АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА 

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № Ф09-10048/21 

Екатеринбург 05 мая 2023 г. Дело № А50-17831/2021 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 мая 2023 г.  Постановление изготовлено в полном объеме 05 мая 2023 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Кудиновой Ю. В., судей Плетневой В. В., Морозова Д. Н. 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 (далее – должник, заявитель кассационной жалобы) на  определение Арбитражного суда Пермского края от 24.11.2022 по делу  

 № А50-17831/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 26.01.2023 по тому же делу.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения  кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе  публично, путем размещения информации о времени и месте судебного  заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.  

В судебном заседании принял участие представитель финансового  управляющего ФИО2 (далее – управляющий) –  ФИО3 (паспорт, доверенность от 06.03.2023).  

Представленный через систему «Мой Арбитр» отзыв на кассационную  жалобу управляющего приобщается к материалам кассационного  производства ввиду заблаговременного направления их лицам, участвующим  в деле (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, далее – АПК РФ).  

ФИО4 20.07.2021 обратился в Арбитражный суд  Пермского края с заявлением о признании ФИО1 несостоятельным  (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 14.03.2022  заявление ФИО4 о признании ФИО1 несостоятельным  (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введена  процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден  ФИО2  

Решением Арбитражного суда Пермского края от 13.03.2023 должник  признан банкротом и в отношении него процедуру реализации имущества  гражданина сроком на 2 четыре месяца, финансовым управляющим для  участия в процедуре реализации имущества должника утвержден  ФИО2  

ФИО1 17.10.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением об  отстранении ФИО2 от исполнения возложенных на него  обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве должника.  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 24.11.2022,  оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 26.01.2023, в удовлетворении заявления отказано.  

В кассационной жалобе ФИО1 просит указанные судебные акты  отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований  должника в полном объеме.  

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает, что  при рассмотрении требования ФИО1 о включении задолженности в  реестр требований кредиторов ФИО4 в рамках дела   № А50-19924/2020 управляющий не поддержал заявление должника, а также  возражал против сальдирования задолженностей должника ФИО1 и  кредитора ФИО4, настаивая на невозможности сальдирования;  отмечает, что управляющий не указал в представленном отчете сведения о  наличии дебиторской задолженности должника по состоянию на дату  составления указанного отчета, чем были нарушены права должника,  поскольку в последующем в обязанности управляющего входит взыскание  дебиторской задолженности должника с кредитора, либо третьих лиц;  отмечает, что судами не дана оценка доводам должника о том, что  бездействие управляющего при рассмотрении указанного обособленного  спора и неосуществление действий, направленных обжалование указанного  судебного акта, не предоставление по указанному делу своих пояснений и  возражений на судебный акт, неявка в судебное заседание не соответствует  принципам разумности, отвечающим интересам должника и его кредиторов,  цели процедуры конкурсного производства – удовлетворение требований  кредиторов в наибольшем объеме, что, как следствие, повлекло нарушение  прав кредиторов должника, рассчитывающих на наиболее полное  удовлетворение своих требований; наличие у должника собственного права  на оспаривание не снимает с управляющего этих обязанностей, и не делает  его бездействие законным; суды не исследовали обстоятельства того, что на  протяжении рассмотрения указанного вопроса по обособленному спору,  управляющий был ознакомлен со всеми обстоятельствами указанного спора,  являлся привлеченным к участию в деле и в каждом судебном заседании  давал пояснения по указанному спору, считая, что указанная задолженность  не подлежит включению в реестр кредиторов ФИО4  

Помимо прочего заявитель указывает, что несмотря на  информированность управляющего о достигнутых с кредитором  

ФИО4 договоренностях о заключении мирового соглашения,  управляющий с соответствующим ходатайством в рамках настоящего дела не  обратился; собрания кредиторов по вопросу утверждения мирового  соглашения, либо о введении в отношении должника процедуры реализации  имущества до 11.08.2022 управляющий не провел и самостоятельно без  согласования с кредитором обратился в суд с ходатайством о введении в  отношении должника процедуры реализации имущества; управляющий  необоснованно посчитал, что в настоящее время процедура урегулирования  банкротства должника мировым соглашением не разрешена, однако никаких  обоснованных доводов не привел, при этом «лоббирует» интересы  возможных новых кредиторов (ФИО5), интересы которых в  будущем могут быть нарушены.  

