СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-998/2023(1)-АК

Дело № А60-15687/2022

22 февраля 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 февраля 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гладких Е.О., 

судей Голубцова В.Г., Саликовой Л.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии:

от заинтересованного лица с правами ответчика, общества с ограниченной ответственностью «Урал Лизинг 66» (далее – ООО «Урал Лизинг 66», ответчик) (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО2 (доверенность от 01.01.2023),

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО3

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 24 декабря 2022 года

об отказе в признании недействительной сделки должника и применении последствий недействительности сделки, 

вынесенное в рамках дела № А60-15687/2022         

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4 (далее также – должник) (ИНН 

<

***>), 

 

установил:

28.03.2022 в Арбитражный суд Свердловской области обратилась ФИО4 с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом), которое принято к производству суда определением от 04.04.2021, возбуждено настоящее дело о банкротстве.  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.05.2022 (резолютивная часть решения объявлена 04.05.2022) ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3, являющийся членом ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

21.07.2022 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства Фольксваген Поло (2013 года выпуска, VIN: 

<

***>) от 03.08.2021, заключенного между ФИО4 и ООО «Урал Лизинг 66», и применении последствий недействительности сделки в виде возврата указанного транспортного средства в конкурсную массу должника. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.12.2022 (резолютивная часть определения объявлена 08.12.2022) в удовлетворении указанного заявления отказано. 

Не согласившись с указанным судебным актом, финансовый управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить, поскольку по спорному договору должник продал транспортное средство по цене 259 000 руб., тогда как согласно отчету об оценке рыночная стоимость аналогичного транспортного средства составляет 582 225 руб., что на 55 % ниже рыночной стоимости. 

Ответчик ООО «Урал Лизинг 66» представил отзыв, в котором просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы. 

В судебное заседание финансовый управляющий не явился, просил дело рассмотреть в его отсутствие. Ходатайство финансового управляющего о рассмотрении дела в его отсутствие в порядке статьи 159 АПК РФ рассмотрено и удовлетворено.

Остальные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что 03.08.2021 года между ФИО4 (продавец) и ООО «Урал Лизинг 66» (покупателем) заключен договор купли-продажи транспортного средства от  03.08.2021, в соответствии с которым ФИО4 обязуется передать в собственность ООО «Урал Лизинг 66» транспортное средство Фольцваген Поло (2013 года выпуска, VIN 

<

***>), а покупатель принять и оплатить его. 

В соответствии с пунктом 2.1 договора цена автомобиля составила 259 000 руб.

Обращаясь с настоящим заявлением требованиями, финансовый управляющий ссылался на неравноценность встречного предоставления по спорной сделке. 

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего.

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзыва на апелляционную жалобу, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Аналогичное правило предусмотрено пунктом 1 статьи 32  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X настоящего Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Согласно пункту 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве по результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений: 

о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки; 

об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, предусмотренным данным Законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что оспариваемая сделка совершена 03.08.2021, в том время как дело о банкротстве должника возбуждено 04.04.2022, то есть в пределах срока подозрительности, предусмотренного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В обоснование настоящего заявления финансовый управляющий указал, что сделка совершена при неравноценном встречном исполнении и спорной сделкой был причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку по условиям договора от 30.08.2021 следует, что стоимость отчуждаемого по договору транспортного средства составляет 259 000 руб. Тогда как согласно отчету об оценке, проведенной финансовым управляющим, рыночная стоимость аналогичного имущества составляет 582 225 руб. 

Таким образом, финансовый управляющий ссылается на то, что спорное имущество отчуждено по цене, которая ниже рыночной на 55,5 %, что является значительным и недопустимым.

Поскольку транспортное средство отчуждено должником по цене, которая ниже рыночной на 55,5 %, можно сделать вывод, что данная сделка нацелена на уменьшение конкурсной массы в связи с отчуждением имущества по заниженной цене. 

