АРБИТРАЖНЫЙ СУД

КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

 

Дело № А27-6839/2024

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

 

22 октября 2024 г.                                                                                                    г.Кемерово

Резолютивная часть решения объявлена 8 октября 2024 г., полный текст решения изготовлен 22 октября 2024г.                                                                  

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Камышовой Ю.С.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Семиненко А.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании при участии представителей

истца (онлайн) -  ФИО1,  доверенность 35 от 29.12.2023

ответчика - ФИО2, доверенность от 06.05.2024

дело по иску государственного автономного учреждения здравоохранения «Кузбасская областная детская клиническая больница имени Ю.А. Атаманова (ИНН 

<

***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ИНН 

<

***>)

о взыскании 126 814,81 руб.

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «Лидер»,

у с т а н о в и л:

государственное автономное учреждение здравоохранения «Кузбасская областная детская клиническая больница имени Ю.А. Атаманова» (далее – истец, ГАУЗ «Кузбасская областная детская клиническая больница имени Ю.А. Атаманова») обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО3  (далее – ответчик, ИП ФИО3) о взыскании 27 432,37 руб. убытков в виде разницы между установленной ценой в договоре поставки №32110653468 от 12.10.2021 и ценой по совершенной взамен сделке, 88 500 руб. штрафа, 10 882,44 руб. расходов за проведение лабораторных испытаний. 

Ответчиком представлен отзыв и дополнения к отзыву, требования не признает. Указывает, что истцом нарушен порядок приемки-передачи товара, выявления недостатков товара и проведения его экспертизы. Ответчик к участию не привлекался, кроме того, истец не обращался с требованием об устранении недостатков товара, чем способствовал увеличению своих убытков. В силу пункта 4.5 договора поставки при поставке Заказчику предоставляется подтверждение наличия ветеринарно-сопроводительного документа на товар, подлежащий контролю и сопровождению ветеринарными сопроводительными документами, оформленного посредством Государственной электронной ветеринарной системы «Меркурий», а также иные документы, подтверждающие качество и безопасность поставляемой продукции. На спорную  партию товара было оформлено ветеринарное свидетельство от 15.10.2021 с уникальным кодом 3B9A-BBBD-59C9-456F-8F52-52D4-4F74-A705 и предоставлено Заказчику при отгрузке товара. Согласно данным с официального сайта для оформления ветеринарных сопроводительных документов компонента «Меркурий» (mercury.vetrf.ru), срок годности партии товара определен до 27.10.2021.  При этом, из представленного истцом протокола испытаний продукции от 01.11.2021 № 6515 следует, что испытания проводились с 18.10.2021 по 01.11.2021. Таким образом, не представляется возможным определить, обнаружены ли заказчиком недостатки товара в пределах срока годности, то есть до 27.10.2021. Также полагает, что первоначальный договор поставки и замещающий договор поставки предполагают поставку товаров, ассортимент, завод-изготовитель, качество и количество которых различны. Истцом в качестве предмета по замещающему договору поставки выбран товар с более высокими потребительскими качественными характеристиками, критерии выбора товара по замещающему договору не обоснованы, как и необходимость приобретения замещающего товара по указанной цене. Завил об уменьшении размера штрафа на основании статьи 333 ГК РФ.

В судебном заседании представитель истца требования поддержал.

Представитель ответчика на требования возражал, настаивал на доводах, изложенных в письменном отзыве и дополнениях к нему.

В настоящее заседание третье лицо, извещенное надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, явку представителя не обеспечило. 

Дело рассмотрено по существу в отсутствие третьего лица (статьи 156 АПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

В судебном заседании установлено, что 12.10.2021 между истцом (заказчик) и ответчиком (поставщик) по итогам открытого  запроса ценовых предложений №32110653468 и на основании итогового протокола  открытого запроса ценовых предложений  от 27.09.2021 №32110653468-01 заключен договор на поставку товара №32110653468. 

Согласно пункту 1.1 договора поставщик обязуется поставить сосиски, а заказчик обязуется принять и оплатить поставленный поставщиком товар. Наименование, качество и количество устанавливается настоящим договором и приложениями к нему, которые являются неотъемлемой частью договора (п.1.2).

