Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А51-273/2015

г. Владивосток

28 ноября 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 ноября 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 28 ноября 2018 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Л.А. Мокроусовой,

судей Т.А. Аппаковой, Н.А. Скрипки,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы представителя участников общества с ограниченной ответственностью «БОМАРШЕ» ФИО2, ФИО3, ФИО4, общества с ограниченной ответственностью «Тринити-Девелопмент», 

апелляционные производства № 05АП-7162/2018, 05АП-7163/2018, 05АП-7165/2018, 05АП-7204/2018

на определение от 20.08.2018 

судьи О.В. Васенко

по делу № А51-273/2015 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Возрождение-ДВ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «БОМАРШЕ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о признании несостоятельным (банкротом),

при участии:

представитель учредителя (участника) ООО «БОМАРШЕ» ФИО2, на основании решения от 01.11.2015, паспорт;

от ФИО5: ФИО6 (доверенность от 16.07.2018, сроком на 3 года, паспорт);

от Чайки А.А.: ФИО6 (доверенность от 14.06.2018, сроком на 3 года, паспорт);

от кредитора ФИО7: ФИО8 (доверенность от 13.10.2016, сроком на 5 лет, паспорт);

от ООО «Тринити-Девелопмент»: ФИО9 (доверенность от 27.03.2017, сроком на 1 год, паспорт);

от ФИО4: ФИО10 (доверенность от 30.11.2017, сроком на 3 года, удостоверение); 

от ФИО3: ФИО10 (доверенность от 25.12.2017, сроком на 3 года, удостоверение);

кредитор ФИО11 на основании определения Арбитражного суда Приморского края от 08.09.2017, паспорт;

кредитор ФИО12 на основании определения Арбитражного суда Приморского края от 04.04.2016, паспорт;

иные лица, участвующие в деле о банкротстве, не явились,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Возрождение-ДВ» (далее – ООО «Возрождение-ДВ», заявитель по делу) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Бомарше» (далее – ООО «Бомарше», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Приморского края от 12.03.2015 в отношении ООО «Бомарше» введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО13. 

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 14.03.2015 № 2.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 10.11.2015 ООО «Бомарше» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО14.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 21.11.2015 № 215.

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 26.04.2016 решение суда первой инстанции в части утверждения конкурсным управляющим ФИО14 отменено, вопрос об утверждении конкурсного управляющего ООО «Бомарше» направлен на новое рассмотрение; исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО14

Определением Арбитражного суда Приморского края от 08.07.2016 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО15.

В рамках настоящего обособленного спора рассматриваются объединенные для совместного рассмотрения в деле о банкротстве ООО «Бомарше»:

- заявление конкурсного управляющего о привлечении бывшего руководителя ООО «Бомарше» ФИО16 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 42489062,09 руб. (входящий номер 9906/2017);

- заявление конкурсного кредитора ФИО11 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Бомарше» в размере 44447911,23 руб. (входящий номер 157335/2017);

- заявление конкурсного кредитора ФИО11 о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Бомарше» (входящий номер 149786/2017);

- заявление конкурсного кредитора ФИО11 о привлечении ФИО3, ФИО17 и Общества с ограниченной ответственностью «Тринити-Девелопмент» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Бомарше» (входящий номер 196403/2017);

- заявление конкурсного кредитора ФИО11 о привлечении ООО «Альфа-Девелопмент» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Бомарше» (входящий номер 10028/2018); 

- заявление конкурсного кредитора ФИО11 о привлечении ФИО18, ФИО19, ФИО20 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Бомарше» (входящий номер 48317/2018).

Определением Арбитражного суда Приморского края от 20.08.2018 (с учетом определения об исправлении опечатки от 27.08.2018) к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «Бомарше» привлечены ФИО16, ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО17, ООО «Альфа-Девелопмент» и ООО «Тринити-Девелопмент». 

В удовлетворении требований к ФИО18, ФИО19 и ФИО20 отказано.

С ФИО16, ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО17, ООО «Альфа-Девелопмент» и ООО «Тринити-Девелопмент» в пользу ООО «Бомарше» взыскано солидарно 41515472,66 руб.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, представитель участников ООО «Бомарше» ФИО2, ФИО3, ФИО4, ООО «Тринити-Девелопмент» обжаловали его в апелляционном порядке.

Представитель участников ООО «Бомарше» ФИО2 в своей апелляционной жалобе просит определение суда первой инстанции в части привлечения ООО «Альфа-Девелопмент» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскания с него наряду с иными ответчиками (ФИО16, ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО17, ООО «Тринити-Девелопмент») в пользу должника солидарно 41515472,66 руб. отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении указанных требований. В обоснование своей позиции заявитель указывает, что ООО «Альфа-Девелопмент» не может считаться лицом, контролировавшим действия ООО «Бомарше», поскольку его учредителем и генеральным директором являлся ФИО16 В рассматриваемой ситуации ООО «Альфа-Девелопмент» по просьбе должника осуществляло достройку объекта строительства.

