АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 

http://fasuo.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

 № Ф09-4179/22  

Екатеринбург 02 июля 2025 г. Дело № А47-13634/2021 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июня 2025 г. Постановление изготовлено в полном объеме 02 июля 2025 г.  

 Арбитражный суд Уральского округа в составе:  

председательствующего Павловой Е. А., судей Шершон Н. В., Кочетовой О. Г. 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 11.09.2024 по делу № А47-13634/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2025 по тому же делу.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.  

Судебное заседание проведено путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Оренбургской области.  

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Оренбургской области приняли участие:  

представитель ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 18.04.2025);  

финансовый управляющий ФИО4 – ФИО5 (паспорт).  

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Уральского округа принял участие представитель ФИО1 – ФИО6 (паспорт, доверенность от 19.02.2025 № 77АД7150560).  

 Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.03.2023 ФИО4 (далее – должник) признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина.  

Определением от 12.06.2023 финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО7, которая определением от 18.09.2024 отстранена от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО4  

Определением от 15.10.2024 финансовым управляющим имуществом ФИО4 утвержден ФИО5.  

Конкурсный кредитор ФИО2 обратился в суд с заявлением к ФИО1, просил: 1) признать недействительным договор займа от 28.06.2019 между ФИО1 и ФИО4 в части, а именно признать недействительным пункт 1.2 договора займа от 28.06.2019 в части выплаты процентов за пользование займом в размере 63,3% годовых за период с 28.06.2019 по 08.09.2019; 2) признать недействительным дополнительное соглашение № 2 от 09.09.2019 к договору займа от 28.06.2019 в части, а именно признать недействительным пункт 2 соглашения в части выплаты процентов за пользование займом в размере 32% годовых; 3) применить последствия недействительности сделки в виде установления среднерыночной ставки по процентам за пользование займом по договору займа от 28.06.2019 между ФИО1 и ФИО4 за период с 28.06.2019 по 08.09.2019 в размере 14,87% годовых; 4) применить последствия недействительности сделки в виде установления среднерыночной ставки по процентам за пользование займом по договору займа от 28.06.2019 между ФИО1 и ФИО4, за период с 09.09.2019 по 31.01.2022 по 16,82% годовых.  

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 11.09.2024 требование удовлетворено частично, признан недействительным пункт 1.2 договора займа от 28.06.2019 между ФИО8 и ФИО4, в части процентов за пользование займом в размере 63,3% годовых; установлены проценты за пользование займом по договору займа от 28.06.2019 в размере 29,74 % годовых; признан недействительным пункт 2 дополнительного соглашения № 2 к договору займа от 28.06.2019 в части процентов за пользование займом; установлены проценты за пользование займом по договору займа от 28.06.2019 в размере 29,74 % годовых; в удовлетворении требований в остальной части отказано.  

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2025 определение Арбитражного суда Оренбургской области от 11.09.2024 оставлено без изменения.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, просит обжалуемые судебные акты отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Оренбургской области.  

 ФИО1 ссылается на то, что не был уведомлен о рассмотрении данного обособленного спора, в судебном заседании не участвовал, в связи с чем полагает, что суд первой инстанции не дал ему возможность предоставить в материалы дела возражения и принять участие в судебном заседании, в свою очередь, суд апелляционный инстанции проигнорировал  

указанные обстоятельства, подчеркивает, что, зная о процедуре банкротства, в которой арбитражным судом рассматривается иной обособленный спор об оспаривании сделки с ним, не знал, что рассматривается в этот же день еще один обособленный спор, по результатам рассмотрения которого и вынесено обжалуемое определением от 11.09.2024.  

Кассатор полагает несостоятельными выводы суда апелляционной инстанции о надлежащем его извещении о поступившей судебной корреспонденции путем направления ему Почтой России СМС – извещения.  

Заявитель кассационной жалобы также полагает, что суд первой инстанции допусти нарушение норм процессуального права, рассмотрев спор в одно судебное заседание, не проводя предварительного судебного заседания, не указав в определении нормы права, на основании которых вынесен обжалуемый судебный акт.  