Общая стоимость  договора составляет 885 000 руб., в том числе НДС 10% и определяется на весь срок исполнения договора, за исключением случаев, предусмотренных договором (пункт 2.1 договора).

Поставка осуществляется партиями по заявкам заказчика (пункт 4.1 договора).

В соответствии с пунктом 5.1 договора приемка товара по количеству и качеству осуществляется специалистами заказчика в месте доставки товара – Кемеровская область-Кузбасс, 

<

...> ГАУЗ «КОДКБ им. Ю.А. Атаманова», пищевой блок. Поставщик имеет право направить своего представителя для осуществления приемки товара по количеству и качеству, в таком случае заказчик производит приемку товара в присутствии представителя поставщика. Приемка товара осуществляется по акту сдачи-приемки согласно заявленным требованиям заказчика. 

Для проверки соответствия качества поставляемых товаров заказчик вправе привлекать независимые экспертные организации и экспертов. Все расходы, связанные с проведением независимой экспертизы в случае подтверждения поставки некачественного товара, относятся на поставщика товара (пункт 5.3 договора).

При поставке качество поставляемого товара полностью соответствует требованиям нормативно-технической документации, действующей на территории РФ (п.6.1 договора).

В случае поставки товара ненадлежащего качества, предусмотренного договором, заказчик направляет поставщику требование об уплате штрафа. Размер штрафа устанавливается в виде фиксированной суммы и составляет 10 процентов цены договора (сумма составляет 88 500 рублей) (пункт 7.2.4 договора).

В спецификации (приложение № 1) к договору поставки стороны согласовали наименование, количество и стоимость товара: сосиски сливочные Расколбас, страна происхождения Россия, код ОКПД2 10.86.10.612, 3000 кг, цена за 1 кг с НДС 295 руб.

В приложении № 2 к договору поставки стороны согласовали требования к поставляемому товару, в том числе к техническим характеристикам – сосиски соответствуют требованиям ГОСТ 23670-2019, вырабатываются по технологической инструкции по их производству, с соблюдением требований, установленных нормативными правовыми актами, действующих на территории РФ; состав: говядина, сливки 20% жирности, вода, соль поваренная пищевая, сахар-песок, пряности.

В пункте 3.4.1 договора установлено, что поставляемый ответчиком товар должен соответствовать требованиям, установленным в договоре.

13.10.2021 истцом в адрес ответчика направлена заявка на сосиски «Сливочные» охлажденные ГОСТ 23670-2019, дата поставки 14.10.2021. По указанной заявке ответчиком произведена поставка товара. 

Для идентификации сырьевого состава продукта истец обратился в ФГБУ «Кемеровская МВЛ».

Согласно протоколу испытаний  №6515-2021 от 01.11.2021, поставленный товар не соответствовал ГОСТ 23670-2019, в составе  поставленного продукта содержалось ДНК курицы, что не соответствует заявленным техническим характеристикам в Приложении № 2 к договору и на упаковке товара. 

Поскольку ответчиком договор не был исполнен, истец заключил договор поставки № 4621 от 15.11.2021 с ООО «Лидер» на поставку товара – сосиски «Молочные» ТМ Дымов, код ОКПД2 10.86.10.612, количество 800 кг, цена за 1 кг 335 руб. НДС не облагается. Убытки, составляющие разницу в цене по замещающей сделке, составили  27 432 руб.

Истцом в адрес ответчика направлена претензия №2419 от 25.11.2021 о поставке товара ненадлежащего качества и с требованием оплатить штраф и расходы за проведение экспертизы. Данные требования ответчиком в добровольном порядке удовлетворены не были. 08.12.2021 истцом в адрес ответчика направлено уведомление   №2513 о расторжении договора поставки.

Таким образом, ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по поставке товара соответствующего условиям договора, послужило основанием для обращения истца в суд с данным иском.

Исследовав материалы дела, заслушав доводы сторон, суд пришел к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения исковых требований  исходя из следующего.

В соответствии со статьями 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства. Односторонний отказ от исполнения обязательства, по общему правилу, не допускается.