ФИО3 и ФИО4 в своих апелляционных жалобах просят определение суда первой инстанции в части привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Бомарше» и взыскания с них наряду с иными ответчиками (ФИО16, ФИО2, ФИО17, ООО «Альфа-Девелопмент» и ООО «Тринити-Девелопмент») в пользу должника солидарно 41515472,66 руб. отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении указанных требований. В обоснование своей позиции заявители указывают, что ФИО3 и ФИО4 являются ненадлежащими ответчиками по настоящему обособленному спору, поскольку по смыслу статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)») не относятся к контролирующим должника лицам, в связи с чем не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по долгам должника. 

ООО «Тринити-Девелопмент» в своей апелляционной жалобе просит определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. В обоснование своей позиции заявитель ссылается на ошибочность выводов суда, изложенных в обжалуемом определении; полагает, что при вынесении судебного акта суд неправильно применил нормы права, дал неверную оценку обстоятельствам дела. Считает необоснованным вывод суда о том, что срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности по долгам должника не пропущен; по мнению апеллянта, указанный срок следует исчислять с момента утверждения разделительного баланса в 2011 году вплоть до 2014 года.

Определениями Пятого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2018, от 02.10.2018, от 02.10.2018, от 01.10.2018 указанные апелляционные жалобы приняты к производству, их совместное рассмотрение назначено на 22.10.2018. Определением суда от 22.10.2018 рассмотрение жалоб отложено до 21.11.2018.

В канцелярию суда от ФИО3, ФИО4, ООО «Тринити-Девелопмент», представителя участников ООО «Бомарше» ФИО2 поступили письменные дополнения к апелляционным жалобам, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В канцелярию суда от представителя участников ООО «Бомарше» ФИО2 поступил письменный отзыв на апелляционные жалобы ФИО3, ФИО4 в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В канцелярию суда от ФИО11 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу ООО «Тринити-Девелопмент» в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В канцелярию суда от ФИО12 поступил письменный отзыв на апелляционные жалобы представителя участников ООО «Бомарше» ФИО2, ООО «Тринити-Девелопмент», ФИО3, ФИО4, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В канцелярию суда от ООО «Бомарше» поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов, а именно: письмо ООО «Бомарше» главе администрации г. Владивостока от 07.02.2007 и Постановление арбитражного суда кассационной инстанции от 22.04.2008 по делу № Ф03-А51/08-1/225.

В заседании арбитражного суда апелляционной инстанции 21.11.2018 представители апеллянтов доводы своих апелляционных жалоб поддержали в полном объеме. Обжалуемое определение суда первой инстанции считают незаконным и необоснованным, подлежащим отмене. Представитель учредителя (участника) ООО «Бомарше» ФИО2 поддержала ходатайство о приобщении к материалам дела ранее представленных дополнительных документов.

Кредиторы ФИО11, ФИО12, представитель кредитора ФИО7 доводы апелляционных жалоб опровергли. Определение суда первой инстанции считают правомерным, не подлежащим отмене. Кредитор ФИО11 высказался против приобщения к материалам дела дополнительных документов ранее представленных ФИО2

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил в приобщении к материалам дела Постановления арбитражного суда кассационной инстанции от 22.04.2008 по делу № Ф03-А51/08-1/225 отказать, поскольку оно размещено в общедоступном информационном ресурсе «Картотека арбитражный дел», расположенном по адресу kad.arbitr.ru в сети «Интернет». Указанный документ возвращен в судебном заседании. Письмо ООО «Бомарше» главе администрации г. Владивостока от 07.02.2007 суд приобщил к материалам дела.

Также судом апелляционной инстанции установлено, что к дополнениям к апелляционной жалобе ООО «Тринити-Девелопмент» приложена оборотно-сальдовая ведомость по счету 20.01 за период 2012-2018 гг., представитель ООО «Тринити-Девелопмент» ходатайствовал о приобщении указанного документа к материалам дела.

Кредитор ФИО11 доводов против приобщения к материалам дела указанного документа не представил.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил приобщить в материалы дела указанный документ, как связанный с обстоятельствами настоящего спора.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствует суду в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционных жалоб, письменных дополнений к ним, отзывов на жалобы, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

Из материалов дела установлено, что ООО «Бомарше» зарегистрировано в качестве юридического лица администрацией города Владивостока Приморского края 21.07.1999, обществу присвоен основной государственный регистрационный номер 1022501285311, о чем выдано свидетельство серии 25 № 01302971; основным видом деятельности должника согласно уставу в редакции, утвержденной решением участника от 26.09.2011 № 1, является выполнение функций заказчика строительства жилых и нежилых объектов.

Согласно информации, предоставленной регистрирующим органом письмом от 17.03.2017 № 20-13/09294, с момента создания руководство должником осуществляли разные лица, в периоды с 06.08.2003 по 17.12.2003 и с 11.01.2006 по 21.09.2012 в Едином государственном реестре юридических лиц содержались сведения о ФИО16 как директоре общества, одновременно с этим являющимся участником юридического лица.

