Дело № А43-36100/2019

город Владимир

8 октября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 6 октября 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 8 октября 2021 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Белякова Е.Н., Сарри Д.В., 

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу                  индивидуального предпринимателя ФИО2 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области  от 14.07.2021 по делу № А43-36100/2019, принятое по заявлению ФИО3 – конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Центрщитмонтаж» (ИНН 

<

***>,                             ОГРН 

<

***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН 

<

***>) о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, 

при участии:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Центрщитмонтаж» ФИО3 – ФИО4 на основании доверенности от 10.09.2020 № 1 сроком действия три года,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Центрщитмонтаж» (далее – Общество) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий  должника ФИО3 (далее – конкурсный управляющий)                            с заявлением о признании недействительной сделкой перечисление должником в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – Предприниматель) денежных средств в общей сумме 365 000 руб.

Заявленные требования основаны на положениях статей 61.1, 61.2, 61.6, 61.8 Федерального Закона от 27.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 14.07.2021 признал недействительными сделки по перечислению Обществом денежных средств в пользу Предпринимателя в общей сумме 365 000 руб.; применил последствия недействительности указанных сделок в виде взыскания с Предпринимателя  денежных средств в размере 365 000 руб. в конкурсную массу Общества; взыскал с Предпринимателя в доход федерального бюджета 6000 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, Предприниматель обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, суд первой инстанции пришел к двум взаимоисключающим выводам о причинении оспариваемой сделкой вреда кредиторам и о мнимости договора; признав договор оказания услуг мнимой сделкой, суд применил последствия недействительности сделки, как фактически исполненной.

Заявитель апелляционной жалобы считает, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания сделки недействительной ввиду недоказанности причинения вреда кредиторам оспариваемой сделкой, в то время как факт аффилированности не является основанием для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Полагает, что заключенная между Обществом и Предпринимателем сделка была экономически обоснованной, а стоимость услуг  обусловлено средними расценками на рынке труда юристов.

С точки зрения Предпринимателя, суд первой инстанции неправомерно предъявил дополнительные требования  к содержанию актов оказанных услуг, поскольку в них имеются все обязательные реквизиты, установленные статей 9 Федерального закона «О бухгалтерском учете», указанные акты содержат ссылку на договор, месяц их оказания, сумму, которая причитается исполнителю, и подписаны уполномоченными представителями сторон. При этом форма актов оказанных услуг не предусмотрена в альбомах унифицированных форм первичной учетной документации. Конкурсным управляющим не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что указанные в актах услуги не оказывались Предпринимателем. При наличии завышения стоимости оказанных услуг, судом не определена их фактическая стоимость.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

Представитель конкурсного управляющего в судебном заседании указал на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Общество с ограниченной ответственностью «Элпроком НН» (далее – ООО «Элпроком НН») в отзыве указало на необоснованность доводов апелляционной жалобы, просило в ее удовлетворении отказать.

Иные лица, участвующие в настоящем обособленном споре, отзывы на апелляционную жалобу не представили.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  представителей лиц участвующих в деле (за исключением конкурсного управляющего), извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке части 6 статьи 121 и статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда Нижегородской области                        от 09.09.2020 по данному делу Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

В ходе проведения конкурсного производства конкурсным управляющим установлено, что Общество в период с 23.03.2018 по 04.12.2018 перечислило в пользу Предпринимателя денежные средства в общей сумме 365 000 руб. с назначением платежа: «оплата за юридические услуги по договору № 1 от 14.03.2018».

Полагая, что указанные платежи совершены при неравноценном встречном исполнении и представляют собой притворную сделку, прикрывающую вывод активов, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с рассматриваемым заявлением. 

В силу пункта 1 статьи 61.1  Федерального закона от 26.10.2002              № 127-ФЗ «О несостоятельности» (далее – Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Конкурсному управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений и о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (статья 61.9 и пункт 3 статьи 129 Закона о банкротстве).

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – 

Постановление

 № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В соответствии с абзацами 2 и 3 пункта 9.1 Постановления № 63 если сделка с предпочтением была совершена в течение шести месяцев до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в статье 61.3 Закона о банкротстве, а потому доказывание иных обстоятельств, определенных пунктом 2 статьи 61.2 (в частности, цели причинить вред), не требуется.

Если же сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за три года, но не позднее чем за шесть месяцев до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при доказанности всех предусмотренных им обстоятельств (с учетом пунктов 5 – 7 настоящего постановления). При этом, применяя такой признак наличия цели причинить вред имущественным правам кредиторов, как безвозмездность оспариваемой сделки, необходимо учитывать, что для целей определения этого признака платеж во исполнение, как денежного обязательства, так и обязательного платежа приравнивается к возмездной сделке (кроме платежа во исполнение обещания дарения).