В соответствии со статьей 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

К договору поставки применяются положения о договоре купли-продажи, если иное не установлено правилами Кодекса об этом виде договора (пункт 5 статьи 454 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 456 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи.

В статье 523 ГК РФ предусмотрено право на односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) или одностороннее его изменение допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон (абзац четвертый пункта 2 статьи 450). 

Нарушение договора поставки поставщиком предполагается существенным в случаях поставки товаров ненадлежащего качества с недостатками, которые не могут быть устранены в приемлемый для покупателя срок (абзац 2 пункта 2 статьи 523 ГК РФ).

В качестве основания для одностороннего отказа от исполнения договора  заказчиком указано на поставку товара, несоответствующего требованиям к техническим характеристикам товара (приложению № 2 к договору).

Таким образом, волеизъявление истца при заключении договора было направлено на поставку именно товара с определенным техническими характеристиками.

Из материалов дела следует, что ответчиком произведена поставка товара – сосиски Сливочные Расколбас в количестве 10,300 кг на сумму 2 996,02 руб., что подтверждается представленным в материалах дела  счетом-фактурой (УПД) №14274 от 14.10.2021, подписанным сторонами.

В соответствии с пунктом 5.3 договора истцом была проведена экспертиза по качеству поставленного товара с привлечением ФГБУ «Кемеровская МВЛ» в рамках договора возмездного оказания услуг №368 от 31.08.2021.

По результатам проведения экспертизы ФГБУ «Кемеровская МВЛ» составлен протокол испытаний №6515-2021 от 01.11.2021, из содержания которого усматривается следующее: наименование образца испытаний: сосиски  Сливочные, категории Б ГОСТ 23670-2019, масса парии 10,156 кг, производство ООО «Расколбас» ИНН 

<

***>, поставщик ИП ФИО3, дата изготовления 07.10.2021, срок годности 30 суток,  масса пробы 1,94 кг; результаты испытаний: в сырьевом составе обнаружена ДНК курицы, в составе, указанном на маркировке, не заявлены компоненты, содержащие ДНК курицы.

Кроме того, согласно приложению № 2 к договору поставки сторонами согласованы требования к поставляемому товару, в том числе и состав сосисок: говядина, сливки 20% жирности, вода, соль поваренная пищевая, сахар-песок, пряности.

Таким образом, поставленный ответчиком товар не соответствовал условиям договора поставки, а также не соответствовал составу, указанному на маркировке товара. 

Истцом произведена оплата стоимости проведения лабораторных исследований в сумме 10 882,44 руб., что подтверждается актом  об оказании услуг №01/02145 от 18.10.2021, платежным поручением №73501 от 02.11.2021. 

Далее, истцом  поставленный товар был возвращен ответчику в количестве 9,062 кг на сумму 2 673,29 руб., что подтверждается представленной в материалах дела товарной накладной №00000012 от 22.12.2021.  Платежным поручением №309439 от 14.06.2022 истцом произведена оплата по УПД №14274 от 14.10.2021 в сумме 322,73 руб. (стоимость части товара, которая была направлена истцом на проведение экспертизы).

Доводы ответчика в части срока годности поставленного товара, а именно, что им не было нарушено условий по сроку годности товара, судом отклонены, поскольку в данном случае спор по сроку годности товара отсутствует, причиной  расторжения договора поставки и обращения в суд с данными требованиями послужило иное обстоятельство, а именно - несоответствие товара условиям договора по составу – обнаружение курицы ДНК.

Ссылка ответчика на то, что представленный истцом протокол испытаний №6515-2021 от 01.11.2021 подлежит критической оценки по тем основаниям, что не представляется возможным установить, являлся ли товар, в отношении которого проводилось исследование, товаром, который был поставлен по УПД №14274 от 14.10.2021, несостоятельна, поскольку противоречит установленным по делу обстоятельствам.

Так, в протоколе  испытаний №6515-2021 от 01.11.2021 указана вся необходимая информация, позволяющая идентифицировать товар, а именно: наименование, ГОСТ, категория, производитель, поставщик, масса партии,  масса пробы, дата поступления. Более того, ответчиком не представлено доказательств, что имелись иные поставщики аналогичного товара, учитывая процедуру заключения договора с заказчиком. 

