ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

16.06.2021

Дело № А40-180289/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08.06.2021

Полный текст постановления изготовлен  16.06.2021

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Холодковой Ю.Е.,

судей Зеньковой Е.Л., Мысака Н.Я., 

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ООО «Бизнеспро» - представитель ФИО1, доверенность от 04.02.2021

от ФИО2 – представитель ФИО3, доверенность от 25.11.2020

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Бизнеспро» ФИО4

на определение от 09.12.2020

Арбитражного суда города Москвы, 

на постановление от 10.04.2021

Девятого арбитражного апелляционного суда,

об отказе в удовлетворении объединенного заявления кредитора ФИО5 и конкурсного управляющего ООО «Бизнеспро» ФИО4 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Бизнеспро»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 24.10.2018 в отношении ООО «Бизнеспро» открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО4 Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано конкурсным управляющим в газете «Коммерсантъ» N203 от 03.11.2018, стр. 36. 

Конкурсный управляющий должника и кредитор ФИО5 обратились в суд с заявлениями о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании ст. 10 Закона о банкротстве. 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 03.06.2020 заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 09.12.2020, оставленным без изменения Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2021, отказано в удовлетворении объединенного заявления кредитора ФИО5 и конкурсного управляющего ООО «Бизнеспро» ФИО4 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, заявитель обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить и принять по делу новый судебный акт о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В качестве оснований для отмены судебных актов, заявитель кассационной жалобы указывает на нарушение норм процессуального права, на неправильное применение норм материального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам.

Судом в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен к материалам дела отзыв ФИО2 на кассационную жалобу, которым ФИО2 возражает против удовлетворения кассационной жалобы.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель конкурсного управляющего ООО «Бизнеспро» поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Представитель ФИО2 возражал против удовлетворения кассационной жалобы, просил оставить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции без изменения.

Иные участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей конкурсного управляющего ООО «Бизнеспро» и ФИО2, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон N 266) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». 

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона N 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона). 

Основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III. 2 Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон N 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы. 

Аналогичные разъяснения содержатся в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта). Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности) (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757). 

Обстоятельства, с которыми заявители связывают наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, возникли до дня вступления в силу главы III. 2 Закона о банкротстве.

Таким образом, в настоящем обособленном споре применению подлежат положения о субсидиарной ответственности, предусмотренные ст. 10 Закона о банкротстве в редакции, действующей на момент правоотношений. 

Согласно п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов. 

Положения абзаца пятого п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения. 

При установлении вины контролирующих должника лиц (органа управления и акционеров должника) необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника). 

Под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. 

Как следует из материалов дела и установлено судами, ФИО2 с 11.09.2014 по 05.02.2018 являлся единоличным исполнительным органом ООО «Бизнеспро», то есть по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве являлся контролирующим должника лицом. 

В качестве основания для привлечения к ответственности приводились доводы,  что вина ответчика заключается в невозможности полного погашения требований кредиторов выражается в совершении ряда действий, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве), в том числе: принятие решения о продаже товаров по заниженным ценам в 2017 году; заключение договоров уступки прав требования N MOS BP/1 и N MOS BP/2 от 19.04.2017 между ООО «Бизнеспро» и ОАО «Москвичка».

Суды, отказывая в удовлетворении заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, исходили из отсутствия доказательств наступления банкротства должника в результате действий, указанных в качестве оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Кроме того, судом первой инстанции, по итогам исследования материалов дела и оценки представленных доказательств сделан вывод, что в основе несостоятельности ООО «Бизнеспро» лежали иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, и тем, что принятая контролирующим лицом стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов. 

Суд первой инстанции указал на отсутствие доказательств того, что банкротство общества наступило в результате исполнения указаний или иных действий руководителя должника.

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и отмены определения по доводам апелляционной жалобы.

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. 

Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. Напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов. 

При этом необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность является исключительным (экстраординарным) механизмом защиты прав кредиторов (п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). 

Наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности устанавливается не путем оценки баланса вероятностей, а путем представления истцом ясных и убедительных доказательств (Определение Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3). 

Любая предпринимательская деятельность подвержена рискам. Предпринимательский риск имеет объективную основу вследствие неопределенности внешней среды по отношению к компании. 

К основным элементам внешней среды относятся экономические, политические, социальные, финансово-кредитные и производственно-хозяйственные условия, в рамках которых компания осуществляет свою деятельность и к изменению которых она должна постоянно адаптироваться. 

Неопределенность ситуации характеризуется тем, что, в конечном итоге, она зависит от целого ряда факторов, партнеров и лиц, поведение которых не всегда можно точно спрогнозировать или предугадать (природные катаклизмы, социально-политические потрясения, изменение конъюнктуры рынка, изменение потребительского спроса и предпочтений, кардинальные изменения в результате научно-технического прогресса и т.п.). 

Соответственно, неспособность исполнения должником обязательств может быть вызвана как объективными причинами (изменение общеэкономической ситуации на рынке, кризис неплатежей и замедление платежного оборота, и др.), так и субъективными (неэффективное управление, снижение объемов производства и продаж, необоснованное увеличение дебиторской задолженности, несовершенная налоговая и денежная политика должника, вывод активов с целью обогащения определенного лица или группы лиц и т.п.). 

Как следует из материалов дела и установлено судами, ООО «Бизнеспро», вместе с ООО «СЕРВИСТРЕЙД» и ООО «Техинвест-М», входило в группу компаний «ТЕХНОСИЛА», осуществляющую розничную торговлю электроникой. Согласно сведениям ЕГРЮЛ начиная с 07.06.2010 основным видом деятельности ООО «Бизнеспро» являлась «Торговля оптовая за вознаграждение или на договорной основе» (код ОКВЭД 46.1). 

Суды сочли опровергнутыми заявленные презумпции по вменяемым действиям и приняли во внимание, что в период с 2014 по 2018 г.г. группа компаний «ТЕХНОСИЛА» испытывала высокую кредитную нагрузку, связанную с тем, что после банкротства 2011 года торговой сети «ТЕХНОСИЛА» предпринимались действия по восстановлению деятельности. В связи с тем, что в конце 2014 – начале 2015 года произошел резкий рост курса валют по отношению к рублю, что, в свою очередь, привело к сильнейшему падению потребительского спроса. Кризис 2014 года крайне негативно сказался на розничной торговле бытовой техникой и электроникой, существенно снизился спрос, что особенно сильно ударило по менее крупным участникам рынка. В 2015 году с рынка ушли ритейлер «Киберри» (закрыл 40 магазинов в 34 городах России); сеть «Телемакс» (закрыла 35 гипермаркетов общей площадью 56 500 кв. м в 18 городах Северо-Западного и Центрального округов); ритейлер «Белый ветер» (за 20 лет работы открыл почти 200 розничных магазинов, но был вынужден прекратить деятельность в 2015 году).  В 2018 г. с рынка России ушла сеть MediaMarkt.

Судом первой инстанции установлено, что в период осуществления ФИО2 функций единоличного исполнительного органа, финансовое состояние ООО «Бизнеспро» изменялось следующим образом.

В связи с тем, что выручка компании на протяжении 2014 – 2017 годов постоянно снижалась, при росте кредитной нагрузки компании, должнику пришлось принять решение о прекращении деятельности, и распродаже остатков товара в магазинах и ликвидации группы компаний «ТЕХНОСИЛА». В последующем процедура ликвидации перешла в процедуру банкротства.

В 2014 году чистая прибыль ООО «Бизнеспро» составила 15 млн. руб., в 2015 и 2016 годах чистая прибыль сократилась и составила 1,29 млн. руб. и 1,58 млн руб. соответственно. В 2015 году по сравнению с 2014 годом выручка сократилась почти на 3 млрд. руб., чистая прибыль снизилась с 15 млн. руб. до 1,29 млн. руб., кредитная нагрузка возросла с 1,3 млрд. руб. до 5,4 млрд. руб.

