ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-6857/2024

19 сентября 2024 года

город Омск

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе судьи  Тетериной Н.В.

рассмотрев апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-6815/2024, 08АП-7073/2024) общества с ограниченной ответственностью «ЭКО-Технологии плюс» и акционерного общества «Тюменнефтегаз» на решение Арбитражного суда Омской области от 30.05.2024 по делу № А70-6857/2024 (судья Лоскутов В.В.), рассмотренному в порядке упрощенного производства по иску акционерного общества «Тюменнефтегаз» к обществу с ограниченной ответственностью «ЭКО-Технологии плюс» о взыскании штрафа в размере 100 000 руб.,

установил:

акционерное общество «Тюменнефтегаз» (далее – АО «Тюменнефтегаз», истец) обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «ЭКО-Технологии плюс» (далее –  ООО «ЭКО-Технологии плюс», ответчик) о взыскании штрафа в размере 100 000 руб.

            Определением Арбитражного суда Тюменской области от 28.12.2023 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства на основании частей 1, 2 статьи 227 АПК РФ Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 24.05.2024 (мотивированное решение от 30.05.2024) исковые требования удовлетворены частично. С ООО «ЭКО-Технологии плюс» в пользу АО «Тюменнефтегаз» взыскано 29 000 руб., в том числе штраф в размере 25 000 руб., начисленный на основании пункта 6.22 договора от 19.05.2022 № 7450022/0312Д на оказание услуг по дегазации, очистке от механических примесей и закачке рабочего агента в нагнетательные скважины кустовых площадок №№ 14, 15, 16, 21, 97 месторождения «Русское» АО Тюменнефтегаз», расходы по уплате государственной пошлине в размере 4 000 руб. 

Не согласившись с принятым судебным актом, стороны обратились в Восьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

Истец в своей апелляционной жалобе просит решение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы её податель указывает следующее: судом первой инстанции при снижении штрафных санкций не принято во внимание, что допущенные ответчиком нарушения создают вероятность возникновения инцидентов  при эксплуатации объектов, наличию высоких рисков возникновения аварийных ситуаций, не соблюдению правил ПБНГП, охраны труда и в области охраны окружающей среды. Ответчик, являясь профессиональным участником рынка, не мог не осознавать необходимость надлежащего исполнения условий договора, а также был в полной мере осведомлен о сумме штрафа, подлежащего уплате. При этом сумма штрафа, взысканная судом первой инстанции, не обеспечивает соблюдение баланса интересов, не создает экономические стимулы надлежащего исполнения обязательств.

Ответчик также просит отменить решение по настоящему делу, в удовлетворении исковых требований отказать.

Мотивируя доводы своей апелляционной жалобы, ответчик повторно заявляет о явной несоразмерности штрафа, полагая возможным снизить таковой до 10 000 руб.

При этом ответчик указывает на то, что первый регламент направлен истцу 02.12.2022; неоднократность согласования такового следует и из письма ответчика от 25.08.2023 № ИСХ-РД-07714-23, то есть регламент ответчиком разработан, но стороны не согласовали его условия. Наличие же спора о существенных условиях регламента взаимодействия, который к настоящему времени не разрешен, не должен влечь начисление штрафа. К тому же срок разработки регламента сторонами не согласовывался, договором не установлен; протокол от 12.08.2022 № 2022-08-12-ППД подписан неуполномоченными на внесение изменений в договор лицами. Помимо прочего ответчик полагает, что размер штрафа не соответствует последствиям нарушенного обязательства, так как не препятствует выполнению основных обязательств по договору, негативные последствия на стороне истца отсутствуют, в том числе в виде привлечения надзорными органами к какой-либо ответственности; договор заключен по итогам конкурсных процедур, то есть ответчик не мог влиять на условия договора; истец злоупотребляет своими правами, учитывая, что общая сумма штрафных санкций в рамках договора составила 46,84% от общей стоимости работ. 

Оспаривая доводы подателя жалобы, АО «Тюменнефтегаз» представило отзыв на апелляционную жалобу.

 Информация о рассмотрении дел в суде апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьёй 121 АПК РФ, размещена на сайте Восьмого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет.

В соответствии с положениями части 1 статьи 272.1 АПК РФ и разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимися в пункте 47 постановления от 18.04.2017 № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве», апелляционные жалобы рассмотрены судьей единолично без проведения судебного заседания, без извещения лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, без осуществления протоколирования в письменной форме или с использованием средств аудиозаписи.

Рассмотрев материалы дела, суд апелляционной инстанции установил, что исковые требования основаны на заключенном между АО «Тюменнефтегаз» (заказчик) и ООО «ЭКО-Технологии плюс» (исполнитель) договор от  19.05.2022 № 7450022/0312Д на оказание услуг по дегазации, очистке от механических примесей и закачке рабочего агента в нагнетательные скважины кустовых площадок №№ 14, 15, 16, 21, 97 месторождения «Русское» АО Тюменнефтегаз» (далее – договор).