Помимо этого, заявитель кассационной жалобы выражает несогласие с выводами судов о его аффилированности с должником, а также о наличии совокупности оснований для признания договора займа недействительным в соответствии с положениями пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  

В отзывах финансовый управляющий имуществом ФИО4 – ФИО5, ФИО2 просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).  

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО1 (Займодавец) и ФИО4 (Заемщик) заключен договор процентного займа от 28.06.2019, по условиям которого последней предоставлен заем на сумму 20 600 000 руб., на срок до 08.08.2019 под 63,3% годовых.  

Согласно пункту 1.4 договора общая сумма процентов 1 500 470 руб. 14 коп. выплачивается в срок до 08.08.2019.  

ФИО4 08.08.2019 перечислила ФИО1 1 500 470 руб. 14 коп. в счет гашения процентов по договору займа.  

Согласно дополнительному соглашению № 1 к договору займа от 28.06.2019 от 08.08.2019, стороны установили, что срок возврата суммы займа и процентов составляет 08.09.2019.  

Дополнительным соглашением № 2 к договору займа от 09.09.2019, которое в части размера процентной ставки оспаривается в рамках настоящего спора, срок возврата займа продлен до 09.03.2020 с выплатой процентов под 32% годовых от суммы долга.  

Дополнительными соглашениями № 3-9 продлевался срок возврата суммы займа, конечная дата определена до 31.01.2022 включительно.  

ФИО4 осуществляла платежи по возврату займа в пользу ФИО1, а заемные отношения прекращены представлением объекта недвижимости в качестве отступного от 15.07.2022.  

По мнению ФИО2, как установленный изначально 63%, так и пониженный в дальнейшем размер процентов 32% годовых, не отвечают признаку добросовестности и разумности и нарушают права кредиторов, отметив, что при понижении размера процентной ставки, в отличие от других кредиторов, именно данному займодавцу фактически погасили полностью заемные обязательства (в качестве отступного совместно нажитое имущество в виде земельного участка).  

Заявитель также ссылался на то, что общая сумма перечислений ФИО4 в пользу К.Д.АБ. за весь период предоставления заёмных средств (с 28.06.2019 по 31.01.2022) составила 22 060 158 руб., при основном долге 20 600 000 руб. Тем самым, ФИО4, не только полностью вернула сумму долга по займу в размере 20 600 000 руб. ФИО1, но также выплатила 1 460 158 руб. процентов, и отдала земельный участок стоимостью более 15 000 000 руб.  

Кредитор, ссылаясь на указанные выше обстоятельства, положения статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее –ГК РФ), обратился в суд с данным требованием о признании приведенных ранее положений договора займа (с дополнительными соглашениями) недействительными.  

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, позицию которого поддержал апелляционный суд, пришел к выводу о том, что более чем 4-х кратное превышение средней цены займа не может быть обусловлено выгодностью условия сделки, поскольку такое поведение не соответствует реальности исходя из проверки на соответствие критерию цели делового характера. Применительно к обсуждаемому вопросу также приобретает значимость последующее полное удовлетворение требований займодавца отступным. При этом суды исходили из следующего.  

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает основания для оспаривания сделок должника, совершенных при неравноценном встречном предоставлении (пункт 1), либо с причинением вреда (пункт 2).  

Разъяснения по порядку применения названной нормы даны в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63).  

 В пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам  

кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из указанных в данном пункте условий.  

 Как указано в абзаце седьмом пункта 5 постановления Пленума № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Для признания сделки недействительной по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Как следует из абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 постановления Пленума № 63).  

При этом наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2. и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой  

допущено злоупотребление правом, как ничтожную, мнимую (статьи 10, 168, 170 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 постановления Пленума № 63)   

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ недопустимо осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).  

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.  

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов - это уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

 В силу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.  

