Дело № А43-27770/2018

город Владимир

27 сентября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 сентября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 сентября 2023 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Кузьминой С.Г., Сарри Д.В., 

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Жилсервис-3»                  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО2

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 29.06.2023 по делу № А43-27770/2018, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Жилсервис-3» ФИО2 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности,

при участии:

от ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 26.02.23022 серии 52АА № 4747642 сроком действия три года,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Жилсервис-3» (далее – Общество) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) с заявлением                    о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 29.06.2023 отказал конкурсному управляющему в удовлетворении заявления.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

ФИО3 в отзыве и его представитель в судебном заседании устно указали на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просили оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, отзыв на апелляционную жалобу не представили; явку полномочных представителей не обеспечили.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  представителей лиц, участвующих в деле (за исключением представителя ФИО3), извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 (части 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции сторон настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установил суд первой инстанции, решением от 01.04.2019 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2, о чем в газете «Коммерсантъ» от 06.04.2019 № 61 опубликовано сообщение. 

Предметом заявления конкурсного управляющего является требование о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации  лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные юридическому лицу.

Единоличный исполнительный орган общества при осуществлении прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Он несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием) (пункты 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Критерии добросовестности и разумности действий руководителя юридического лица приведены в постановлении Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – 

Постановление

 № 62).

В пунктах 4 и 5 Постановления № 62 установлено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки. При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

Привлечение руководителя юридического лица к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий.

Указанные конкурсным управляющим в обоснование названного требования обстоятельства возникли после 01.07.2017, в связи с чем суд первой инстанции  правомерно применил к этим отношениям нормы главы III.2 Закона о банкротстве.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно материалам дела, ФИО3 до даты открытия процедуры конкурсного производства в отношении имущества должника осуществлял функции единоличного исполнительного органа (руководителя) Общества, в связи последний являлся в спорный период контролирующим должника лицом в силу статьи 61.10 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу части 1 статьи 61.12 Закона о банкротства неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденном постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации                         от 06.07.2016, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением                        о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается                           от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Данная правовая позиция отражена в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53).

По смыслу названных норм, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по названному основанию, подлежит  установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Заявитель указывает, что у ФИО3 наступила обязанность по обращению в суд с требованием о признании должника банкротом 01.12.2017 в результате наличия самой большой задолженности перед муниципальным унитарным предприятием «Тепловодоканал», основанной на договоре от 01.01.2008 № 294 «Б» и договоре № 294А от 01.01.2008 с ноября 2017 года по январь 2018 года. 

Судом установлено и не противоречит материалам дела, решением Арбитражного суда Нижегородской области от 30.05.2018 по делу                                  № А43-9816/2018 с Общества в пользу МУП «Тепловодоканал» по договору  от 01.01.2008 № 294 «Б» взыскано 31 914 201 руб. 08 коп. основного долга за период с ноября 2017 ода по январь 2018 года и 182 571 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 26.09.2018 по делу № А43-31112/2018 с Общества в пользу МУП «Тепловодоканал» взыскано                           23 649 205 руб. 85 коп. задолженности за март, апрель 2018 года, а также                       141 246 руб. 03 коп. расходов по оплате государственной пошлины.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 28.05.2018 по делу № А43-15871/2018 с Общества в пользу МУП «Тепловодоканал» взыскано                         15 292 891 руб. 06 коп. задолженности и 99 464 руб. 46 коп. судебных расходов по оплате государственной пошлины.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 30.05.2018 по делу № А43-9814/2018 с Общества в пользу МУП «Тепловодоканал» по договору на отпуск воды и приема сточных вод  от 01.01.2018 № 294 «А» взыскано 9 757 385 руб. 43 коп. основного долга за период с ноября 2017 года по январь 2018 года и              71 786 руб. 93 коп. расходов по уплате государственной пошлины.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 28.05.2018 по делу № А43-15869/2018 с Общества в пользу МУП «Тепловодоканал» взыскано                            3 267 739 руб. 98 коп. долга за февраль 2018 год и 39 338 руб. 70 коп. судебных расходов по государственной пошлине.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области по делу                               № А43-26461/2018 от 19.09.2018 с Общества в пользу ПАО «ТНС энерго Нижний Новгород» взыскано 335 053 руб. 94 коп. задолженности за потребленную электрическую энергию с 01.03.2018 года по 30.04.2018 года; 6017 руб. 17 коп. неустойки, начисленной с 20.04.2018 по 09.07.2018; неустойки, начисленной с 10.07.2018 согласно статье 37 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ                          «Об электроэнергетике» и далее по день фактической оплаты долга; 9821 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области по делу                                № А43-33148/2018 от 19.10.2018 с Общества в пользу ПАО «ТНС энерго Нижний Новгород» взыскано 316 790 руб. 10 коп. задолженности за потребленную электрическую энергию с мая 2018 года по июнь 2018 года; 3871 руб. 35 коп. неустойки, начисленной с 22.06.2018 по 22.08.2018 и далее с 23.08.2018 по день фактической оплаты долга, согласно абзацу 10 пункта 2 статьи 37 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», 1933 руб. 94 коп. расходов, связанных с введением режима ограничения потребления электрической энергии, 11 руб. 52 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных с 24.07.2018 по 22.08.2018 и далее по день фактической оплаты задолженности 1933 руб. 94 коп. в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации; 9452 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области по делу                                 № А43-1470/2018 от 18.04.2018 с Общества в пользу ПАО «ТНС энерго Нижний Новгород» взыскано 126 287 руб. 21 коп. пеней за «период с 16.11.2016 по 16.03.2018, 43 руб.  50 коп. – почтовых расходов, 4789 – расходов по государственной пошлине.

