Именем Российской Федерации

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТУЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ

300041 Россия, 

<

...>

тел. 

<

***>, E-mail: info@tula.arbitr.ru, http://www.tula.arbitr.ru

 

Р Е Ш Е Н И Е

г. Тула                        Дело № А68-9076/2021

Резолютивная часть решения объявлена 11 апреля 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 18 апреля 2022 года.

Арбитражный суд Тульской области в составе:

судьи Заботновой О.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания                   ФИО1,

рассмотрел в судебном заседании дело по исковому заявлению (с учетом уточнения) общества с ограниченной ответственностью "Зингер Спб" ИНН (

<

***>) ОГРН (

<

***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 ИНН (

<

***>) ОГРН (

<

***>) о взыскании компенсации в размере 120 000 руб., третьи лица: ООО «Медсервис» (ИНН 

<

***>), ООО «Плант» (ИНН 

<

***>), ООО «Бриз» (ИНН 

<

***>), 

при участии в судебном заседании:

от истца: не явились, извещены,

от ответчика: ФИО3 представитель по доверенности от 17.04.2021,

от третьих лиц: не явились, извещены.

Общество с ограниченной ответственностью "Зингер Спб" (далее – ООО "Зингер Спб") обратилось в Арбитражный суд Тульской области с исковым заявлением (с учетом уточнения) к индивидуальному предпринимателю индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ИП ФИО2) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060 в размере 120 000 руб., судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 2 000 руб. и судебных издержек в сумме 5 531 руб., состоящих из расходов на приобретение спорного товара в размере 220 руб., расходов на получение выписки из ЕГРИП в размере 200  руб. и почтовых расходов в размере 111 руб., 5000 руб. - расходы на фиксацию нарушения прав.

Истец в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен о начале судебного процесса с его участием, а равно о времени и месте рассмотрения дела, в том числе путем публичного уведомления на официальном сайте Арбитражного суда Тульской области в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Ответчик в представленном суду отзыве возражал против удовлетворения заявленных требований, указал, что не признает факт нарушения им исключительных прав, так как товар был закуплен им у производителя – ООО «Плант», входящего в группу компаний «ZINGER»; ходатайствовал о произведении расчета с учетом способов фактического использования ответчиком обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, с учетом количества классов Международной классификации товаров и услуг, в отношении которых ответчиком осуществлено использование товарного знака.

Третьи лица представителей в судебное заседание не направили, о времени и месте  судебного заседания извещены надлежащим образом.

Принимая во внимание наличие надлежащего уведомления лиц, участвующих в деле, основываясь на положениях части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца и третьих лиц.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы ответчика, суд

установил:

ООО «Зингер Спб» является правообладателем товарного знака № 266060 в виде словесного обозначения «ZINGER», дата регистрации 26.03.2004, дата, до которой продлен срок действия исключительного права 13.08.2023, правовая охрана предоставлена в отношении товаров 06, 08, 14, 21, 26, 35, 42 класса МКТУ, включающего, в том числе, пинцеты (представлено в электронном виде).

Истцом была организована закупка спорного товара у ответчика, а именно: 09.12.2020 в торговой точке ИП ФИО2, расположенной по адресу: 301607, 

<

...>, магазин «Товары для дома», приобретен товар - маникюрные инструменты, на упаковке которого имеется надпись «ZINGER», сходная до степени смешения с товарным знаком № 266060.

Факт покупки подтверждается представленным в материалы дела кассовым чеком от 09.12.2020 на сумму 220 руб., содержащими сведения о денежной сумме, уплаченной за товар, дате заключения договора розничной купли-продажи, сведения о продавце (наименование, ИНН), а также представленным истцом видеоматериалом, на котором зафиксирован процесс покупки спорного товара.

Истец, полагая, что ответчиком нарушено исключительное право ООО "Зингер Спб" на объекты интеллектуальных прав, направил в адрес ИП ФИО2 02.04.2021г. претензионное письмо с требованием об оплате компенсации за незаконное использование товарных знаков.

