ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-4413/2019-28

02 марта 2022 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     22 февраля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  02 марта 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Сотова И.В.

судей  Аносовой Н.В., Герасимовой Е.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1, 

без участия представителей сторон, надлежаще извещенных; 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-1358/2022) ООО «ГазПроф» на определение Арбитражного суда Калининградской области от 29.12.2021 по делу № А21-4413-28/2019, принятое 

по заявлению конкурсного управляющего ООО «РГК» 

к ООО «ГазПроф» 

об оспаривании сделок  должника в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «РГК» (адрес: 236011, Калининград, Тихорецкий тупик, дом 2А, литера М, ОГРН 

<

***>), 

третье лицо: администрация Гвардейского Муниципального округа,  

 

установил:

Определением Арбитражного суда Калининградской области (далее – арбитражный суд) от 10.04.2019 к производству суда принято заявление ПАО «Банк «Санкт-Петербург» о признании ООО «Региональная газовая компания» (далее – ООО «РГК», должник, Общество) несостоятельным (банкротом).  

Определением арбитражного суда от 21.10.2019 заявление ПАО «Банк «Санкт-Петербург» признано обоснованным; в отношении ООО «Региональная газовая компания» введена процедура наблюдения; временным управляющим утверждён ФИО2 (далее – ФИО2).

Решением арбитражного суда от 28.02.2020 ООО «РГК» признано несостоятельным (банкротом); в отношении должника открыта процедура конкурсного производства; исполняющим обязанности конкурсного управляющего также утвержден ФИО2, который определением от 21.05.2020 утверждён конкурсным управляющим.

02.07.2020 конкурсный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договоров цессии от 25.06.2018 № 02/07/2018, от 20.07.2018 № 03/07/2018, от 31.07.2018 № 04/07/2018, от 13.08.2018 № 05/07/2018, от 30.08.2018 № 06/07/2018, от 07.09.2018 № 07/07/2018, от 29.10.2018  № 08/07/2018, от 02.11.2018 № 09/07/2018, от 22.11.2018                               № 10/07/2018, от 28.11.2018 № 11/07/2018, от 03.12.2018 № 12/07/2018, от 13.12.2018  № 13/07/2018, от 27.02.2019 № 14/07/2018 и от 22.04.2019 № 15/07/2018,  заключенных между ООО «ГазПроф» (далее – ответчик) и должником, а также о применении последствий недействительности сделок.

К участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Администрация муниципального образования «Гвардейский городской округ» (далее – Администрация).

Определением арбитражного суда от 15.09.2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2020, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо–Западного округа от 13.04.2021 определение арбитражного суда от 15.09.2020 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2020 отменены; дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Калининградской области.

При новом рассмотрении спора определением арбитражного суда от 29.12.2021 заявленные требования удовлетворены в полном объеме, в т.ч. применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в пользу должника 37 274 554 руб. и восстановления задолженности последнего перед ООО «ГазПроф» в размере 110 000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «ГазПроф» подало апелляционную жалобу, в которой просит определение суда отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать, мотивируя жалобу неполным выяснением судом обстоятельств, имеющих значение для дела, а также нарушением норм материального и процессуального права, и ссылаясь на недоказанность заявителем условий для признания оспариваемых сделок недействительными по пунктам 1 и 2 статьи 61.2 и пунктам 2 и 3 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).

Податель жалобы указывает, что в материалы настоящего дела не представлено доказательств осведомленности ответчика о признаках неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемых сделок и – как следствие – наличия у ООО «ГазПроф» цели причинения вреда кредиторам, как не представлено и доказательств  уменьшения стоимости и/или размера имущества должника в результате совершения оспариваемых сделок, при том, что на момент их совершения должник находился в стабильном финансовом положении и имел действующие контракты по строительству газопровода. 