Таким образом, исходя из буквального толкования содержания протокола  испытаний №6515-2021 от 01.11.2021, у суда не имеется оснований  для каких-либо сомнений, что в качестве образца для исследования был представлен иной товар, доказательств обратного ответчиком не представлено.

Доводы ответчика по нарушению процедуры приемки товара, установленного условиями договора поставки, суд также считает несостоятельными в связи со следующим.

Порядок приемки товара определен условиями раздела 5 договора поставки.

В соответствии с пунктом 5.1 поставщик имеет право направить своего представителя для осуществления приемки товара по  количеству и качеству, в таком случае заказчик производит приемку товара в присутствии представителя поставщика. Приемка товара осуществляется по акту сдачи-приемки согласно заявленным требованиям заказчика. 

Однако, в данном случае при поставке спорного товара 14.10.2021 поставщик своим правом  направить своего представителя для осуществления приемки товара не воспользовался. 

Кроме того, с учетом  того, что выявление несоответствия товара с учетом его специфики условиям  договора по его составу (наличие ДНК курицы) невозможно было произвести при помощи органолептической оценке товара, а только при проведении лабораторных исследований специализированной организацией, отсутствие представителя ответчика при  приемке товара не имеет правового значения.

Уведомление ответчика об отборе проб для проведения лабораторных исследований и о дате проведения экспертизы условиями договора не предусмотрено.

Таким образом, суд не усматривает нарушение истцом  процедуры приемки товара и проведения экспертизы.

В соответствии пунктом 5.3 договора все расходы, связанные с проведением  независимой экспертизы в случае подтверждения поставки некачественного товара, относятся на поставщика товара.

Поскольку факт поставки товара не соответствующего условиям договора подтвержден и в процессе рассмотрения дела ответчиком не оспаривался, требования о взыскании убытков в виде расходов за проведение экспертизы являются обоснованными.

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой. Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения (пункт 1 статьи 330 ГК РФ). 

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что истцом обоснованно исчислен штраф в соответствии с пунктом 7.2.4 договора в размере 88 500 руб.

Вместе с тем, в части требований о взыскании  штрафа суд учитывае следующее.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 44) целью введения моратория, предусмотренного статьей 9.1 Закона о банкротстве, является обеспечение стабильности экономики путем оказания поддержки отдельным хозяйствующим субъектам. 

Как разъяснено в пункте 7 Постановления № 44, в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами, неустойка, пени за просрочку уплаты налога или сбора, а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве). В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория. 

Целью введения моратория является обеспечение стабильности экономики путем оказания поддержки отдельным хозяйствующим субъектам (пункт 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве, пункт 1 Постановления № 44), а возникновение долга по причинам, не связанным с теми, в связи с которыми введен мораторий, не имеет значения, поскольку освобождение от ответственности направлено на уменьшение финансового бремени на должника в тот период его просрочки, когда она усугубляется объективными, непредвиденными и экстраординарными обстоятельствами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 № 305-ЭС20-23028). 

По смыслу абзаца 4 статьи 2 и пункта 2 статьи 4 Закона о банкротстве финансовые санкции, подлежащие применению за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств (в частности, неустойка), являются денежным обязательством, хотя и не учитываются при определении признаков банкротства (ответ на вопрос 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2015). Иными словами, санкция, начисленная должнику за неисполнение неденежного обязательства, в частности, обязанности по исполнению обязательства в натуре, сама по себе является денежным обязательством, включаемым в реестр требований кредиторов должника в третью очередь, хотя и подлежащая учету в реестре отдельно и не 10 предоставляющая голоса на собрании кредиторов (пункт 3 статьи 12, пункт 3 статьи 137 Закона о банкротстве). 

Названные санкции противопоставляются иным кредиторам при разделе конкурсной массы, поэтому в условиях, когда кредиторы по денежным обязательствам должника ограничены в начислении санкций в период моратория, кредитор по неденежному обязательству в случае, если санкции в его пользу в этот период продолжают начисляться, оказывается в более выгодном положении. 

