ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-21046/2018

город Ростов-на-Дону

24 мая 2019 года

15АП-3122/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 13 мая 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 мая 2019 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ванина В.В.

судей Н.В. Ковалевой, Б.Т. Чотчаева

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от истца: представитель ФИО2 по доверенности от 02.04.2019, паспорт;от ответчика: представитель не явился, извещен;от третьих лиц: представители не явились, извещены;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Новый мир»

на решение Арбитражного суда Ростовской области 

от 23.01.2019 по делу № А53-21046/2018

по иску общества с ограниченной ответственностью «Новый мир»

к ответчику обществу с ограниченной ответственностью «Бизнесгарант»

при участии третьих лиц: общества с ограниченной ответственностью «Стратос»; общества с ограниченной ответственностью «ДиалВест»; акционерного общества «Военно-Промышленный Банк» (конкурсный управляющий государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов»)

о взыскании задолженности и процентов, 

принятое в составе судьи Жигало Н.А. 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Новый мир» (далее – общество «Новый мир», истец) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Бизнесгарант» (далее – общество «Бизнесгарант», ответчик) о взыскании задолженности в размере 50 000 000 руб. и неустойки в размере 26 933 000 руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Стратос» (далее – общество «Стратос»), общество с ограниченной ответственностью «ДиалВест» (далее – общество «ДиалВест»), акционерное общество «Военно-Промышленный Банк» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее - банк). 

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 23.01.2019 в иске отказано полностью. Решение мотивировано отсутствием реальных заемных отношений, мнимостью договоров подряда, новации и цессии. 

Общество «Новый мир» обжаловало решение суда первой инстанции в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просило решение отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении иска. Апелляционная жалоба мотивирована следующим. Вывод суда о том, что действия сторон в спорных правоотношениях, являются недобросовестными, не направлены на возникновение реальных отношений, а спорные договоры подряда, новации, цессии являются мнимыми сделками, не является обоснованным. Из имеющихся в деле доказательств следует, что общество «ДиалВест» имело добросовестные намерения на исполнение договора подряда, в силу чего перечислило денежные средства в размере 515 000 000 руб., что подтверждается платежными поручениями, позицией банка и не оспаривается самим ответчиком. 05.09.2016 ответчик уплатил в пользу общества «Стратос» проценты в размере 36 000 000, что свидетельствует о существовании действительных обязательств между сторонами. Ответчиком не были представлены доказательства оснований удержания им чужих денежных средств. Отождествление перечисленных обществом «ДиалВест» в пользу общества «Бизнесгарант» денежных средств с активами банка незаконно. Процессуальная позиция общества «БизнесГарант», заключающаяся в возражении против иска утверждением о его не уведомлении о состоявшейся в пользу общества «Новый мир» цессии спорных прав требований, не соблюдении истцом претензионного порядка урегулирования спора, является недобросовестной.

В отзыве на апелляционную жалобу банк просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Определением апелляционного суда от 08.05.2019 в составе суда, рассматривающего апелляционную жалобу, произведена замена судьи Маштаковой Е.А. на судью Ковалеву Н.В. в связи с нахождением судьи Маштаковой Е.А. в отпуске.

В соответствии с частью 5 статьи 18 АПК РФ рассмотрение апелляционной жалобы начато сначала. 

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы. 

Ответчик, третьи лица, извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

Судебное заседание проведено в порядке статьи 156 АПК РФ. 

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителя истца, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 25.03.2015 между обществом «ДиалВест» (заказчик) и обществом «БизнесГарант» (подрядчик) был подписан договор подряда № П-25ДВ/03-15, предмет которого определен в пункте 1.1 договора как работы по изготовлению строительных конструкций, необходимых для монтажа оборудования и монтаж оборудования. 

Пунктом 4.1 договора определена цена работ в размере 515 000 000 руб. Согласно пункту 4.2 договора указанная сумма уплачивается авансом не позднее чем за 14 дней до начала выполнения работ. 

Начало выполнения работ определено в течение 3 рабочих дней со дня перечисления аванса (пункт 1.2 договора). Датой окончания работ  определено 31.07.2015 (пункт 1.3 договора). 

По спорному договору общество «ДиалВест» перечислило обществу «БизнесГарант» денежные средства в общем размере 515 000 000 руб., в том числе 200 000 000 руб. по платежному поручению № 4 от 03.04.2015, 315 000 000 руб. по платежному поручению № 5 от 14.04.2015.