Применительно к доводам о недоказанности заявителем факта совершения сделок с предпочтением ответчик указывает, что наличие в общем доступе на момент заключения оспариваемых договоров цессии сведений о принятых в отношении должника судебных актах о взыскании с него задолженности, не свидетельствует о неблагополучном финансовом состоянии должника, поскольку ответчик не мог предполагать, что бывший руководитель должника ФИО3 может злоупотреблять своими правами и не производить оплату по исполнительным производствам, возбужденным на основании судебных решений. При этом, по мнению подателя жалобы, ФИО3 не доводил до сведения руководителя ООО «ГазПроф» информацию о наличии этих исполнительных производств. 

Кроме того, апеллянт считает, что наличие кредиторской задолженности при осуществлении предпринимательской деятельности является обычным явлением и это соответствует условиям делового оборота, а кроме того, по мнению ответчика, само по себе наличие в общем доступе сведений о наличии у должника задолженности не означает, что все кредиторы должны знать об этом. 

В этой связи, заявитель полагает, что суд первой инстанции неправомерно не принял во внимание добросовестность ответчика как участника гражданского оборота и надлежащее исполнение им договора субподряда с целью строительства социально значимого объекта — газопровода.

Помимо этого, апеллянт не согласен с выводами суда первой  об аффилированности  должника и ответчика, поскольку, как указывает податель жалобы,  ООО «ГазПроф», ООО «РГК» и ООО «БИК- Калининград» не входят в одну  группу компаний, не имеют общего конечного бенефициара, не контролируются одним лицом и не являются заинтересованными лицами по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

Также ответчик полагает, что деятельность ООО «БИК-Калининград» не имеет правового значения для рассмотрения настоящего обособленного спора, поскольку указанное юридическое лицо не является его стороной и участником оспариваемых сделок.

Кроме того, податель жалобы не согласен с выводом суда первой инстанции о совершении оспариваемых сделок без предоставления равноценного встречного исполнения, в результате чего, по мнению управляющего, должник лишился денежных средств, за счет которых могли быть произведены расчеты с кредиторами. В этой связи, по мнению апеллянта, судом не принято во внимание то обстоятельство, что оспариваемыми договорами цессии фактически установлен порядок расчетов должника с субподрядчиком ООО «ГазПроф», а встречным исполнением со стороны ООО «ГазПроф» являлось выполнение работ по договору строительного подряда № 1-СП от 26.06.2018, то есть указанное в договорах цессии денежное выражение уступаемой части прав равноценно стоимости работ, выполненных субподрядчиком, и произведенной Администрацией оплате.

Конкурсный управляющий представил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения. 

21.02.2022 в суд апелляционной инстанции поступили ходатайства Администрации и ООО «ГазПроф» об отложении судебного заседания, в которых указанные лица сослались на невозможность личного участия их представителей в судебном заседании ввиду наличия у них признаков заболевания коронавирусной инфекцией. 

В ходатайстве Администрация также поддержала доводы апелляционной жалобой ответчика, в связи с этим полагала, что определение суда подлежит отмене. 

Рассмотрев ходатайства Администрации и ООО «ГазПроф» об отложении судебного заседания, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), протокольным определением отказал в их удовлетворении, с учетом объема представленных сторонами в дело доказательств, а также исходя из того, что указанные в ходатайстве причины (наличие заболевания), во-первых, документально не подтверждены, а во-вторых, сами не свидетельствуют о наличии условий для отложения судебного разбирательства, при том, что явка указанных лиц не признана судом обязательной, а заявителями не обоснована невозможность участия в судебном заседании посредством использования сервиса «Онлайн – заседание», через другого представителя, а также невозможность в этой связи представить все необходимые документы, ходатайства и пояснения заблаговременно до судебного заседания.

С учетом изложенного, в соответствии со статьей 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, Администрация (муниципальный заказчик), Общество (генеральный подрядчик) и МБУ МО «Гвардейский городской округ» «ТехКонтрольСтрой» (заказчик, далее – Учреждение) 16.05.2017 заключили муниципальный контракт № 0135300010017000010-0196004-02 (далее – контракт) на выполнение работ на объекте «Строительство газопровода низкого и среднего давления в городе Гвардейске Калининградской области 2-й этап» (далее – Объект).

