АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень                                                                                          Дело № А03-15829/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 мая 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 мая 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Бедерина М.Ю.

судей                                                         Доронина С.А.

ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего  обществом с ограниченной ответственностью «Фабрика» ФИО2  на определение от 06.12.2021 Арбитражного суда Алтайского края (судья Крамер О.А.) и постановление от 28.02.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Иванов О.А., Кудряшева Е.В., Усанина Н.А.) по делу № А03-15829/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Фабрика» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), принятые  по заявлению конкурсного управляющего должником ФИО2 о привлечении ФИО3, ФИО6, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - Фонд социальной поддержки и защиты граждан «Свобода».

Суд установил:

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Фабрика» (далее - ООО «Фабрика», должник) 14.07.2020 его временный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО3, ФИО6, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением от 06.12.2021 Арбитражного суда Алтайского края признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6, ФИО5, ФИО4 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. В остальной части в удовлетворении заявления отказано. Суд определил приостановить рассмотрение заявления в части размера субсидиарной ответственности до окончания мероприятий по формированию конкурсной массы и расчетов с кредиторами.

Постановлением от 06.12.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда определение от 06.12.2021 Арбитражного суда Алтайского края оставлено без изменения.

С кассационной жалобой обратился конкурсный управляющий должником ФИО2 (далее - управляющий), в которой просит отменить состоявшиеся судебные акты в части отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего к ФИО3 о привлечении ее к субсидиарной ответственности и в указанной части удовлетворить заявления конкурсного управляющего ООО «Фабрика».

По мнению кассатора выводы суда апелляционной инстанции не соответствует обстоятельствам дела, по следующим обстоятельствам: ФИО3 заключила договор аренды от 01.10.2018 в период объективного банкротства, что установлено в финансовом анализе и усматривается из баланса ООО «Фабрика» на конец 2018  года; ФИО3 получены 3 703 000 руб., что составляет более 50 процентов от суммы требований кредиторов в размере 7 030 044,23 руб. включенных в реестр требований кредиторов; в период заключению договора аренды от 01.10.2018г. и получения по нему 3 703 000 руб. ФИО3 имела в собственности 50 процентов доли в уставном капитале ООО «Фабрика».

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 возражает против ее удовлетворения.

Так, в своем отзыве ФИО3 указывает следующее: вся деятельность ООО «Фабрика» велась исключительно на арендованном у ФИО3 имуществе, без аренды функционирование предприятия не возможно и начиная с четвертого квартала 2015 года (заключение первого договора аренды) деятельность ООО «Фабрика» была бы прекращена, все включенные в реестр требования независимых кредиторов возникли во второй половине 2018-2019 годах; согласно балансу общества, подписанному ФИО6, в 2018 году у должника еще была прибыль; само по себе заключение договоров аренды имущества не только не привело к ухудшению финансового состояния должника, но и обеспечило расчеты с независимыми кредиторами с ноября 2015 до второй половины 2018 годов; в материалах дела должны быть доказательства не только того, что ФИО3 являлась контролирующим лицом, но и того, что сделка для общества являлась значимой и существенно убыточной;  поскольку за 2017, 2018 годы собрания участников не проводились, ФИО3 направила уведомление в общество с требованием провести общее собрание участников, однако, в ответ на данное обращение ФИО6 собрание не собрал, расторг договор аренды имущества и вывез с производственной базы все товарные остатки; как у участника, у ФИО3 не было возможности каким-либо образом повлиять на судьбу должника.

Поступившие в день судебного заседания – 16.05.2022 – в электронном виде посредством системы «Мой арбитр» в суд округа отзыв ФИО6 на кассационную жалобу не принят во внимание суда округа, поскольку не соответствует требованиям, предъявляемым статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). Доводы отзыва, по сути, выражают несогласие с обжалованными судебными актами и содержат требования об отмене состоявшихся судебных актов. Вместе с тем, ФИО6 не реализовал свое процессуальное право на самостоятельное обжалование судебных актов, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов только в обжалуемой части.

Участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Проверив в порядке статей 284, 286, 287 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ООО «Фабрика» создано на основании решения единственного участника ФИО3 от 05.09.2014.

