ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А63-9779/2015

07 февраля 2017 года

г. Ессентуки

Резолютивная часть постановления объявлена 31 января 2017 года.

Полный текст постановления изготовлен 07 февраля 2017 года.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Сомова Е.Г., судей Джамбулатова С.И., Жукова Е.В. при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Ставропольского края от 09.12.2015 по делу №А63-9779/2015 (судья Жарина Е.В.) по иску ФИО2 (г. Сочи) к ООО «ТОК Групп» (г. Москва, ОГРН 

<

***>) о признании сделки недействительной, по встречному иску о взыскании стоимости акций; при участии в судебном заседании: от ФИО2 – ФИО3, ФИО4 (доверенность от 12.01.2017), ФИО5 (доверенность от 30.09.2016), от ООО «ТОК Групп» – ФИО6 (доверенность от 17.01.2017),

УСТАНОВИЛ

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с иском к ООО «ТОК Групп» (далее - общество) о признании недействительным договора купли-продажи акций от 25.09.2013, принадлежащих ОАО «Северо-Кавказская энергоремонтная компания» (далее - компания). Общество предъявило встречный иск о взыскании с ФИО2 24 313 000 руб., составляющих стоимость акций.

В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, к участию в деле привлечены компания и ПАО «Бинбанк» (далее – банк). 

Решением суда от 09.12.2015 в удовлетворении первоначального иска отказано, встречный иск удовлетворен.

ФИО2 обжаловал решение в апелляционном порядке, в жалобе указал, что оспариваемая сделка является мнимой, поскольку стороны не имели намерение её исполнять. Неоднократное заключение дополнительных соглашений о переносе сроков оплаты свидетельствует об отсутствии воли сторон на продажу акций. Заключая сделку, продавец не имел намерения требовать её исполнения от покупателя с самого начала. Суд не дал оценки возможностям покупателя рассчитаться по договору перед продавцом. Не имея дополнительных источников дохода (за исключением заработной платы) покупатель не мог произвести расчет в определенные договором сроки, о чем продавец был осведомлен. Отказывая в иске, суд не принял во внимание, что договоры купли-продажи акций были заключены с работниками компании эмитента, подконтрольной обществу. Заключая договоры с аффилированными лицами, общество преследовало цель уберечь имущество от третьих лиц, не теряя контроль над компанией. Оплату по договорам не произвел ни один из покупателей акций. Характер действий продавца свидетельствуют о том, что общество произвело временный вывод имущества для создания у третьих лиц видимости совершения сделки. На момент заключения договора акции находись в залоге у банка в обеспечение обязательств общества, у покупателя отсутствовал интерес в приобретении акций. 

Постановлением апелляционного суда от 10.08.2016 решение от 09.12.2015 отменено, исковые требования удовлетворены, в удовлетворении встречного иска отказано. Суд пришел к выводу, что общество не представило разумное экономическое обоснование действиям по предоставлению отсрочки оплаты акций до 30.09.2015, сделка заключена с лицом, потенциально не способным исполнить свои встречные обязательства (с учетом заработка покупателя оплата могла быть произведена не ранее чем через 3 года и 8 месяцев). В результате совершения сделки общество сохранило контроль над компанией, договоры залога от 21.07.2014 №14-STR-163-00014/3-7 и от 24.12.2014 №14-STR-102-00049/3-9 в материалы дела не представлены, отсутствовала воля сторон на переход права собственности, трехлетний срок исковой давности не пропущен.