Для квалификации сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 ГК РФ в предмет доказывания входят установление факта ущемления интересов других лиц; установление недобросовестности сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.  

 Из положений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).  

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.  

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.  

При формировании условий сделок по распоряжению своими активами должник обязан учитывать интересы своих кредиторов, как имеющихся в момент отчуждения актива, так и необходимость погашения задолженности, срок погашения которой наступит после совершения сделок.  

Из разъяснений, изложенных в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 32), указано на то, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.  

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.  

При этом согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.  

В силу пункта 1 статьи 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, 6 займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.  

 В силу статьи 421 ГК РФ, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 Кодекса).  

Принцип свободы договора не исключает при определении его содержания соблюдение правил разумности и справедливости.  

Сама по себе возможность установления размера процентов на сумму займа по соглашению сторон не может рассматриваться как нарушающая принцип свободы договора, в том числе во взаимосвязи со статьей 10 ГК РФ о пределах осуществления гражданских прав.  

Вместе с тем принцип свободы договора, сочетаясь с принципом добросовестного поведения участников гражданских правоотношений, не исключает обязанности суда оценивать условия конкретного договора с точки зрения их разумности и справедливости, учитывая при этом, что условия договора займа, с одной стороны, не должны быть явно обременительными для заемщика, а с другой стороны, они должны учитывать интересы кредитора как стороны, права которой нарушены в связи с неисполнением обязательства.  

Таким образом, встречное предоставление не может быть основано на несправедливых договорных условиях, наличие которых следует квалифицировать как недобросовестное поведение.  

Возможность оспаривания отдельных условий сделок, заключенных должником, в частности, размера процентов за пользование займом, допускается пунктом 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 13, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 14 от 08.10.1998 «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами», согласно которому в случаях, когда по сделке займа (кредита, коммерческого кредита) заемщиком уплачивались проценты за пользование денежными средствами, при применении последствий недействительности сделки суду следует учитывать, что неосновательно приобретенными кредитором могут быть признаны суммы, превышающие размер уплаты, определенной по установленной законом ставке (по учетной ставке Банка России) за период пользования.  

 В соответствии с пунктом 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях.  

При этом следует исходить из того, что другая сторона должны была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. Ущерб может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых интересов.  

 Судами установлено, что вступившим в законную силу определением от 20.12.2023 (обособленный спор № 13634.21/23071) установлено, что в 2017 году ФИО4 выводились денежные средства при наличии осведомленности о причинении вреда кредитору должника ФИО2 В частности, должник (ФИО4) получила от заявителя (ФИО2) по договору от 25.04.2017 купли-продажи объектов недвижимости денежные средства, но свои обязательства по обеспечению получения положительного заключения государственной экспертизы (для обеспечения строительства комплекса многоквартирных домов на соответствующих земельных участках, не исполнил). Вышеуказанные перечисления ФИО4, ответчику ФИО9, осуществлены в период, когда ФИО4, ввела в заблуждение кредитора ФИО2, получив от последнего 125 000 000 руб. в счет инвестиционного проекта, согласно которому ФИО4, взяла на себя заранее неисполнимые обязательства по получению разрешения на строительство на землях, которые входили в категорию «земли культурного наследия». Решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 24.12.2020 исковые требования ФИО2, к ФИО4, частично удовлетворены: с ФИО4, в пользу ФИО2, взыскана сумма в размере 207 765 229 руб., из которых 125 000 000 руб. по договору, а также 82 765 229 руб. – проценты по денежному обязательству. Договор от 25.04.2017 расторгнут. Указанное решение должник ФИО4 не исполнила.  

Кроме того, ФИО4 приняла на себя не исполненные в дальнейшем обязательства перед ФИО10 по договору займа от 25.04.2018, срок возврата займа которым определен до 25.06.2018; перед ФИО2 по договору займа от 25.04.2018; перед ФИО11 по договору займа № 3 от 05.12.2017 со сроком возврата займа – 06.12.2018 года.  

