023/2018-25768(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-24473/2017

г. Краснодар

02 июля 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02 июля 2018 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 02 июля 2018 года.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Трифоновой Л.А., судей Алексеева Р.А. и Ташу А.Х., при участии в судебном заседании  от истца – Кубанского бассейнового водного управления Федерального агентства водных  ресурсов – Козаревского А.П. (доверенность от 09.06.2018), от ответчика –  индивидуального предпринимателя Утки Дмитрия Александровича (ИНН 230400895640,  ОГРНИП 304230404900340), Очередько М.А. (доверенность от 28.08.2017) и Гукова И.Г.  (доверенность от 25.05.2018), в отсутствие третьего лица – Федерального агентства  водных ресурсов, извещенного о времени и месте судебного разбирательства, в том числе  путем опубликования информации на сайте в телекоммуникационной сети Интернет,  рассмотрев кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Утки Дмитрия  Александровича на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 02.11.2017  (судья Григорьева Ю.С.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного  суда от 07.03.2018 (судьи Маштакова Е.А., Ковалева Н.В., Чотчаев Б.Т.) по делу   № А32-24473/2017, установил следующее.  

Кубанское бассейновое водное управление Федерального агентства водных  ресурсов (далее – истец, управление) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края  с иском к индивидуальному предпринимателю Утке Дмитрию Александровичу (далее –  ответчик, предприниматель) о признании договора водопользования от 20.05.2016   № 00-06.03.00.001-М-ДИБВ-Т-2016-03 324/00 недействительной (ничтожной) сделкой и  применении последствий ее недействительности в виде обязания ответчика прекратить  использование акватории водного объекта Черного моря в географических координатах:  т. № 1 44°21'28,61" с. ш.; 38°31'44,38" в. д.; т. № 2 44°21'28,39" с. ш.; 38°31'47,27" в. д.;  т. № 3 44° 21'25,63" с. ш.; 38°31'46,99" в. д.; т. № 4 44° 21'24,56" с. ш.; 38°31'54,37" в. д.;  

т. № 5 44°20'56,58" с. ш.; 38°31'48,07" в. д.; т. № 6 44°20'58,92"с. ш.; 38°31'26,28" в. д.;  т. № 7 44° 21'26,39" с. ш.; 38°31'36,03" в. д.; т. № 8 44° 21'26,02" с. ш.; 38°31'44,09" в. д.  

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных  требований относительно предмета спора, привлечено Федеральное агентство водных  ресурсов (далее – агентство).  

В обоснование заявленных требований истец ссылается на нарушение порядка  совершения оспариваемой сделки (статьи 167, 168 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее – Кодекс) и нарушении ею интересов неопределённого круга лиц и  государства.  

Решением суда от 02.11.2017, оставленным без изменения постановлением  апелляционной инстанции от 07.03.2018, исковые требования удовлетворены в полном  объеме. С индивидуального предпринимателя Утки Дмитрия Александровича в доход  федерального бюджета взыскано 6 тыс. рублей государственной пошлины.  

Предприниматель обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить  указанные судебные акты, считая их принятыми с нарушением норм материального  права. По мнению предпринимателя, выводы судов не соответствуют представленным в  дело доказательствам. Предприниматель ссылается на ошибочность вывода судов об  использовании водной акватории для размещения плавательных средств, поскольку  данный вывод противоречит представленным в дело доказательствам: оспариваемому  договору водопользования, предыдущим договорам водопользования, пояснительной  записке предпринимателя при подаче заявления управлению. По мнению подателя  кассационной жалобы, суды не установили действительную цель предоставления водного  объекта в пользование, что привело к неверному выводу судов о том, что спорный  договор водопользования должен быть заключен по результатам аукциона, порядок,  правила подготовки и заключения договора на котором, утверждены постановлением  Правительства Российской Федерации от 14.04.2007 № 230 «О договоре водопользования,  право на заключение которого приобретается на аукционе, и о проведении аукциона»  (далее – постановление № 230). Предприниматель считает, что данное постановление  применено судами ошибочно, поскольку характер оспариваемого договора  водопользования не относится к тем, которые должны быть заключены только на  аукционе. Суды не учли, что данное постановление не может распространяться на  правоотношения, которые впервые возникли не на основании аукциона, а на основании  договора водопользования от 21.06.2006 № МОЗ-20/28, заключенного в силу выданной  26.05.2006 лицензии КРД 45440 БМКБК, регистрационный № М1972 до принятия  Правительством Российской Федерации названного постановления.  

В отзыве на кассационную жалобу истец считает доводы жалобы необоснованными  и просит оставить без изменения судебные акты по настоящему делу.  

В судебном заседании объявлялся перерыв с 28.06.2018 до 10 часов 02.07.2018. 

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва, выслушав  представителей истца и ответчика, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает,  что судебные акты надлежит отменить по следующим основаниям.  