Постановлением от 17.11.2016 кассационный суд отменил постановление от 10.08.2016, направил дело на новое рассмотрение в апелляционный суд, указав следующее. Неисполнимость сделки не свидетельствует о ее мнимости, поскольку возможность исполнения не связана с волеизъявлением сторон. Если исполнить обязательство в момент заключения сделки невозможно, это не означает, что сторона не сможет удовлетворить требования кредитора в будущем. Тот факт, что другая сторона не исполнила своих обязательств, сам по себе не свидетельствует о мнимом характере сделки (определения Верховного Суда Российской Федерации от 17.05.2016, от 26.01.2016, от 26.01.2016, от 24.11.2015, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2005 №10505/04 по делу №А56-19090/03). Вывод апелляционного суда об обязанности общества представить разумные экономические обоснования своим действиям, ошибочен. Вывод об отсутствии доказательств реального распоряжения акциями сделан без оценки отчета ЗАО «ВТБ Регистратор» о действующих обременениях ценных бумаг на счетах зарегистрированных лиц по состоянию на 28.08.2015. Апелляционным судом оставлены без внимания доводы о том, что оспариваемый договор заключен исключительно в интересах ответчика (отсутствует единая воля сторон на достижение соответствующего правового результата), поскольку истец являлся директором компании, был подконтролен обществу для решения его финансовых вопросов. Продажа 100% пакета акций произведена равными долями (по 25%) лицам, подконтрольным ответчику. Вывод суда о формальности исполнения оспариваемой сделки сделан без отсылки на исследование конкретных фактических обстоятельств.

При новом рассмотрении дела представитель истца ходатайствовал об отложении судебного разбирательства для предоставления копий договоров залога от 21.07.2014 №14-STR-163-00014/3-7, от 24.12.2014 №14-STR-102-00049/3-9, распоряжений о прекращении залога, кредитных договоров и графиков их исполнения, запрошенных у банка и не полученных истцом к моменту судебного заседания.

Представитель общества ходатайствовал о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств (протокол общего собрания акционеров компании от 14.11.2014, бюллетени для голосования по вопросам повестки от 14.11.2014, запрос в банк от 27.01.2017, письмо банка от 27.01.2017) для опровержения доводов жалобы.

Ходатайство об отложении судебного разбирательства судом отклонено. Постановление кассационного суда, которым дело направлено на новое рассмотрение в апелляционный суд, вынесено 17.11.2016; определение о принятии апелляционной жалобы к производству и назначении судебного заседания на 31.01.2017 вынесено 16.12.2016. Однако заявление истца о предоставлении необходимых доказательств датировано 25.01.2017, т.е. за 5 дней до даты заседания, доказательств направления этого заявления в адрес банка (вручения ему) не представлено. 

Несвоевременное совершение процессуальных действий по смыслу части 2 статьи 9, статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является основанием для отложения судебного заседания.

Ходатайство общества о приобщении дополнительных документов судом удовлетворено на основании абзаца 2 части 2 статьи 268 Кодекса.

Изучив материалы дела, проверив доводы жалобы, апелляционный суд считает, что жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела следует и судом установлено, что общество (продавец) и ФИО2 (покупатель) с согласия банка заключили договор купли-продажи от 25.09.2013, по условиям которого продавец продает принадлежащие ему на праве собственности именные обыкновенные бездокументарные акции компании в количестве 12 654 267 шт., а покупатель обязуется принять и оплатить стоимость акций, которая составила 24 313 000 руб. 

Договором предусмотрено, что оплата акций производится до 31.12.2013. 

Согласно пунктам 1.2-1.4 договора акции заложены по договору залога от 16.11.2012 №27-БГ/А-1 (залогодержатель - банк). Покупатель принимает на себя все права и обязанности залогодателя по данному договору. 

Пунктами 3.2-3.3 договора предусмотрено, что продавец не позднее 3-х рабочих дней с момента подписания договора обязан совершить все необходимые действия для внесения записи в реестр акционеров о переходе права собственности на ценные бумаги на основании передаточного распоряжения. Обязанность продавца по передаче ценных бумаг считается исполненной с момента внесения записи в реестр акционеров о переходе права собственности на ценные бумаги. Право собственности на акции возникает у покупателя с момента осуществления приходной записи по лицевому счету покупателя.

По информации ЗАО ВТБ Регистратор 25.09.2013 на основании передаточного распоряжения и договора списаны с лицевого счета общества и зачислены на лицевой счет ФИО2 акции компании в количестве 12 654 267 шт. 

Дополнительным соглашением от 05.03.2014 №1 стороны продлили срок оплаты акций до 30.07.2014, соглашением от 27.06.2014 №2 – до 02.03.2015, соглашением от 28.11.2014 №3 – до 30.09.2015.