Из споров по делу № А47-17932/2022 о банкротстве застройщика следует, что ФИО4 осуществляла прием наличных денежных средств в обход безналичных расчетов от граждан, не исполнив перед ними впоследствии обязательств по передаче жилых помещений.  

Принимая во внимание изложенное, исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, доводы и возражения участвующих в деле лиц по правилам статьи 71 АПК РФ, установив, что по условиям договора займа за пользованием займом установлена плата от 32 до 63 процентов годовых, что в 4 раза превышало ключевую ставку Банка России 14,87 % годовых; отмечая, что сделки по заключению и исполнению договора займа по существенно завышенным процентам свидетельствуют о выводе денежных средств должника, направлены на причинение вреда его  

кредиторам, в связи с тем, что они совершены в период приема денежных средств от граждан, при наличии неисполненного обязательства перед кредитором ФИО2, поскольку данные обстоятельства являлись очевидными для сторон договора займа еще при установлении столь высокой ставки процентов по договору займа; в отсутствие разумных обоснований применения сторонами оспариваемых условий указанного договора, учитывая, что более чем 4-х кратное превышение средней цены займа не может быть обусловлено выгодностью условий сделки, такое поведение не соответствует обычным условиям аналогичных договоров и не соответствует целям делового характера, учитывая последующее полное удовлетворение требований займодавца отступным, суды пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований о признании сделок в указанной выше части недействительными.  

Признавая довод о выдаче ответчиком займов на постоянной основе, не свидетельствующим об обоснованности установления размера процентов, апелляционный суд отметил, что данный довод, напротив, свидетельствует об осведомленности ФИО1 об обычно устанавливаемых условиях договоров займа, при этом срочность и риск выдачи займа не могут являться в данном конкретном случае обоснованием такого высокого размера процентов, в том числе с учетом приведенных выше обстоятельств деятельности должника.  

Суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, применяя последствия недействительности сделки, исходя из того, что действия по возврату займа являются предметом самостоятельных требований, которые рассматриваются в других обособленных спорах, а в настоящем споре подлежит установлению разумная процентная ставка, обычно применяемая при заключении договоров займа, учитывая, что средняя процентная ставка за указанный период составляет 14,87%, что существенно ниже установленной сторонами при заключении договора, с учетом свободы договора, предполагающей также возможность заключения выгодной сделки, то есть максимально возможным размером процентов является двукратный размер средней ставки, оценив реальность заявленных условий сделки, пришел к выводу о частичном удовлетворении требований, признав соответствующим балансу интересов сторон установление ставки процентов за пользование займом по договору займа от 28.06.2019 в размере 29,74 % годовых (из расчета двукратной ставки от 14,87%).  

Апелляционный суд не принял во внимание довод об отсутствии нарушений права должника и его конкурсных кредиторов оспариваемой сделкой, как противоречащий установленным по делу обстоятельствам совершения сделки с целью выводы денежных средств должника.  

Апелляционный суд, ссылаясь на положения статьи 196, пункта 1 статьи 199, пункта 32 постановления Пленума № 63, пункта 10 постановления Пленума № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным  

законом «О несостоятельности (банкротстве)», пункта 1 статьи 181 ГК РФ, также отклонил ссылку ФИО1 об истечении срока исковой давности, исходя из признания его надлежащим образом извещенным о ходе судебного разбирательства, о пропуске срока исковой давности которым в суде первой инстанции не заявлено.  

 Отклоняя довод о не извещении ФИО1 о времени и мете судебного заседания, суд апелляционной инстанции исходил из следующего.  

Из адресной справки следует, что ФИО1 зарегистрирован по адресу: 

<

...>.  

Из материалов дела следует, что определение о принятии заявления к производству и назначении судебного заседания от 08.07.2024 на 29.08.2024 направлено арбитражным судом первой инстанции по указанному адресу, однако возвращено за истечением срока хранения.  