Следует учитывать, что неденежные требования, обращенные к конкурсной массе, при банкротстве должника трансформируются в денежные (подлежат денежной оценке, сумма которой указывается в реестре требований кредиторов), следовательно, санкции за неисполнение этих требований должником начисляться перестают (абзац третий пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве). 

Экономический механизм моратория заключается в том, что законодатель моделирует ситуацию, при которой дело о банкротстве должника как бы возбуждено, то есть действуют предусмотренные Законом о банкротстве ограничения для «реестровых» кредиторов, но при этом не позволяет собственно возбудить дело о банкротстве, чтобы должник не погружался в принудительную ликвидацию из-за финансового кризиса, а сохранил возможность осуществления хозяйственной деятельности и, соответственно, вероятность выхода из кризиса с учетом временного блокирования санкций по «реестровым» требованиям. 

Так, например, при моратории приостанавливаются исполнительные производства (подпункт 4 пункта 3 статьи 9.1 Закона о банкротстве, пункт 9 части 1 статьи 40 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее - Закон об исполнительном производстве), пункт 6 Постановления № 44), а если бы не было моратория исполнительное производство при признании должника банкротом подлежало бы окончанию (пункт 7 части 1 статьи 47 Закона об исполнительном производстве). 

Состав и размер требований кредиторов при возбуждении дела о банкротстве должника после окончания моратория определяются на день введения моратория, а не на день введения первой процедуры банкротства (подпункт 2 пункта 4 статьи 9.1 Закона о банкротстве, пункт 10 Постановления № 44). Требования, возникшие после начала действия моратория, квалифицируются как текущие (пункт 11 Постановления № 44). Периоды для оспаривания сделок, предусмотренные статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, исчисляются исходя из дня введения моратория (пункт 13 Постановления № 44). 

В силу абзаца второго пункта 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств, требований о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательных платежей, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления, определяются на дату введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

Соединяя логику данной нормы и установленную мораторием фикцию введения процедуры наблюдения (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве), принимая во внимание денежный характер обязанности по уплате санкций за нарушение натурного обязательства и прямое предписание подпункта 2 пункта 4 статьи 9.1 Закона о банкротстве (в истолковании пункта 10 Постановления № 44), следует прийти к выводу, что размер такой санкции должен быть определен именно на дату введения моратория. 

При введении моратория должник не может находиться в худшем положении, чем находился бы при отсутствии моратория, когда в отношении него могло быть возбуждено дело о банкротстве. Другими словами, если при возбуждении дела о банкротстве кредитор не вправе претендовать на какое-либо предоставление от должника (в частности, санкции), то при моратории это право у кредитора также отсутствует, иначе мораторий как мера экономической защиты должников утрачивает смысл. 

Если продолжить начислять санкции за нарушение должником неденежного требования в период моратория, то при последующем возбуждении дела о банкротстве после окончания моратория и трансформации неденежного обязательства должника в денежное получится, что кредитор по неденежному требованию, став в один ряд с обычными кредиторами с денежными требованиями, будет иметь право на взыскание санкций за больший период, нежели остальные кредиторы. 

Как неоднократно разъяснял Конституционный Суд Российской Федерации (Постановления от 13.04.2016 № 11-П, от 25.10.2016 № 21-П, от 23.11.2017 № 32-П и пр.), устанавливая соответствующее регулирование, законодатель должен руководствоваться конституционным принципом равенства, который носит универсальный характер, оказывает регулирующее воздействие на все сферы общественных отношений и выступает конституционным критерием оценки законодательного регулирования не только прав и свобод, закрепленных непосредственно в Конституции Российской Федерации, но и прав, приобретаемых на основании закона. Соблюдение данного принципа, гарантирующего защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав 12 и свобод, означает, помимо прочего, запрет вводить такие различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории (группе), которые не имеют объективного и разумного оправдания. 

В этой связи санкции за неисполнение должником неденежных требований, подлежащих трансформации при банкротстве должника, не могут начисляться при введении моратория. 