Ссылаясь на то, что при заключении договора стороны не имели действительной воли на продажу и приобретение акций, сделка совершена с целью создания у третьих лиц видимости отчуждения имущества, ФИО2 обратился в суд с иском о признании договора недействительным.

Общество заявило встречные требования о взыскании стоимости акций.

В силу статьи 235 Гражданского кодекса право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества, а также по иным основаниям, предусмотренным законом. 

По смыслу статьи 28 Федерального закона от 22.04.1996 № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» права владельцев на эмиссионные ценные бумаги бездокументарной формы выпуска удостоверяются в системе ведения реестра записями на лицевых счетах у держателя реестра. Право на бездокументарные ценные бумаги переходит с момента внесения записи на лицевом счете в соответствующем реестре. Пункт 7.3 Положения о ведении реестра владельцев именных ценных бумаг, утвержденного постановлением Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг Российской Федерации от 02.10.1997, предусматривает, что внесение записи в реестр акционеров возможно лишь при представлении правомочными лицами передаточного распоряжения и/или иных документов, подтверждающих переход права собственности на акции.

Оценив представленные в материалы дела доказательства (передаточное распоряжение, отчет регистратора, дополнительные соглашения об отсрочке уплаты), установив, что акции перешли к покупателю, суд первой инстанции сделал вывод о реальности сделки и намерении сторон ее исполнить. Суд учел информацию в отчете ЗАО «ВТБ Регистратор» о последующей передаче акций в залог по договорам от 21.07.2014 и от 24.12.2014, в отношении которых не представлены доказательства признания их недействительными. Суд также исключил основания для признания сделки недействительной по оспоримым основаниям, поскольку сделка не соответствует признакам крупной, ФИО2 участником общества не является (поэтому не наделен правом на оспаривание заключенной обществом сделки по основаниям нарушения требований о заключении крупной сделки), оспариваемая сделка одобрена советом директоров общества, истец пропустил срок исковой давности.

Вместе с тем суд не учел следующее.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса сделка недействительна по основаниям, установленным названным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в Гражданском кодексе.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе (пункт 2 статьи 166 Гражданского кодекса). 

Согласно положениям статьи 168 Гражданского кодекса сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. 

В силу статьи 170 Гражданского кодекса мнимая сделка это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у её сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Стороны мнимой сделки при ее заключении не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду ее заключения, то есть стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной (определение ВС РФ от 25.07.2016 по делу №305-ЭС16-2411).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 86 постановления от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль, соответственно, продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки, как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса. 

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 25.07.2016 по делу №305-ЭС16-2411 указал, что сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки. При оценке доводов о мнимости договора поставки наряду с иными обстоятельствами подлежит оценке экономическая возможность покупателя по покупке, размещению и дальнейшему распоряжению партией товара. Оценке подлежат доводы о разумности действий продавца, поставлявшего покупателю в отсутствие с ним устойчивых долговременных хозяйственных связей и вопреки условиям договора без оплаты большие партии товара.

С учетом приведенных выше подходов юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку. 

По смыслу пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса при заключении сделки купли-продажи действительная воля покупателя направлена на приобретение имущества в собственность, а продавца – на получение платы за отчуждаемое имущество.

Оценив обстоятельства, связанные с заключением и исполнением оспариваемого договора, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии у сторон воли на возникновение прав и обязанностей, характерных для купли-продажи.

Суд установил, что на дату заключения сделки общество (продавец) являлось собственником 100% пакета акций компании. Оспариваемая сделка 29.08.2013 одобрена решением совета директоров общества. Аналогичные решения советом директоров приняты в отношении ещё трех сделок по отчуждению акций физическим лицам. Сами сделки заключены 25.09.2013 - общество произвело отчуждение акций четырем покупателям равными долями (по 25%) по цене 24 313 000 руб. за пакет, со сроком оплаты до 31.12.2013 (т.2 л.д.12-17, т.3 л.д.70-89).