07.05.2003 обществу предоставлен земельный участок в районе ул. Прапорщика ФИО21, д. 45 для строительства 15-ти этажного жилого дома; 04.06.2003 между Администрацией города Владивостока и должником заключен договор аренды указанного земельного участка, и 27.06.2003 должнику выдано разрешение на строительство жилого дома с поликлиникой, офисами, автостоянкой и гаражами с надстройкой № 65/03 сроком действия до 31.12.2007.

С целью осуществления строительства 09.06.2003 между ООО «Бомарше» (заказчик) в лице генерального директора ФИО16 и ОАО «ДАЛЬЭНЕРГОСПЕЦРЕМОНТ» (подрядчик) заключен договор строительного подряда № ДК210, в соответствии с которым заказчик поручает, а подрядчик обязуется построить и сдать государственной комиссии 18 этажный жилой дом, который будет располагаться адресу: город Владивосток, в районе улицы Прапорщика ФИО21, 45. В пункте 2.3 договора согласовано условие о том, что строительство дома осуществляется подрядчиком своими силами за счет собственных средств. Согласно пункту 3.1.4 договора заказчик обязан после выполнения работ подрядчиком произвести с ним полный расчет в соответствии с условиями настоящего договора в течение 10 дней с момента регистрации дома в ПКРЦ, путем выдачи документов для оформления квартир и иных помещений, причитающихся подрядчику в собственность.

В дополнении № 1 к названному договору согласовано, что при выполнении обязательств подрядчика последнему передаются определенные квартиры в построенном доме (всего 105 жилых и нежилых помещений), то есть стороны договорились о передаче помещений подрядчику в качестве оплаты за выполненные работы.

Дополнением от 14.07.2003 № 2 в указанный договор добавлен пункт 3.4, согласно которому подрядчик имеет право привлекать в строительство денежные средства третьих лиц путем реализации квартир, которые ему будут принадлежать в качестве расчета по настоящему договору, с момента подписания дополнения; заказчик не несет никаких обязательств перед третьими лицами за подрядчика по таким обязательствам последнего. 

Реализуя указанное право, ОАО «ДАЛЬЭНЕРГОСПЕЦРЕМОНТ», приняв обязательство осуществлять строительство жилого дома, привлекло к финансированию ООО «ДальРУС» путем заключения договора об инвестировании и участии в строительстве от 10.06.2003 № 105, согласно которому стороны договорились совместно участвовать в строительстве жилого дома по улице ФИО21, 45 в г. Владивостоке. Участники договора согласились, что оплата по договору будет производиться путем предоставления в собственность ООО «ДальРУС» жилых помещений, расположенных в строящемся доме, при этом инвестор вправе произвести финансирование строительства объекта за счет собственных или заемных средств. В приложении № 1 к договору определен перечень квартир, подлежащих передаче инвестору. В дальнейшем ООО «ДальРУС» привлекало денежные средства путем заключения договоров о долевом участии в строительстве названного жилого дома.

В то же время должником велась подготовка к строительству второго объекта, и 06.04.2006 между управлением муниципального имущества, градостроительства и архитектуры города Владивостока и должником заключен договор аренды земельного участка с кадастровым номером 25:28:010010:0080, площадью 4888 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...> (примерно 17 м на северо-восток от ориентира), для использования в целях строительства и дальнейшей эксплуатации жилого комплекса сроком до 03.04.2011. В июле 2006 года должнику выдано разрешение на строительство объекта капитального строительства жилого комплекса «Тринити», расположенного по адресу: 

<

...>, сроком действия до 05.07.2010; на основании приказа Федерального агентства по строительству и жилищно-коммунальному хозяйству от 25.07.2007 № 203 выдана лицензия на осуществление строительства зданий и сооружений (выполнение функций заказчика-застройщика) сроком действия до 25.07.2012.

Сроки окончания строительства жилого дома по улице Прапорщика ФИО21, 45 в г. Владивостоке неоднократно изменялись и в июле 2008 года степень готовности объекта составляла 70 %. Должником произведены действия для оформления права собственности на возводимые по адресу: 

<

...> объекты. 

Так, 02.07.2008 выдано свидетельство о праве собственности серии 25-АБ № 044405 на объект незавершенного строительства (жилой дом), назначение: жилое с нежилыми помещениями, площадь застройки 1992,20 кв. м, степень готовности 70 %, инв. № 05:401:002:000270330, лит. А, и 21.10.2008 в связи с оформлением права собственности иных лиц на доли в объекте должником получено свидетельство о регистрации доли в праве общей долевой собственности на данный объект в размере 8834/10000. 

Также должником оформлено право собственности на объект, строительство которого первоначально планировалось к осуществлению во вторую очередь – объект незавершенного строительства (жилой дом): назначение жилое, площадь застройки 360 кв.м, степень готовности 5 %, инв. № 05:401:002:000270330:0002 лит. Б, о чем выдано свидетельство о государственной регистрации права от 15.07.2008 серии 25-АБ № 045149;  данный объект отчужден должником по договору купли-продажи объекта незавершенного строительства от 01.10.2008 № ДКЗ-1.

