﻿ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№10АП-7581/2021

г. Москва

15 июня 2021 года

Дело № А41-74794/20

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Пивоваровой Л.В. рассмотрел апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя Мухтарова Рахиля Мухтар Оглы на решение Арбитражного суда Московской области от 26.03.2021 по делу № А41-74794/2020, рассмотренному в порядке упрощенного производства.

 

ROVIO ENTERTAINMENT CORPORATION (далее - компания, истец) обратилось в Арбитражный суд Московской области с иском к индивидуальному предпринимателю Мухтарову Рахилю Мухтар Оглы (далее – ИП Мухтаров, предприниматель, ответчик) о взыскании компенсации за нарушение прав на товарные знаки №1052865, №1034096, №1153107, №1152678, №1152685, №1152679 в общем размере 75 000 руб., расходов по приобретению товара в размере 100 руб., почтовых расходов в размере 136 руб. 40 коп.

Решением арбитражного суда первой инстанции от 26.03.2021 исковые требования удовлетворены в полном объеме. 

С вынесенным решением не согласился ответчик и обжаловал его в апелляционном порядке. 

В апелляционной жалобе предприниматель (далее также – податель жалобы) просит решение арбитражного суда первой инстанции отменить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы её податель указывает на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, неверное применение судом норм материального и процессуального права. Так, не признает факт продажи товара, указанного истцом, нарушения прав истца на указанные в иске товарные знаки. Ссылается на необоснованность определения судом суммы компенсации. Указывает, что размер взысканной компенсации несоразмерен последствиям нарушения права. 

На основании положений части 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений, данных Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пункте 47 постановления от 18.04.2017 № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве», апелляционная жалоба рассмотрена судьей арбитражного суда апелляционной инстанции единолично, без проведения судебного заседания, без извещения лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, без вызова их в судебное заседание, без осуществления протоколирования в письменной форме или с использованием средств аудиозаписи.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем следующих товарных знаков по международным регистрациям: №1052865, №1034096, №1153107, №1152678, №1152685, №1152679.

28 июля 2020 года истцом был установлен факт продажи ответчиком по адресу: г. Подольск, пр-т Ленина, 107/49 продукции (головной убор (шапка)), на которой имеются изображения, сходные с товарными знаками компании. 

Факт реализации товара зафиксирован видеозаписью, произведенной представителем истца в порядке статей 12 и 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, оформлен кассовым чеком от 28.07.2020.

Истец указывает, что согласие на использование данных результатов интеллектуальной деятельности ответчику не давал.

В связи с указанным истец направил в адрес ответчика претензию с требованием о выплате компенсации за незаконное использование спорных результатов интеллектуальной деятельности.

Не получив ответа на претензию, истец обратился с настоящим исковым заявлением в суд.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из их законности и обоснованности.

Арбитражный суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело в порядке, предусмотренном статьями 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого решения суда.

Так, в соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное. 

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 названного Кодекса лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. 

Согласно пункту 2 статьи 1484 названного Кодекса исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе, сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 названного Кодекса).

Как следует из материалов дела, истец является обладателем прав на названные выше товарные знаки, что подтверждается представленными в материалы выписками на товарные знаки с приложениями.

Факт реализации товара ответчиком, вопреки доводу апелляционной жалобы,  подтверждается кассовым чеком от 28.07.2020, фотографиями спорного товара, а также видеосъёмкой, совершённой в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии со статьями 12-14 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Частью 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

При этом такой способ защиты нарушенного права как самозащита прямо предусмотрен гражданским законодательством (статья 12 ГК РФ), вопреки доводам ответчика, не противоречит законодательству, регламентирующему оперативно-розыскную деятельность и частную детективную деятельность.

Из содержания видеозаписи усматривается, что товар был приобретен именно в торговой точке ответчика, запечатлен факт продажи представленного в материалы дела товара в магазине, оформление именно чека, представленного истцом в материалы дела. 

Таким образом, видеозапись является достаточным и бесспорным доказательством приобретения указанного товара у ответчика.

Представленный кассовый чек содержит сведения о продавце - ответчике, идентификационный номер налогоплательщика, дату осуществления расчёта, стоимость товара.

Данные о продавце, содержащиеся в чеке, совпадают с аналогичными данными об ответчике, указанными в выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей в отношении ответчика.