Дополнительными соглашениями от 27.02.2014 (03.03.2014, 05.03.2014) №1 срок оплаты акций всем покупателям продлен до 30.07.2014, соглашениями от 27.06.2014 №2 – до 02.03.2015, соглашениями от 28.11.2014 №3 – до 30.09.2015.

На дату продажи акций ФИО2 являлся генеральным директором компании на основании решения совета директоров от 16.04.2012 (т.2 л.д.83-84) и трудового договора от 16.04.2012 №1663 (т.2 л.д.89-104), который от имени компании подписан председателем её совета директоров ФИО7, одновременно являющимся одним из учредителей и генеральным директором общества.

Таким образом, с учетом положений пункта 1 статьи 64, статьи 65, пункта 1 статьи 69 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ "Об акционерных обществах"ФИО2, по сути, являлся подотчетным обществу лицом и находился в корпоративной (служебной) зависимости от последнего.

В ходе рассмотрения дела истец неоднократно заявлял, что остальные трое покупателей также являлись работниками компании. Ответчик данные доводы не оспаривал. По сведениям из ЕГРЮЛ (запись от 12.02.2016) один из покупателей в настоящее время является генеральным директором компании. 

На дату рассмотрения апелляционной жалобы оплата за акции указанными лицами не произведена. Документы, свидетельствующие о том, что общество требовало оплаты акций, в деле отсутствуют. Соглашения о прекращении взаимных обязательств зачетом от 11.11.2013 на сумму 5 489 703,20 руб. (т.3 л.д.82-83, 90-91) сами по себе факт частичной оплаты не подтверждают (в деле отсутствуют доказательства наличия у покупателей денежных обязательств перед продавцом). 

Апелляционным судом также установлено, что вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Ставропольского края от 05.04.2016 (дело А63-1424/2016), от 22.07.2016 (дело А63-1431/2016), от 07.07.2016 (дело А63-1435/2016) удовлетворены требования ООО «Ток-Строй» к компании о взыскании 226 549 431,95 руб. Общество привлекалось к участию в спорах в качестве третьего лица.

Из судебных актов следует, что на дату продажи акций (25.09.2013) общество имело задолженность перед ООО «Ток-Строй» по договору купли-продажи ценных бумаг от 05.04.2010 на сумму 282 966 679,84 руб. По соглашению об отступном от 05.05.2015 общество погасило свои обязательства на сумму 257 793 049,14 руб. В качестве отступного кредитору передано право требования задолженности с компании, в том числе, по выплате дивидендов по акциям в размере 112 500 000 руб. (на основании решения от 28.06.2013), в размере 2 076 851,68 руб. (на основании решения от 30.07.2013).

Условия соглашения об отступном (о передаче прав на выплату дивидендов), а также процессуальное поведение общества и компании в ходе рассмотрения указанных споров, не заявлявших о принадлежности акций иным лицам, свидетельствуют о том, что после заключения оспариваемой сделки общество не утратило корпоративный контроль над компанией, а напротив, продолжало осуществлять права её единственного акционера.

Заключение в один день сделок купли-продажи акций с подконтрольными лицами; в последующем синхронное заключение с ними на одних и тех же условиях соглашений об отсрочке платежа (в конечном итоге отсрочка предоставлена на 1 год и 9 месяцев); отсутствие какой либо переписки по вопросам заключения (исполнения) сделок и соглашений к ним, в том числе заявлений покупателей об отсрочке; несовершение вплоть до мая 2015 года действий по истребованию платы от ФИО2, (в отношении остальных покупателей – и до настоящего времени), а также передача по соглашению об отступном прав на дивиденды компании, свидетельствуют об отсутствии у сторон действительной воли на отчуждение - приобретение акций и обоснованности доводов истца о фиктивности сделки, формальном выводе имущества из активов общества с целью избежать обращения на него взыскания по долгам перед кредитором.

Вывод суда о реальности сделки, основанный на передаче истцом акций в залог по договорам от 21.07.2014 №14-STR-163-00014/3-7, 24.12.2014 №14-STR-102-00049/3-9 сделан без учета установленных выше обстоятельств. 