Письмом от 31.03.2010 № 945/28 осуществляющий строительство расположенного по адресу: 

<

...>, объекта (жилого дом) инв. № 05:401:002:000270330 лит. А подрядчик уведомил должника о приостановлении работ на объекте в связи с приостановлением финансирования со стороны инвестора.

В материалы обособленного спора представлен нотариально удостоверенный договор дарения доли в уставном капитале от 20.07.2010, согласно которому ФИО16 подарил ФИО2 принадлежащую ему долю в капитале ООО «Бомарше», размер которой составляет 100 %, номинальной стоимостью 300000 руб.; в то же время ФИО16 продолжал занимать должность генерального директора должника. Материалы настоящего дела свидетельствуют о заключении должником, начиная с сентября 2010 года, договоров на долевое строительство, а также типовых соглашений об отступном в отношении ряда квартир, подлежащих передаче подрядчику в рамках договора строительного подряда от 09.06.2003 № ДК-210.

В августе 2010 года второй принадлежащий должнику объект – жилой дом (Лит. А) (жилое здание) инв. № 05:401:002:000334440, расположенный по адресу: 

<

...>, представлял из себя объект площадью застройки 2772,2 кв.м готовностью 4 %, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра объектов градостроительной деятельности от 30.09.2010 № 05:401/2010-25298. Согласно письму должника от 22.02.2012 № 120222-1, составленному в ответ на запрос Департамента земельных отношений, ГАНС и контроля в области долевого строительства Приморского края от 25.10.2010 № 29/07-20-17501, на данном объекте при степени готовности 4 % выполнены следующие работы: котлован под жилой комплекс (100 %), вынос водопровода из зоны застройки с увеличением пропускной способности (100 %), монтаж фундаментов (15 %), подпорная стенка ПС-1 (25 %).

Письмом от 18.04.2011 № 100418-1 ООО «БОМАРШЕ» отказалось от заключенного с ОАО «ДАЛЬЭНЕРГОСПЕЦРЕМОНТ» договора строительного подряда от 09.06.2003 № ДК-210; строительство жилого дома с поликлиникой, офисами, автостоянкой и гаражами с надстройкой по ул. Прапорщика ФИО21 в г. Владивостоке завершено с привлечением иных подрядных организаций в 2013 году, и 09.07.2013 ООО «Бомарше» выдано разрешение на ввод жилого дома в эксплуатацию № RU25304000-27/2013. При этом из материалов настоящего дела следует, что расчет с некоторыми подрядчиками произведен путем заключения соглашений в отношении квартир, подлежащих передаче подрядчику по договору строительного подряда от 09.06.2003 № ДК-210.

Спустя полгода после отказа должника от договора строительного подряда от 09.06.2003 № ДК-210 единственным участником общества принято решение о реорганизации юридического лица путем выделения ООО «Тринити-Девелопмент», новому обществу передана часть имущества должника, а также права и обязанности в соответствии с разделительным балансом. 

15.04.2012 ФИО2 принято решение о продаже доли в уставном капитале ООО «Тринити-Девелопмент»; отчуждение произведено в пользу ФИО22 за 10000 руб. 

ФИО16 освобожден от занимаемой в ООО «Бомарше» должности решением единственного учредителя, оформленным приказом от 14.09.2012 № 1; с даты принятия данного решения исполнение обязанностей генерального директора должника возложено на ФИО2, остававшуюся руководителем вплоть до прекращения полномочий в соответствии со статьей 126 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с открытием конкурсного производства по настоящему делу.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ООО «Бомарше» указал, что ФИО16 не исполнена обязанность по подаче заявления о признании юридического лица банкротом, предусмотренная Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии со статьей 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Основной целью конкурсного производства является удовлетворение требований кредиторов за счет сформированной конкурсной массы. В случае недостаточности имеющегося у должника имущества законодательство о банкротстве предусматривает дополнительные механизмы защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, в том числе институт привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность, основания и порядок привлечения к такой ответственности  статьями 10 и 61.10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакциях, подлежащих применению к обозначенным отношениям). 

Согласно пункту 1 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в том числе в случаях, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 3 статьи 9 названного Федерального закона заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных настоящей статьей, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В силу пункта 2 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, подлежащей применению по состоянию на момент совершения соответствующих действий) неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых названным Законом возложена обязанность по принятию решений о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктом 3 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, перечисленных в пункте 2 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременного ряда указанных в законе условий: возникновения одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» обстоятельств и установление даты возникновения обстоятельства; неподачи заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым привлекаются к субсидиарной ответственности лица, перечисленные в пункте 2 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», после истечения срока, предусмотренного пунктом 3 статьи 9 этого же Федерального закона.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», согласно которым под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Делая вывод о наличии оснований для привлечения ФИО16, ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО17, ООО «Альфа-Девелопмент» и ООО «Тринити-Девелопмент» к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов ООО «Бомарше», суд первой инстанции исходил из следующего.