Оснований для сомнений в относимости и достоверности представленных истцом доказательств суд апелляционной инстанции не находит.

О фальсификации документа предприниматель не заявил.

Согласно части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Аудио и видеозапись отнесены к самостоятельным средствам доказывания и могут использоваться как одно из доказательств факта распространения контрафактной продукции конкретным субъектом.

В соответствии со статьей 493 Гражданского кодекса Российской Федерации договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Таким образом, истец доказал факт нарушения его прав именно ответчиком. 

Обозначение считается сходным до степени смешения с конкретным товарным знаком, если обычные потребители соответствующего товара ассоциируют обозначение с товарным знаком в целом несмотря на отдельные отличия (пункт 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015).

Вопрос сходства до степени смешения между обозначениями, использованными ответчиком, и товарными знаками истца является вопросом факта.

Как разъяснено в пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122, вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы, что не учтено подателем жалобы.

Аналогичный подход закреплен в пункте 75 постановления № 10, согласно которому вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак, с учетом пункта 162 названного постановления.

Согласно упомянутому пункту 162 названного постановления установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что определяющим для установления сходства обозначений является вероятность наличия у рядовых потребителей ассоциативных связей между сравниваемыми обозначениями.

Суд апелляционной инстанции, проведя сравнительный анализ визуальных товарных знаков истца и товара, приобретенного у ответчика, пришел к выводу о сходстве изображений на проданном ответчиком товаре с товарными знаками истца.

Сравнение перечней товаров с целью определения их однородности показало, что товары (одежда, головные уборы), для которых, среди прочего, зарегистрированы товарные знаки истца, и товар (головной убор), который предлагался к продаже ответчиком, однородны, поскольку относятся к одному роду и виду, имеют одно функциональное назначение, один круг потребителей, являются взаимодополняемыми и взаимозаменяемыми, в связи с чем указанные товары могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения.

Доказательства правомерности использования товарных знаков истца ответчиком в материалы дела не представлены.

Таким образом, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суд первой инстанции, вопреки указанию подателя жалобы, пришел к верному выводу о том, что ответчик своими действиями по предложению к продаже указанного товара нарушил исключительные права истца на товарные знаки.

Подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, на что ссылается истец в иске. 

Истец со ссылкой на приведенную норму просит взыскать с ответчика сумму компенсации 75 000 руб. (по 12 500 руб. за каждый товарный знак). В обоснование данной суммы компенсации истец указал на популярность и широкую известность товарных знаков.  

Суд первой инстанции, исходя из характера нарушения, степени вины нарушителя, принципов разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, верно посчитал заявленную сумму компенсации обоснованной и отвечающей принципам разумности и справедливости.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Вопреки доводам подателя жалобы, у суда первой инстанции не имелось оснований для снижения компенсации.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2 Постановления от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края», положения подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системной связи с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

  При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленными требованиями, но не ниже низшего предела, установленного законом. Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами. 

  В настоящем случае ответчик в отзыве на иск сослался лишь на незначительные доходы и наличие на иждивении 5 малолетних детей. 

  Между тем, указанное само по себе не является основанием для снижения компенсации.

  Ответчик не доказал наличие исключительных обстоятельств для снижения заявленной истцом компенсации.

На основании изложенного арбитражный суд первой инстанции обоснованно удовлетворил исковые требования.

Доводы апелляционной жалобы не могут быть приняты арбитражным судом апелляционной инстанции в качестве обоснованных.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

При указанных обстоятельствах решение арбитражного суда первой инстанции не подлежит отмене или изменению, а апелляционная жалоба – удовлетворению.

В силу части 2 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, арбитражным судом апелляционной инстанции не принимаются, за исключением случаев, если в соответствии с положениями                   части 6.1 статьи 268 настоящего Кодекса арбитражный суд апелляционной инстанции рассматривает дела по правилам, установленным для рассмотрения дел в арбитражном суде первой инстанции.

Принимая во внимание отсутствие оснований для перехода к рассмотрению настоящего дела по правилам, установленным названным Кодексом для рассмотрения дела в суде первой инстанции, представленные подателем жалобы дополнительные доказательства не могут быть приобщены к материалам дела и не подлежат правовой оценке.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 26.03.2021 по делу № А41-74794/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя Мухтарова Рахиля Мухтар Оглы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам только по основаниям, предусмотренным              частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

 

Судья                                                                                                  Л.В. Пивоварова