Договором о новации № 01/09/2015 от 01.09.2015 общество «ДиалВест» и общество «БизнесГарант» прекратили обязательства из договора подряда № П-25ДВ/03-15 от 25.03.2015, заменив их на заемное обязательство общества «БизнесГарант» перед обществом «ДиалВест» по возврату 515 000 000 руб. в срок не позднее 31.03.2018. Пунктом 1.2 договора новации установлены проценты за пользование займом в размере 17% годовых. Пунктом 1.3.2 договора новации определены сроки возврата займа (50 000 000 руб. – в срок до 31.12.2015; 200 000 000 руб. – в срок до 31.12.2016; 200 000 000 руб. – в срок до 31.12.2017; 65 000 000 руб. – в срок до 31.03.2018). Приложением № 1 к договору новации согласован график уплаты процентов по займу. 

Из мотивировочной части решения следует, что суд первой инстанции оценил данные договоры как мнимые, сделав на этом основании вывод об их ничтожности. Данная оценка основана на установлении фактов того, что договор подряда № П-25ДВ/03-15 от 25.03.2015 сторонами не исполнялся, его предмет не конкретизирован, а переведенные денежные средства, источником получения которых для общества «ДиалВест» являлись полученный у  банка кредит по договору № КЛВ-1036/2015 от 31.03.2015, были оформлены как заемные спустя непродолжительное время после заключения договора подряда. 

Апелляционный суд пришел к выводу об ошибочности вывода суда первой инстанции о мнимости договора подряда и договора новации в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 818 ГК РФ по соглашению сторон долг, возникший из купли-продажи, аренды или иного основания, может быть заменен заемным обязательством.

Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ в редакции, действовавшей на день заключения договора новации, договор займа являлся реальным договором. Согласно пункту 3 статьи 812 ГК РФ в случае оспаривания займа по безденежности размер обязательств заемщика определяется исходя из переданных ему или указанному им третьему лицу сумм денежных средств или иного имущества.

Таким образом, в основании заемного обязательства, возникшего в результате новации иного обязательства, лежит доказанность имущественного предоставления в рамках обязательства, предшествовавшего заемному.

Согласно буквальному содержанию договора новации № 01/09/2015 от 01.09.2015, данным договором в заемное обязательство по возврату 515 000 000 руб. было новировано обязательство общества «БизнесГарант» перед обществом «ДиалВест» из договора подряда № П-25ДВ/03-15 от 25.03.2015. 

Договор подряда порождает обязанность подрядчика по выполнению работ. Договор порождает правовые последствия в виде возникновения обязательств в случае его заключения 

При установлении заключенности договора подряда № П-25ДВ/03-15 от 25.03.2015 апелляционный суд установил следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Из приведенной нормы в совокупности с нормой пункта 1 статьи 702 ГК РФ следует, что существенным условием договора подряда является предмет договора, включающее работы и их результат, в силу чего исходя из смысла универсального принципа определенности правовых отношений данное условие должно быть сформулировано сторонами с той степенью конкретности, которая позволяет индивидуализировать объект порождаемых договором обязательств. Невозможность такой индивидуализации влечет невозможность исполнения договора по причине неопределенности в вопросе о содержании действий, которые должник обязан совершить в пользу кредитора. 

Условие пункта 1.1 договора подряда № П-25ДВ/03-15 от 25.03.2015, которым его (договора) предмет определен как работы по изготовлению строительных конструкций, необходимых для монтажа оборудования и монтаж оборудования не отвечает указанному требованию, в силу чего не свидетельствует о согласовании сторонами условия о предмете договора. Доказательства согласования данного условия иным способом (в проектно-сметной, технической документации и т.п.) в деле отсутствуют. 

Из материалов дела следует, что работы по договору подряда обществом «Бизнесгарант» не выполнялись, их результаты обществу «ДиалВест» не передавались, в силу чего неопределенность в вопросе о предмете договора не была устранена в результате его исполнения. 

Действия общества «ДиалВест» по уплате аванса обществу «Бизнесгарант» аванса в размере 515 000 000 руб. неопределенность условия об образующих  предмет договора работах и их результате не устраняют. 

В силу изложенного договор подряда № П-25ДВ/03-15 не является заключенным, а потому не привел к возникновению подрядных обязательств.