Заявителем по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Бомарше» является ООО «Возрождение-ДВ», требования которого подтверждены решениями Фрунзенского районного суда г. Владивостока Приморского края от 29.12.2011 по делу № 2-4611/11 и от 27.12.2011 по делу № 2-4457/11 и включены в реестр требований кредиторов должника в размере 7000000 основного долга и 7000000 руб. неустойки. Основанием возникновения указанной задолженности является нарушение ООО «Бомарше» обязательств по передаче в собственность ФИО23 помещений в возводимом жилом доме по окончании строительства.

При рассмотрении дела в суде общей юрисдикции должник признавал наличие данной задолженности перед кредитором, но не принимал мер к ее урегулированию ни во внесудебном порядке, ни путем использования примирительных процедур при начатом судебном процессе. По состоянию на момент принятия первого из указанных судебных актов – 27.12.2011 должник прекратил исполнять часть имеющихся денежных обязательств.

На указанный момент руководителем ООО «Бомарше» являлся ФИО16; с 27.12.2011 должник стал отвечать признакам неплатежеспособности в связи с прекращением исполнения части своих обязательств, и предполагается, что причиной такого поведения послужила именно недостаточность имеющихся у должника денежных средств, поскольку обратное не доказано. При этом суд принял во внимание, что к указанному моменту ООО «Бомарше» реорганизовано с передачей части имущества, и согласно разделительному балансу должника по состоянию на 30.09.2011 денежные средства и прочие оборотные активы составляли 6 тыс. руб., то есть данные активы явно недостаточны для своевременного погашения срочных обязательств. 

Ссылка ФИО2 на осуществление расчетов с кредиторами ООО «Бомарше» личным имуществом его учредителя не подтверждает факт достаточности денежных средств, принадлежащих должнику, для исполнения всех принятых на себя обязательств, напротив, свидетельствует о недостатке свободных средств у общества.

Возражения, заявленные со ссылкой на погашение задолженности, впоследствии послужившей основанием для возбуждения настоящего дела о несостоятельности общества, обоснованно отклонены судом как противоречащие материалам дела и лишенные документального подкрепления. 

То обстоятельство, что исполнительные листы по рассмотренным Фрунзенским районным судом г. Владивостока делам № 2-4611/11 и № 2-4457/11 не предъявлялись взыскателем для принудительного исполнения, безусловно не свидетельствует о фактическом отсутствии долга перед взыскателем, которому принадлежит право выбора дальнейших действий в отношении подтвержденного судебным решением права требования к должнику. Осведомленность должника о том, что 29.08.2013 в рамках названных дел произведено процессуальное правопреемство на ООО «Возрождение-ДВ», предполагается. 

Доводы о наличии у должника активов на 27.12.2011 и принятии бывшим руководителем мер к преодолению временных финансовых трудностей критически оценены судом, исходя из того, что к указанному моменту из владения должника выбыло два объекта незавершенного строительства, заключен ряд договоров, предполагающих в будущем передачу имущества должника в пользу аффилированных по отношению к ООО «Бомарше» лиц по ценам, существенно отличающимся от условий о цене, на которых обычно совершаются аналогичные сделки, а также заключены договоры, по условиям которых должник распорядился имуществом, право распоряжения которым у него отсутствовало. 

Как верно указал суд первой инстанции, обозначенные действия не могут считаться мерами к преодолению сложностей финансового плана, адекватными возникшей кризисной ситуации, поскольку их совершение способствовало наращиванию кредиторской задолженности, и не имело конечной цели рассчитаться по приобретенным обязательствам, при этом доказательств достаточности оставшегося у должника имущества для полного расчета с кредиторами материалы настоящего дела не содержат.

Судом установлено, что уже в конце 2010 года возникла кризисная ситуация, поскольку должник, не имея денежных средств и реальных источников поступления доходов, осуществлял расчеты с подрядчиками, а также привлекал средства для продолжения строительства объекта, расположенного по ул. Прапорщика ФИО21, д. 45, с использованием частей подлежащего созданию в будущем имущества (долей в праве общей долевой собственности), право распоряжения которыми ему не принадлежало, доступные к реализации должником площади в указанном объекте отсутствовали, а степень его готовности не позволяла сдать объект в эксплуатацию. 

Наличие у должника по состоянию на 27.12.2011 каких-либо ликвидных активов не доказано, в связи с чем суд верно счел, что к моменту прекращения исполнения части обязательств совокупный размер обязательств превышал реальную стоимость его активов.

Обстоятельства дела свидетельствуют о том, что в результате действий руководства должника к концу 2011 года в случае обращения взыскания на имущество ООО «Бомарше» его хозяйственная деятельность стала бы невозможной, а удовлетворение требований нескольких кредиторов привело бы к невозможности исполнения должником иных обязательств перед другими кредиторами. 