Направленная претензия, содержала описание фактических обстоятельств: место и время нарушения, объект, и требование о выплате компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки.

В связи с тем, что требования ООО "Зингер Спб" не были удовлетворены ИП ФИО2 в добровольном порядке, истец обратился в арбитражный суд с соответствующим иском (с учетом уточнения) о взыскании с ответчика в пользу истца 120 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №266060.

Оценив представленные доказательства и доводы сторон, арбитражный суд находит заявленные требования подлежащими удовлетворению частично. При этом суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе, товарные знаки и знаки обслуживания.

Интеллектуальная собственность охраняется законом.

Согласно части 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481).

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2 статьи 1481 ГК РФ).

Как следует из положений статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно пункта 5 Справки о некоторых вопросах, связанных с практикой рассмотрения Судом по интеллектуальным правам споров по серийным делам о нарушении исключительных прав, утвержденной постановлением Президиума Суда по интеллектуальным правам от 29.04.2015 № СП-23/29, товарный знак может быть использован как при его нанесении на товар, так и при изготовлении самого товара в виде товарного знака.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, выполнении работ, оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Из содержания указанных норм права следует, что использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица. Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходным с ним до степени смешения обозначением, используемых без разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак.

Незаконное размещение товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения на товарах, этикетках, упаковках товаров, в силу части 1 статьи 1515 ГК РФ, свидетельствует об их контрафактности.

В рассматриваемом случае истец является правообладателем исключительного права на товарный знак №266060. 

Истцом была организована закупка спорного товара у ответчика, а именно: 09.12.2020 в торговой точке ИП ФИО2, расположенной по адресу: 

<

...>, магазин «Товары для дома», приобретен товар – маникюрный инструмент, на упаковке которого имеется надпись «ZINGER», сходная до степени смешения с товарным знаком № 266060.

Факт продажи спорного товара подтверждается кассовым чеком от 09.12.2020г. на сумму 220 руб., а также DVD-R с записанным видеофайлом момента закупки.

Представленный в материалы дела кассовый чек, содержит наименование продавца – ИП ФИО2, дату покупки, стоимость товара, реквизиты аналогичны чеку, зафиксированному на видеозаписи факта реализации спорного товара.

Указанный ИНН в чеке соответствует ИНН, указанному в выписке из единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей в отношении ИП ФИО2

С учетом изложенного, покупка товара оформлена в соответствии с требованиями статьи 493 ГК РФ.

Доказательств приобретения истцом у ответчика иного товара, чем приобщенный товар к делу в качестве вещественного доказательства, ответчиком не представлено.

Представленная истцом видеозапись исследована судом, и установлено, что представителем истца в торговой точке ответчика, 09.12.2020г. совершена покупка товара – маникюрный инструмент (ножницы). На видеосъемке зафиксирован факт передачи продавцом указанного товара вместе с  кассовым чеком.

На упаковке приобретенных в торговой точке ответчика, маникюрного инструмента, имеются идентифицирующие признаки, идентичные тем, что расположены на товаре, приобщенном к материалам дела.

Видеозапись процесса закупки, при непрерывающейся съемке, отчетливо фиксируют обстоятельства заключения договора розничной купли-продажи (процесс выбора покупателем приобретаемого товара, оплату товара и выдачу продавцом чека).

В пункте 6 Информационного письма от 13.12.2007 N 122 Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности" указано, что доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания, контрафактный диск с записью и отличающийся от лицензионного диска внешним видом обложки и наклейки на диск, отсутствием средств индивидуализации, сведений о правообладателе и производителе.

С учетом указанных разъяснений доказательством незаконного распространения контрафактной продукции может быть как одно из перечисленных доказательств, признаваемых в качестве допустимых, так и их совокупность.

Часть 2 статьи 89 АПК РФ устанавливает, что к доказательствам в виде иных документов и материалов относятся материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном данным Кодексом.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения (статья 152.1 ГК РФ) и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права.