При таких обстоятельствах уплата обществом «ДиалВест» в пользу общества «Бизнесгарант» денежных средств в размере 515 000 000 руб. была произведена в отсутствие предусмотренного законом или сделкой основания, что в силу пункта 1 статьи 1102 ГК РФ является основанием возникновения кондикционного обязательства, в рамках которого общество «Бизнесгарант» обязано возвратить обществу «ДиалВест» денежные средства в указанном размере.

Факт уплаты обществом «ДиалВест» в пользу общества «Бизнесгарант» денежных средств в размере 515 000 000 руб. подтверждается платежными поручениями № 4 от 03.04.2015 на сумму 200 000 000 руб., № 5 от 14.04.2015 на сумму 315 000 000 руб., выписками движения средств по счету общества «ДиалВест» и участвующими в деле лицами не оспаривается. 

Таким образом, материалами дела подтверждается реальность имущественного предоставления обществом «ДиалВест» в пользу общества «Бизнесгарант» денежных средств в размере 515 000 000 руб., которое привело к возникновению кондикционного обязательства последнего перед обществом «ДиалВест». 

Из пункта 1 статьи 818 ГК РФ не следует, что кондикционное обязательство не может быть новировано в заемное обязательство по соглашению сторон. Данное ограничение не следует также и из пункта 1 статьи 414 ГК РФ.

В силу изложенного договором о новации № 01/09/2015 от 01.09.2015 было прекращено фактически существовавшее между обществом «ДиалВест» (кредитор) и обществом «БизнесГарант» (должник) кондикционное обязательство, заменив его заемным обязательством, по которому общество «БизнесГарант» обязалось возвратить в правовом режиме возврата займа обществу «ДиалВест»  денежные средства в размере 515 000 000 руб. и уплатить на них проценты в размере 17% годовых в определенные данным договором сроки. 

Изложенное свидетельствует о том, что в спорных правоотношениях отсутствие у договора подряда № П-25ДВ/03-15 качества юридического основания возникновения обязательств не исключает наличие такого качества у договора о новации № 01/09/2015 от 01.09.2015.

Основания для признания договора о новации № 01/09/2015 от 01.09.2015 мнимой сделкой с точки зрения имеющихся в деле доказательств и доводов сторон отсутствуют. Тот факт, что переведенные обществом «ДиалВест» в пользу общества «БизнесГарант» по незаключенному договору подряда денежные средства, были получены обществом «ДиалВест» у банка в кредит по договору № КЛВ-1036/2015 от 31.03.2015, не имеет юридического значения для оценки действительности, в том числе, с точки зрения мнимости, договора новации кондикционного обязательства в заемное обязательство. 

Суд первой инстанции не указал, в чем состоит злоупотребление обществом «ДиалВест» и обществом «БизнесГарант» при новации кондикционного обязательства в заемное посредством заключения договора о новации № 01/09/2015 от 01.09.2015; решение суда не содержит выводы о том, кому и каким образом данная новация создает угрозу причинения вреда либо в чем состоит ее противоправная цель. В силу изложенного применение статьи 10 ГК РФ как основания ничтожности данной новации судом первой инстанции не обосновано. 

Таким образом, в силу договора о новации № 01/09/2015 от 01.09.2015 общество «ДиалВест» трансформировалось в кредитора в заемном обязательстве, которому общество «Бизнесгарант» было обязано возвратить денежные средства в размере 515 000 000 руб. и уплатить на них проценты в размере 17% годовых в определенные данным договором сроки. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

По договору уступки права требования от 31.10.2015 общество «ДиалВест» уступило обществу «Стратос» право требования к обществу «Бизнесгарант» по договору новации № 01/09/2015 от 01.09.2015 на общую сумму 515 000 000 руб., а также права, обеспечивающие исполнение данного обязательства, права на проценты, штрафные санкции, возмещение убытков, судебных расходов, право на применение договорной подсудности и любые иные права, связанные с требованием права в полном объеме. Пунктом 2.1 данного договора установлена обязанность цессионария по оплате объекта цессии в размере 500 000 000 руб. 

По акту от 31.10.2015 общество «ДиалВест» передало обществу «Стратос» документы, удостоверяющие уступленное по договору уступки права требования от 31.10.2015 право требования. 

В деле имеется уведомление обществом «ДиалВест» общества «Бизнесгарант» о состоявшейся на основании договора уступки права требования от 31.10.2015 цессии спорного права в пользу общества «Стратос». 

Согласно подписанному обществом «ДиалВест» и обществом «Стратос» в лице их руководителей акту сверки от 31.01.2016 цессионарий уплатил цеденту цену цессии; данный факт также подтверждается подписанными указанными субъектами актом об исполнении обязательств от 18.01.2016. 

