АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

22 июня 2023 года

Дело №

А56-123394/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Бычковой Е.Н., Казарян К.Г.,

рассмотрев 15.06.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ЗОЛОТОЕ СОБРАНИЕ» ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.12.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2023 по делу № А56-123394/2019,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.12.2019 принято к производству заявление акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» (далее – Банк) о признании общества с ограниченной ответственностью «ЗОЛОТОЕ СОБРАНИЕ», адрес: 196105, Санкт-Петербург, Кузнецовская ул., д. 52, корп. 8, лит. Ж, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 02.07.2020 заявление Банка признано обоснованным, в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1.

Решением от 29.11.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Конкурсный управляющий 18.11.2021 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7. 

Определением арбитражного суда от 28.02.2022 заявление принято к производству, предварительное судебное заседание по рассмотрению заявления конкурсного управляющего назначено на 22.04.2022. 

В судебном заседании 22.04.2022 ФИО7 представил копию свидетельства о смерти ФИО2 

Определением от 22.04.2022 суд привлек к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно его предмета, ФИО8 – финансового управляющему имуществом ФИО3 (дело № А56-23731/2021) и имуществом ФИО4 (дело № А56-23692/2021). 

Определением от 01.12.2022 суд признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановил до произведения расчетов с конкурсными кредиторами Общества, в удовлетворении остальной части заявленных требований отказал.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2023 определение от  01.12.2022 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 оставлено без изменения, а в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 отменено,  производство по заявлению в этой части прекращено.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить определение от 01.12.2022 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, постановление от  22.03.2023 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и прекращения производства в указанной части, в этой части просит оставить в силе определение от 01.12.2022, а также привлечь к субсидиарной ответственности солидарно ФИО2 и ФИО3

Податель жалобы указывает на то, что смерть лица, виновного в наступлении банкротства должника, не освобождает его от ответственности. Для реализации права кредитора на судебную защиту не имеет значения момент предъявления и рассмотрения иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности: до или после его смерти. В последнем случае иск подлежит предъявлению либо к наследникам, либо к наследственной массе и может быть удовлетворен только в пределах стоимости наследственного имущества.

По мнению ФИО1, апелляционный суд неправомерно отменил определение суда первой инстанции в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности и прекратил производство в этой части, так как в отсутствие наследников иск может быть предъявлен к наследственной массе гражданина.

В части отказа в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО9 судами первой и апелляционной инстанций не принято во внимание установленное судами по уголовным делам обстоятельство, ФИО9 являлся фактическим бенефициаром обществ с ограниченной ответственностью «Славна», «Гостиница Новгородская», «ЛТ-Строй», «Казначейская» и Общества, на что прямо указано на стр. 11 приговора Новгородского районного суда от 29.11.2021 по делу № 1-396/2021, вынесенного в отношении ФИО10.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы. 

По общему правилу арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражными судами первой и апелляционной инстанций, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы (часть 1 статьи 286 АПК РФ).

Ввиду того, что суд апелляционной инстанции изменил определение суда первой инстанции от 01.12.2022, то предметом кассационного пересмотра является постановление апелляционного суда от 22.03.2023.

Законность постановления от 22.03.2023 проверена в кассационном порядке.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 286 и 287 АПК РФ правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, суд кассационной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

        Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены главой III.2. Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве),

В соответствии со статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям») в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений Закона о банкротстве указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения. Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно. Заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, а также заявление о возмещении должнику убытков, причиненных ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления), по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника.

В пункте 16 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) указано, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.); дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. (абзац второй пункта 16 Постановления № 53).

Необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является наличие причинно-следственной связи между использованием со стороны ответчика своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при условии, если имеется вина ответчика в банкротстве должника.

Наличие причинной связи между обязательными указаниями, действиями названных лиц и фактом банкротства должника с учетом распределения бремени доказывания, установленного в статье 65 АПК РФ, подлежит доказыванию лицом, обратившимся с требованиями в суд.

Исследовав доводы жалобы, суды не установили оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника либо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Суды первой и апелляционной инстанций, проанализировав обстоятельства, с которыми конкурсный управляющий связывал наличие оснований для того, чтобы считать ФИО3 контролирующим должника лицом, констатировали необоснованность этих обстоятельств. 

