АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-1318/2024

Дело № А65-23381/2021

г. Казань

01 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 марта 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 01 апреля 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Кашапова А.Р.,

судей Ивановой А.Г., Самсонова В.А., 

при участии:

представителя индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО2, доверенность от 03.04.2023,

в отсутствии иных лиц участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 

на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.07.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2023

по делу № А65-23381/2021

по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>) о привлечении ФИО3 (ИНН 

<

***>), ФИО4, (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности в солидарном порядке,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.07.2020  по делу N А65-4749/2020 ликвидируемый должник - общество с ограниченной ответственностью "Анверс" (далее – ООО «Анверс») (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.06.2021 завершена процедура конкурсного производства в отношении ООО "Анверс" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП ФИО1) (ОГРНИП 316169000160835, ИНН 

<

***>) обратилась в суд с заявлением о привлечении ФИО3 (ИНН 

<

***>), ФИО4, (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности в солидарном порядке, взыскании денежных в размере 9 807 171,07 руб. в солидарном порядке.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.07.2023 заявление удовлетворено частично.

Взыскано солидарно с ФИО3 и ФИО4 в пользу ФИО1 2 769 000 руб. убытков. В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2023 решение суда первой инстанции оставлено без изменения. 

Не согласившись с принятыми судебными актами, ИП ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой прости решение суда первой инстанции и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2023 отменить, принять новый судебный акт, удовлетворить заявление ИП ФИО1 в полном объеме.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы кассационной жалобы подержал, настаивал на их удовлетворении.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Проверив законность обжалуемого судебного акта, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судами, в рамках дела N А65-4749/2020 определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.03.2020 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью "ТК", г. Казань о признании ООО "Анверс" назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.04.2020 принято заявление ИП ФИО1 в качестве заявления о вступлении в дело о несостоятельности (банкротстве) ООО "Анверс".

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.08.2020 включено требование ИП ФИО1 в состав третьей очереди реестра требований кредиторов ООО "Анверс" с требованием в размере 9 607 669 руб. долга, 199 392, 04 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 110, 03 руб. почтовых расходов.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.07.2020 ООО "Анверс" признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим ООО "Анверс" утвержден ФИО5, член Союза "Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада"

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.06.2021 производство по делу о банкротстве завершено.

ИП ФИО1 обратилась в суд с заявлением о привлечении ФИО3 (ИНН 

<

***>), ФИО4 (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности в солидарном порядке, взыскании денежных в размере 9 807 171,07 руб. в солидарном порядке. 

Как установлено судебными инстанциями, ответчики являлись руководителями ООО "Анверс": ФИО3 в период с 19.12.2016 по 04.12.2019, а также 100% участником должника, ФИО4 в период с 04.12.2019 по 21.01.2020, а также участником с 1/3 доли в уставном капитале должника.

Обращаясь с настоящим заявлением, ИП ФИО1  указывала в качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности  несвоевременную подачу заявления о признании должника банкротом (статья 61.12 Закона о банкротстве), не передачу документации и активов должника конкурсному управляющему, искажение бухгалтерской документации (пункт 2 части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совершение недействительных сделок (пункт 1 части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Отказывая в удовлетворения искового заявления в части привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за не обращение в суд с заявлением о признании должника банкротом, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно пункту 2 части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в частности, следующих обстоятельств:

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с положениями статей 6, 8, 9, 17 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководителем экономического субъекта. Бухгалтерский учет ведется организацией непрерывно с момента ее регистрации в качестве юридического лица до реорганизации или ликвидации в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Все хозяйственные операции и результаты инвентаризации подлежат своевременной регистрации на счетах бухгалтерского учета без каких-либо пропусков или изъятий. Все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет. Ответственность за организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности несет руководитель организации.

Согласно части 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума N 53), статей 40, 50 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", на руководителе должника лежит обязанность по сохранению документации общества с ограниченной ответственностью.