По мнению должника, суды первой и апелляционной инстанции не  учли, что управляющий обратился в суд не в рамках пункта 7 статьи 12  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а, минуя указанную процедуру,  обратился в суд с заявлением о введении в отношении должника процедуры  реализации имущества (статья 213.24 Закона о банкротстве), а не об  утверждении мирового соглашения (статья 213.31 Закона о банкротстве);  отчет о своей деятельности с приложением управляющий направил в суд  только 11.08.2022, то есть в день судебного заседания, в то время как срок  представления указанных документов установлен не позднее пяти дней до их  рассмотрения в судебном заседании; несвоевременное представление в  арбитражный суд отчета управляющего и прилагающихся к нему документов  послужило причиной невозможности реализации лицами, участвующими в  деле, права ознакомиться с указанными документами в арбитражном суде, в  том числе невозможности на своевременное получение информации о ходе  процедуры банкротства и деятельности временного управляющего; при  рассмотрении настоящего заявления суд первой инстанции не рассмотрел  второй пункта просительной части заявления ФИО1 об утверждении  финансового управляющего из числа членов СРО «Союз арбитражных  управляющих «Возрождение», в связи с принятым решением собрания  кредиторов от 22.09.2022.  

В отзыве на кассационную жалобу управляющий просит оставить  оспариваемые судебные акты без изменения.  

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов  кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК  РФ, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, в ходе  процедуры банкротства в третью очередь реестра требований кредиторов  должника включены требования следующих кредиторов:  

– ФИО4 в сумме 3 670 147 руб. 33 коп. (определение  от 14.03.2022);  

– ФИО5 в сумме 14 290 000 руб. (определение  от 09.02.2023).  

Должник, обращаясь в арбитражный суд с требованием об отстранении  управляющего, ссылался на то, что управляющий на протяжении всей  процедуры относится к своим обязанностям формально; действия,  направленные на пополнение конкурсной массы, арбитражным  управляющим не предпринимаются; незаконные действия (бездействие)  управляющего выражены в следующем:  

– управляющим не приняты активные действия по заключению в  рамках настоящего дела мирового соглашения с кредитором  ФИО4;  

– в отчете о деятельности управляющего не содержится сведений о  дебиторской задолженности должника к ФИО4;  

– управляющий представил отчет о своей деятельности  непосредственно в день судебного заседания о рассмотрении вопроса о  введении в отношении должника процедуры реализации имущества;  

– управляющий не поддержал доводы должника о наличии у него  встречного требований к ФИО4, в рамках дела   № А50-19924/2020, не обжаловал судебный акт об отказе во включении  требований должника в реестр требований кредиторов ФИО6  

Кроме того, должник просил утвердить нового управляющего из числа  членов СРО «Союз арбитражных управляющих «Возрождение», в связи с  принятым решением собрания кредиторов от 22.09.2022.  

Суды первой и апелляционной инстанций, отказывая в удовлетворении  жалобы на действия (бездействие) управляющего и его отстранении от  исполнения обязанностей, руководствовались следующим.  

В порядке и в сроки, установленные пунктом 1 статьи 60 Закона  банкротстве, рассматриваются жалобы лиц, участвующих в деле о  банкротстве, а также лиц, участвующих в процессе по делу о банкротстве, на  управляющего, нарушающие их права и (или) законные интересы, при этом  такие лица имеют возможность защитить свои права и законные интересы  путем обжалования действий (бездействия) управляющего для  урегулирования разногласий и восстановления нарушенных прав, а  признание судом незаконными конкретных действий (бездействия)  управляющего возможно при установлении факта нарушения этими  действиями (бездействием) определенных прав и законных интересов  заявителя жалобы, предполагает устранение, прекращение этих незаконных  действий и восстановление нарушенных прав.  

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве, в ходе процедур,  применяемых в деле о банкротстве, управляющий обязан действовать  добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.  

При этом реализация прав и исполнение обязанностей финансовым  управляющим обусловлены целями процедуры реализации имущества  гражданина, которая, в силу статей 2, 213.25, 213.27 Закона о банкротстве,  

применяется к должнику с целью соразмерного удовлетворения требований  кредиторов за счет его имущества, составляющего конкурсную массу.  