Участниками должника являлись: ФИО3 в период с 15.09.2014 по 19.06.2019, ФИО5 с 13.04.2016 по 11.07.2019, ФИО6 в период с 13.04.2016  по 11.07.2019, Фонд социальной поддержки и защиты граждан «Свобода» (ИНН 

<

***>) с 27.06.2019 по настоящее время.

По состоянию на 02.12.2019 должность генерального директора с 06.06.2019 занимает ФИО4, в отношении которой 16.09.2019 в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) внесена запись о недостоверности сведений.

ФИО3 12.04.2019 оформила нотариальное заявление о выходе из состава участников ООО «Фабрика», 15.05.2019 обратилась в Федеральную налоговую службу с заявлением о недостоверности сведений в отношении нее, о чем 22.05.2019 в ЕГРЮЛ внесена запись.

Единоличным исполнительным органом должника были: ФИО3 в период с 15.09.2014 по 24.03.2016, ФИО6 в период с 25.03.2016 по 05.06.2019, ФИО4 с 06.06.2019.

В обоснование заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылается на подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве), согласно которому пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона. Управляющий указывает, что ФИО3 не внесла свое имущество в уставный капитал общества и получала арендную плату, чем причинила ущерб независимым кредиторам.

Отказывая в указанной части в удовлетворении заявления суды учитывали, что нежилое помещение, земельный участок и большая часть оборудования приобретены ФИО3 по договорам купли-продажи от 29.03.2000, от 07.08.2000, от 10.06.2011, задолго до создания ООО «Фабрика» (15.09.2014), имущество и оборудование использовалось в хозяйственной деятельности должника; на протяжении всего времени существования договорных отношений между сторонами, ООО «Фабрика» производило кондитерские изделия на арендованном оборудовании; заключение договоров аренды не было причиной возникновения признаков объективного банкротства. Доказательств того, что после продажи доли и назначения ФИО6 руководителем должника ФИО3 оказывала определяющее влияние на деятельность должника в материалы дела не представлено.

Суд округа соглашается с выводами судов, сделанных на основе оценки доказательств с правильным распределением бремени доказывания.

В силу подпункта 1 части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица, либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 23 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), следует, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке. По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Согласно пункту 56 Постановления № 53, по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

Таким образом, возлагаемый Законом о банкротстве на контролирующих должника лиц повышенный стандарт доказывания, связанный с опровержением поименованных в Законе о банкротстве презумпций, корреспондирует обязанности соответствующих лиц представить убедительные пояснения (косвенные доказательства), свидетельствующие о наличии презюмируемых обстоятельств.

В соответствии с абзацами 1 и 2 пункта 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации. Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

Согласно пункту 56 Постановления № 53 по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ).

Таким образом, на заявителе лежит обязанность по доказыванию совершения и одобрения контролирующими лицами сделок, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов. Существенная убыточность сделки является оценочной категорией. Суд оценивает сделку на предмет ее существенной убыточности исходя из конкретных обстоятельств ее совершения.

В соответствии с пунктом 23 Постановления № 53 согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся, существенно убыточными.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основании недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

С учетом изложенного, суды не усмотрели в аренде признаков убыточности для должника, учитывая характер его производственной деятельности: ООО «Фабрика» производило кондитерские изделия на арендованном оборудовании, а заключенные договоры аренды позволяли должнику на протяжении длительного времени вести хозяйственную деятельность в соответствии с основным видом экономической деятельности должника - производство шоколада и сахаристых кондитерских изделий (ОКВЭД: 10.82.2).

Заключение договоров аренды не было причиной возникновения признаков объективного банкротства. Доказательств того, что после продажи доли и назначения ФИО6 руководителем должника ФИО3 оказывала определяющее влияние на деятельность должника в материалы дела не представлено.

Таким образом, приведенные управляющим доводы и обстоятельства не подтверждают наличие совокупности условий для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности.

В этой связи суды обоснованно и правомерно отказали в удовлетворении заявления в отношении ФИО3

Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены правильно, доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, были предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, получили соответствующую правовую оценку, для несогласия с которой у суда округа отсутствуют основания (статья 286 АПК РФ).

Безусловных оснований для отмены судебных актов не установлено.

С учетом изложенного кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 284 - 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 06.12.2021 Арбитражного суда Алтайского края и постановление от 28.02.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А03-15829/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                             М.Ю. Бедерина

 

Судьи                                                                           С.А. Доронин

 

ФИО1