В силу статей 12, 14 ГК РФ, части 2 статьи 64 АПК РФ осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Следовательно, видеозапись может рассматриваться как дополнительное доказательство совершения сделки розничной купли-продажи спорного товара в совокупности с другими доказательствами.

Суд не усмотрел нарушений законодательства при получении названного доказательства, в связи с чем в силу части 3 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанное доказательство не может быть признано судом недопустимым и ненадлежащим.

Таким образом, факт реализации спорного товара ответчиком подтвержден совокупностью представленных в материалы дела доказательств (видеозаписью, кассовым чеком, приобретенным товаром).

Предприниматель в материалы дела не представил документы, подтверждающие, что товар с указанными выше товарными знаками введен в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем указанных товарных знаков или с его согласия.

Доводы ответчика о том, что он осуществлял реализацию оригинальной продукции, которую приобретал у ООО «Медсервис», те в свою очередь у ООО «Бриз», а ООО «Бриз» у  производителя – ООО «Плант», входящего в группу компаний «ZINGER»,  отклоняются судом, поскольку из представленных договоров поставки, товарных накладных не представляется возможным отследить, что именно маникюрный инструмент-ножницы, приобретенные истцом 09.12.2020г. в магазине у ответчика, поставлялись именно от ООО «Плант», т.к. в товарной накладной указано - ножницы (руч. заточка) zN 105S, однако на упаковке маникюрного инструмента – ножниц не имеется номерного идентификатора zN 105S.

Кроме того, на видеозаписи представленной истцом, усматривается, что у ответчика имелось в наличии на момент покупки несколько видов маникюрных инструментов – ножниц «ZINGER».

Судом у ООО «Плант» неоднократно запрашивались документы, подтверждающие договорные отношения с ООО «Бриз», факт поставки в адрес ООО «Бриз» ножниц  TM ZINGER арт. zN 105S, а также лицензионный договор и иные документы, подтверждающие право на использование товарного знака № 266060, однако, данные доказательства третьим лицом в материалы дела не представлены.

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между использованным обозначением и товарным знаком следует исходить из норм Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 N 482.

В соответствии с пунктом 41 указанных Правил обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам (пункт 42 Правил).

Изобразительные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы. Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании сравнения внешней формы, наличия или отсутствия симметрии, смыслового значения, вида и характера изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное), сочетания цветов и тонов (пункт 43 правил).

Таким образом, применительно к рассматриваемому спору необходимо установить степень тождественности или схожести обозначения с охраняемым товарным знаком.

В соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на полном объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, с учетом их относимости, допустимости, достоверности, а также достаточности и взаимосвязанности.

В пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122, разъяснено, что вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, разъяснено, что при выявлении сходства до степени смешения обозначений учитывается общее впечатление, которое они производят (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10, для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. 

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Судом установлено, что при визуальном осмотре и сравнении приобретенного в качестве вещественного доказательства товара с товарным знаком, права истца на который охраняется законом, суд пришел к выводу, что словесное обозначение «ZINGER» на упаковке спорного товара является тождественным со словесным  товарным знаком истца № 266060.  

Разрешение на такое использование товарных знаков правообладателя путем заключения соответствующих договоров ответчик не получал, следовательно, их использование ответчиком в своей коммерческой деятельности, в частности, при продаже товара, в предложениях о продаже товара, осуществлено незаконно - с нарушением исключительных прав правообладателя. 

Указанное обстоятельство позволяет сделать вывод о том, что товар, реализованный ответчиком, был введен в гражданский оборот без разрешения правообладателя товарных знаков, и соответственно обладает признаками контрафактности. 

Предложение к продаже и реализации ответчиком контрафактного товара, маркированного товарным знаком №266060, нарушает исключительное право истца на указанный товарный знак. 

Реализованный ответчиком товар: маникюрный инструмент (ножницы) «Zinger» - является маникюрным инструментом неизвестного происхождения и состава, не имеющими подтверждения безопасности продукции и оказывающими влияние на здоровье покупателей, что, в том числе, негативно влияет на репутацию правообладателя товарных знаков.