Объем и перечень мер, которые должен осуществить управляющий во  исполнение обязанностей, возложенных на него Законом о банкротстве,  подлежит определению в каждом конкретном случае, исходя из фактических  обстоятельств, основной круг прав и обязанностей (полномочий)  управляющего определен в статьях 20.3, 213.9 Закона о банкротстве,  неисполнение которых является основанием для признания его действий  (бездействия) незаконными.  

Должник в качестве одного из оснований жалобы на действия  (бездействие) управляющего ссылался на то, что при рассмотрении вопроса о  включении требований ФИО1 в реестр кредиторов  ФИО4 по делу № А50-19924/2020, управляющий не поддержал  доводы ФИО1 о наличии оснований для включения задолженности в  реестр, возражал против сальдирования задолженностей должника  ФИО1 и кредитора ФИО4, считая невозможным такое  сальдирование.  

Как установлено судами, кредитор по настоящему делу,  ФИО4, на основании решения Арбитражного суда Пермского  края от 06.05.2021 в рамках дела № А50-19924/2020 признан  несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура  реализации имущества; финансовым управляющим для участия в процедуре  реализации имущества должника утвержден ФИО7.  

ФИО1 в рамках рассмотрения дела № А50-19924/2020 подано  заявление о включении требований в реестр кредиторов ФИО4  на общую сумму 9 765 724 руб. 21 коп.  

От ФИО8 в арбитражный суд 09.02.2021 также  поступило требование о включении в реестр требований кредиторов  должника в сумме 574 775 руб.76 коп.  

От ФИО5 в арбитражный суд 18.01.2021 поступило  требование о включении в реестр требований кредиторов должника в сумме  16 227 729 руб. 07 коп. (с учетом уточнений в порядке статьи 49 АПК РФ).  

Финансовый управляющий имуществом должника ФИО4 –  ФИО7 26.11.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением о  признании недействительной сделки от 17.03.2020 по переводу долга перед  ФИО5 с ФИО1 на ФИО4 в сумме  15 590 000 руб. и применении последствий недействительности сделки в виде  восстановления задолженности ФИО1 перед ФИО5 и  отказа ФИО5 во включении в реестр требований кредиторов  ФИО4  

Определением от 03.02.2022 заявления финансового управляющего  должника об оспаривании сделки объединено с требованиями ФИО8, ФИО1, ФИО5 для совместного рассмотрения.  

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 15.09.2022 по делу № А50-19924/2020 признана недействительной единая  сделка, оформленная договорами займа от 17.03.2020 и актами приема-передачи денежных средств от 17.03.2020, заключенными между  ФИО5 и ФИО4 на общую сумму 15 590 000 руб.,  актами приема-передачи денежных средств от 17.03.2020, заключенными  между ФИО5 и ФИО1 на общую сумму  14 290 000 руб.; применены последствия недействительности сделки в виде  восстановления задолженности ФИО1 перед ФИО5,  основанной на договорах займа: от 07.12.2016 на сумму 10 290 000 руб.,  от 13.12.2016 на сумму 2 000 000 руб., от 14.04.2016 на сумму 2 000 000 руб.;  в удовлетворении требований ФИО1, ФИО8,  ФИО5 о включении задолженности в реестр требований  кредиторов ФИО4 отказано.  

В ходе рассмотрения указанного спора суды пришли к выводу о  безденежности заключенных сделок между сторонами 17.03.2020, а именно:  договора займа от 17.03.2020 и актов приема-передачи денежных средств  от 17.03.2020, заключенных между ФИО5 и ФИО4 на общую сумму 15 590 000 руб., а также актов приема-передачи  денежных средств от 17.03.2020, заключенных между ФИО5 и  ФИО1 на общую сумму 14 290 000 руб.; в результате  произведенных сделок стороны преследовали цель перевести задолженность  ФИО1 на ФИО4 перед ФИО5, в результате  чего произошел привативный перевод долга; у сторон не было реального  намерения фактически предоставлять займы 17.03.2020, акты приема-передачи денежных средств подписаны формально, без фактической их  передачи.  