Основания для оценки совершенного между обществом «ДиалВест» и обществом «Стратос» договора уступки права требования от 31.10.2015 в качестве ничтожной сделки с точки зрения имеющихся в деле доказательств отсутствуют. 

Из пункта 1 статьи 170 ГК РФ следует, что мнимой является сделка, которая совершается лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Из смысла данной нормы следует, что у участников мнимой сделки отсутствует действительное волеизъявление на создание соответствующих ей правовых последствий, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Формально выражая волеизъявление на заключение мнимой сделки, фактически ее стороны не желают установления, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей по отношению друг к другу. Таким образом, обращаясь с иском о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 170 ГК РФ, истец должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно была не исполнена. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порок воли каждой из ее сторон.

Между тем, имеющиеся в деле доказательства: акт от 31.10.2015 о передаче обществом «ДиалВест» обществу «Стратос» документов, удостоверяющих уступленное по договору уступки права требования от 31.10.2015 право требования; уведомление обществом «ДиалВест» общества «Бизнесгарант» о состоявшейся на основании договора уступки права требования от 31.10.2015 цессии спорного права в пользу общества «Стратос»; подписанные обществом «ДиалВест» и обществом «Стратос» в лице их руководителей акт сверки от 31.01.2016 и акт об исполнении обязательств от 18.01.2016 - очевидно свидетельствуют о совершении сторонами договора уступки права требования от 31.10.2015 действий по исполнению данного договора. Из материалов дела следует, что обществом «Бизнесгарант» в пользу общества «Стратос» были уплачены проценты по договора о новации № 01/09/2015 от 01.09.2015 в размере 36 000 000 руб., что подтверждается платежным поручением 1047 от 05.09.2016.

Суд первой инстанции не указал, в чем состоит злоупотребление обществом «ДиалВест» и обществом «Стратос» при уступке спорного права требования по договору уступки права требования от 31.10.2015; решение суда не содержит выводы о том, кому и каким образом данная цессия создает угрозу причинения вреда либо в чем состоит ее противоправная цель. В силу изложенного применение статьи 10 ГК РФ как основания ничтожности данной новации судом первой инстанции не обосновано. 

Равным образом, отсутствуют основания для оценки договору уступки права требования от 31.10.2015 ничтожной сделкой по основанию ее безвозмездности. В силу пункта 3 статьи 423 ГК РФ договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное. Согласно правовой позиции, выраженной в пункте 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Обзор № 120), соглашение об уступке права (требования), заключенное между коммерческими организациями, может быть квалифицировано как дарение только в том случае, если будет установлено намерение сторон на безвозмездную передачу права (требования). 

В договоре уступки права требования от 31.10.2015 прямо указано на обязанность цессионария по оплате приобретаемого права требования, что исключает вывод о намерении общества «ДиалВест» одарить общество «Стратос» уступленным по данному договору правом требования.

В силу изложенного права требования по договору новации № 01/09/2015 от 01.09.2015, включая требование возврата займа в размере 515 000 000 руб., а также права, обеспечивающие исполнение данного обязательства, права на проценты, штрафные санкции, возмещение убытков, судебных расходов, право на применение договорной подсудности и любые иные права, связанные с требованием права в полном объеме, перешли к обществу «Стратос» в результате цессии, основанной на договоре уступки права требования от 31.10.2015. 

По договору уступки прав требования от 01.03.2018 № 1/03-2018 общество «Стратос» (цедент) уступило обществу «Новый мир» (цессионарий) в полном объеме право требования по договору новации № 01/09/2015 от 01.09.2015 на сумму 515 000 000 руб., а также права, обеспечивающие исполнение данного обязательства, права на проценты, штрафные санкции, возмещение убытков, судебных расходов, право на применение договорной подсудности и любые иные права, связанные с требованием права в полном объеме. Пунктом 2.1 данного договора установлена обязанность цессионария по оплате объекта цессии в размере 50 000 000 руб. 

По акту от 01.10.2018 общество «Стратос» передало обществу «Новый мир» документы, удостоверяющие уступленное по договору уступки права требования от 01.03.2018 право требования. 

В деле имеется уведомление обществом «Новый мир» общества «Бизнесгарант» о состоявшейся на основании договора уступки права требования от 01.03.2018 цессии спорного права в пользу общества «Новый мир». 