Ответчик, являясь профессиональным участником гражданских правоотношений, обязан был удостовериться, что реализуя товар под определенным наименованием, не нарушает исключительных прав третьих лиц.

При таких обстоятельствах факт нарушения ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав подтвержден.

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Истцом заявлено требование о взыскании компенсации за допущенное ответчиком нарушение в размере 120 000 руб. (двукратный размер квартальной платы за использование спорного товарного знака на территории Российской Федерации любыми предусмотренными законом способами в отношении всех товаров и услуг, для которых этот товарный знак зарегистрирован).

Размер компенсации определен истцом в соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Как разъяснено в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

В случае, если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); иные обстоятельства.

В связи с этим арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего объекта исключительных прав тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10, истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Оспаривая произведенный истцом расчет компенсации за нарушение исключительного права, ответчик обращал внимание на то, что он произведен без учета способов фактического использования ответчиком обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, без учета количества классов Международной классификации товаров и услуг, в отношении которых ответчиком осуществлено использование товарного знака.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, императивно определена законом, доводы ответчика, если таковые имеются, о несогласии с расчетом размера компенсации, заявленным истцом, могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права.

При этом определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 АПК РФ.

Установленная судом на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, стоимость, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного объекта, в двукратном размере составляет компенсацию, подлежащую взысканию за соответствующее нарушение. Определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием не может рассматриваться как снижение размера компенсации, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом.

Так, представление лицензионного договора либо иных договоров не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм статей 1301, 1311, 1406.1, пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование.

Проанализировав условия представленного истцом в материалы дела лицензионного договора о предоставлении права использования товарного знака, заключенного 26.02.2019 ООО «ЗИНГЕР СПб» и ООО «Глобал», суд установил, что истцом ООО «Глобал» предоставлено право на использование товарного знака по свидетельству РФ № 266060 любым способом по своему усмотрению, в том числе путем его размещения на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Кроме того, по указанному лицензионному договору предоставлено право на использование товарного знака № 266060 в отношении всех товаров 06, 08, 14, 21, 26 классов и услуг 35, 42 классов Международной классификации товаров и услуг.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что фактически ответчик использовал товарный знак истца, предлагая к продаже спорный товар, на котором размещено обозначение, тождественное товарному знаку истца, путем его размещения на витрине, тем самым, осуществляя также хранение спорного товара, а также осуществил реализацию этого товара.

Указанные способы использования перечислены в подпункте 1 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ и подпунктах 1.3.1, 1.3.4 лицензионного договора от 26.02.2019, при этом в пункте 2 статьи 1484 ГК РФ и пункте 1.3 лицензионного договора перечислено 5 способов использования товарного знака.

При определении размера компенсации суд учитывает количество способов, которыми ответчик использовал товарный знак истца, по сравнению с количеством способов использования по лицензионному договору, количество классов Международной классификации товаров и услуг, в отношении которых товарный знак незаконно использовался ответчиком по сравнению с количеством классов Международной классификации товаров и услуг, в отношении которых этот знак зарегистрирован и предоставлено право его использования по лицензионному договору, в связи с чем установил, что размер вознаграждения в рассматриваемом случае составляет 20 571 руб. 44 коп., исходя из расчета: 60 000 руб. / 7 (количество классов Международной классификации товаров и услуг, в отношении которых зарегистрирован товарный знак) * 3 (количество классов Международной классификации товаров и услуг, в отношении которых ответчиком осуществлено использование товарного знака) / 5 способов использования товарного знака, перечисленных в лицензионном договоре от 26.02.2019 * 2 (количество способов использования товарного знака, перечисленных в лицензионном договоре от 26.02.2019, в отношении которых ответчиком осуществлено использование товарного знака)*2 (двукратный размер стоимости права использования)).