При этом само по себе наличие у ООО «Бомарше» объекта незавершенного строительства не являлось препятствием к подаче заявления должника о признании его банкротом в условиях наличия признаков неплатежеспособности и непреодолимых финансовых трудностей, в связи с чем данный довод также отклонен.

Также суд верно счел основанным исключительно на предположении довод о наличии задолженности подрядчика перед должником за невыполненные и выполненные ненадлежащим образом работы на объекте, расположенном по ул. Прапорщика ФИО21, д. 45 в г. Владивостоке, за счет средств от взыскания которой имелась возможность произвести расчеты с кредиторами. 

При оценке доводов о возникновении признаков неплатежеспособности ранее даты, определенной конкурсным управляющим, суд принял во внимание, что по состоянию на ноябрь 2011 года у ООО «Бомарше» имелись неисполненные обязательства перед ООО «НИВМА», возникшие в связи с заключением и исполнением договора строительного подряда от 18.08.2010 № ДК 45-61 в редакции дополнительного соглашения от 11.07.2011 № 1, вместе с тем, неисполнение должником в 2011 году обязанности по оплате соответствующих работ связано с наличием разногласий по объемам и качеству выполненных работ, о чем свидетельствует предоставленная в дело переписка сторон.

Оценивая довод конкурсного управляющего о наличии у должника признаков недостаточности имущества, суд принял во внимание, что согласно проведенному в процедуре наблюдения анализу финансового состояния общества последнее уже в 2012 году обладало признаком недостаточности имущества, поскольку совокупные активы предприятия на 31.12.2012 составляли 173497 тыс. руб. при отраженных в отчетности обязательствах в размере 174061 тыс. руб. При этом с учетом состоявшихся в августе 2012 года судебных решений, которыми установлен факт распоряжения должником имуществом, соответствующие правомочия в отношении которых последнему не принадлежали, суд верно счел, что наличие признаков недостаточности имущества для расчета с кредиторами должно было стать очевидным для руководства должника ранее момента составления бухгалтерского баланса за 2012 год. 

Вместе с тем, обязанность по подаче заявления о признании ООО «Бомарше» несостоятельным (банкротом) не исполнена и следующим руководителем, приступившим к исполнению соответствующих обязанностей с сентября 2012 года, достоверно зная о наличии у должника задолженности, в том числе подтвержденной судебными актами, значительно превышающей размер долга, не оспариваемый, но и не погашенный должником по состоянию на 27.12.2011. 

Таким образом, установленные обстоятельства позволили суду прийти к обоснованно выводу о том, что установив недостаточность средств для расчета с кредитором по денежному обязательству, впоследствии послужившему основанием для применения в отношении должника процедур банкротства, и приняв решение не осуществлять погашение признанного в суде общей юрисдикции долга, не имея достаточных оснований ожидать скорейшего преодоления кризисной ситуации, ФИО16 как руководитель ООО «Бомарше» был обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в срок до 27.01.2012, а следующий руководитель – ФИО2, осознав критическое финансовое положение должника, обязана была подать соответствующее заявление в течение месяца с момента возложения на себя обязанностей генерального директора общества. 

Поскольку доказательств подачи должником заявления о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам в деле не имеется, равно как и доказательств принятия руководством ООО «Бомарше» мер, направленных на санацию должника, а экономическая обоснованность плана руководителей не подтверждена, такие руководители подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в порядке пункта 2 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». 

Конкурсный управляющий должника заявил о привлечении бывших руководителей должника к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Бомарше» в связи с совершением действий (бездействия), повлекших несостоятельность должника, и существенно затруднивших проведение процедуры банкротства; кредитор ФИО11 также потребовал привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц за невозможность полного погашения требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, применяемой к соответствующим отношениям) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Отсутствие в распоряжении конкурсного управляющего необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном законодательством о банкротстве. 

Невыполнение руководителем должника обязанности по организации надлежащего учета на предприятии и непередача конкурсному управляющему соответствующей документации должника без уважительных причин по своей сути является недобросовестным поведением, направленным на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов. 

В связи с этим предусмотрена презумпция, что должник признан несостоятельным (банкротом) именно вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности отсутствуют или не содержат необходимой информации либо содержат искаженные сведения, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. Обозначенные положения применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника. 

Согласно пункту 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта - лицом, являющимся единоличным исполнительным органом экономического субъекта. При этом бухгалтерский учет в соответствии с пунктом 3 статьи 6 названного Федерального закона ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации.

В силу пункта 1 статьи 13 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений. Бухгалтерская (финансовая) отчетность должна составляться на основе данных, содержащихся в регистрах бухгалтерского учета, а также информации, определенной федеральными и отраслевыми стандартами. 

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года (пункт 1 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»). 

Предусмотренная пунктом 4 статьи 10 и статьей 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» ответственность соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности и обязанностью руководителя должника предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию в случаях, предусмотренных пунктом 3.2 статьи 64 и пунктом 2 статьи 126 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». Указанная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве. 