Постановлением Первого Арбитражного апелляционного суда по делу                      № А43-20728/2017 от 02.02.2018 с Общества в пользу ПАО «ТНС энерго Нижний Новгород» взыскано 99 348 руб. 89 коп. – неустойка за период с 15.02.2017 по 06.10.2017, 63 руб. 50 коп. – почтовых расходов, 3974 руб. – расходов по государственной пошлине.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области по делу                              № А43-33750/2017 от 11.04.2018 с Общества в пользу ПАО «ТНС энерго Нижний Новгород» взыскано 52 079 руб. 89 коп. – пеней за период с 17.04.2017 по 28.02.2018, 16 163 руб. – расходов по государственной пошлине.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области по делу                                 № А43-44304/2017 от 18.04.2018 с Общества в пользу ПАО «ТНС энерго Нижний Новгород» взыскано 30 204 руб. 41 коп. – пеней за период с 18.07.2017 по 28.02.2018, 2000 руб. – расходов по государственной пошлине.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области по делу                            № А43-29986/2018 от 12.10.2018 с Общества в пользу ПАО «ТНС энерго Нижний Новгород» взыскано 591 521 руб. 35 коп. – долга за поставленную в апреле, мае 2018г. электрическую энергию на общедомовые нужды, 29 537 руб. 94 коп. – пеней за период с 17.05.2018 по 08.10.2018 и далее по день фактической оплаты в соответствии с абзацем 10 пункта 2 статьи 37 Федерального закона от 26.03.2003    № 36-ФЗ «Об электроэнергетике», 48 руб. 50 коп.  – почтовых расходов и                            15 421 руб. – расходов по государственной пошлине.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области по делу                              № А43 -45938/2018 от 08.02.2019 с Общества в пользу ПАО «ТНС энерго Нижний Новгород» взыскано 622 822 руб. 08 коп. задолженности за поставленную в июне – июле 2018 года электрическую энергию на содержание общего имущества,                    20 845 руб. 25 коп. пени за период с 17.07.2018 по 08.11.2018 и далее по день фактического исполнения денежного обязательства и 15 873 руб. государственной пошлины.

Указанная задолженность включена в реестр требований кредиторов должника.

Кроме того, в реестр требований кредиторов должника включена задолженность Общества перед обществом с ограниченной ответственностью «Горгаз-сервис» по договору на обслуживание внутридомовых газопроводов                   от 30.12.2010 № 2095 от 30.12.2010 за период с января 2017 по апрель 2019 годы, (определение от 12.11.2019); перед ООО «ЧистоГрадплюс» по договору                             от 01.07.2017  № 3-В/17-тко на оказание услуг по сбору и вывозу твердых бытовых отходов и крупногабаритных отходов от жилищного фонда г. Заволжье за ноябрь 2017 года (определение суда от 27.11.2020); перед ФИО5 на основании заочного решения судебного участка № 2 Городецкого района Нижегородской области от 06.08.2018 по делу № 2-917/2018 за переплату коммунальных платежей по состоянию на 20.05.2018.

В статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, обязательства перед обществом с ограниченной ответственностью «Горгаз-сервис», муниципальным унитарным предприятием «Тепловодоканал», обществом с ограниченной ответственностью «ЧистоГралплюс», ФИО5, ответственность по которым возложена на ФИО3 являются длящимися и возникли до 01.12.2017, в частности из договора от 01.01.2008 № 294«Б», договора от 01.01.2008 № 294А; договора энергоснабжения от 01.05.2008 № 6542000, договора на обслуживание внутридомовых газопроводов от 30.12.2010 № 2095; договора от 01.07.2017                       № 3-В/17-тко на оказание услуг по сбору и вывозу твердых бытовых отходов и крупногабаритных отходов от жилищного фонда г. Заволжье; перед ФИО5 в результате переплаты коммунальных платежей по состоянию на 20.05.2018, счетов-фактур от 31.05.2018 № 3031/16449/01, от 30.04.2018 № 3031/1284/01,                  от 30.06.2018 № 3031/2154/01, от 30.07.2018 № 3031/1276/01. 

Однако, в это время, на стороне руководителя еще не возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного общества, а значит, отсутствовал факт обмана кредиторов руководителем путем нераскрытия информации о тяжелом финансовом положении общества. 

Таким образом, данные обязательства не могли быть учтены при определении размера субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 61.12  Закона о банкротстве.

На наличие каких-либо иных обязательств должника в обоснование заявления заявитель не ссылался, а судом такие обязательства не установлены.

