ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

26.12.2019

Дело № А40-129898/18

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19.12.2019

Полный текст постановления изготовлен  26.12.2019

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе:

председательствующего-судьи Закутской С.А.,

судей  Коротковой Е.Н., Голобородько В.Я.,

при участии в судебном заседании:

от общества с ограниченной ответственностью ТК «Оберон» - ФИО1, по доверенности от 03.10.2019;

от Japan Pulp & Paper Gmbh – ФИО2, по доверенности от 10.04.2019, ФИО3, по доверенности от 16.10.2019;

рассмотрев 19.12.2019 в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью ТК «Оберон» 

на определение от 09 августа 2019 года

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 09 октября 2019 года

Девятого арбитражного апелляционного суда,

по заявлению общества с ограниченной ответственностью ТК «Оберон» о включении требований в размере 65 398 915 руб. 93 коп. в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Ролли»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 22 января 2019 года общество с ограниченной ответственностью «Ролли» (ООО «Ролли», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим общества утвержден ФИО4 

Сообщение о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №14 от 26.01.2019 г.

18.02.2019 г. общество с ограниченной ответственностью Торговая Компания «Оберон» (ООО ТК «Оберон») обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о включении требований в размере 65 398 915 руб. 93 коп. в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09 августа 2019 года требование ООО ТК «Оберон» в размере 65 398 915 руб. 93 коп. признано обоснованным, однако подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «Ролли». 

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09 октября 2019 года определение Арбитражного суда города Москвы от 09 августа 2019 года отменено, в удовлетворении заявления ООО ТК «Оберон» отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ООО ТК «Оберон» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просило отменить постановление суда апелляционной инстанции от 09 октября 2019 года и изменить определение суда первой инстанции от 09 августа 2019 года в части удовлетворения требований ООО ТК «Оберон» в размере 24 034 205 руб. 51 коп. за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «Ролли», при этом включить требование ООО ТК «Оберон» в размере 24 034 205 руб. 51 коп. в реестр требований кредиторов должника третьей очереди.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

17 декабря 2019 года в адрес суда поступил отзыв Japan Pulp & Paper Gmbh на кассационную жалобу, который судом округа приобщен к материалам дела в порядке ст. 279 АПК РФ.

Кредитор в обоснование заявленных требований указал, что между ООО ТК «Оберон» и ООО «Ролли» были заключены договоры займа № 92-3 от 10.08.2016 г., № 99-3 от 12.12.2016 г. № 124-3 от 17.07.2017 г. на сумму 3 500 000 руб., 15 000 000 руб. и 7 000 000 руб.

Ответчик в полном объеме принятые на себя обязательства по вышеуказанным договорам не исполнил, в связи с чем задолженность составила 24 034 205 руб. 51 коп., включая проценты за пользование займом.

Кроме того, как указал кредитор, на основании договоров об уступке права требования (цессии) от 01.07.2018 г. № 01/07/2018-УПТ, №02/07/2018-УПТ, №03/07/2018-УПТ ООО ТК «Оберон» приобрело у ООО «ТК «ВИСТА» права требования к должнику по договорам займа № 3-1/15 от 02.11.2015 г., № 3-2/15 от 27.11.2015 г., № 3-3/16 от 04.02.2016 г. на общую сумму 41 364 710 руб. 42 коп.

Поскольку должник имеющуюся у него задолженность по договорам займа не погасил, кредитор обратился в суд с настоящими требованиями.

Суд первой инстанции, признавая требования обоснованными, указал, что кредитором представлены надлежащие доказательства, подтверждающие наличие и размер задолженности по договорам займа.

Давая оценку доводам об аффилированности должника и ООО ТК «Оберон», суд указал, что  действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных лиц понижается.

Приходя к выводу о том, что требования ООО ТК «Оберон» подлежат удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «Ролли», суд сослался на пропуск срока предъявления требований, поскольку сообщение об открытии процедуры конкурсного производства в отношении ООО «Ролли» опубликовано 26 января 2019 года, реестр требований кредиторов закрыт 26 марта 2019 года, однако кредитор с уточненными требованиями обратился в суд только 27 марта 2019 года.