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Рассмотрев данное основание, судебные инстанции пришли к выводу об отказе в удовлетворении требований, так как заявитель не представил суду доказательств невозможности формирования конкурсной массы.

Так же судебные инстанции отметили, что по данным бухгалтерского баланса на 2018 год у ООО "Анверс" имелись следующие активы: материальные внеоборотные активы в сумме 638 тыс. руб., финансовые и другие оборотные активы в сумме 2 089 тыс. руб., которые не были переданы финансовому управляющему.

В определении Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.06.2021 по делу N А65-4749/2020 судом установлено, что у должника имущество отсутствует; на расчетном счету должника отсутствуют денежные средства; расходы на сумму 21 287, 76 руб. погашены за счет средств конкурсного управляющего, вознаграждение арбитражного управляющего не погашено; погашение требований кредиторов не произведено.

Суды учли, что в рамках дела о банкротстве ООО "Анверс" конкурсный управляющий должником выявил активы в виде дебиторской задолженности на общую сумму 16 594 911,40 руб., что подтверждается протоколом внеочередного собрания кредиторов ООО "Анверс" от 20.11.2020.

Указанная дебиторская задолженность была списана конкурсным управляющим по причине невозможности ее взыскания в связи с истечением сроков исковой давности для ее взыскания.

Так же суды указали, что согласно акту приема-передачи документов от 22.11.2019 ФИО3 передал ФИО4 документы финансово-хозяйственной деятельности должника. Впоследствии ликвидатором общества являлся ФИО4 при этом конкурсный управляющий ООО "Анверс" не обращался к руководителю (ликвидатору) общества за истребованием бухгалтерской и иной документации должника. 

Так же судами установлено, что из финансового состояния должника следует, что должник на протяжении 2017-2020 года имел просроченную кредиторскую задолженность в пределах 22,9% от суммы пассивов, в 2018-2019 год убыточности деятельности должника не наблюдается.

Установив, что требования истца по иску возникли ранее 2018 года, поэтому иск о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве не может быть удовлетворен по основаниям, установленным статьей 61.12 Закона о банкротстве в отношении истцов, обязательства перед которыми не возникли после предполагаемой даты, не позднее которой ответчик должен был обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, суды признали доводы ФИО1 несостоятельными.

В отношении не отражения в бухгалтерской отчетности задолженности ООО "Анверс" перед ИП ФИО1 суд первой инстанции пришел к выводу, что данное искажение касается не активов, а кредиторской задолженности должника, в связи с чем ее искажение никак не влияет на выявление активов и формирование конкурсной массы. Данное обстоятельство не может являться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Рассматривая заявленные кредитором основания о совершении недействительных сделок, судебные инстанции исходили из следующего.

Заявитель по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности вправе ссылаться на недействительность совершенных должником сделок, в том числе и в соответствии со статьей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, в том числе и без судебного акта о признании таких сделок недействительными (пункт 23 Постановление Пленума N 53).

Согласно пункту 16 Постановления Пленума N 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Как установили суды, конкурсным управляющим в рамках дела N А65-4749/2020 оспаривался договор купли-продажи транспортного средства от 14.06.2017, заключенный между должником и ФИО6 Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.01.2021 в удовлетворении заявления отказано. Судом сделан вывод о возмездности и равноценности встречного предоставления. Доказательств того, что ответчик является заинтересованным лицом к должнику, не представлено. Определение вступило в законную силу.

Согласно пункту 23 Постановления Пленума N 53, статей 40, 50 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", по смыслу подпункта 3 пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если в удовлетворении иска о признании сделки недействительной ранее было отказано по мотиву равноценности полученного должником встречного денежного предоставления, то заявитель впоследствии не вправе ссылаться на нерыночный характер цены этой же сделки в целях применения презумпции доведения до банкротства.