Надлежит подчеркнуть, что неденежное обязательство учреждения не относится к числу тех требований к должнику, которые не обращены к конкурсной массе и не трансформируются при признании должника банкротом в требования денежного характера (когда возбуждение дела о банкротстве должника не отражается на судьбе этих требований и способе их удовлетворения, а мораторий на них не распространяется применительно к абзацу седьмому пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве и абзацу первому пункта 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

 В этой связи в отношении неденежных обязательств заказчика также действует введенный с 01.04.2022 мораторий на начисление неустойки, в том числе штрафов и пени. 

Аналогичная позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2023 №305- ЭС23-1845 по делу №А40-78279/2022. 

Целью введения моратория является обеспечение стабильности экономики путем оказания поддержки отдельным хозяйствующим субъектам (пункт 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве, пункт 1 Постановления № 44). 

Поскольку последствия введения моратория установлены статьей 9.1 Закона о банкротстве, порядок применения которой разъяснен в Постановлении № 44, толкование Постановления № 497 должно осуществляться сообразно указанным последствиям. 

Так, в соответствии с пунктами 4, 7 Постановления № 44 мораторий презюмируемо не позволяет начислять финансовые санкции (например, начисленные по статьям 330, 395 ГК РФ или статье 75 Налогового кодекса Российской Федерации) по требованиям, возникшим до введения моратория (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве). 

При этом в исключение из общего правила финансовые санкции не заменяются классическими «мораторными» процентами, предусмотренными пунктом 4 статьи 63, пунктом 2 статьи 213.19 Закона о банкротстве и пунктом 4 Постановления № 88.

Согласно пункту 11 постановления Пленума № 44 по смыслу подпункта 2 пункта 4 статьи 9.1 Закона о банкротстве требования, возникшие после начала действия моратория, подлежат квалификации как текущие. 

Закон о банкротстве не запрещает начислять финансовые санкции в связи с просрочкой исполнения должником обязательств, относящихся к текущим платежам. 

Из изложенного следует вывод, что в соответствии с Постановлением № 497 в период действия моратория (с 01.04.2022 по 01.10.2022) не начисляются финансовые санкции только за просрочку исполнения тех обязательств, которые возникли до 01.04.2022. 

Финансовые санкции в связи с просрочкой исполнения обязательств, возникших после 01.04.2022, которые для целей применения положений о моратории могут именоваться «текущими платежами», продолжают начисляться в обычном порядке.

Юридически значимым обстоятельством для квалификации требования как текущего является момент возникновения обязательства, который нельзя отождествлять со сроком его исполнения. 

Поскольку хозяйственный оборот построен на принципе эквивалентного обмена ценностями, то обязанность по встречному предоставлению своей части обменной сделки возникает с момента принятия исполнения от контрагента. Поэтому в качестве текущих требований понимаются требования об оплате товаров, работ и услуг, поставленных, выполненных и оказанных (в том числе по периодам исполнения) после возбуждения дела о банкротстве (пункты 2, 3 Постановления № 63). 

Дату заключения договора, когда предоставление еще не получено, или срок исполнения обязанности по оплате полученного по договору предоставления, определенный календарной датой или истечением периода времени (статья 190 ГК РФ), впрочем, как и срок исполнения обязанности по поставке, нельзя отождествлять с датой возникновения обязательства. После истечения срока исполнения обязанности наступает неисправность должника по денежному обязательству, т.е. начинается просрочка исполнения. 

Таким образом, при рассмотрении исков о взыскании денежных средств, основанных на обязательствах, возникших до 01.04.2022, следует учитывать положения Постановления № 497, которым введен мораторий на период с 01.04.2022 по 01.10.2022 и должники освобождены от уплаты санкций за нарушение обязательства в период моратория. Если же иск основан на обязательстве, возникшем после 01.04.2022, обязательство для целей применения Постановления № 497 считается «текущим», и  санкции за его нарушение начисляются в обычном предусмотренном условиями обязательства порядке. 

В настоящем случае истцом начислен штраф на основании пункта 7.2.4 договора. Обязательство по поставке товара соответствующего условиям договора возникло до 01.04.2022, собственно поставка некачественного товара произведена 14.10.2021, в связи с чем подлежит применению мораторий.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что требования о взыскании штрафа в размере 88 500 руб. удовлетворению не подлежат.