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении требований, пришел к выводу, что подача кредитором требования связана исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (10 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства принятия обществом мер ко взысканию задолженности и обращение общества с заявленными требованиями только после введения в отношении должника процедуры банкротства.

ООО ТК «Оберон», оспаривая принятые судебные акты, ссылалось на то, что суд первой инстанции неправомерно принял к рассмотрению в порядке статьи 49 АПК РФ уточненные требования кредитора, поскольку при уточнении требований были заявлены, по сути, новые требования, основанные на иных договорах займа и договорах цессии.

Вышеуказанное обстоятельство, по мнению заявителя, привело к неправомерному включению всех требований кредиторов за реестром, поскольку первоначально поданные требования на сумму 24 034 205 руб. 51 коп., включая проценты за пользование займом, были заявлены в установленный законом срок.

Также заявитель ссылался на нарушение судом апелляционной инстанции норм процессуального права в связи с выходом за пределы апелляционной жалобы, поскольку в апелляционной жалобе общество просило отменить определение от 09.08.2019 только в части учета требований ООО «ТК «Оберон» в размере 24 034 205 руб. 51 коп. за реестром, при  этом участники процесса не заявляли о проверке судебного акта в полном объеме.

Заявитель считает, что выводы суда об отсутствии признаков рыночного характера заемных правоотношений между ООО ТК «Оберон» и ООО «Ролли», наличие между ними заинтересованности, и, как следствие, доказанности корпоративного характера возникших обязательств, являются ошибочными и необоснованными, поскольку 3,5 млн. руб. заемных денежных средств были возвращены должником, займы являлись процентными и были выгодными для займодавца, при этом на момент выдачи займов ООО «Ролли» вело обычную хозяйственную деятельность, являлось финансово стабильным и не нуждалось в дополнительном финансировании, при этом, по мнению заявителя, доказательств искусственного наращивания активов должника не представлено, а реальность займа не оспаривалась.

Кроме того, кредитор сослался на то обстоятельств, что конкурсный управляющий должника возражений относительно требований общества не заявлял.

Представитель ООО ТК «Оберон» в судебном заседании поддержал доводы кассационной жалобы.

Представители Компании  Japan Pulp & Paper Gmbh в судебном заседании возражали против удовлетворения кассационной жалобы. 

Изучив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, кассационная инстанция приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление N 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности, поскольку может иметь место злонамеренное соглашение должника и конкретного кредитора с целью причинения вреда имущественным правам иных кредиторов либо с целью ведения контролируемого банкротства.

Исходя из вышеуказанных норм права, отсутствие возражений относительно заявленных требований со стороны конкурсного управляющего должника не является основанием для включения требований в реестр, поскольку, в любом случае, суд проверяет их обоснованность и документальную подтвержденность.

Таким образом, в деле о банкротстве включение задолженности в реестр требований кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия обязательства у должника перед кредитором, которое подтверждено соответствующими доказательствами.

Кредитор в обоснование заявленных требований сослался на наличие у ООО «Ролли» задолженности по договорам займа № 92-3 от 10.08.2016 г., № 99-3 от 12.12.2016 г. № 124-3 от 17.07.2017 г., заключенным с ООО «ТК «Оберон», и по договорам займа № 3-1/15 от 02.11.2015 г., № 3-2/15 от 27.11.2015 г., № 3-3/16 от 04.02.2016 г., заключенным с ООО ТК «ВИСТА», права требования по которым перешло к заявителю на основании договоров об уступке права требования (цессии) от 01.07.2018 г. № 01/07/2018-УПТ, № 02/07/2018-УПТ, № 03/07/2018-УПТ.

Между тем, в рамках проведенной уполномоченным органом камеральной проверки установлена аффилированность ООО «ТК Оберон» по отношению к ООО «Ролли», ООО «Алиора» и ООО «Александр Брайн» (ООО «Северный Альянс», подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ № ЮЭ9965-18-5113783 от 07.06.2018 г.), ООО ТК «ВИСТА». 

На основании решения N 14/833 от 18.08.2017 в отношении ООО "Северный альянс" установлены признаки подконтрольности и взаимозависимости между ООО "Александр Браун" и ООО "Ланит", ООО "Джамбо", ООО "Ролли", ООО "Яротех".