Для привлечения лица к субсидиарной ответственности по обозначенному основанию необходимо установить факт неисполнения обязанности по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворением требований кредиторов. 

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. 

В соответствии со статьей 401 Гражданского Кодекса Российской Федерации лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательств. Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо не исполнившее обязательство несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы. 

Наличие причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при отсутствии (недостоверности) документов бухгалтерского учета и (или) отчетности предполагается, вместе с тем, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Материалы настоящего дела свидетельствуют о том, что в целях проведения анализа финансового состояния ООО «Бомарше» в процедуре наблюдения временным управляющим предприняты меры, направленные на получение документов, отражающих экономическую деятельность общества за период, предшествующий введению соответствующей процедуры. 

Так, в материалы обособленного спора представлен акт приема-передачи, составленный ФИО2 и арбитражным управляющим ФИО24, и подписанный последним 07.04.2015, согласно которому временному управляющему передана бухгалтерская финансовая отчетность за 2013 год, расчеты по начисленным и уплаченным страховым взносам на обязательное пенсионное и медицинское страхование, а также налоговые декларации по налогам на добавленную стоимость и на прибыль организаций, относящиеся к 2013 году. Также временному управляющему переданы следующие документы: бухгалтерский баланс за 2014 год, расчеты по начисленным и уплаченным страховым взносам на обязательное пенсионное и медицинское страхование, единая (упрощенная) налоговая декларация, налоговые декларации по налогам на добавленную стоимость и на прибыль организаций, также имеющие отношение к 2014 году, сведения о среднесписочной составе работников на 01.01.2014, о чем свидетельствует отдельный акт приема-передачи, подписанный временным управляющим без замечаний.

В деле не имеется доказательств передачи временному управляющему иных документов, в том числе копий документов первичного учета, необходимых для проведения анализа финансового состояния ООО «Бомарше».

Согласно описи вложения в ценное письмо 18.01.2016 ФИО2 направила в адрес ФИО14 следующие документы должника: кассовые книги и авансовые отчеты за 2014 и 2015 годы, книга приказов и договоры займов за тот же период, доверенность, соглашение и сопроводительное письмо. Впоследствии ФИО14 передана представителю нового конкурсного управляющего печать должника, а также следующая документация: договор на оценку от 21.12.2015 № 2390, акт приема-передачи выполненных работ от 25.12.2015, письмо от 25.12.2015 № 794, дополнение к апелляционной жалобе ФИО2, апелляционная жалоба ФИО14 от 18.04.2016 и дополнение к ней от 19.05.2016, отчет, банковские выписки по трем счетам должника и по счету ООО «Альфа-Девелопмент» с сопроводительным письмом от 08.12.2015, разделительный баланс ООО «Бомарше», решение и заявление участника от 17.10.2011, кассовые и авансовые документы 2014-2015 гг., копия устава должника, расчеты и налоговые декларации за период с 2012 по 2014 годы, бухгалтерские балансы за 2012 и 2014 годы, выписка из ЕГРЮЛ, справки, копии бухгалтерской отчетности за период с 2012 по 2015 годы.

Согласно описи вложения в ценное письмо 28.06.2017 ФИО2 направила конкурсному управляющему ФИО15 следующие документы: договор подряда № ДК45-135, сметные расчеты, счета № 202 и № 203, справка о стоимости, акты о приемке, акт сверки с ИП Тарабанько, приказы о распределении жилых помещений.

Доказательств передачи ФИО2 конкурсным управляющим ООО «Бомарше» иных документов, касающихся деятельности должника, в деле не имеется.

Кроме того, ФИО2, возражая по существу предъявленных к ней требований, указала, что большая часть документации к моменту введения процедур банкротства в ее распоряжении отсутствовала. 

Вместе с тем, согласно протоколу выемки от 09.04.2012 в рамках уголовного дела, участником которого является должник, изъяты бухгалтерские и иные документы ООО «Бомарше», касающиеся строительства объекта по адресу: 

<

...>, а именно: соглашения и договоры на долевое участие в строительстве, сшив договоров подряда, товарных накладных, счетов на 342 листах, сшив договора подряда от 26.07.2011 № 16 и локальный ресурсный сметный расчет на 22 листах, сшив расходов по достройке жилого дома на 5 листах, сшив объектный сметный расчет на строительство жилого дома на 33 листах, сшив локальный ресурсный сметный расчет на 443 листах, сшив оборотно-сальдовая ведомость по счету 60.1, договоры, платежные поручения на 401 листе.

В феврале 2012 года в уголовное дело передавалась документация должника, имеющая отношения к более ранним периодам деятельности должника, в том числе банковские документы, авансовые отчеты.

