ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Москва

21.07.2020                                                                    Дело № А40-182643/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14.07.2020

Постановление в полном объеме изготовлено 21.07.2020

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего – судьи Петровой Е.А.

судей Голобородько В.Я. и Каменецкого Д.В.

при участии в заседании:

лица, участвующие в деле, не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании  14.07.2020 кассационную жалобу конкурсного управляющего должника ФИО1

на определение от 26.11.2019 Арбитражного суда города Москвы,

постановление от 03.03.2020 Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятые по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительным договора об уступке прав требования № 1 от 15.10.2018 (к должнику ООО «КАСКАД») с ООО «ИНВЕСТАЛКО»

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ГЕБА», 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 25.10.2018 общество с ограниченной ответственностью «Геба» (далее – ООО «Геба», должник) было признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, в отношении должника было открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2.

Сообщение о признании должника банкротом и открытии в отношении него процедуры конкурсного производства было опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 203 от 03.11.2018.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.01.2019 ФИО2 была освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3.

В рамках дела о банкротстве должника в Арбитражный суд города Москвы 02.09.2019 поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительным договора об уступке прав требования № 1 от 15.10.2018 (к должнику ООО «КАСКАД») с ООО «ИНВЕСТАЛКО»

В обоснование заявления конкурсный управляющий указывал, что в результате совершения оспариваемой сделки должнику в качестве встречного предоставления было передано имущество (право требования к недействующему юридическому лицу), рыночная стоимость которого существенно меньше обязательства, возникшего у должника, при этом лицо совершившее сделку от имени должника, является контролирующим лицом как для должника, так и для другой стороны сделки.

Конкурсный управляющий считал указанный договор об уступке прав требования недействительным, совершенным при неравноценном встречном предоставлении, имеющим признаки сделки, совершенной с противоправной целью вывода активов должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.11.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2020, заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительной сделки должника было удовлетворено, в применении последствий недействительности сделки было отказано.

При рассмотрении настоящего обособленного спора в деле о банкротстве должника судами первой и апелляционной инстанций было установлено, что должником в лице бывшего генерального директора ФИО4 был заключен с ООО «ИНВЕСТАЛКО» договор уступки прав требования № 1 от 15.10.2018, согласно которому должник передал ООО «ИНВЕСТАЛКО» право требования к должнику ООО «Геба» - ООО «КАСКАД» (по договору поставки № б/н от 01.11.2015) на сумму 1 448 080,56 руб. 

Во исполнение условий договора (пункт 2, 3 договора), а также предписаний статьи 385 Гражданского кодекса Российской Федерации должник передал ООО «ИНВЕСТАЛКО» все необходимые документы в установленный срок, а также уведомил ООО «КАСКАД» о совершившейся цессии.

Суды указали, что согласно пунктам 4 и 5 договора об уступке прав требования от 15.10.2018 за уступаемое право ООО «ИНВЕСТАЛКО» должно было в срок до 28.02.2019 выплатить ООО «Геба» 1 448 080,56 руб., однако оплаты в адрес должника не поступило.

Суды установили, что заявление о признании должника банкротом было подано конкурсным кредитором должника 07.08.2018, а решением Арбитражного суда города Москвы от 25.10.2018 ООО «Геба» было признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, в связи с чем пришли к выводу, что договор уступки прав требования от 15.10.2018 был заключен за несколько дней до принятия судом решения о признании должника банкротом.

Установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства, применив норм Закона о банкротстве и разъяснения высшей судебной инстанции по их применению, суды пришли к выводу, что единственной целью совершения оспариваемых сделок был вывод имущества из конкурсной массы в ущерб правам и законным интересам кредиторов, в связи с чем указали, что оспариваемая сделка также была совершена с намерением причинить вред конкурсным кредиторам должника.

Отказывая в применении последствий недействительности сделки в виде восстановления прав требования ООО «Геба» к ООО «КАСКАД» по договору поставки № б/н от 01.11.2015 в сумме 1 448 080,56 руб., суды исходили из того, что ООО «КАСКАД» произвело погашение долга в сумме 1 448 080,56 руб. ООО «ИНВЕСТАЛКО», что признано судами подтвержденным выпиской по счету от 31.10.2019, представленной в материалы дела.

Применив разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в пункте 20 постановления от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», суды пришли к выводу, что исполнение, учиненное ООО «КАСКАД» цессионарию до момента признания соглашения недействительным, является надлежащим исполнением.

Не согласившись с принятыми по его заявлению судебными актами, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в части отказа в применении последствий недействительности сделки и принять новый судебный акт об удовлетворении его требований в указанной части. 