Согласно пункту 1.1 контракта, муниципальный заказчик поручает, а генеральный подрядчик принимает на себя обязательства выполнить работы на Объекте. 

В соответствии с пунктом 1.3 контракта муниципальный заказчик обязуется оплатить выполненные генеральным подрядчиком работы по контракту. Срок выполнения работ – не позднее 30.04.2018. Срок ввода Объекта в эксплуатацию – не позднее 31.05.2018. В соответствии с пунктами 3.1, 3.2 контракта стоимость составляет 55 861 770 руб.

В этой связи Общество (генеральный подрядчик) и ООО «ГазПроф» (субподрядчик) 26.06.2018 заключили договор строительного подряда № 1-СП, согласно пункту 1.2 которого генеральный подрядчик поручает, а субподрядчик принимает на себя обязательства по выполнению работ по строительству Объекта.

В материалах дела имеется акт приемки законченного строительством Объекта от 02.08.2019 (2-я и 3-я очереди) и акт приемки законченного строительством Объекта от 24.12.2018 (1-я очередь). Согласно акту от 24.12.2018, работы на Объекте выполнялись в период с 04.07.2017 по 29.11.2018 (т. 12, л.д. 61, 62).

ООО «ГазПроф», ссылаясь на выполнение работ на Объекте своими силами и средствами, представило суду документы, которые, по мнению ответчика, подтверждают выполнение работ на Объекте в период с 20.07.2018 по 22.04.2019.

Также Общество (цедент) и ООО «ГазПроф» (цессионарий) заключили следующие договоры цессии (уступки части права требования): № 02/07/2018 от 25.06.2018, № 03/07/2018 от 20.07.2018, № 04/07/2018 от 31.07.2018, № 05/07/2018 от 13.08.2018, № 06/07/2018 от 30.08.2018, № 07/07/2018 от 07.09.2018, № 08/07/2018 от 29.10.2018, № 09/07/2018 от 02.11.2018, № 10/07/2018 от 22.11.2018, № 11/07/2018 от 28.11.2018, № 12/07/2018 от 03.12.2018,  № 13/07/2018 от 13.12.2018, № 14/07/2018 от 27.02.2019 и № 15/07/2018 от 22.04.2019 (далее – договоры цессии).

По указанным договорам цессии ООО «ГазПроф» получило от Общества права требования оплаты выполненных для Администрации работ по контракту за период с 22.12.2017 по 20.04.2019.

Кроме того, Общество и ООО «ГазПроф» достигли соглашение о проведении между собой в счет оплаты сделок по передаче прав требования расчетов путем перечисления должнику на его расчетный счет в течение 450 банковских дней с момента заключения договоров по 10 000 руб. по каждому из них либо проведения расчетов любым иным, не запрещенным действующим законодательством способом, в том числе путем проведения зачета встречного однородного требования (статья 410 ГК РФ).

Вместе с тем, как полагал конкурсный управляющий, доказательства выполнения работ ООО «ГазПроф» в материалах дела отсутствуют, в связи с чем управляющий просил признать указанные договоры уступки прав требования недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, исследовав материалы дела, правильно применив нормы процессуального и материального права, сделал вывод о наличии условий для удовлетворения заявленных требований. 

Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1 названного Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В силу статьи 61.9 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, совершенных должником, в том числе по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 названного Закона.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Также в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

При этом, в пункте 9 Постановления N 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Кроме того, в соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

- сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

- сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Такая сделка может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

Пунктом 3 этой же статьи установлено, что сделка, указанная в пункте 1, и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 названной статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Из разъяснений, данных в пункте 12 Постановления N 63, следует, что если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если:

а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве;

б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Таким образом, обязательным условием для признания оспариваемой сделки недействительной является представление доказательств осведомленности контрагента о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

По общему правилу бремя доказывания факта осведомленности контрагента по сделке о неплатежеспособности должника лежит на оспаривающим сделку лице.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В данном случае, судом установлено, что оспариваемые договоры цессии заключены 25.06.2018, 20.07.2018, 31.07.2018, 13.08.2018, 30.08.2018, 07.09.2018, 29.10.2018, 02.11.2018, 22.11.2018, 28.11.2018, 03.12.2018, 13.12.2018, 27.02.2019 и 22.04.2019, при том, что дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено определением от 10.04.2019.  