В рассматриваемом случае оспариваемые платежи, произведенные должником в период с 23.03.2018 по 04.12.2018, совершены в течение года до возбуждения в отношении должника настоящего дела  о банкротстве (06.09.2019), в связи с чем спорные платежи подпадают под период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и могут быть признаны недействительными по указанному основанию.

В силу пункта 9 Постановления № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления). Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 Постановления № 63 разъясняется, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которым недостаточность имущества – это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В силу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с указанными физическими лицами в отношениях, определенных пунктом 3 данной статьи (супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга).

Согласно разъяснениям, приведенных в пункте 7 Постановления № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Судом установлено и не противоречит материалам дела, что на момент перечисления спорных денежных средств, у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед иными кредиторами, в том числе перед обществом с ограниченной ответственностью Световая компания «Толедо», обществом с ограниченной ответственностью «Профкабель», обществом с ограниченной ответственностью «ТД Элпроком», обществом с ограниченной ответственностью «Электропоставка».

Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества на момент совершения спорных платежей.

Между тем, учитывая разъяснения, изложенные в абзаце 5 пункта 6 Постановления № 63, само по себе наличие указанного признака, не свидетельствует о том, что сделка по отчуждению имущества совершена                 с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

В рассматриваемом случае следует установить наличие у сторон цели причинения вреда кредиторам должника при совершении оспариваемых платежей.

В обоснование своей позиции Предприниматель указал, что спорные денежные средства перечислены в счет оплаты по договору об оказании юридических услуг от 14.03.2018 № 1.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 86 Постановления № 25, следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В статье 779 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно пункту 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются (статьи 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Правовыми последствиями заключения договора возмездного оказания юридических услуг являются оказание исполнителем юридических услуг и возникновение у заказчика обязанности оплатить указанные услуги.

Следовательно, мнимость сделки исключает намерение исполнителя оказать услуги заказчику и получить определенную денежную сумму, с одной стороны, и намерение заказчика принять оказанные исполнителем услуги и оплатить их – с другой.

В качестве доказательств оказания услуг по договору от 14.03.2018 № 1 в материалы дела представлены задания на оказание услуг от 14.03.2018 № 1, № 2, от 30.03.2018 № 3, № 4, от 30.09.2018 № 5, от 04.12.2018 № 6, а также акты оказанных услуг  от 04.04.2018 № 2, от 30.04.2018 № 4, от 31.05.2018               № 6, от 30.06.2018 № 8, от 31.07.2018 № 10, № 11, от 31.08.2018 № 12,                 от 30.09.2018 № 15, от 31.10.2018 № 16, от 30.11.2018 № 19, от 31.12.2018            № 21.

Между тем, вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено доказательств реальности оказания Предпринимателем услуг по договору от 14.03.2018 № 1, отраженных в представленных актах и заданиях.

Согласно пояснениям конкурсного управляющего, документация должника, подтверждающая правомерность перечисления спорных денежных средств, реальность оказания услуг, в том числе должностные инструкции, указанные в заданиях, не были переданы ему бывшим  руководителем должника ФИО5  

ФИО2 как в суде первой инстанции, так и в апелляционной жалобе указывала, что Общество было участником судебных процессов, в том числе в рамках следующих дел № А43-29605/2018, № А43-31443/2018,                   № А43-39755/2018, № А43-11761/2018. 

Однако материалы дела не содержат каких-либо надлежащих и бесспорных доказательств, свидетельствующих о подготовке Предпринимателем каких-либо заявлений и ходатайств по указанным делам, возражений, отзывов,  апелляционных жалоб, равно как не представлено доказательств участия Предпринимателя при рассмотрении указанных дел в качестве представителя Общества.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о мнимости договора оказания услуг от 14.03.2018 № 1.

Учитывая изложенное, в результате перечисления спорных платежей во исполнение мнимого договора оказания услуг из конкурсной массы должника выбыло имущество (денежные средства), за счет которых могли быть удовлетворены требования кредиторов в отсутствии встречного исполнения.

В силу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с указанными физическими лицами в отношениях, определенных пунктом 3 данной статьи (супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга).

Согласно разъяснениям, приведенных в пункте 7 Постановления № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Рассмотрев обстоятельства дела применительно к названной норме Закона о банкротстве, суд первой инстанции правомерно признал должника и Предпринимателя заинтересованными лицами, поскольку Предприниматель является супругой директора и учредителя Общества ФИО5

Соответственно, именно Предприниматель, как другая сторона сделки и заинтересованное по отношению к должнику лицо должен представить доказательства, опровергающие презумпцию своей осведомленности                    о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Предприниматель не представил в материалы дела доказательства, опровергающие презумпцию своей осведомленности о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Таким образом, Предприниматель, являясь заинтересованным лицом по отношению к должнику, не мог не знать о финансовом положении должника.

Оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции обоснованно установил,  что на момент совершения оспоренной сделки по перечислению денежных средств Предпринимателю должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, сделки совершены заинтересованными лицами, должник  предпринимал действия по выводу активов из состава имущества должника в отсутствие встречного исполнения со стороны Предпринимателя, который являлся заинтересованной стороной по отношению к должнику, в связи с чем был осведомлен о причинении в результате совершения оспоренных сделок вреда имущественным правам кредиторов, выразившегося в уменьшении размера имущества должника.

Указанные выводы суда первой инстанции согласуются с представленными в дело доказательствами и признаются судом апелляционной инстанции правомерными. 

Следовательно, указанные перечисления совершены в отсутствие встречного исполнения с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, перед которыми не погашались должником долги на момент совершения спорных перечислений,  оспоренными сделками причинен вред имущественным правам кредиторов и Предприниматель был осведомлен о результате совершения оспоренных сделок и преследовало цель получения денежных средств, нарушая права иных кредиторов. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, материалы дела не содержат доказательств реальности оказания Предпринимателем услуг по договору                от 14.03.2018 № 1, в связи с чем совершение платежей во исполнение мнимой сделки является злоупотреблением правом со стороны должника (перечисление средств в отсутствие каких-либо обязательств) и со стороны получателя средств (получение денежных средств в отсутствие фактического оказания услуг).

Таким образом, суд первой инстанции установил все юридически значимые обстоятельства для признания перечисления денежных средств в период с 23.03.2018 по 04.12.2018 на общую сумму 365 000 руб. недействительной сделкой по основанию, предусмотренному в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что позволило суду первой инстанции квалифицировать сделку как совершенную, в том числе в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также совершенную со злоупотреблением правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопреки позиции заявителя апелляционной жалобы, представленные в материалы дела акты оказанных услуг при отсутствии надлежащих доказательств реальности их оказания, не могут являться безусловным доказательством реальности оказания услуг по договору от 14.03.2018 № 1.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

С учетом изложенного, суд первой инстанции, руководствуясь положениями пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона  о банкротстве, правомерно применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с Предпринимателя в конкурсную массу должника               365 000 руб. 

Довод Предпринимателя о том, что спорные сделки не могут быть признаны одновременно оспоримыми и ничтожными, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку в рассматриваемом случае суд сделал вывод о мнимости договора оказания услуг от 14.03.20189 № 1, но не платежей, поэтому данное обстоятельство не влияет на правильность признания судами спорных сделок в части перечисления денежных средств недействительными в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как совершенных при неравноценном встречном исполнении с целью причинения вреда кредиторам.

Ссылка заявителя жалобы о том, что суд не установил стоимость фактически оказанных услуг, несостоятельная, поскольку подписанные акты оказания услуг не могут бесспорно свидетельствовать о реальности оказанных услуг. 

В соответствии со статьей 783 Гражданского кодекса Российской Федерации общие положения о подряде (статьи 702 - 729) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

Как следует из пункта 12 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации РФ от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда» наличие акта приемки работ, подписанного заказчиком, не лишает заказчика права представить суду возражения по объему и стоимости работ.

К отношениям, отягощенным банкротным элементом, применим повышенный стандарт доказывания истцом обстоятельств, положенных в основание требований, существенно отличающийся от обычного бремени доказывания в сходном частноправовом споре, поскольку это обусловлено публично-правовым характером процедур банкротства, который неоднократно отмечался Конституционным Судом Российской Федерации (постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П, определения от 17.07.2014 № 1667-О, № 1668-О, № 1669-О, № 1670-О, № 1671-О, № 1672-О, № 1673-О, № 1674-О).

 Обязанность по раскрытию доказательств до начала судебного заседания возложена на лиц, участвующих в деле, частью 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Часть 4 данной статьи разрешает ссылаться только на те доказательства, с которыми другие лица, участвующие в деле, были ознакомлены заблаговременно. 

Ввиду наличия возражения относительно того, что юридические услуги в действительности Предпринимателем не оказывались, у последнего не должно было возникнуть затруднений доказать реальность возникших между сторонами правовых отношений. Между тем дополнительных доказательств реальности оказанных юридических услуг  Предприниматель не представил, в связи с чем суд с учетом части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерно отнес на ответчика негативные последствия подобного процессуального поведения. 

Суд апелляционной инстанции рассмотрел доводы жалобы и признает их необоснованными по указанным мотивам.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителя жалобы признаются необоснованными.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области  от 14.07.2021 по делу № А43-36100/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области  .

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

О.А. Волгина

Судьи

Е.Н. Беляков

Д.В. Сарри