По условиям пункта 1.1 договора заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательства на оказание комплексных услуг по дегазации, очистке от механических примесей и закачке рабочего агента в нагнетательные скважины кустовых площадок №№14, 15, 16, 21, 97 на месторождении «Русском» АО «Тюменнефтегаз» согласно утвержденного технического задания (Приложение №1), а заказчик обязуется принять оказанные услуги и оплатить.

Согласно пункту 2.1.1. договора в срок до 15 календарных дней с момента подписания договора привести в соответствие документацию, провести мобилизацию оборудования и персонала, провести подготовительные работы, после чего организовывать начало оказания услуг (до 7 дней проведение пуско-наладочных работ).

В качестве приложения № 1 к договору стороны согласовали техническое задание, в котором отразили условия выполнения работ, в том числе на основании пункта 4.2. технического задания к договору, ответчик обязуется разработать, согласовать с истцом и утвердить план мероприятий по локализации последствий аварий на объекте, технологический регламент, регламент взаимодействий с истцом. 

В части согласования сроков проведения работ указано, что перед началом оказания услуг необходимо разработать и согласовать с истцом регламент взаимодействий и технологический регламент (пункт 2 технического задания к договору).

При этом согласно пункту 2.1.1. договора, с учетом протокола разногласий от 23.05.2022, ответчик обязан в срок до тридцати календарных дней с момента подписания договора привести в соответствие документацию, провести мобилизацию оборудования и персонала, провести подготовительные работы, после чего организовывать начало оказания услуг (до семи дней проведение пуско-наладочных работ). 

Пунктом 6.4. договора установлено, что неоказанием или ненадлежащим оказанием услуг ответчиком являются следующие факты действия/бездействия ответчика: ответчик не приступил к оказанию услуг в сроки, установленные договором; оказание услуг с нарушением сроков, установленных договором; оказание услуг с недостатками, с нарушением требований, установленных договором. Дефекты и недостатки означают любые отклонения и отступления в услугах по сравнению с техническим заданием, в том числе с требованиями к качеству услуг, при наличии которых использование результата услуг по назначению практически невозможно или исключено из соображения безопасности, а также существенно влияет на использование результата услуг по назначению или его долговечность.

Пунктом 6.22 договора предусмотрена ответственность за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения исполнителем обязательства 100 000 руб.

Как указывает истец, 31.05.2022 между истцом и ответчиком проведено совместное совещание, оформленное протоколом № 2022-05-31-ППД, пунктом 7 которого установлен срок разработки регламента взаимодействия – 15 июня 2022 года.

Далее, 12.08.2022 между истцом и ответчиком проведено совместное совещание, оформленное протоколом № 2022-08-12-ППД, пунктом 8 которого установлен новый срок разработки регламента – 15 сентября 2022 года.

Поскольку к означенному сроку регламент взаимодействия не представлен ответчиком, истец на основании пункта 6.22 договора начислен штраф в размере 100 000 руб.  

Истец направил ответчику претензию от 25.12.2023 № ИСХ-ДМ-11803-23 с требованием оплатить штраф в размере 100 000 руб.

Оставление требований истца без удовлетворения послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд.

Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пунктами 73, 74, 75 и 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление № 7), установив факт ненадлежащего исполнения обязательств по договору ответчиком, учитывая характер допущенного ответчиком нарушения и последствия этого нарушения, пришёл к выводу о наличии оснований для  снижения  штрафа до 25 000 руб.

Ответчик же считает, что оснований для привлечения его к ответственности нет, поскольку регламент взаимодействия направлен истцу 02.12.2022, а конкретные сроки разработки сторонами не согласовывались. Наличие спора о существенных условиях регламента взаимодействия, по мнению ответчика, не свидетельствуют о неисполнении последним обязательства по разработке такового.

Статьёй 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) в качестве оснований возникновения гражданских прав и обязанностей указаны основания, предусмотренные законом и иными правовыми актами, а также действия граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В силу статьи 307 ГК РФ обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в ГК РФ.

В соответствии со статьёй 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определённые действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определённую денежную сумму (неустойку), размер которой может быть установлен в твёрдой сумме - штраф или в виде периодически начисляемого платежа - пени (пункт 1 статьи 330 ГК РФ, пункт 60 постановления № 7).

В рамках договора стороны согласовали ответственность, установив пунктом 6.22 договора за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения ответчиком обязательства штраф в размере 100 000 руб.

Как следует из вышеприведенного пункта 1 статьи 330 ГК РФ, основанием для начисления и взыскания штрафа является неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.

В качестве такового истцом расценено непредставление ответчиком к установленному сроку регламента взаимодействия.

Выше приведены условия договора, в соответствии с которыми такой регламент подлежит разработке ответчиком. В самом договоре действительно срок предоставления такого регламента в качестве конкретной даты не согласован.

Между тем в соответствии со статьей 190 ГК РФ установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом срок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами. Срок может определяться также указанием на событие, которое должно неизбежно наступить.