В части требований истца о взыскании убытков суд пришел к следующим выводам. 

Судом установлено, что обязательство по поставке товара по указанному договору  не исполнено, что ответчиком не оспорено в ходе судебного разбирательства.

Истец заключил договор поставки № 4621 от 15.11.2021 с ООО «Лидер» на поставку товара – сосиски «Молочные» ТМ Дымов, код ОКПД2 10.86.10.612, количество 800 кг, цена за 1 кг 335 руб. НДС не облагается.

ООО «Лидер» также  подавал заявку вместе с ответчиком на участие в открытом  запросе ценовых предложений на право заключения договоров на поставку сосисок  для нужд ГАУЗ КОДКБ им. Ю.А. Атаманова, что отражено в протоколе №32110653468-01, договор был заключен с ответчиком как предложившим меньшую цену.

В период с 15.11.2021 по 22.02.2022 ООО «Лидер» произвел поставку товара на общую сумму 229 746,02 руб. (685 кг 809 гр.), что подтверждается  представленными в материалах дела УПД за указанный период, а также платежными поручениями об оплате поставленного товара истцом.

24.08.2022 договор поставки №46121 от 15.11.2021 с ООО «Лидер»  расторгнут по соглашению сторон.

Из положений пункта 1 статьи 520 ГК РФ следует, что если поставщик не поставил предусмотренное договором поставки количество товаров в установленный срок, покупатель вправе приобрести не поставленные товары у других лиц с отнесением на поставщика всех необходимых и разумных расходов на их приобретение. Исчисление расходов покупателя на приобретение товаров у других лиц в случаях их недопоставки поставщиком производится по правилам, предусмотренным пунктом 1 статьи 524 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 524 ГК РФ если в разумный срок после расторжения договора вследствие нарушения обязательства продавцом покупатель купил у другого лица по более высокой, но разумной цене товар взамен предусмотренного договором, покупатель может предъявить продавцу требование о возмещении убытков в виде разницы между установленной в договоре ценой и ценой по совершенной взамен сделке.

В силу пункта 1 статьи 393.1 ГК РФ в случае, если неисполнение или ненадлежащее исполнение должником договора повлекло его досрочное прекращение и кредитор заключил взамен его аналогичный договор, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары, работы или услуги по условиям договора, заключенного взамен прекращенного договора. 

По смыслу статьи 393.1 ГК РФ, пунктов 1 и 2 статьи 405 ГК РФ, риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

В пункте 13 Постановления № 7 разъяснено, что заключение замещающей сделки до прекращения первоначального обязательства не влияет на обязанность должника по осуществлению исполнения в натуре и на обязанность кредитора по принятию такого исполнения (пункт 3 статьи 308 ГК РФ). Кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценами в первоначальном договоре и такой замещающей сделке при условии, что впоследствии первоначальный договор был прекращен в связи с нарушением обязательства, которое вызвало заключение этой замещающей сделки.

При этом закон не ставит право кредитора на возмещение убытков, причиненных в связи с необходимостью совершения замещающей сделки, в зависимость от тождественности условий первоначального и замещающего договоров, поскольку кредитор вправе приобрести по аналогичной сделке сопоставимый товар, то есть товар пригодный к использованию с той же целью, которая предполагалась при первоначальной сделке.

Таким образом, в случае предъявления иска о взыскании убытков по замещающей сделке законодатель определил возможность взыскания с должника соответствующей денежной суммы на условиях замещающего договора (конкретные убытки).

Как следует из обстоятельств спора, истец определят размер причиненных ему убытков по конструкции конкретных убытков, одновременно предоставляя все необходимые для констатации данных убытков доказательства, в том числе договор, заключенный взамен прекращенного с ответчиком, доказательства его исполнения. Так, истец рассчитал размер убытков исходя из фактически поставленного товара по новому договору, в виде разницы между ценой, установленной в расторгнутом договоре, и ценой по новому договору.

Согласно представленному расчету размер убытков составляет 27 432,36 руб., исходя из следующего: 685,809 кг (фактически поставленный товар по договору поставки № 46121 от 15.11.2021) х 40 руб. (335 руб. – 295 руб. разница между ценой за 1 кг, установленной договором поставки №32110653468 от 12.10.2021, и ценой, установленной  договором поставки №46121 от 15.11.2021). 