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судом норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и указывает, что судами было допущено нарушение норм процессуального права, поскольку к участию в деле не был привлечен временный управляющий ответчика.

Также конкурсный управляющий считает, что факт перечисления денежных средств ответчиком не подтвержден. 

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы была размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru и http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

Определением Арбитражного суда Московского округа от 01.06.2020 рассмотрение кассационной жалобы конкурсного управляющего должника было отложено на 01.07.2020, а определением суда от 17.06.2020 – отложено на 14.07.2020.

Заявитель кассационной жалобы и иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции пришла к выводу об отсутствии у нее достаточных полномочий по отмене судебных актов в обжалуемой части по заявленным в жалобе доводам, направленным на установление судом кассационной инстанции иных обстоятельств, на иную оценку исследованных судами доказательств, что исключено из полномочий суда кассационной инстанции согласно положениям статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На недопустимость отмен судебных актов судов первой и апелляционной инстанций судом кассационной инстанции в подобных ситуациях неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации в своих определениях, в том числе по делам Арбитражного суда Московского округа №№ А40-161453/2012, А40-68167/2016, А40-184890/2015, А40-111492/2013 (по обособленному спору о признании недействительным договора поручительства от 15.08.2012) и судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что обязана действовать в строгом соответствии со своими полномочиями, предусмотренными статьей 286, частью 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом того толкования норм процессуального права о полномочиях суда кассационной инстанции, которое дано высшей судебной инстанцией.

Согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в пункте 20 постановления от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» в случае, если уведомление об уступке направлено должнику первоначальным кредитором, то по смыслу абзаца второго пункта 1 статьи 385, пункта 1 статьи 312 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение, совершенное должником в пользу указанного в уведомлении нового кредитора, по общему правилу, считается предоставленным надлежащему лицу, в том числе в случае недействительности договора, на основании которого должна была производиться уступка.

Указанные положения направлены на защиту интересов должника, исключая возможность предъявления к нему повторного требования в отношении исполненного обязательства со стороны первоначального либо нового кредитора при наличии между ними спора о действительности соглашения об уступке права (требования).

Суды, установив, что ООО «КАСКАД» произвело погашение долга в сумме 1 448 080,56 руб. ООО «ИНВЕСТАЛКО», что признано ими подтвержденным выпиской по счету от 31.10.2019 (том 1 л.д. 23), применив вышеуказанные разъяснения высшей судебной инстанции, пришли к выводу, что учиненное ООО «КАСКАД» цессионарию до момента признания соглашения недействительным, является надлежащим исполнением, в связи с чем отказали в применении последствий недействительности сделки.

Доводы кассационной жалобы о том, судами было допущено нарушение норм процессуального права, поскольку к участию в деле не был привлечен временный управляющий ответчика, подлежит отклонению судом кассационной инстанции, поскольку на момент подачи и принятия заявления конкурсного управляющего должника (02.09.2019 и 06.09.2020) производство по делу о банкротстве ответчика возбуждено не было, в связи с чем у суда отсутствовали основания для привлечения к участию в деле временного управляющего ответчика.

Согласно статье 34 Закона о банкротстве временный управляющий является лицом, участвующим в деле о банкротстве.

Как разъяснено в пункте 43 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», поскольку рассмотрение в ходе наблюдения исков имущественного характера, истцом или ответчиком по которым является должник, в том числе рассмотрение указанного в пункте 28 названного постановления иска в общем порядке после введения наблюдения, может иметь значение для дела о банкротстве, рассматривающий его суд по своей инициативе или по ходатайству временного управляющего либо должника привлекает временного управляющего к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне должника (статья 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных разъяснений обязанность привлечения временного управляющего должником при рассмотрении исков имущественного характера обусловлена необходимостью соблюдения интересов кредиторов, а также пресечения действий должника, создающих угрозу целостности конкурсной массы в будущем, что оценивается судом исходя из фактических обстоятельств каждого конкретного дела. При этом не устанавливается безусловная обязанность суда по привлечению временного управляющего к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, а лишь указывается на необходимость его привлечения в случае, когда судебный акт может повлиять на права и обязанности привлекаемого лица.

Учитывая вышеизложенное и поскольку судами первой и апелляционной инстанций не было допущено таких нарушений норм материального и процессуального права  при рассмотрении обособленного спора, которые могут быть положены в основание отмены судебных актов при проверке их законности в порядке кассационного производства, то судебная коллегия суда кассационной инстанции, действующая строго в пределах своих полномочий, считает, что определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежат.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 26.11.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2020 по делу № А40-182643/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

 

Председательствующий – судья                                           Е.А. Петрова 

 

Судьи:                                                                                             В.Я. Голобородько

 

                                                                                                          Д.В. Каменецкий