В связи с изложенным суд первой и апелляционной инстанции пришли к выводу, что заявленные истцом доводы фактически направлены на переоценку вступившего в законную силу судебного акта, а потому не могут быть признаны обоснованными.

В отношении заявленных доводов о перечислении денежных средств в адрес фирм-однодневок судом первой инстанции установлено, что согласно представленному арбитражным управляющим ФИО5 заключению о наличии или отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства ООО "Анверс" следует, что конкурсным управляющим анализировались сделки должника, заявленные истцом сделки в основание рассматриваемого иска не выявлены как оспоримые, по заявленным контрагентам конкурсному управляющему были переданы универсальные передаточные документы (далее - УПД).

Довод о том, что данные контрагенты на момент подачи рассматриваемого иска ликвидированы, отклонен судами, поскольку не позволяет сделать вывод о мнимости хозяйственных отношений. 

Также суды не усмотрели оснований для привлечения к субсидиарной ответчиков за недобросовестные действия контролирующих лиц, связанных с образованием невозвратной дебиторской задолженности.

Суды отметили, что из представленных письменных пояснения ФИО3 следует, что ООО "Анверс" получало займы от других обществ, самым крупным заимодавцем является ООО "Алтимол", сумма займов на протяжении всей деятельности ООО "Анверс" составила порядка 11 миллионов рублей, что подтверждается выпиской по счету должника.

Заявленные платежи (в том числе в дополнениях к апелляционной жалобе), перечислены в адрес ООО "Алтимол" в счет погашения заемных денежных средств, что указанно в назначении по данным платежам.

Согласно акту сверки взаимных расчетов с ООО "Алтимол" полученные заемные денежные средства полностью возвращены.

В обоснование возмездности платежей в адрес иных третьих лиц в материалы дела представлены первичные документы, запрошенные у контрагентов.

Установив, что доказательства наличия виновных действий ответчиков в указанной части не представлено, суды первой инстанции и апелляционной инстанции не нашли оснований для удовлетворения заявления.

Обращаясь с настоящим иском, заявитель указывал на мнимость хозяйственных взаимоотношений по товарной накладной N 47 от 31.03.2017 по поставке должнику от ООО "ТК" пледов на сумму 2 769 000 руб., так как в ходе судебного разбирательства соответчиком ФИО3 были представлены две товарные накладные N 47 от 31.03.2017, но с разными основаниями поставки (договор N ТК-8 от 07.03.2017 и договор N ТК-15 от 15.03.2017), на одинаковую сумму в размере 2 769 000 руб., которая "необъяснимым образом" идентична сумме перечисленных ООО "Анверс" денежных средств за ООО "ТК" в адрес ООО СК "УнистройДом" по договорам долевого участия.

По мнению заявителя, одна из накладных являлась мнимой, кроме того, в представленных ответчиком актах сверок с ООО "ТК" имеются различные конечные сальдо.

В связи с чем, истцом также было заявлено о фальсификации доказательства.

Судом в порядке статьи 161 АПК РФ разъяснены уголовно-правовые последствия заявления, соответчику предложено исключить оспариваемое доказательство из числа доказательств по делу. Соответчик ФИО3 отказался исключить доказательство. Указал, что наличие дублирующей накладной и различия в конечном сальдо разных актов сверок задолженности с ООО "ТК" было бухгалтерской ошибкой.

В отношении товарной накладной N 47 от 31.03.2017 по поставке должнику от ООО "ТК" пледов на сумму 2 769 000 руб. судом первой инстанции учтено, что из представленного арбитражным управляющим ФИО5 заключения о наличии или отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства ООО "Анверс" следует, что конкурсному управляющему была передана первичная документация, отражающая хозяйственную деятельность ООО "Анверс", в том числе и УПД по поставкам от ООО "ТК". При этом в перечне переданных УПД отсутствует товарная накладная N 47 от 31.03.2017 по поставке должнику от ООО "ТК" пледов на сумму 2 769 000 руб.