С учетом изложенного, заявленные истцом требования о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака № 266060 подлежат удовлетворению в размере 20 571 руб. 44 коп.

Довод ответчика о том, что двукратная стоимость использования товарного знака должна составлять 1 142,86 руб. (20 000 руб. (стоимость вознаграждения за месяц) /7 х 5 ꞊ 571,43 руб. х 2), не принимается судом во внимание, поскольку стоимость лицензионного пользования не сопряжена каким-либо образом со сроком предложения (использования) товара к продаже, то есть лицензиат по спорному договору заплатит квартальную стоимость лицензии вне зависимости от того сколько товара он реализовал и в какой период (1 день, неделя, месяц и т.д.), от времени хранения товара и прочее. 

Кроме того, суд отмечает, что заключение лицензионного договора на один день либо месяц очевидно не соответствует сложившейся хозяйственной практике заключения лицензионных договоров, которая ориентирована на формирование достаточно длительных, устойчивых правоотношений между лицензиаром и лицензиатом.

Предлагаемый предпринимателем подход к установлению цены, которая при сравнимых условиях взыскивается за правомерное использование объектов интеллектуальной собственности, не отвечает смыслу правового регулирования интеллектуальной собственности и не соответствует сложившейся правоприменительной практике.

Взыскание компенсации в предложенном ответчиком размере не покрывает затраты правообладателя на защиту своего исключительного права, не соответствует требованиям справедливости, равенства и соблюдения баланса прав и законных интересов сторон. Подобная ситуация противоречит пункту 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения, и фактически препятствует правообладателю защищать свое нарушенное право в судебном порядке.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика судебных издержек: 220 руб. - расходы по приобретению вещественного доказательства, 111 руб. - расходы по оплате почтовых услуг, 200 руб. - расходы за заказ выписки из ЕГРИП, 5 000 руб. – расходы по фиксации правонарушения.

Статьей 112 АПК РФ установлено, что вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В силу статьи 106 АПК РФ, к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (части 1, 2 статьи 110 АПК РФ).

Кроме того, согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, также могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Исходя из взаимосвязи статьи 106 АПК РФ с положениями статей 64, 65 АПК РФ, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (данная правовая позиция выражена в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014                № 2186-О, от 04.10.2012 № 1851-О).

Требования истца о взыскании судебных расходов - стоимости контрафактного товара в размере 150 руб., судебных расходов на оплату почтового отправления искового заявления и претензии в размере 111 руб., расходы за заказ выписки из ЕГРИП в размере 200 руб., расходы на фиксацию правонарушения в размере 5 000 руб. обоснованы и документально подтверждены.

Учитывая изложенное, принимая во внимание результат рассмотрения дела, судебные издержки подлежат взысканию с ответчика пропорционально размеру удовлетворенных требований  - почтовые расходы – 19 руб. 98 коп., расходы на приобретение вещественных доказательств – 39 руб. 60 коп., расходы на получение выписки из ЕГРИП в размере 36 руб. расходы по фиксации правонарушения в размере 900 руб.

В остальной части требования удовлетворению не подлежат.

На основании статьи 110 АПК РФ государственная пошлина в размере 828 руб. подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

В пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» даны разъяснения о том, что в тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объеме ввиду действия отсрочки, рассрочки по уплате госпошлины, увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании неуплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается судом исходя из следующих обстоятельств.

Государственная пошлина в размере 2 600 руб. относится на истца и подлежит взысканию в доход федерального бюджета 

Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Зингер Спб» удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Зингер Спб» компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060 в размере 20 571 руб. 44 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 828 руб.; расходы по восстановлению нарушенного права в размере стоимости вещественного доказательства в размере 39 руб. 60 коп., почтовые расходы в размере 19 руб. 98 коп., расходы по получению выписки из ЕГРИП в размере 36 руб. 00 коп., расходы по фиксации правонарушения в размере 900 руб. 00 коп.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Зингер Спб» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 2 600 руб.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Двадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Тульской области.

Судья                                                                                             О.М. Заботнова