Принимая во внимание недоказанность суммы наращивания неисполненных обязательств, которая возникла ввиду необращения контролирующего лица с заявлением о банкротстве должника, а также учитывая, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов (пункт 1 Постановления №  53),  суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по основаниям, установленным статьей 61.12 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1, подпунктом вторым пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если, в частности, документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Согласно абзацу десятому пункта 24 Постановления № 53, к руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям. 

По правилам пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. 

Данное требование обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации (материальных ценностей) должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов. 

Лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, в силу разъяснений, содержащихся в пункте 24 Постановления    № 53, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника. 

Привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать, что отсутствие документации (материальных ценностей) должника либо недостатки документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства или что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации (материальных ценностей) при проявлении той степени заботливости и осмотрительности, какие от него требовались. 

Принимая документы, конкурсный управляющий по общему правилу не должен обладать информацией о том, что содержащиеся в них данные не позволяют провести соответствующие процедуры банкротства должника, в том числе информацией о комплектности и полноте полученной документации. Лишь проанализировав полученные документы, конкурсный управляющий имеет возможность определить, вся ли документация должника передана ему руководителем. 

Отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. При наличии доказательств существования причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет в силу пункта 2 статьи 9 и статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам такой организации. 

Как следует из материалов дела, определением от 27.09.2019, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда                   от 17.02.2020 суд обязал бывшего руководителя должника ФИО3 передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы, материальные и иные ценности должника. 

Вопреки требованиям статьи Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено доказательств невозможности пополнения конкурсной массы вследствие не передачи руководителем бухгалтерских документов. 

Из материалов дела также не следует, что ФИО3 преднамеренно не исполнял свою обязанность по передаче всей имеющейся у него документации Общества, осуществлял искажение в документации соответствующей информации, не позволяющей формировать конкурсную массу. 

Так, согласно представленным ГУ МВД России по Нижегородской области протоколам осмотра предметов (документов) за период с 19.03.2018 по 06.07.2019, осмотр проводился в отношении документов, изъятых в 18.01.2018 в ходе осмотре места происшествия – помещения Общества.

Об изъятии документации должника ФИО3 указывал при подаче апелляционной жалобы на определение Арбитражного суда Нижегородской области по настоящему делу от 27.09.2019, что отражено в постановлении апелляционного суда от 17.02.2020, в связи с чем о факте изъятия документации Общества было известно на дату принятия судебных актов.

При изъятии документации должника правоохранительными органами возникает объективная невозможность исполнения руководителем обязанности по ее передаче арбитражному управляющему. Это, в свою очередь, исключает возможность удовлетворения судом требования об исполнении им в натуре обязанности, предусмотренной абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве (абзац первый пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Неисполнение бывшим руководителем должника обязанности передать документацию должника вследствие объективных факторов, находящихся вне его контроля, не может свидетельствовать о наличии интереса такого руководителя в сокрытии соответствующей информации и, соответственно, являться основанием для применения презумпции вины в доведении должника до банкротства (пункт 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2019) от 25.12.2019).

Доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что спорная документация Общества не изымалась следственными органами и ответчик продолжает удерживать у себя какие-либо из документов не представлено.

Конкурсный управляющий как лицо, осуществляющее полномочия руководителя должника и иных органов управления, в силу пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве, для решения задач, возложенных на него Законом о банкротстве, не лишен возможности обратиться в правоохранительные органы с ходатайством о выдаче копий изъятых документов, а при невозможности их самостоятельного получения – за содействием в получении документации к суду, рассматривающему дело о банкротстве, применительно к правилам части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Однако материалами дела достоверно не подтвержден факт того, что конкурсный управляющий в ходе исполнения своих обязанностей осуществил все возможные действия по формированию конкурсной массы, в том числе обращался в правоохранительные органы в целях ознакомления с изъятой документацией должника или направлял запросы о выдачи копий данных документов. Из доказательств, представленных в дело, достоверно не усматривается не передача каких именно документов не позволила сформировать конкурсную массу.

Учитывая представленные в дело доказательства, у судебной коллегии отсутствуют основания для вывода о том, что ФИО3 виновно уничтожил, исказил или произвел иные манипуляции с документацией должника, скрыл данные о хозяйственной деятельности должника с целью лишения арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. 

При этих обстоятельствах суд правомерно отказал в привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 61.11  Закона о банкротстве. 

Вопреки позиции конкурсного управляющего недобросовестного поведения ФИО3 по не передачи всей документации не установлено. 

Учитывая указанные обстоятельства, нормы права и правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО3  к субсидиарной ответственности должника. 

Заявитель в апелляционной жалобе не привел мотивированных доводов в обоснование своего несогласия с обжалуемым судебным актом.

Таким образом, фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом нижестоящей инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц. Доводы заявителя жалобы, по существу повторяют позицию заявителя, изложенную в суде первой инстанции, которым дана надлежащая правовая оценка и признается судом апелляционной инстанции правомерной и обоснованной. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, судом апелляционной инстанции не установлено.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителя жалобы признаются необоснованными.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы  относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 29.06.2023 по делу № А43-27770/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Жилсервис-3»                  ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

О.А. Волгина

Судьи

С.Г. Кузьмина

Д.В. Сарри