Таким образом, сделка от 22.04.2019 совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, следовательно, эта сделка может быть оспорена по пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, а часть сделок (29.10.2018, 02.11.2018, 22.11.2018, 28.11.2018, 03.12.2018,  13.12.2018 и 27.02.2019) - в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, следовательно, эти сделки могут быть оспорены по пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве. 

Кроме того, указанные сделки и часть сделок (25.06.2018, 20.07.2018, 31.07.2018, 13.08.2018, 30.08.2018 и 07.09.2018) совершены в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом, следовательно, все оспариваемые сделки также могут быть оспорены по пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В данном случае конкурсный управляющий указал, что ООО "ГазПроф" получило преимущественное удовлетворение своих требований перед иными кредиторами Общества.

Так, оспариваемые договоры цессии, а именно:

-  № 08/07/2018 от 29.10.2018 на сумму 3 875 866 руб.;

-  № 09/07/2018 от 02.11.2018 на сумму 1 159 057 руб.;

- № 10/07/2018 от 22.11.2018 на сумму 1 344 074 руб.;

- № 11/07/2018 от 28.11.2018 на сумму 324 143 руб.;

- № 12/07/2018 от 03.12.2018 на сумму 2 769 383 руб.;

- № 13/07/2018 от 13.12.2018 на сумму 14 031 665 руб.;

- № 14/07/2018 от 27.02.2019 на сумму 4 108 025 руб. заключены в пределах 6 месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и повлекли оказание предпочтения ООО «ГазПроф» преимущественно перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований (получение оплаты за выполненные работы по договору строительного подряда № 1-СП от 26.06.2018), что в условиях банкротства ООО "РГК" и  при наличии у должника  иных кредиторов второй и третьей очереди привело к изменению очерёдности удовлетворения требований кредиторов (абзацы 2 и 3 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

Договор же цессии № 15/07/2018 от 22.04.2019 на сумму 1 899 808 руб. заключен после возбуждения дела о банкротстве, при том, что в соответствии с пунктом 11 Постановления № 63, если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания её недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие недобросовестности контрагента не требуется.

При этом, применительно к сделкам, подлежащим оспариванию (в силу момента их заключения в соотношении с датой возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника) по пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий указал, что на их момент в отношении ООО «РГК» был возбужден целый ряд исполнительных производств (№ 25334/19/39023-ИП от 05.02.2018 на сумму 149 857,5 руб. в пользу взыскателя ООО «Балтэнерго»; № 4848/18/39023-ИП от 19.04.2018 на сумму 536 815,03 руб. в пользу взыскателя ООО «Лаборатория неразрушающего контроля ФИО4»; № 25332/19/39023-ИП от 16.05.2018  на сумму 3 000 000 руб. пользу взыскателя  ООО «ВестПласт» и № 7373/18/39023-ИП от 18.06.2018 на сумму 1 678 260,64 руб. пользу взыскателя ООО Центр инженерных изысканий «Импульс-М»), задолженность по которым должником не была погашена вплоть до окончания исполнительных производств в марте-апреле 2020 г. в связи с признанием его несостоятельным (банкротом). 

Также на дату заключения оспариваемых договоров у ООО «РГК» имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, которые в последующем включены в реестр требований кредиторов ООО «РГК», на общую сумму                     62 436 672,04 рублей, что подтверждается реестром требований кредиторов                       ООО «РГК».

Таким образом, материалами дела подтверждается и не опровергнуто ответчиком, что на момент заключения оспариваемых договоров у должника имелись обязательства по оплате задолженности перед другими кредиторами, что, в свою очередь, подтверждается вступившими в законную силу судебными актами и возбужденными исполнительными производствами, сведения о которых являются общедоступными, в связи с чем ответчик должен был знать (не мог не знать) о наличии указанных обстоятельств, что предполагает осведомленность ответчика о неплатежеспособности должника (доказательств обратного не представлено). 