Денежные средства, полученные должником в результате совершения спорной сделки, не направлены на погашение задолженности перед кредиторами. В связи с этим ими утрачена возможность удовлетворения своих требований за счет обращения взыскания на отчужденное имущество, что привело к нарушению их прав и законных интересов при совершении спорной сделки. 

Оценив фактические обстоятельства и представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности финансовым управляющим неравноценности встречного исполнения и факта причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Так, из материалов дела следует, что 03.08.2021 между ФИО4 и ООО «Урал Лизинг 66» заключен договор финансовой аренды (лизинга) KU-2108LV/03-01 от 03.08.2021, по условиям которого ответчик принял на себя обязательство приобрести у ФИО4 в собственность автомобиль Фольцваген Поло (2013 года выпуска, VIN 

<

***>) и передать его ФИО4 во временное владение и пользование, а последний принял на себя обязательство принять у ответчика транспортное средство и ежемесячно в течение 36 месяцев выплачивать ответчику лизинговые и выкупные платежи.

Указанный автомобиль передан покупателю по акту приема-передачи 03.08.2021.

Также в материалы дела представлен договор купли-продажи транспортного средства  Фольцваген Поло (2013 года выпуска, VIN 

<

***>) от  03.08.2021, в соответствии с которым  ФИО4 (продавец) обязуется передать в собственность покупателю ООО «Урал Лизинг 66» транспортное средство, а покупатель принять и оплатить его. 

В соответствии с пунктом 2.1 договора цена автомобиля составила 259 000 руб.

Согласно договору финансовой аренды (лизинга) лизингодатель обязуется предоставить ФИО4 (лизингополучателю) во временное владение и пользование указанное транспортное средство на срок лизинга 36 месяцев. 

Общая сумма подлежащих к оплате лизингополучателем платежей составляет 911 679 руб. 80 коп.

Во исполнение условий пунктов 4.2, 4.3, 4.4 договора лизинга ООО «Урал Лизинг 66» передал ФИО4 предмет лизинга во временное владение и пользование на срок три года, взамен ФИО4 обязался ежемесячно выплачивать лизинговые платежи в соответствии с установленным графиком. 

Должником было произведено два лизинговых платежа по 24 460,93 руб.

Должником дальнейшие обязательства по оплате предусмотренного графиком платежей не исполнено, в связи с чем 12.11.2021 составлен акт изъятия указанного предмета лизинга, спорный автомобиль выбыл из собственности ответчика.

В пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено следующее.

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. 

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. 

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. 

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота. 

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи. 

Поскольку договор купли-продажи и лизинга заключены в пределах годичного срока до возбуждения дела о банкротстве должника, суд первой инстанции правильно исходил из того, что сделки совершены в период срока подозрительности, предусмотренного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Таким образом, в целях определения действительности спорного договора установлению подлежат условия заключения договора рыночные или нерыночные.

Учитывая условия состоявшихся договоров купли-продажи и последующей сдаче объектов в лизинг должнику, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что данные сделки являлись элементами реализации плана по кредитованию должника с использованием механизма возвратного лизинга. 

На разрешение вопроса о равноценности встречного предоставления влияет соотношение совокупного размера лизинговых платежей и цены спорного договора. Поскольку цена договора лизинга, по сути, определяет объем обязательств продавца по возврату финансирования и уплате процентов, рыночная стоимость предмета возвратного лизинга должна быть сопоставима именно с этой ценой. В свою очередь, разница между ценами договора лизинга и договора купли-продажи предопределяется сложившимися ставками финансирования на рынке лизинговых услуг, согласованным сторонами периодом такого финансирования и иными объективными факторами.

В связи с чем финансовым управляющим должно быть доказано, что сторонами договоров – должником и лизинговой компанией использована ставка финансирования существенно отличающаяся от сложившейся на рынке лизинговых услуг при совершении аналогичных сделок с учетом периода кредитования и иных условий.

Однако такие доказательства не представлены арбитражному суду. Ставка финансирования не является регулируемой, и определятся лизинговыми компаниями исходя из заявленных условий. 