Доводы кассационной жалобы об отсутствии оценки фактических обстоятельств в части заключения совокупности сделок, опровергаются содержание судебных актов.

Суды установили, что решение о ликвидации должника и распродаже товаров принято единственным участником Компанией «ТЕХНОСИЛА ХОЛДИНГ ЛТД» в связи с убыточностью деятельности должника, и пришли к выводу, что ФИО2, будучи единоличным исполнительным органом ООО «Бизнеспро», не мог оказывать влияние на принятие решения учредителем (участником).

При этом суды при разрешении спора исходили из недоказанности заявителями убыточности решения о проведении распродажи, в связи с отсутствием доказательств того, какие товары и по какой стоимости были реализованы в рамках распродажи. Таким образом, оснований для выводов о недобросовестности ФИО2 при принятии данного решения, с учетом последующей ликвидации должника, материалами дела не подтверждено. 

Суд кассационной инстанции не находит оснований для переоценки выводов, сделанных судом первой и апелляционной инстанции по данному основанию, считает, что при рассмотрении были верно установлены и оценены все фактические обстоятельства. Заявитель не доказал каким образом распродажа товаров в преддверии ликвидации могла привести к последующей невозможности исполнения обязательств перед кредиторами. 

Также, конкурсный управляющий указывал на заключение ответчиком ФИО6 уступки прав требования N MOS BP/1 и N MOS BP/2 от 19.04.2017 между ООО «Бизнеспро» и ОАО «Москвичка».

Судами установлено, что 19.04.2017 ООО «Бизнеспро» приобрело у ОАО «Москвичка» по договорам уступки прав требования N MOS-BP/1 и N MOS-BP/2 права требования к ООО «ИКСБренд» в размере 2 241 125 156,83 рублей и к ООО «Коллекторское агентство «Базис» в размере 1 812 656 567,51 рублей. 

Согласно п. 1.1. договора N MOS-BP/1 от 19.04.2017 цедент (ОАО «Москвичка») передает, а цессионарий (ООО «Бизнеспро») принимает и оплачивает право требования к ООО «ИКС-Бренд», принадлежащее цеденту на основании договора уступки прав требования (по кредитному договору) N 74.Д08/10.623, заключенного 22.04.2010. Согласно п. 1.1. договора N MOS-BP/2 от 19,04.2017 цедент (ОАО «Москвичка») передает, а цессионарий (ООО «Бизнеспро») принимает и оплачивает право требования к ООО «Коллекторское агентство «Базис» принадлежащее цеденту на основании договора уступки прав требования (по кредитному договору) N б/н, заключенного 28.02.2011. 

В силу п. 2.2 и п. 5.1 договоров цессии договоры вступают в силу с момента подписания, датой перехода прав требования является дата их подписания 19.04.2017. 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 19.03.2019 по делу N А40- 243441/18 требования ООО «Бизнеспро» включены в реестр требований кредиторов ООО «Коллекторское агентство «Базис». 

Определением Арбитражного суда Омской области от 04.03.2019 по делу N А46-14862/2018 требования ООО «Бизнеспро» включены в реестр требований кредиторов ООО «ИКС-Бренд». 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 17.04.2019 по делу N А40- 180289/18 требования ОАО «Москвичка» к ООО «Бизнеспро» в отношении исполнения обязательств по договорам цессии также были включены в реестр требований кредиторов.

Таким образом, вступившие в силу судебные акты по делам № А40-243441/18, № А46-14862/2018 и по настоящему спору подтверждают реальность правоотношений между должником, ОАО «Москвичка», ООО «ИКС-Бренд», ООО «Коллекторское агентство «Базис» в части передачи прав требования по договорам.

