих его индивидуализировать (конкретный период, за который передается право (требование) на уплату суммы задолженности предприятия) свидетельствует не о его недействительности, а о несогласованности предмета договора, что влечет признание его незаключенным (статья 432 Кодекса).

В пункте 1.1 договора уступки указан период возникновения обязательства (передаваемого права требования), однако не указано и не конкретизировано само передаваемое право требования - перечень передаваемой дебиторской задолженности населения. В связи с чем, суд первой инстанции обоснованно признал, что определение передаваемых прав исходя из терминологии «фактическое потребление населением ресурса», «собственников и нанимателей жилых и нежилых помещений, проживающих на территории села Крутая Горка и поселка Бошняково Канского района Красноярского края», не является достаточным идентифицирующим обязательство признаком.

Конкретного перечня собственников и нанимателей (адресов жилых и нежилых помещений, размера имеющейся задолженности) договор не содержит. Из текста договора не следует, что данный перечень приведен в отдельном приложении, являющемся неотъемлемой частью договора.

Договор также не содержит перечня документов, подтверждающих возникновение (наличие) передаваемых прав требований. Фактически, предмет договора сформулирован абстрактно, без указания на конкретное обязательство. При этом, передаваемые права требования не представляется возможным определить и исходя из иных пунктов договора.

В силу статей 382 и 384 Гражданского кодекса Российской Федерации в предмет договора уступки входит согласование конкретного обязательства, его размер в котором осуществляется замена кредитора. При отсутствии таких условий нельзя считать предмет договора согласованным.

При этом, пунктом 1.1 договора также предусмотрена уступка будущего требования в отношении возникающей задолженности.

Согласно пункту 1 статьи 388.1 Гражданского кодекса Российской Федерации требование по обязательству, которое возникнет в будущем (будущее требование), в том числе требование по обязательству из договора, который будет заключен в будущем, должно быть определено в соглашении об уступке способом, позволяющим идентифицировать это требование на момент его возникновения или перехода к цессионарию.

Таким образом, законодателем установлено условие в виде необходимости конкретизации передаваемого права требования и в случае уступки будущих прав требований.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Исходя из положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, к числу существенных условий договора цессии относится определение субъективного обязательственного права, которое подлежит передаче.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что фактически предмет договора уступки прав (цессии) от 01.11.2017 № 1/2017 не определен, что свидетельствует о том, что существенные условия договора не согласованы, договор является незаключенным и не порождает правовых последствий для его сторон.

При этом, в материалах дела отсутствуют доказательства какого-либо фактического исполнения данного договора сторонами.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, принимая во внимание, что договор уступки прав (цессии) от 01.11.2017 № 1/2017 является незаключенным в связи с отсутствием в нем указания на конкретное обязательство, подлежащее передаче, суд первой инстанции правомерно признал отсутствие оснований для признания данного договора недействительным.

Судом также отмечено, что в случае, если конкурсным управляющим будут обнаружены сведения об исполнении данного договора, он не лишен возможности обратиться в суд с надлежащим способом защиты по возврату переданного по незаключенному договору либо по оспариванию конкретных действий по исполнению незаключенного договора.

Вместе с тем, в материалы дела подобные доказательства не представлены, в связи с чем суд первой инстанции правомерно признал отсутствие оснований для иной квалификации указанной сделки.

В связи с тем, что отсутствуют основания для признания сделки недействительной, суд признал не подлежащими применению последствия недействительности сделки.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы, судом апелляционной инстанции установлено, что доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Доводы жалобы сводятся к изложению обстоятельств дела, которые были предметом исследования и оценки суда. Несогласие заявителя жалобы с выводами суда первой инстанции, иная оценка фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, пунктом 24 постановления от 11.07.2014 № 46 Пленум Высшего Арбитражного суда Российской Федерации, пунктом 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», пунктом 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 расходы по уплате государственной пошлины в размере 3000 рублей за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя жалобы.

При подаче апелляционной жалобы, заявителем было заявлено ходатайство об отсрочке уплаты государственной пошлины. Судом апелляционной инстанции, данное ходатайство было удовлетворено, в связи с чем, с муниципального унитарного предприятия «Филимоновский Жилищный Комплекс» надлежит взыскать в доход федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «22» сентября 2020 года по делу № А33-3439/2018к13 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с муниципального унитарного предприятия «Филимоновский Жилищный Комплекс» в доход федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины.

          Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

Ю.В. Хабибулина

Судьи:

Е.В. Белоглазова

 

В.В. Радзиховская