При этом суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, что цена договора лизинга была согласована должником, тогда как ходатайство о назначении по делу судебной оценочной экспертизы стороны не заявляли, а правовые основания для назначения экспертизы по инициативе суда, отсутствовали. 

Ссылка финансового управляющего на то, что спорная сделка является ничтожной, так как совершена сторонами при злоупотреблении правом по результатам исследования и оценки всех имеющихся в деле доказательств обоснованно не принята судом первой инстанции во внимание,  в том числе, с учетом того, что наличие в данном случае каких-либо пороков спорного договора, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, и свидетельствующих о наличии оснований для признания спорной сделки недействительной по статье 10 и пункту 2 статьи 168 ГК РФ, материалами дела не доказано.

Поскольку финансовым управляющим не доказаны основания для признания спорной сделки недействительной, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления. 

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, проверены и им дана надлежащая оценка.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм права, не опровергают выводов суда первой инстанции, основаны на неправильном понимании и толковании норм материального права, не соответствуют фактическим материалам дела и по существу направлены на переоценку установленных судом обстоятельств, оснований для которой суд апелляционной инстанции не усматривает.

Утверждение финансового управляющего о неравноценности встречного представления сделано без учета правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 19 Обзора судебной практики №3 (2017) (утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации), согласно которой при рассмотрении споров о признании недействительной сделки, суд должен учесть условия других взаимосвязанных сделок, определяющих общий экономический эффект.

Оценка действительности сделки по купле-продаже в данном случае не может производиться без учета всей совокупности отношений, так как данная сделка являлась одним из элементов реализации плана по финансированию должника с использованием механизма возвратного лизинга.

Финансовый управляющий не учитывает правовую природу оспариваемой сделки, обусловленную тем, что должником заключен договор лизинга, по условиям которого отчуждаемое по договору купли-продажи имущество передавалось во владение и пользование должнику с правом последующего обратного выкупа (выкупной лизинг).

Финансовый управляющий, ссылаясь на то, что цена, по которой ответчик, являющийся лизинговой компанией, приобрел автомобиль у ФИО4. значительно ниже рыночной, при этом не учитывает, что с учетом природы лизинговых правоотношений очная стоимость предмета лизинга может отличаться от рыночной по различным причинам.

По выкупному лизингу Верховным Судом Российской Федерации сформулирована следующая правовая позиция.

В определении Верховного Суда Российской Федерации № 303-ЭС16-16877, включенном в Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, указано, что продажа имущества с последующим одновременным принятием его в пользование по договору лизинга и необходимостью уплаты в течение определенного периода лизинговых платежей в целях обратного выкупа с экономической точки зрения является кредитованием покупателя продавцом (в том числе для погашения задолженности перед прежними кредиторами) с временным предоставлением последнему титула собственника в качестве гарантии возврата финансирования и платы за него в виде процентов, что соответствует законодательству (статья 421 ГК РФ, пункт 1 статьи 4 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" (далее – Закон о лизинге)).

Вместе с тем при таких обстоятельствах оценка действительности сделки по купле-продаже не могла производиться без учета всей совокупности отношений, так как данная сделка являлась одним из элементов реализации плана по кредитованию должника с использованием механизма возвратного лизинга. На разрешение вопроса о равноценности встречного предоставления влияет соотношение совокупного размера лизинговых платежей и цены спорного договора. Поскольку цена договора лизинга, по сути, определяет объем обязательств продавца по возврату финансирования и уплате процентов, рыночная стоимость предмета возвратного лизинга должна быть сопоставима именно с этой ценой. В свою очередь, разница между ценами договора лизинга и договора купли-продажи предопределяется сложившимися ставками финансирования на рынке лизинговых услуг, согласованным сторонами периодом такого финансирования и иными объективными факторами.

Кроме того, согласно пункту 4 "Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга)" (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021) исходя из положений статьи 665 ГК РФ, статьи 2, пункта 1 статьи 19 и пункта 1 статьи 28 Закона о лизинге договор выкупного лизинга не является смешанным, а относится к самостоятельному, отличному от купли-продажи типу гражданско-правовых договоров. Посредством заключения такого договора удовлетворяются имущественные интересы участников оборота по приобретению вещи в собственность.