Кроме того, как правомерно обратил внимание суд первой инстанции (управляющий), договоры цессии были направлены на обеспечение исполнения обязательств ООО «РГК» перед ООО «ГазПроф» по договору строительного подряда от 26.06.2018 № 1-СП от 26.06.2018; вместе с тем, договор цессии № 02/07/2018 от 25.06.2018 на сумму 872 487 руб. заключен ранее, чем указанный договор строительного подряда, следовательно, формой оплаты по такому заключенному позднее договору он быть не мог.

Помимо этого, по мнению заявителя, отчуждение ликвидных активов в пользу ответчика совершено в отсутствие равноценного встречного исполнения, а кроме того, ответчиком не представлено доказательств исполнения условий оспариваемых договоров.

При этом, в постановлении арбитражного суда кассационной инстанции от 13.04.2021 при отмене первоначально принятых нижестоящими судами судебных актов было указано на необходимость при новом рассмотрении дела исследовать договоры цессии на предмет предпочтительного удовлетворения требований отдельного кредитора, а также запросить у сторон дополнительные доказательства выполнения работ в период до 20.07.2018, сведения о выполнении работ по контракту собственно Обществом или третьими лицами и – соответственно -  установить наличие или отсутствие у оспариваемых сделок признаков, установленных статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве. 

В этой связи при новом рассмотрении дела судом первой инстанции установлено, что доказательств выполнения ООО «ГазПроф» работ на сумму 872487 руб., право требования оплаты которых уступлено по договору цессии от 25.06.2018 № 02/07/2018, в материалы дела не представлено, равно как не имеется и доказательств выполнения ответчиком или третьими лицами работ в период до 20.07.2018.

Также при новом рассмотрении заявления об оспаривании сделок конкурсный управляющий сослался на наличие аффилированности сторон рассматриваемых сделок (т. 17 л.д. 10-33).

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

- лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником;

- лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве  заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:

- руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

- лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

- лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Вместе с тем, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической, и второй из названных механизмов не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако, сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В этой связи конкурсный управляющий указал, что ООО «РГК» и                             ООО «ГазПроф» являются аффилированными лицами в силу следующих обстоятельств:

В период с 06.05.2011 по 02.03.2015 ФИО5(ИНН 

<

***>) являлся участником ООО «РГК» с размером доли 3 300 (33 %), он же с 27.02.2015 также является единственным участником и руководителем ООО «ГазПроф»; также согласно сведениям из информационной системы СБИС, у ООО «РГК» и у ООО «ГазПроф» в качестве контактной информации указан один адрес электронной почта - rqk rus39@inbox.ru, а кроме того - ООО «ГазПроф» аффилировано с ООО «БИК-Калининград» через ФИО6 (ИНН 

<

***>), который выступал в качестве участника и руководителя обеих компаний.

При этом, вступившими в законную силу судебными актами были установлены факты заключения между ООО «РГК» и ООО «БИК-Калининград» ничтожных сделок с целью вывода в преддверии банкротства ликвидного имущества из ООО «РГК»:

- по делу № А21-5368/2019 применены последствия недействительности ничтожных сделок: дополнительного соглашения от 01.05.2018 г. к договору лизинга № 1274584-ФЛ/КЛН15 от 30.06.2015, заключенного между АО «Лизинговая компания «Европлан», ООО «БИК-Калининград» и ООО «РГК»; договора от 01.05.2018, заключенного между ООО «БИК-Калининград» и ООО «РГК», и договора купли-продажи автомобиля от 05.09.2018, заключенного между АО «Лизинговая компания «Европлан» и ООО «БИК-Калининград» - в виде признания права собственности           ООО «РГК» на автомобиль TOYOTA LAND CRUISER (PRADO), 2015 г. в., VIN 