С учетом того, что ФИО4 какого-либо встречного  предоставления при заключении договоров займа не получил, кроме того, на  момент их совершения 17.03.2020 уже отвечал признакам  неплатежеспособности, суды пришли к выводу о том, что единая сделка,  оформленная договорами займа от 17.03.2020 и актами приема-передачи  денежных средств от 17.03.2020, заключенными между ФИО5 и  ФИО4 на общую сумму 15 590 000 руб., актами приема-передачи денежных средств от 17.03.2020, заключенными между  ФИО5 и ФИО1 на общую сумму 14 290 000 руб.  является недействительной (притворной), прикрывающей привативный  перевод долга по обязательствам ФИО1 перед ФИО5 по  договорам займа от 07.11.2016 на сумму 10 290 000 рублей, от 13.12.2016 на  сумму 2 000 000 рублей, от 14.04.2017 на сумму 2 000 000 рублей.  

Применительно к обстоятельствам настоящего спора, исходя из того,  что управляющий самостоятельно в порядке статей 213.7, 213.8, 213.9 Закона  о банкротстве, статьи 41 АПК РФ определяет необходимость проведения тех  или иных действий, в том числе процессуальных, с учетом наличия или  

отсутствия доказательств определенного события; приняв во внимание  пояснения управляющего о непередаче самим должником каких-либо  оправдательных документов и сведений, подтверждающих наличие у него  финансовой возможности на передачу денежных средств ФИО4  в заявленном размере; констатировав, что указанное поведение должника не  позволило в полной мере реализовать управляющему процессуальные права  на представление пояснений по существу спора; отметив, что оценка доводам  должника о возможности сальдирования обязательств должника с  ФИО4 уже дана вступившим в законную силу определением  суда от 14.03.2022 по настоящему делу (о признании заявления кредитора  обоснованным и введении в отношении ФИО1 процедуры  реструктуризации долгов), суды первой и апелляционной инстанций не  установили нарушений прав кредиторов и должника со стороны  управляющего, в связи с чем не признали действия (бездействие)  управляющего по указанному эпизоды незаконными.  

Должник в качестве еще одного основания для признания бездействия  управляющего незаконным ссылался на то, что управляющий не указал в  отчете в разделе «Сведения о сформированной конкурсной массе, в том  числе о ходе и об итогах инвентаризации имущества должника, о ходе и о  результатах оценки имущества должника» сведения о наличии дебиторской  задолженности должника по состоянию на дату составления указанного  отчета.  

Такие действия, по мнению должника (заявителя), нарушают  требования пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве, пунктов 4, 10 Общих  правил подготовки отчетов 3 (заключений) арбитражного управляющего,  утвержденных Постановлением Правительства от 22.05.2003 № 299.  

Суды первой и апелляционной инстанций, приняв во внимание, что  управляющий, не являясь непосредственным участником спорных  отношений между должником и кредитором, соответственно, не располагая  документальным подтверждением наличия соответствующей задолженности  должника к ФИО4; с учетом того, что состав, размер и основание  задолженности оспаривались в рамках дела о банкротстве ФИО4,  очевидность и бесспорность задолженности не была для управляющего  ясной – констатировали отсутствие оснований полагать, что невключение в  отчет указанных сведений о дебиторской задолженности должника,  впоследствии признанной недействительной, не могло негативно повлиять на  имущественные права должника и его кредиторов.  

При проверке доводов должника о том, что в нарушение своих  обязанностей управляющий не обратился с заявление об утверждении  мирового соглашения, а вместо этого без согласования с должником и его  кредитором заявил ходатайство о введении процедуры реализации, судами  установлено следующее.  

На момент рассмотрения настоящего спора в суде первой и  апелляционной инстанциях, ФИО4 являлся единственным  

кредитором должника, чьи требования включены в реестр, имеющим право  на участие в первом собрании кредиторов должника.  

Финансовым управляющим имуществом ФИО4 –  ФИО7 04.07.2022 в рамках дела о банкротстве  ФИО4 проведено собрание кредиторов.  

Согласно протоколу общего собрания кредиторов должника  ФИО4 принято решение об утверждении мирового соглашения  между ФИО4 и ФИО1 в рамках дела о банкротстве   № А50-17831/2021.  