Как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2017 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" (далее – Постановление № 17) особенностью договора выкупного лизинга является то, что право собственности на предмет лизинга, перешедшее лизингодателю от продавца, сохраняется за лизингодателем временно как способ обеспечения того, что лизингополучатель исполнит свое обязательство по возврату (возмещению) предоставленного лизингодателем финансирования и выплате соответствующего вознаграждения (платы за финансирование).

В связи с этим по смыслу статьи 309 ГК РФ и пункта 1 статьи 28 Закона о лизинге уплата лизингополучателем всех лизинговых платежей в согласованные сторонами сделки сроки полностью удовлетворяет материальный интерес лизингодателя в размещении денежных средств».

В соответствии с пунктом 7 вышеуказанного Обзора от 27.10.2021 финансирование по договору выкупного лизинга предоставляется лизингодателем в целях реализации имущественного интереса лизингополучателя, который согласно статье 19 Закона о лизинге и пункту 2 Постановления № 17 заключается в приобретении предмета лизинга в свою собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии.

Таким образом, согласно правовой позиции вышестоящего суда по выкупному лизингу во внимание необходимо принимать совокупный экономический эффект для должника от вступления в несколько объединенных общей целью юридических отношений.

В силу пункта 2 статьи 15 Закона о лизинге для выполнения своих обязательств по договору лизинга субъекты лизинга заключают обязательные и сопутствующие договоры. К обязательным договорам относится договор купли-продажи. К сопутствующим договорам относятся договор о привлечении средств, договор залога, договор гарантии, договор поручительства и другие.

По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену) (пункт 1 статьи 454 ГК РФ).

Цена товара по общему правилу определяется сторонами в договоре купли-продажи (статья 485 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что ФИО4 был ознакомлен и согласен с закупочной ценой предмета лизинга, что подтверждается его собственноручной подписью на договорах купли-продажи: в рамках лизинговой сделки KU-2108LV/03-01 должник продал лизинговой компании транспортное средство Фольцваген Поло (2013 года выпуска, VIN 

<

***>) за 259 000 руб. и ровно за эту же сумму принял на себя обязательство выкупить предмет лизинга обратно, что подтверждается графиком платежей по договору.

Таким образом, суд первой инстанции признает заслуживающим внимание доводы ответчика, изложенный в отзыве на апелляционную жалобу, согласно которому имущественный интерес лизингодателя (ответчика) заключается исключительно в получении платы за время пользования должником предметом лизинга, поскольку разница между закупочной и выкупной стоимостью отсутствует.

Размер лизинговых платежей лизинговая компания определила пропорционально от стоимости автомобиля исходя из действующих на рынке ставок (платы за предоставленное финансирование). Иначе говоря, если бы стоимость транспортного средства по договору лизинга была бы выше, в размере, указанном финансовым управляющим, то и размер лизинговых платежей должника соответственно был бы значительно больше. 

При этом финансовый управляющий не предоставляет каких-либо доказательств того, что плата за финансирование является несправедливой, не рыночной.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что ссылаясь на недействительность спорного договора, финансовый управляющий со своей стороны не представил достаточных и допустимых доказательств, подтверждающих неравноценность встречного предоставления по отчужденному транспортному средству по выкупному лизингу, следовательно, выводы суда первой инстанции основаны на материалах дела, которым дана оценка в соответствии со статьей 71 АПК РФ.

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения настоящего обособленного спора, а также доводы, изложенные в апелляционной жалобе, были предметом рассмотрения и исследования суда первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка, а также учитывая конкретные обстоятельства по настоящему спору суд апелляционной инстанции считает, что финансовый управляющий не доказал обоснованность заявленных требований, приведенные в апелляционной жалобе доводы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не оценены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность принятого им решения. 

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено. 

Таким образом, определение суда первой инстанции следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 24 декабря 2022 года по делу № А60-15687/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Е.О. Гладких

 

Судьи

 

 

В.Г. Голубцов

 

Л.В. Саликова