Факт аффилированности сторон спора участвующими в деле лицами не оспорен.

Действительно, действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается, при этом сама по себе выдача займа участником должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства (определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647, от 06.08.2015 N 302-ЭС15-3973).

Однако в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности с отдельным кредитором (как правило, связанным с должником), носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами: за собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник юридическое лицо) или за самим должником (через родственные связи - если должник физическое лицо).

Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств о наличии задолженности у должника, обычно достаточного для разрешения подобного спора; пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга; признанием обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п.

В связи с совпадением интересов должника и такого кредитора их процессуальная активность не направлена на установление истины.

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно, поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

На практике это означает, что суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

Кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга.

Соответственно, в данной ситуации аффилированный кредитор должен раскрыть мотивы оформления отношений с должником посредством заключения договоров займа, в том числе разумные экономические мотивы их заключения.

Исходя из конкретных обстоятельств дела, суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного.

Соответствующая правовая позиция отражена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556, от 21 февраля 2018 г. N 310-ЭС17-17994(1,2).

В данном случае суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для применения к требованиям кредитора ст. 10 ГК РФ.

Наличие корпоративных связей между займодавцем и заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора,  поскольку предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

В такой ситуации для констатации сомнительности требований должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения заимодавца от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении данным заимодавцем своими правами во вред иным участникам оборота, в частности, остальным кредиторам должника (пункт 4 статьи 1 и пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В ситуации, когда кредитор является независимым от группы заемщика лицом, предоставленные в виде займа денежные средства, как правило, выбывают из-под контроля кредитора.

Если же заем является внутригрупповым, денежные средства остаются под контролем группы лиц, поэтому в условиях заинтересованности заимодавца и  заемщика на данных лиц в деле о банкротстве возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки. В обратном случае следует исходить из того, что выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве каждого участника группы лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6)).

При предоставлении займов внутри группы лиц может иметь место   транзитное движение денежных средств, которое позволяет в отсутствие реальных хозяйственных отношений искусственно создать и нарастить внутригрупповую задолженность.

В данном случае судом апелляционной инстанции установлено, что при  рассмотрении настоящего спора кредитор ссылался на то, что ООО ТК «Оберон»  и должник входят в одну группу компаний и контролируются одними лицами, в  связи с чем ставил под сомнение наличие экономической целесообразности в заключении спорных сделок.

Также суд указал, что заявитель меры досудебного взыскания задолженности не предпринимал, с требованием о включении задолженности в реестр кредиторов должника обратился лишь в процедуре банкротства, при этом документов, свидетельствующих о происхождении денежных средств у займодавца, исключающих транзитность операций, не представлено, как и пояснений относительно экономической целесообразности покупки прав требования к должнику после принятия к производству заявления о признании ООО «Ролли» банкротом.

Как правильно указал суд апелляционной инстанции, подобные факты свидетельствуют  о подаче обществом заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), при этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац 4 пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к правильному выводу, что действия аффилированных лиц свидетельствуют о недобросовестном поведении и злоупотреблении правом с целью причинить вред имущественным правам и интересам независимых кредиторов в деле о банкротстве ООО «Ролли», в связи с чем правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Что касается довода заявителя кассационной жалобы о выходе суда апелляционной инстанции за пределы полномочий, то, действительно, согласно разъяснениям, приведенным в пункте 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 N 36 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания. При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Между тем, в данном случае суд действовал в строгом соответствии с целями процедуры банкротства в отношении должника и в интересах независимых кредиторов, связанных с недопущением включения в реестр необоснованных требований кредиторов, при этом проверка законности и обоснованности определения в полном объеме не привела к принятию неправильного судебного акта.

При рассмотрении настоящего обособленного спора фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судом, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных ст. 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не может быть положено в основание отмены судебного акта судом кассационной инстанции. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ в любом случае безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено, нормы материального права применены судом правильно, в связи с чем кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09 октября 2019 года по делу № А40-129898/18 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                     С.А. Закутская 

 

Судьи:                                                                                 Е.Н. Короткова

 

В.Я. Голобородько