Из материалов дела видно, что управление и предприниматель (водопользователь)  заключили договор от 04.03.2016 № 00- 06.03.00.002-М-ДИБВ-Т-2016-03117/00 сроком  действия до 01.01.2036 года (далее – договор 03117), согласно которому истец  предоставил ответчику участок акватории Черного моря общей площадью 0,40 кв. км в  пределах географических координат: т. № 1 44°21'28,61" с. ш.; 38°31'44,38" в. д.; т. № 2  44°21'28,39" с. ш.; 38°31'47,27" в. д.; т. № 3 44° 21'25,63" с. ш.; 38°31'46,99" в. д.; т. № 4 44°  21'24,56" с. ш.; 38°31'54,37" в. д.; т. № 5 44°20'56,58" с. ш.; 38°31'48,07" в. д.; т. № 6  44°20'58,92"с. ш.; 38°31'26,28" в. д.; т. № 7 44° 21'26,39" с. ш.; 38°31'36,03" в. д.; т. № 8 44°  21'26,02" с. ш.; 38°31'44,09" в. д.  

Основанием для заключения указанного договора (без аукциона) явилось  преимущественное право предпринимателя, установленное статьей 15 Водного кодекса  Российской Федерации (далее – Водный кодекс), поскольку ранее с  предпринимателем был заключен договор водопользования от 07.06.2011   № ВО-00.00.00.000-М-ДИБВ-Т-2011-01051/00 (далее – договор от 07.06.2011) на  использование акватории водного объекта в рекреационных целях общей площадью  0,40 км2 в границах вышеуказанных географических координат.  

 02 марта 2017 года управление получило письмо агентства № 02-26/1229,  согласно которому последним проведена проверка, выявившая, что договор  водопользования 03117 заключен с нарушением действующего законодательства.  

10 марта 2017 года истец направил ответчику письмо № 02-07/1447 с уведомлением  о том, , что договор 03117 является ничтожной сделкой, не влекущей юридических  последствий, и недействительной с момента ее совершения. Письмом от 24.03.2017 № 9  ответчик выразил несогласие с требованием истца прекратить водопользование, и указал  на соблюдение при совершении сделки действующего законодательства правомерность  пользования переданной по договору акваторией.  

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с  иском.  

Рассматривая заявленные требования, судебные инстанции исходили из того, что  при заключении оспариваемого договора водопользования нарушен порядок его  заключения, установленный статьей 16 Водного кодекса и постановлением № 230,  предусматривающими заключение сделки (с учетом цели водопользования) по  результатам аукциона. Несоблюдение этого порядка влечет его недействительность в  силу статьи 168 Кодекса и необходимость восстановления сторон сделки в  первоначальное состояние согласно статье 167 Кодекса.  

Между тем данные выводы являются преждевременными, сделанными по неполно  исследованным обстоятельствам, без проверки приведенных ответчиком доводов и без  учета следующего.  

В силу статьи 11 Водного кодекса водные объекты для использования акватории  водных объектов предоставляются в пользование на основании договоров  водопользования.  

Согласно пункту 1 статьи 16 Водного кодекса (в редакции, действовавшей в период  заключения договора), договор водопользования заключается в соответствии с  гражданским законодательством, если иное не предусмотрено данным Кодексом.  

Пункт 2 данной статьи устанавливает, что договор водопользования в части  использования акватории водного объекта, в том числе для рекреационных целей,  заключается по результатам аукциона в случаях, установленных Правительством  Российской Федерации, а также в случае, если имеется несколько претендентов на право  заключения такого договора.  

Постановлением № 230 установлено, что право на заключение договора  водопользования в части использования акватории водного объекта, в том числе для  рекреационных целей, приобретается на аукционе в случаях, когда договором  водопользования предусматривается, в частности, разметка границ акватории водного  объекта, размещение на ней плавательных средств. Названным постановлением  утверждены Правила подготовки и заключения договора водопользования, право на  заключение которого приобретается на аукционе.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Водного кодекса водопользователь,  надлежащим образом исполнявший свои обязанности по договору водопользования, по  истечении срока действия договора водопользования имеет преимущественное перед  другими лицами право на заключение договора водопользования на новый срок, за  исключением случая, если договор водопользования был заключен по результатам  аукциона.  

В соответствии с частью 1 статьи 5 Федерального закона от 03.06.2006 № 73-ФЗ  «О введении в действие Водного кодекса Российской Федерации» (далее – Закон   № 73-ФЗ), водопользователи, осуществляющие использование водных объектов на  основании лицензий на водопользование и договоров пользования водными объектами,  выданных и заключенных до введения в действие Водного кодекса, сохраняют права  долгосрочного или краткосрочного пользования водными объектами на основании  лицензий на водопользование и договоров пользования водными объектами до истечения  срока действия таких лицензий и договоров.  