Из совокупного толкования в порядке статьи 431 ГК РФ условий пункта 2.1.1 договора, пункта технического задания к договору следует, что регламент должен быть разработан до начала оказания услуг, в то время как таковые разделены на три этапа: мобилизация, оказание услуг по дегазации, очистке от механических примесей и закачке рабочего агента в нагнетательные скважины кустовых площадок №№14, 15, 16, 21, 97 включают подготовительные работы и заключительные, демонтажные работы установки дегазации, очистки от механических примесей и закачки рабочего агента (далее «Установка»), демобилизация. Срок мобилизации согласован как 15 суток с момента подписания договора.

Следовательно, при подписании договора 23.05.2022 регламент взаимодействия должен был быть разработан в срок до 07.06.2022.

Далее этот срок стороны дважды конкретизировали при проведении совместных совещаний и окончательно установили – 15.09.2022.

По утверждению самого ответчика регламент направлен только в декабре 2022 года, то есть с нарушением срока.

Ссылка ответчика на подписание протокола от 12.08.2022 № 2022-08-12-ППД неуполномоченными на внесение изменений в договор лицами подлежит отклонению как не имеющая существенного значения, учитывая, что срок разработки регламента можно установить из содержания самого договора, а протоколы совещаний лишь улучшают положение ответчика, продляя последнему такой срок.

При таких обстоятельствах судом первой инстанции обоснованно констатировано наличие нарушения обязательств ответчиком по договору как условие для удовлетворения исковых требований АО «Тюменнефтегаз».

Вместе с тем неустойка снижена судом первой инстанции в порядке статьи 333 ГК РФ, с чем не согласились обе стороны спора.

Оценивая возражения сторон в данной части, апелляционный суд исходит из следующего.

Согласно статье 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

В пункте 69 постановления № 7 разъяснено, что подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае её явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Согласно пунктам 71, 77 постановления № 7, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме, в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

В пункте 73 постановления № 7 указано, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату добросовестной стороне такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Степень несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, судебной практикой выработаны критерии её определения, которые применяются с учётом обстоятельств  конкретного дела.  Так, в качестве таковых могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и другое (пункт 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор применения арбитражными судами статьи 333 ГК РФ»).

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной её несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Рассмотрев заявление ответчика о снижении суммы штрафа, суд первой инстанции пришёл к выводу о наличии оснований для применения статьи 333 ГК РФ и уменьшения размера штрафа до 25 000 руб.

Отклоняя возражения АО «Тюменнефтегаз» о необоснованности снижения размера штрафа, суд апелляционной инстанции исходит из того, что неустойка (штраф) является способом обеспечения исполнения обязательств должником. Поэтому, исходя из необходимости соблюдения баланса интересов сторон (даже несмотря на то, что такие правоотношения возникли на основании договоров),  размер подлежащей взысканию неустойки (штрафа), как суммы компенсационного характера, должен соотноситься с нарушенным интересом, а не носить исключительно карательный характер.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 21.12.2000 № 263-О разъяснил, что предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае её чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть на реализацию требования статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

При таких обстоятельствах задача суда состоит в устранении явной несоразмерности договорной ответственности, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

Вопрос о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства  разрешается  судом  исходя из конкретных обстоятельств дела.

При этом, отсутствие у кредитора обязанности доказывать факт причинения ему убытков и презумпция возникновения на стороне кредитора негативных последствий при нарушении договорного обязательства не исключают обязанность суда оценить соразмерность заявленной к взысканию неустойки последствиям нарушенного обязательства (пункт 74 постановления № 7).

В данном случае истец не представил доказательства наступления негативных последствий, связанных с допущенными исполнителем  нарушениями, которые не компенсируются штрафом с учётом уменьшения его размера в судебном порядке. 

Ссылка на возможные последствия в качестве такого доказательства расценены быть не могут.

Исходя из необходимости обеспечения баланса интересов сторон, принимая во внимание отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих возникновение убытков на стороне истца, учитывая, критерии, влияющие на установление несоразмерности штрафа, согласованного сторонами в договоре, последствиям нарушенного обязательства, недопустимость использования неустойки как средства обогащения, суд апелляционной инстанции  считает правомерным вывод суда первой инстанции о чрезмерности размера установленного договором штрафа и наличии оснований для его уменьшения.

При этом доводы ответчика, приведенные в апелляционной жалобе, не свидетельствуют о наличии оснований для большего снижения размера неустойки, нежели определено судом первой инстанции.

Апелляционный суд считает, что определенный судом размер ответственности соответствует принципам добросовестности, разумности и справедливости и не приведет к чрезмерному, избыточному ограничению имущественных прав и интересов ответчика, соответствует характеру допущенного им нарушения обязательств, основания для снижения пени в порядке статьи 333 ГК РФ в большем размере отсутствуют.

С учётом изложенного, принятое по делу решение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на подателей жалоб.

 На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьями 270 - 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

решение Арбитражного суда Тюменской области от 30.05.2024 по делу № А70-6857/20243 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение двух месяцев со дня принятия.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса Картотека арбитражных дел http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

 

Судья

 

Н.В. Тетерина