Произведенный размер убытков суд считает обоснованным. Суд также учитывает, что по договору поставки №32110653468 от 12.10.2021, заключенному с ответчиком, в стоимость товара включен НДС 10%, тогда как по договору поставки            № 46121 от 15.11.2021, заключенному с ООО «Лидер», НДС не предусмотрен. При расчете убытков истец принимает для расчета стоимость товара по договору поставки №32110653468 от 12.10.2021 с учетом НДС, что не нарушает права ответчика, поскольку разница в цене тогда будет больше, кроме того, предъявить к возмещению НДС ответчик не может.

Ответчиком возражений по расчету не заявлено.

Доводы ответчика в части того, что  истец не предоставил ему право по замену товара и действиями по заключению договора с ООО «Лидер» истец способствовал по увеличению размера убытков, поскольку предмет договора поставки иной – более дорогостоящий продукт, судом отклонены как необоснованные в связи со следующим.

Поставка спорного товара произведена ответчиком 14.10.2021,  несоответствие товара условиям договора установлено протоколом испытаний от 01.11.2021, договор поставки с ООО «Лидер» заключен 15.11.2021, однако, на протяжении указанного периода времени ответчиком не были предприняты какие-либо действия по урегулированию спора.

Из пояснений истца следует, что продукт питания сосиски являются частью  лечебного питания, необходимого для восполнения энергетической ценности пациентов, в связи с чем необходимость в заключение договора поставки сохранилась.

Указанный продукт  утвержден Приказом  Минздрава России от 21.06.2013 №395н «Об утверждении норм  лечебного питания».

При этом, с учетом специфики деятельности истца договор поставки данного продукта должен был быть заключен в кратчайшие сроки, поскольку обеспечение пациентов соответствующими продуктами питания осуществляется ежедневно.

Истец был вправе купить аналогичный товар, а не тот же самый, тем более, что он не подходил по составу. 

Доводы ответчика о том, что товар, приобретенный по замещающей сделке не является сопоставимым, поскольку был приобретен товар с более высокими потребительскими качественными характеристиками судом отклоняется, поскольку закон не ставит право кредитора на возмещение убытков, причиненных в связи с необходимостью совершения замещающей сделки, в зависимость от тождественности условий первоначального и замещающего договоров, поскольку кредитор вправе приобрести по аналогичной сделке сопоставимый товар, то есть товар пригодный к использованию с той же целью, которая предполагалась при первоначальной сделке. Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.09.2019 № 305-ЭС19-7159, положения данных норм права содержат указание на сопоставимый товар, то есть товар, который должен быть близким по количественным, качественным и иным характеристикам по сравнению с товаром, предусмотренным расторгнутым договором, и приобретаться по разумной цене. Согласно положениям пункта 12 Постановления № 7 кредитором могут быть приобретены аналогичные товары или их заменители в той же или в иной местности и т.п.  В данном случае, как по первоначально сделке, так и замещающей приобретен товар – сосиски, то есть  является аналогичным и сопоставимым товаром - для использования в деятельности истца (питания пациентов).

Относительно разумности цены замещающего договора истцом представлены коммерческие предложения, как до этапа торгов, так и до заключения замещающего договора. Доказательств того, что замещающий договор заключен на условиях по цене, существенно отличающихся от среднерыночных, ответчик в материалы дела не представил.

Проверив представленный расчет, изучив и оценив в совокупности и взаимосвязи представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу об обоснованности требований истца в части взыскания убытков.  

С учетом частичного удовлетворения исковых требований в силу статьи 110 АПК РФ на ответчика подлежат отнесению расходы по уплате госпошлины в сумме 1 451  руб.  

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

удовлетворить исковые требования частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН 

<

***>) в пользу государственного автономного учреждения здравоохранения «Кузбасская областная детская клиническая больница имени Ю.А. Атаманова (ИНН 

<

***>) 38 314 руб. 81 коп. убытков, 1 451 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

В остальной части иска отказать.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области.

 

             Судья                                                                                             Ю.С. Камышова