В ответ на запрос суда акционерное общество «Почта России» направило ответ от 06.11.2024, из которого следует, что РПО № 46097096912586, принятое на имя ФИО1, поступило 19.07.2024 в адресное отделение почтовой связи Москва 115432. Отправление обработано, адресату направлено и доставлено смс - извещение 20.07.2024 (пуш- сообщение). Информация о доставке зафиксирована на сайте АО «Почта России». При отправке смс - извещения (пуш-сообщения) информация о неудачной попытке вручения не отражается. В течение установленного срока хранения за получением отправления не обратились, оно было возвращено 27.07.2024 по обратному адресу за истечением срока хранения, в установленный законом срок.  

Указанные сведения полностью согласуются с информацией, отраженной в отношении почтового отправления с идентификатором № 46097096912586, размещенной на официальном сайте Почты России.  

При этом суд в отсутствие доказательств иного, приняв во внимание ответ акционерного общества «Почта России», исходил из достоверности сведений о получении корреспонденции, размещаемых на официальном сайте акционерного общества «Почта России», добросовестности исполнения акционерным обществом «Почта России» своих обязанностей.  

Недостоверность сведений о получении корреспонденции, размещаемых на официальном сайте акционерного общества «Почта России», ФИО1 не доказана, возражений по пояснениям почтовой службы, не заявлены.  

Принимая во внимание изложенное, учитывая представленные доказательства, руководствуясь положениями статей 121-123 АПК РФ, проанализировав положения Правил оказания услуг почтовой связи, утвержденные Приказом Минкомсвязи России от 17.04.2023 № 382, приказа акционерного общества «Почта России» от 21.06.2022 года № 230-п об утверждении Порядок приема и вручения внутренних регистрируемых почтовых отправлений (действовавшего на момент направления корреспонденции) в отсутствие доказательств, свидетельствующих о допущении каких – либо нарушений акционерным обществом «Почта  

России» при доставке судебной корреспонденции ФИО1, принимая во внимание необеспечение ФИО1 получение корреспонденции, направленной в его адрес, апелляционный суд признал доводы ФИО1 о его не извещении о рассмотрении спора несостоятельными.  

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела полагает, что выводы судов соответствуют имеющимся в деле доказательствам, судами применены нормы права, регулирующие рассматриваемые правоотношения.  

Доводы кассатора о его ненадлежащем извещении о рассмотрении обособленного спора являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, получили правовую оценку и были отклонены. Отклоняя данные доводы, суд апелляционной инстанции принял во внимание ответ акционерного общества «Почта России», полученный в ходе рассмотрения спора, информацию в отношении РПО № 46097096912586, размещенную на официальном сайте Почты России о возвращении корреспонденции в связи с истечением срока хранения (адресат не явился за получением корреспонденции), наличие в деле конверта с возвращенной корреспонденцией, в отсутствие документов опровергающих данные сведения, исходя из того, что при направлении смс - извещения (пуш- сообщения) используются индивидуальные данные, предоставленные клиентом, при этом сведения, использованные органом связи для контакта с адресатом при направлении смс – извещения в рассматриваемом случае не опровергнуты, в отсутствие доказательств, свидетельствующих о допущении акционерным обществом «Почта России» нарушений при доставке данной судебной корреспонденции, признал ФИО1 уведомленным о рассмотрении данного спора.   

 Приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы, дублирующие доводы, приводившиеся в суде апелляционной инстанции, являлись предметом детальной проверки апелляционного суда, получили исчерпывающую оценку, отклонены как несостоятельные с подробным изложением мотивов отклонения, обоснованность судебных актов не опровергают и не свидетельствуют о нарушении судами норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки. Вместе с тем переоценка судом округа доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»). Само по себе несогласие заявителя с выводами судов, основанными на оценке фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, не свидетельствует о наличии в принятых по спору  

судебных актах нарушений норм права, повлиявших на исход судебного разбирательства.  

 Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.  

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.  

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 11.09.2024 по делу № А47-13634/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Е.А. Павлова  

Судьи Н.В. Шершон  

 О.Г. Кочетова