В отчете ЗАО «ВТБ Регистратор» о действующих обременениях ценных бумаг на счетах зарегистрированных лиц по состоянию на 28.08.2015 (т.2 л.д.42-44) содержится информация о передаче ФИО2 акций в залог по названным договорам. Однако из материалов дела не следует, что акции переданы в залог в обеспечение обязательств залогодателя, т.е. в интересах истца. В отчете также указано, что по договору залога от 24.12.2014 получателем дохода по заложенным ценным бумагам является банк (согласно письму ПАО «Бинбанк» от 27.01.2017 залогодержателем по договорам от 21.07.2014 и 24.12.2014 является банк).

Передача акций в залог в интересах третьих лиц не свидетельствует о том, что ФИО2 распорядился имуществом именно как собственник. 

Об отсутствии единой воли сторон на совершение сделки свидетельствуют и условия оспариваемого договора, обеспечивающего исключительно интересы продавца.

По условиям сделки истец приобрел акции по рыночной цене, установленной в отчете независимого оценщика от 03.09.2013 №2013-028 (т.1 л.д.30-114). Из названного отчета не усматривается, что при определении цены оценщиком учитывалось наличие обременений имущества залогом. Согласно пункту 1.4 спорного договора покупатель принимает на себя все права и обязанности залогодателя по договору залога акций №27-БГ/А-1 от 16.11.2012. Указанный договор залога заключен между обществом и банком в обеспечение обязательств третьего лица по договору о предоставлении банковской гарантии от 16.11.2012 №27-БГ/2012 (пункт 1.1). Залогом обеспечивается полный возврат денежных средств, уплаченных банком в сумме 488 287 011,49 руб. (пункт 2.11.1). Пунктом 3.1.2 договора залога предусмотрена обязанность общества не позднее следующего дня после заключения договора надлежащим образом оформить залоговое распоряжение с отметкой о том, что банку передается право на получение дивидендов по акциям с целью погашения обязательства.

Таким образом, условиями спорного договора предусмотрено приобретение по рыночной стоимости имущества, обременённого обязательствами третьего лица на сумму около 500 млн. руб. При этом из материалов дела не усматривается наличие между истцом и этим третьим лицом долговременных хозяйственных связей, оправдывающих заключение истцом сделки на таких условиях. 

С учетом установленных апелляционным судом обстоятельств, аффилированности участников спорных правоотношений, единственно объяснимым мотивом заключения договора на очевидно невыгодных для покупателя условиях, могло быть только заведомо согласованная воля сторон, направленная на формальное совершение сделки.

Суд отклоняет доводы о реализации истцом прав акционера компании на внеочередном общем собрании акционеров 14.11.2014. В условиях корпоративной зависимости от общества, представленные бюллетени для голосования, в которых владельцы акций по всем вопросам повестки дня единогласно проголосовали «против», реальность оспариваемой сделки не подтверждают.

Вывод суда о пропуске срока исковой давности является неверным.

Истец предъявил требование о признании сделки недействительной по основанию мнимости. Пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса квалифицирует мнимую сделку как ничтожную.

Из пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса следует, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

Исполнение договора началось 25.09.2013 (акции зачислены на лицевой счет покупателя), следовательно, срок давности истекает 25.09.2016. Иск поступил в суд 19.08.2015, т.е. в пределах срока.

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Поскольку договор купли-продажи признан судом ничтожным, оснований для удовлетворения встречных исковых требований о взыскании стоимости акций, не имеется.

С учетом изложенного, решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием нового судебного акта.

Понесенные истцом расходы по государственной пошлине по иску и апелляционной жалобе в соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Ставропольского края от 09.12.2015 по делу №А63-9779/2015 отменить, принять новый судебный акт.

Исковые требования удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи акций от 25.09.2013, заключенный между ООО «ТОК «Групп» и ФИО2

В удовлетворении встречного иска отказать. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ТОК Групп» в пользу ФИО2 9 000 руб. расходов по госпошлине по иску и апелляционной жалобе.

Отменить обеспечительные меры, принятые определением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2016. 

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок через суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                      Е.Г. Сомов

Судьи:                                                                                                    С.И. Джамбулатов

                                                                                                                Е.В. Жуков