Из материалов дела не усматривается, что именно действия ФИО3 привели к наступлению объективного банкротства Общества, существенным затруднениям в проведении процедуры его банкротства и формированию конкурсной массы.

В деле отсутствуют доказательства того, что названное лицо давало обязательные для должника указания либо являлось номинальным руководителем. 

В рамках уголовных дел ФИО3 проходит как лицо, которое, будучи знакомым с ФИО10 – бывшим директором Новгородского регионального филиала Банка содействовал ФИО2 через цепочку сделок с использованием различных схем вывести, легализовать и в дальнейшем присвоить похищенные из Новгородского регионального филиала Банка 100 000 000 руб., поступившие на счет Общества.

Как установлено судом первой инстанции, именно ФИО2 как лицо, контролировавшее должника, после получения денежных средств мошенническим путем вывела их через иные подконтрольные ей же общества.

В этой связи и в рамках уголовных дел и при рассмотрении настоящего заявления ФИО3 выступал лишь пособником, но не лицом контролирующим должника.

С учетом изложенного в отсутствие доказательств наличия у ФИО3 статуса лица, контролирующего должника, суды пришли к верному выводу о том, что он не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Конкурсный управляющий настаивал на привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, которая с 21.10.2013 по день смерти (06.06.2020) являлась единственным участником и директором должника.

В силу пункта 2 статьи 17 ГК РФ правоспособность гражданина прекращается его смертью.

Обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника (пункт 1 статьи 418 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1110 ГК РФ при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил этого Кодекса не следует иное.

Положениями статьи 1112 ГК РФ предусмотрено, что в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается указанным Кодексом или другими законами.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что имущественные права и обязанности не входят в состав наследства, если они неразрывно связаны с личностью наследодателя, а также если их переход в порядке наследования не допускается ГК РФ или другими федеральными законами. В частности, в состав наследства не входят: право на алименты и алиментные обязательства, права и обязанности, возникшие из договоров безвозмездного пользования, поручения, комиссии, агентского договора.

По смыслу норм гражданского законодательства, действительно, деликтные обязательства (из причинения вреда) не прекращаются смертью должника, а переходят в порядке процессуального правопреемства к наследникам в пределах наследственного имущества.

Субсидиарная ответственность подразумевает возложение на ответчиков негативных последствий имущественного характера в связи с невозможностью удовлетворения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) контролирующего должника лица.

При субсидиарной ответственности (в отличие от обязательств из причинения вреда) существует неопределенность в отношении вреда, его размера, фигуры потерпевшего, причинно-следственной связи, оснований для вывода о противоправности, вины.

Суд первой инстанции установил, что в связи со смертью 06.06.2020 ФИО2 нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО11 открыто наследственное дело № 194/2020, на 01.12.2022 – дату вынесения определения лиц, принявших наследство нет, о фактическом принятии наследства нотариусу неизвестно, свидетельства о праве на наследство не выдавались. 

Таким образом, суд первой инстанции на дату судебного заседания установил, что в отношении контролирующего должника лица (ФИО2) наследники отсутствуют. Документы, свидетельствующие об обратном в материалы дела не представлены.

В соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что после смерти гражданина, являющегося стороной в деле, спорное правоотношение не допускает правопреемства.

Полученные от нотариуса сведения указывают на смерть бывшего руководителя Общества ФИО2, а также на отсутствие наследников.

Таким образом, с учетом факта смерти ФИО2 и отсутствия у нее наследников, принявших наследство, апелляционный суд пришел к верному выводу о том, что производство по заявлению о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника подлежит прекращению по основаниям, предусмотренным пунктом 6 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции исследовал материалы дела полно, всесторонне и объективно. Представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованном судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

Оснований для отмены обжалованного судебного акта с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов не имеется.

Несогласие заявителя с выводами судебных инстанций, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не свидетельствуют о наличии в принятых судебных актах существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или о допущенной судебной ошибки.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 288 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не допущено.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2023 по делу № А56-123394/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ЗОЛОТОЕ СОБРАНИЕ» ФИО1 - без удовлетворения.

 

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

Е.Н. Бычкова

К.Г. Казарян