При этом суд первой инстанции критически оценил доводы соответчика о том, что "задвоение" накладных было бухгалтерской ошибкой, т.к. указание разных дат и оснований поставки при последующем учете хозяйственной операции в бухгалтерии не может считаться бухгалтерской ошибкой.

С учетом ранее изложенных доводов истца о сомнениях относительно реальности хозяйственных взаимоотношений по товарной накладной N 47 от 31.03.2017, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии в данной накладной признаков недействительной сделки, в том числе и по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, т.к. оспариваемая сделка совершена в пределах трехлетнего периода до принятия судом заявления о признании ООО "Анверс" банкротом (заявление принято 02.03.2020).

Оспариваемая сделка была совершена в период, когда руководителем ООО "Анверс" являлся соответчик ФИО3, а соответчик ФИО4 не передал конкурсному управляющему товарную накладную N 47 от 31.03.2017 по поставке должнику от ООО "ТК" пледов на сумму 2 769 000 руб., тем самым была утрачена возможность оспаривания данной сделки.

В связи с изложенным суд первой инстанции усмотрел в данной части солидарный характер ответственности соответчиков ФИО3 и ФИО4 и пришел к выводу о необходимости самостоятельной квалификации требований как иска о взыскании убытков солидарно с ответчиков в пользу истца в размере 2 769 000 руб..

Повторно рассмотрев спор, суд апелляционной инстанции дополнительно отметил, что согласно выписке по счету денежные средства выдавались под отчет сотрудникам ООО "Анверс" на расходы. Указанные перечисления производились в рамках осуществления обычной хозяйственной деятельности, доказательств того, что данные средства израсходованы на иные нужды в материалы дела не представлено.

Таким образом, доказательств причинения ущерба в результате осуществления вышеуказанных перечислений в размере 603 411 руб. не установлено.

Апелляционным судом отклонен заявленный в апелляционной жалобе довод о том, что при безвозмездном отчуждении ответчиками прав требований по договорам долевого участия в строительстве судом не учтена упущенная выгода, связанная с повышением в цене объектов недвижимого имущества.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отметил, что Верховный суд Российской Федерации в определении от 30.08.2017 N 305-КГ17-1113 указал, что не отражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки. 

Суд кассационной инстанции оснований для отмены состоявшихся судебных актов не усматривает.

Согласно пункту 2 части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в частности, следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 20 Постановления N 53, а также разъяснениям, содержащимся в пункте 1, абзаце втором пункта 4, абзаце третьем пункта 17, абзаце десятом пункта 24 данного Постановления, следует, что выбор между привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам и взысканием с них убытков осуществляется судом в зависимости от тяжести последствий неправомерных действий (бездействия) этих лиц для должника, связанных с размером их субъективно осознаваемого выхода за допустимые пределы делового решения разумного и добросовестного менеджера. Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Оценив в совокупности приведенные сторонами доводы и представленные доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суд первой и апелляционной инстанции пришли к правомерным выводам о переквалификации заявления в иск о взыскании убытков солидарно с ответчиков в пользу истца, размер ответственности определен судами верно.

Оснований для переоценки выводов судов нижестоящих инстанций у суда округа не имеется.

Доводы заявителя кассационной жалобы подлежат отклонению, так как выводов судов не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального права и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены судебных актов в обжалуемой части, поскольку, по сути, эти возражения сводятся к несогласию с произведенной судами первой и апелляционной инстанций оценкой обстоятельств спора; все доводы заявителей кассационных жалоб тождественны доводам, являвшимся предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций и получившим надлежащую правовую оценку.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 АПК РФ.

Поскольку нарушений норм материального и процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, основания для отмены судебных актов в обжалуемой части и удовлетворения кассационных жалоб отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.07.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2023 по делу № А65-23381/2021 оставить без  изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                       А.Р. Кашапов

 

Судьи                                                                                А.Г. Иванова

 

                                                                                        В.А. Самсонов