Согласно подписанному обществом «Стратос» и обществом «Новый мир» акту № 1/03/12-17 от 15.09.2018 цессионарий уплатил цеденту в оплату приобретенного права 15 000 000 руб. путем передачи векселей ПАО «Сбербанк» и АО «Альфа-банк» на указанную сумму. 

Основания для оценки совершенного между обществом «Стратос» и обществом «Новый мир» договора уступки права требования от 01.03.2018 в качестве ничтожной сделки с точки зрения имеющихся в деле доказательств отсутствуют. 

Из пункта 1 статьи 170 ГК РФ следует, что мнимой является сделка, которая совершается лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Из смысла данной нормы следует, что у участников мнимой сделки отсутствует действительное волеизъявление на создание соответствующих ей правовых последствий, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Формально выражая волеизъявление на заключение мнимой сделки, фактически ее стороны не желают установления, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей по отношению друг к другу. Таким образом, обращаясь с иском о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 170 ГК РФ, истец должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно была не исполнена. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порок воли каждой из ее сторон.

Между тем, имеющиеся в деле доказательства: акт от 01.10.2018 о передаче обществом «Стратос» обществу «Новый мир» документов, удостоверяющих уступленное по договору уступки права требования от 01.03.2018 право требования; уведомление обществом «Новый мир» общества «Бизнесгарант» о состоявшейся на основании договора уступки права требования от 01.03.2018 цессии спорного права в пользу общества «Новый мир»; подписанный обществом «Стратос» и обществом «Новый мир» акт № 1/03/12-17 от 15.09.2018 – очевидно свидетельствуют о совершении сторонами договора уступки права требования от 01.03.2018 действий по исполнению данного договора. 

Суд первой инстанции не указал, в чем состоит злоупотребление обществом «Стратос» и обществом «Новый мир» при уступке спорного права требования по договору уступки права требования от 01.03.2018; решение суда не содержит выводы о том, кому и каким образом данная цессия создает угрозу причинения вреда либо в чем состоит ее противоправная цель. В силу изложенного применение статьи 10 ГК РФ как основания ничтожности данной новации судом первой инстанции не обосновано. 

Равным образом, отсутствуют основания для оценки договору уступки права требования от 01.03.2018 ничтожной сделкой по основанию ее безвозмездности. В силу пункта 3 статьи 423 ГК РФ договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное. Согласно правовой позиции, выраженной в пункте 9 Обзора № 120, соглашение об уступке права (требования), заключенное между коммерческими организациями, может быть квалифицировано как дарение только в том случае, если будет установлено намерение сторон на безвозмездную передачу права (требования). 

В договоре уступки права требования от 01.03.2018 прямо указано на обязанность цессионария по оплате приобретаемого права требования, что исключает вывод о намерении общества «Стратос» одарить общество «Новый мир» уступленным по данному договору правом требования.

В силу изложенного права требования по договору новации № 01/09/2015 от 01.09.2015, включая требование возврата займа в размере 515 000 000 руб., а также права, обеспечивающие исполнение данного обязательства, права на проценты, штрафные санкции, возмещение убытков, судебных расходов, право на применение договорной подсудности и любые иные права, связанные с требованием права в полном объеме, перешли к обществу «Новый мир» в результате цессии, основанной на договоре уступки права требования от 01.03.2018. 

Приведенный в отзыве на апелляционную жалобу довод банка о том, что договоры цессии от 31.10.2015 и от 01.03.2018 направлены на создание искусственной задолженности ответчика перед истцом, которая может быть использована для последующего инициирования процедуры банкротства общества «Бизнесгарант» подлежит отклонению, поскольку из материалов дела следует, что указанные цессии опосредуют уступки действительного, а не искусственного права требования, возникшего на основе кондикционного обязательства, фактическое возникновение которого подтверждается материалами дела. 

Из обстоятельств дела невозможно сделать достоверный вывод о том, что указанные цессии были направлены на вывод активов общества «ДиалВест» для создания невозможности исполнения решения Арбитражного суда города Москвы от 22.11.2017 по делу № А40-100449/2017, которым с общества «ДиалВест» в пользу банка взысканы кредитная задолженность, проценты и неустойка, поскольку первая цессия от 31.10.2015 состоялась за более чем 15 месяцев до даты подачи иска по указанному делу (06.02.2017). 