Часть 4 статьи 5 Закона № 73-ФЗ устанавливает, что водопользователи, указанные  в части 1 данной статьи и надлежащим образом выполнявшие условия лицензий на  

водопользование и договоров пользования водными объектами до истечения срока  действия таких лицензий и договоров, имеют преимущественное перед другими лицами  право на получение водного объекта в пользование на основании решения о  предоставлении водного объекта в пользование или на заключение договоров  водопользования в соответствии со статьей 15 Водного кодекса Российской Федерации, за  исключением случаев, если заключение договоров водопользования должно  осуществляться по результатам аукциона.  

Таким образом, Водный кодекс установил два порядка заключения договоров  водопользования – общий (статья16 Водного кодекса) и специальный (статья 15 того же  Кодекса).  

Исходя из этих положений законодательства, заявленных истцом требований и  представленных в дело материалов, суду надлежало выяснить, в каком порядке должен  заключаться оспариваемый договор, для чего необходимо было установить цель  водопользования, поскольку с целевым использованием водного объекта закон связывает  определение порядка заключения договора.  

Суды установили, что предприниматель ранее осуществлял водопользование на  основании лицензии КРД № 45440, вид лицензии БМКБК, выданной управлением для  использования акватории Черного моря в целях рекреации, сроком действия до  01.06.2011, и договора пользования водным объектом (поверхностные водные  объекты) от 21.06.2006 № 03-20/28, затем – на основании договора водопользования  от 07.06.2011.  

Сославшись на представленные в дело лицензию, предыдущие договоры  водопользования, пункт. 19.1 оспариваемого договора, пояснительную записку  предпринимателя (т. 1, л. д. 25 – 56), суды сделали вывод, что водопользование  осуществлялось в целях размещения на предоставленной акватории плавательных  средств и, следовательно, договор подлежал заключению по результатам аукциона в  соответствии с постановлением № 230.  

Однако вывод об использовании водного объекта в целях размещения  плавательных средств не соответствует указанной в лицензии, договоре 2006 года и  пояснительной записке цели. Из данных документов следует, что водный объект  предоставляется «в целях рекреации (организация отдыха на воде с применением  технических средств», использование катамаранов, гребных лодок (т. 1 л. д. 25, 27, 56), в  договоре от 2011 года и оспариваемом договоре указана рекреационная цель с  водопользованием без забора (изъятия) водных ресурсов (т. 1, л. д. 30, 47).  

Суды не учли, что утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации  от 12.03.2008 № 165 Правилами подготовки и заключения договора водопользования (в  действовавший в спорный период редакции) также предусмотрена возможность в случае  

предоставления водного объекта в рекреационных целях (в том числе для отдыха – пункт  12 Правил), а также для забора (изъятия) водных ресурсов из поверхностных водных  объектов (подпункты «а», «б» пункта 1 Правил) заключить договор без проведения  аукциона.  

Кроме того, делая вывод о ничтожности договора ввиду заключения его не по  результатам аукциона, суды не учли, что договор водопользования в части использования  акватории водного объекта, в том числе для рекреационных целей, заключается по  результатам аукциона:  

1 – в случаях, установленных Правительством Российской Федерации; 

2 – в случае, если имеется несколько претендентов на право заключения такого  договора.  

При наличии предусмотренной обоими постановлениями ( № 165 и 230)  возможности заключения договора водопользования в рекреационных целях, суду  следовало проверить, имелось ли на момент заключения оспариваемого договора  

предусмотренное Водным кодексом второе условие (присутствие которого вызывает  необходимость заключения договора на аукционе), – наличие нескольких претендентов  на право заключения такого договора.  

Однако судебные акты не содержат выводов по данному обстоятельству. Между  тем его выяснение имеет значения для постановки вывода о том, в каком порядке должен  быть заключен договор, нарушены ли в данном случае публичные интересы и в чем  выражается их нарушение.  

Таким образом, суды не полно выяснили обстоятельства дела, не установили, для  каких целей предоставлялся предпринимателю водный объект, не выяснили,  тождественны ли понятия «отдых на воде с применением технических средств» и  «размещение плавательных средств», имелись ли иные претенденты на заключение  договора водопользования спорным участком акватории.  

Поскольку судебные инстанции неполно выяснили все значимые для дела  обстоятельства, вывод судов о том, что оспариваемый договор подлежал заключению по  результатам аукциона, а не в порядке, предусмотренном статьей 15 Водного кодекса и  постановлением Правительства Российской Федерации № 165, нельзя признать  соответствующим имеющимся в деле доказательствам, а судебные акты – обоснованными.  

При новом рассмотрении дела суду следует устранить отмеченные в настоящем  постановлении недостатки, полно и всесторонне исследовать представленные сторонами  доказательства, в зависимости от установленного и при необходимости проверить  соблюдение условий, предусмотренных статьей 15 Водного кодекса. При новом  рассмотрении дела суду также необходимо учесть положения пункта 4 статьи 3  

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и принять законный и  обоснованный судебный акт.  

Руководствуясь статьями 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 02.11.2017 и постановление  Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2018 по делу   № А32-24473/2017 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд  Краснодарского края.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.  

Председательствующий Л.А. Трифонова  Судьи Р.А. Алексеев  

 А.Х.Ташу