Должник настаивал на том, что управлявший, зная о заключенном  мировом соглашении между должником и кредитором, не обратился в суд с  заявлением об утверждении мирового соглашения в рамках настоящего дела,  в связи с этим с таким заявлением обратился сам должник – ФИО1;  собрание кредиторов по вопросу утверждения мирового соглашения либо о  введении в отношении должника процедуры реализации имущества до  11.08.2022 управляющий не проводил; при рассмотрении указанного вопроса  в арбитражном суде управляющий, по мнению должника, с целью  необоснованного затягивания процедуры банкротства предоставил в суд  ходатайство о введении в отношении должника процедуры реализации  имущества в день проведения судебного заседания (11.08.2022).  

Суды первой и апелляционной инстанций, приняв во внимание, что  управляющим проведены все необходимые мероприятия, направленные на  выявление имущества (направлены и получены запросы в регистрирующие  органы и банки, составлен финансовый анализ и заключения по оспариванию  сделок должника, наличию признаков (или отсутствию) признаков  преднамеренного или фиктивного банкротства; направлены запросы  должнику); установив, что к дате рассмотрение отчета управляющего по  итогам процедуры (24.06.2022) последним было назначено собрание  кредиторов на 08.06.2022, которое впоследствии признано несостоявшимся  по причине отсутствия кворума; отметив, что документы к отчету, материалы  первого собрания кредиторов с ходатайством о введении процедуры  реализации имущества были направлены в суд еще 13.06.2022; с учетом того,  что повторное собрание кредиторов, назначенное на 27.06.2022, также не  состоялось по причине отсутствия кворума; после принятия 04.07.2022 в  процедуре банкротства ФИО4 собранием кредиторов решения об  утверждении мирового соглашения, управляющим было назначено третье  собрание кредиторов должника на 03.08.2022 с той же повесткой дня, что и  первые, с приложением протокола собрания кредиторов должника об  утверждении мирового соглашения, которое также не состоялось по причине  отсутствия кворума, в связи с чем к судебному заседанию, назначенному на  11.08.2022, управляющим направлено ходатайство о введении процедуры  реализации имущества должника (по причине отсутствия позиции кредитора  относительно мирового соглашения, отсутствия заявленного ходатайства  кредитора и должника по утверждению мирового соглашения на основании  

принятого мирового соглашения в процедуре ФИО4 в  отношении ФИО9); указав, что в последующем судебное заседание  11.08.2022 было отложено по ходатайству должника в целях урегулирования  спора на 15.09.2022, затем вопрос об утверждении мирового соглашения  вновь неоднократно откладывался – констатировали, что невозможность  утверждения мирового соглашения не была связана с действиями  (бездействием) управляющего.  

С учетом того, что три собрания кредиторов были признаны  несостоявшимися по причине отсутствия кворума, отсутствием обращения  должника и кредитора к управляющему с заявлением об утверждении  мирового соглашения либо плана реструктуризации долгов, суды пришли к  выводу, что управляющий обоснованно обратился с заявлением о введении в  отношении должника процедуры реализации имущества, признав  отсутствующей обязанность у управляющего по обращению в арбитражный  суду с ходатайством об утверждении мирового соглашения, утвержденного  собранием кредиторов в другом деле о банкротстве.  

Судами также отмечено, что действия (бездействие) управляющего не  привели к невозможности заключения мирового соглашения.  

Судами также отклонены доводы должника о том, что отчет по  результатам процедуры представлен в суд только в день судебного заседания  11.08.2022, исходя из того, что первоначальный отчет управляющего  представлен в суд 13.06.2022 – заблаговременно до первоначальной даты  рассмотрения отчета управляющего по результатам процедуры (24.06.2022);  в последующем в день судебного заседания 11.08.2022 управляющим  представлен уточненный отчет, однако вопрос о незаблаговременном  направлении отчета в суд и невозможности ознакомления с отраженными в  нем сведениями должником в судебном заседании не поднимался; более  того, вопрос о введении процедуры реализации имущества должника  неоднократно после 11.08.2022 откладывался, в связи с чем оснований  полагать, что должник утратил возможность своевременно ознакомиться с  отчетом и представить свои возражения судами не установлены.  

Учитывая все вышеизложенные установленные судами обстоятельства,  по результатам исследования и оценки всех представленных в материалы  дела доказательств, установив, что материалами дела надлежащим образом и  в полном объеме не доказаны наличие совокупности всех необходимых и  достаточных оснований для признания незаконными действий  управляющего, а также факт причинения или возможного причинения вреда  должнику и его кредиторам вышепоименованными оспариваемыми  действиями управляющего, и факты неспособности управляющего к ведению  процедуры банкротства, суды пришли к выводу о недоказанности  материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном  случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для  привлечения управляющего к ответственности в виде отстранения его от  исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом  

должника, ввиду чего суды отказали в удовлетворении заявленных  требований.  