Таким образом, на день рассмотрения спора по настоящему делу общество «Новый мир» является кредитором в основанном на договоре новации № 01/09/2015 от 01.09.2015 заемном обязательстве, в содержание которого входят обязанности общества «Бизнесгарант» по возврату кредитору задолженности в размере 515 000 000 руб., процентов за пользование займом по ставке в размере 17% годовых. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 ГК РФ в редакции, действовавшей на день заключения договора новации, по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. Пунктом 1.2 договора новации установлены проценты за пользование займом в размере 17% годовых.

В предмет иска входит требование о взыскании задолженности в размере 50 000 000 руб. и процентов за пользование займом за период с апреля 2015 года по 31.12.2015 в размере 26 933 000 руб. 

Как указано выше, пунктом 1.3.2 договора новации определены сроки возврата займа: 50 000 000 руб. – в срок до 31.12.2015; 200 000 000 руб. – в срок до 31.12.2016; 200 000 000 руб. – в срок до 31.12.2017; 65 000 000 руб. – в срок до 31.03.2018.

Таким образом, срок возврата займа в части 50 000 000 руб. наступил 31.12.2015. 

Доказательства уплаты заемной задолженности в указанной части по спорному договору цессии в деле отсутствуют; соответствующий довод участвующими в деле лицами не приводился. 

В силу изложенного с ответчика в пользу истца подлежит взысканию задолженность в размере 50 000 000 руб. 

Приложением № 1 к договору новации согласован график уплаты процентов по займу, в том числе за период с 15.04.2015 по 31.12.2015 в размере 62 933 000 руб. – в срок до 31.12.2015. 

Таким образом, срок уплаты процентов за пользование займом за период с 15.04.2015 по 31.12.2015 в размере 62 933 000 руб. наступил  31.12.2015.

Из указанных процентов ответчиком в пользу общества «Стратос» (предыдущий кредитор) были уплачены проценты в размере 36 000 000 руб. Таким образом, неисполненная часть обязательства по уплате процентов за пользование займом за период с 15.04.2015 по 31.12.2015 составляет 26 933 000 руб. 

В силу изложенного с ответчика в пользу истца подлежат взысканию проценты за пользование займом за период с 15.04.2015 по 31.12.2015 в размере 26 933 000 руб.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции подлежит отмене как принятое при неправильном применении норм материального права. 

При цене иска в размере 76 933 000 руб. размер подлежащей уплате в федеральный бюджет госпошлины по иску составляет 200 000 руб.

При принятии искового заявления истцу была предоставлена отсрочка уплаты госпошлины по иску.

В соответствии с пунктом 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» (далее – Постановление № 16) в тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объеме ввиду действия отсрочки, рассрочки по уплате госпошлины, увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании неуплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается судом исходя из следующих обстоятельств. Если суд удовлетворяет заявленные требования, государственная пошлина взыскивается с другой стороны непосредственно в доход федерального бюджета применительно к части 3 статьи 110 АПК РФ. При отказе в удовлетворении требований государственная пошлина взыскивается в федеральный бюджет с лица, увеличившего размер заявленных требований после обращения в суд, лица, которому была дана отсрочка или рассрочка в уплате государственной пошлины.

Поскольку иск удовлетворен полностью, постольку в силу изложенного с ответчика в доход федерального бюджета подлежит взысканию госпошлина по иску в размере 200 000 руб. 

При цене иска в размере 76 933 000 руб. размер подлежащей уплате в федеральный бюджет госпошлины по иску составляет 200 000 руб.

При принятии апелляционной жалобы истцу была предоставлена отсрочка уплаты госпошлины в размере 3 000 руб. 

Поскольку апелляционная жалоба истца удовлетворена, постольку в соответствии с правовым подходом, выраженным в пункте 16 Постановления № 46, на основании части 3 статьи 110 АПК РФ, с ответчика в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина по апелляционной жалобе в размере 3 000 руб.

Таким образом, общий размер подлежащей взысканию с ответчика в федеральный бюджет госпошлины по иску и апелляционной жалобе составляет 203 000 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 23.01.2019 по делу                       № А53-21046/2018 отменить. Принять новый судебный акт. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Бизнесгарант»               (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Новый мир» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) основную задолженность в размере 50 000 000 руб., проценты за пользование займом в размере 26 933 000 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Бизнесгарант»               (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину по иску и апелляционной жалобе в размере 203 000 руб. 

Постановление апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление апелляционного суда может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу настоящего постановления.

ПредседательствующийВ.В. Ванин

СудьиН.В. Ковалева

 ФИО3