Отклоняя довод о неравноценности договоров уступки прав требования N MOS BP/1 и N MOS BP/2 от 19.04.2017 суды исходили из того, что согласно договору N0200 SMAL от 27.07.2018 права требования к ОАО «Москвичка» на сумму 2 092 660 431,77 руб. были оценены в 2 руб., что не может влиять на оценку реальной стоимости прав требования к ООО «ИКС-Бренд» и к ООО «Коллекторское агентство «Базис», переданных 19.04.2017, поскольку по данному договору оценивалось и передавалось другое право требование, к другому должнику и на другую дату. 

За полтора года, прошедших с уступки прав требования до заключения договора между ПАО «МДМ Банк» и ПАО Национальный банк «ТРАСТ», финансовое состояние ОАО «Москвичка» могло изменится под воздействием множества факторов. Заявители не представили в материалы дела доказательств, что реальная стоимость прав требования по договорам MOS BP/1 и N MOS BP/2 отличается стоимости, указанной в договорах. 

Кроме того, Определением Арбитражного суда г. Москвы от 02.03.2021 по делу N А40-180289/18 отказано конкурсному управляющему в удовлетворении требований о признании недействительными сделками договоров уступки прав требования, заключенных между ООО «Бизнеспро» и ОАО «Москвичка» и применении последствий их недействительности. 

Как следует из оспариваемых судебных актов в рамках указанного спора конкурсный управляющий заявлял аналогичные доводы и просил признать договоры недействительными на основании ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ по тем же основаниям, по которым просит привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности. 

В кассационной жалобе не приведено доводов, опровергающие выводы судов по данному основанию.

В части доводов о заключении ФИО2 Договора N б/н от 28.02.2017 на поставку товара между ООО «Бизнеспро» и ООО «Эльдорадо», по которому ООО «Бизнеспро» произведено перечисление денежных средств в размере 900 000 000 рублей в пользу ООО «Эльдорадо» в качестве оплаты за товары, судами установлено, что данная сделка уже являлась предметом оценки суда и была признана равноценной. 

Как указано в Определении Арбитражного суда г. Москвы от 28.10.2020 по делу N А40-180289/18 должником ООО «Бизнеспро» 12.09.2017 и 13.09.2017  перечислены денежные средства в общем размере 900 000 руб. в пользу ООО «МВМ» (до реорганизации в форме присоединения к ООО «МВМ» - ООО «ЭЛЬДОРАДО»). В качестве назначения платежа указано: оплата за электротехнические товары по договору б/н от 28.02.2017. 

Перечисление в пользу ООО «МВМ» денежных средств имело встречное исполнение, по Договору N б/н от 28.02.2017 ООО «Бизнеспро» получило от ООО «МВМ» товары, что подтверждается товарными накладными, счетами-фактурами, товарнотранспортными накладными. 

Также между сторонами был заключен договор поставки N 160317/Э от 16.03.2017, в рамках которого ООО «МВМ» перечислило должнику аванс. В связи с невыполнением обязательств по договору, должник произвел возврат авансового платежа. 

Заключение сделок, которые вменялись конкурсным управляющим в вину ФИО2, являлись предметом проверки судов и признаны соответствующими требованиям закона и интересам должника на момент их заключения. 

Принимая во внимание вышеизложенное, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии в действиях ФИО2 признаков противоправного поведения, и, соответственно, об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Таким образом, суды пришли к выводу об отсутствии доказательств того, что банкротство ООО «Бизнеспро» наступило в результате исполнения указаний или иных действий руководителя должника.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем, оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемых актов, нарушений судами норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено. Судами первой и апелляционной инстанций были установлены все существенные для дела обстоятельства, изучены все доказательства по делу, и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального права применены правильно.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 09.12.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2021 по делу № А40-180289/2018 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья                                                   Ю.Е. Холодкова 

 

Судьи:                                                                                               Е.Л. Зенькова

 

                                                                                                            Н.Я. Мысак