<

***> (стоимостью 2 450 000 руб.);

-    по делу № А21-4413-32/2019 признано недействительным соглашение от 12.07.2018 г. к договору лизинга № 12634L от 06.10.2015 г., заключенное между        ООО «ЮниКредит Лизинг», ООО «БИК-Калининград» и ООО «РГК» в отношении трактора JCB ЗСХ D14M2NM стоимостью 4 700 000 руб.;

-  по делу № А21-12348/2019 установлено, что ООО «ГазПроф» в сентябре 2018 г. без заключения какой-либо сделки было осуществлено 5 платежей за ООО «БИК-Калининград» на общую сумму 566 353,13 руб. с назначением платежей: по договору лизинга № 12634L от 06.10.2015 г. (указанному выше) по просьбе руководителя ООО «БИК-Калининград», с которым руководитель ООО «ГазПроф» (ФИО5) находился в доверительных отношениях;

-  в рамках обособленного спора № А21-4413-32/2019 установлено, что в результате совершения цепочки сделок, заключенных через ООО «БИК-Калининград» и ООО «РГК», конечным приобретателем трактора JCB ЗСХ D14M2NM стоимостью 4 700 000 руб. стал гр-н ФИО5, уплатив за него            130 000 руб.

Таким образом, с учетом всех изложенных обстоятельств, заключение сделок по переводу ликвидной дебиторской задолженности от ООО «РГК» в пользу ООО «ГазПроф» по договорам цессии при наличии у ООО «РГК» значительной суммы кредиторской задолженности свидетельствует о наличии согласованных действий сторон по выводу активов должника в преддверии процедуры банкротства.

В этой связи, судом также правомерно установлено, что ответчик был осведомлен о цели причинения вреда кредиторам, поскольку в результате совершения без предоставления равноценного встречного исполнения сделок в его пользу должник лишился денежных средств, за счёт которых могли быть произведены расчеты по требованиям иных кредиторов.

 Отклоняя доводы ответчика, приведенные в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции исходит из того, что в данном случае конкурсным управляющим доказано и правомерно установлено судом, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись признаки банкротства – в силу наличия у него непогашенной (в т.ч. и впоследствие) задолженности перед рядом кредиторов, в т.ч. в рамках соответствующих исполнительных производств (т.е. подтвержденной судебным актом), сведения о чем являлись общедоступными, в силу чего, а также с учетом фактической аффилированности должника и ответчика предполагается осведомленность последнего как об указанных признаках, так и о наличии у должника цели причинения вреда другим кредиторам.

В этой связи, ответчиком в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ не опровергнуты недобросовестность его действий и отсутствие между ним и должником аффилированности, что (недобросовестность ответчика), а также наличие самого вреда для должника (в том числе признака неравноценности встречного исполнения) является условием для признания сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как не опровергнуты подателем жалобы и условия для признания сделок недействительными по пунктам 2 и  3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, и в частности (применительно к последней норме) – опять же осведомленность ответчика о наличии у должника на момент совершения сделок признаков банкротства. 

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что указывая на наличие спора между бывшим руководителем должника и ответчиком по вопросу об общей стоимости договора строительного подряда № 1-СП от 26.06.2018, ООО "ГазПроф" не представило суду документов в подтверждение выполнения работ на сумму сверх того, что охватывается суммой оспариваемых сделок цессии.

Вместе с тем, осуществление ответчиком платежей по 10 000 рублей в сентябре и декабре 2020 года в счёт оплаты за приобретённые по договорам цессии требования не свидетельствует о равноценности такого встречного предоставления.

Напротив, обстоятельства совершения оспоренных сделок подтверждают совершение их в целях причинения вреда должнику и его кредиторам и с оказанием предпочтения ответчику по сравнению с другими кредиторами, что исключает вывод об отсутствии условий для удовлетворения заявленных требований.

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают лишь несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Калининградской области от 29.12.2021 г. по делу № А21-4413-28/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу                  ООО «ГазПроф» - без удовлетворения. 

Возвратить ООО «ГазПроф» из бюджета РФ излишне уплаченную госпошлину по апелляционной жалобе в сумме 39 000 руб.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.В. Сотов

 

Судьи

 

Н.В. Аносова

 

 Е.А. Герасимова