Таким образом, при вынесении обжалуемых судебных актов суды  исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и  недоказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности  всех необходимых и достаточных оснований для удовлетворения жалобы  должника, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 АПК  РФ).  

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие  значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены  нормы материального права, регулирующие спорные отношения.  

Доводы кассационной жалобы о том, что судами не рассмотрено  требование должника об утверждении нового управляющего из числа членов  саморегулируемой организации «Возраждение», основанием для отмены  состоявшихся судебных актов не являются.  

В рассматриваемом случае, с учетом того, что доказательств,  свидетельствующих о недобросовестном поведении управляющего в  процедуре банкротства и неисполнении возложенных на него обязанностей,  должником не представлено и материалы дела не содержат и судами не  установлено, в отсутствие фактов нарушения управляющим прав и интересов  должника и его кредиторов за период исполнения им обязанностей, суды  пришли к выводу об отсутствии в данном случае оснований для отстранения  управляющего от исполнения возложенных на него обязанностей и  утверждении иной кандидатуры в качестве финансового управляющего  должника.  

Доводы кассационной жалобы о том, что управляющим допущено  нарушение прав должника неподачей апелляционной жалобы на указанное  определение суда от 21.07.2022 об отказе во включении требований ФИО1 в реестр требований кредиторов ФИО4 и признании сделки  недействительной, судом округа отклоняются.  

Арбитражный управляющий как профессиональный участник  антикризисных отношений и субъект профессиональной деятельности,  которому доверено текущее руководство процедурой банкротства обязан не  допускать возможность принятия им произвольных и немотивированных  управленческих решений.  

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда Российской Федерации от 24.08.2020 № 305-ЭС19-17553 по  делу № А40-64173/2017 обращено внимание судов на то, что при разрешении  вопроса о законности действий управляющего следует учитывать  разъяснения, изложенные в абзаце третьем пункта 1 Постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении  судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации», из которых следует, что управляющий обладает  определенной дискрецией, оценивая его действия как добросовестные или  

недобросовестные, суд должен соотнести их с поведением, ожидаемым от  любого независимого профессионального управляющего, находящегося в  сходной ситуации и учитывающего права и законные интересы гражданско-правового сообщества кредиторов.  

С учетом установленной судами ограниченности управляющего в  получении полной и достоверной информации о действительном характере и  содержании правоотношений с ФИО4 и ФИО5,  что не позволило управляющему сформировать позицию по спору, а также с  учетом того, что должник воспользовался своим процессуальным правом на  обращение с апелляционной жалобой в суд апелляционной инстанции на  определение суда от 21.07.2022 по делу № А50-19924/2020, по результатам  рассмотрения которой оснований для отмены определения судебного акта  суда первой инстанции в части включения требований в реестр не  установлено, оснований полагать, что в случае обращения с апелляционной  жалобой непосредственно управляющего при одном и том же составе  доказательственной базе процессуальный итог рассмотрения требований  ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов ФИО4 был отличным от состоявшегося – у судов не имелось.  

Иные доводы, приведенные в кассационной жалобе, были предметом  рассмотрения судов двух инстанций и получили надлежащую правовую  оценку. Несогласие подателя жалобы с проведенной судами оценкой  фактических обстоятельств дела сводится к переоценке установленных по  делу обстоятельств. Переоценка установленных судами фактов,  исследованных доказательств и сделанных на их основании выводов не  входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу законодательно  ограниченных пределов рассмотрения дела, установленных в статьях 286 и  287 АПК РФ.  

Материалы дела исследованы судами двух инстанций полно,  всесторонне и объективно, изложенные в обжалованных судебных актах  выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.  Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в  кассационной жалобе доводам не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с  частью 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных  актов, суд округа не установил.  

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат  оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 24.11.2022 по делу № и  постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от  

26.01.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу  ФИО1 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух  месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Ю.В. Кудинова 

Судьи В.В. Плетнева  

 Д.Н. Морозов