Согласно акту приема-передачи от 29.05.2013 ООО «Бомарше» в лице генерального директора ФИО2 передало, а ООО «Тринити-Девелопмент» в лице генерального директора ФИО22 приняло договоры долевого участия в строительстве от 15.01.2008 № ДД-1, № ДД-2, № ДД-19, № ДД-16, № ДД-17, от 01.09.2008 № 24, договоры переуступки с ООО «Альфа-Девелопмент» от 25.11.2010 № 1 и № 2, корректировочный разделительный баланс по состоянию на 12.01.2012 с восемью приложениями (расшифровки статей баланса), расшифровку расходов Жилой комплекс по ул. Державина, затраты на строительство, рабочая проектная документация по строительству дома за период с 01.01.2004 по 30.09.2011.

В деле не имеется доказательств передачи руководством ООО «БОМАРШЕ» иным лицам каких-либо документов должника, подлежащих составлению и хранению после апреля 2012, соответственно, такая документация должна находиться в его распоряжении.

Согласно бухгалтерским балансам ООО «Бомарше» за 2013 и 2014 годы дебиторская задолженность на 31.12.2014 и 31.12.2013 составляла 124 тыс. руб., на конец предыдущего года – 56110 тыс. руб.; согласно разделительному балансу должника тот же показатель на 30.09.2011 составлял 40641 тыс. руб. При этом в деле не имеется документов, подтверждающих факт передачи руководителем конкурсному управляющему должника документов, в том числе документов первичного учета, позволяющих установить дебиторов должника, имеющих неисполненные обязательства на 31.12.2014, произвести оценку возможности получения должником средств от взыскания дебиторской задолженности, проанализировать основания и обоснованность уменьшения соответствующего показателя бухгалтерского баланса в 2013 году, а также его увеличения в 2012 году.

Согласно приложению № 1 к разделительному балансу ООО «Бомарше» во внеоборотные активы должника по состоянию на 30.09.2011 помимо объектов, расположенных по ул. Прапорщика ФИО21 и ул. Державина, включены жилые комплексы по ул. Уборевича и ул. Русская с указанием их стоимости 6145082,92 руб. и 7220236,02 руб. соответственно. В соответствии с отчетностью должника за 2014 год прочие внеоборотные активы на 31.12.2013 равны 16676 тыс. руб., а на конец отчетного года равны 0 руб. Вместе с тем, материалы настоящего обособленного спора не содержат доказательств предоставления руководителем должника конкурсному управляющему сведений о судьбе данных активов, а также документов, подтверждающих достоверность таких сведений.

Также ФИО2 своевременно не были переданы документы, позволяющие провести анализ сделок, совершенных в периоды подозрительности, определенные в главе III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», на предмет возможности оспаривания.

Довод ФИО2, озвученный в ходе рассмотрения обособленного спора, о наличии в ее распоряжении носителя, содержащего копии документов ООО «Бомарше» в электронном виде, что позволяет ей при желании представлять копии необходимых документов в материалы настоящего дела, не свидетельствует о соответствии закону обозначенных действий ответчика, поскольку материалы настоящего спора не содержат доказательств передачи такого носителя конкурсному управляющему ООО «Бомарше». 

Также нашел подтверждение материалами дела довод конкурсного управляющего о несоответствии действительности сведений об обязательствах и собственных средствах, отраженных в отчетности должника. Так, в отчетности ООО «Бомарше» за 2014 год отражены сведения о его обязательствах в размере 16 тыс. руб. По состоянию на момент составления отчетности должнику было достоверно известно о наличии возникшей в предыдущие периоды задолженности перед кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника в связи с принятием должником на себя обязательства по передаче в собственность таких лиц определенного имущества, перед подрядчиками ООО «НИВМА» и ИП Тарабанько, а также о наличии неисполненных обязательств перед АО «ДГК». При этом разумного объяснения по поводу отсутствия в отчетности сведений о таких обязательствах в материалы дела не представлено.

С учетом изложенного, затруднение проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, в связи с действиями (бездействием) ФИО2, своевременно не передавшей конкурсному управляющему должника документы и сведения, необходимые, в том числе, для выявления и возврата имущества должника, предъявления к третьим лицам обоснованных требований и заявления возражений по результатам анализа сделок несостоятельного лица и проведения претензионной работы с дебиторами, признается доказанным.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО16, ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО17, ООО «Альфа-Девелопмент» и ООО «Тринити-Девелопмент» к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов ООО «Бомарше», как соответствующие материалам дела и закону.

Кроме того, согласно материалам дела по состоянию на момент осуществления действий, существенно ухудшивших финансовое положение должника, ответчики ФИО4, ФИО3, ФИО17, ФИО16, ФИО2, ООО «Альфа-Девелопмент» и ООО «Тринити-Девелопмент» являлись заинтересованными по отношению к должнику в силу положений статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» и статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции». 

Следовательно, названными лицами совершены совместные скоординированные действия, направленные на получение личной выгоды, без учета интересов должника и его кредиторов, в результате чего финансовое состояние должника существенно ухудшилось, а его кредиторы не получили того, на что могли рассчитывать в случае несовершения участниками группы соответствующих действий.

В частности, в результате действий ФИО17, ООО «Альфа-Девелопмент», ФИО16 и ФИО4 из владения должника выбыл объект, вложения в который превысили полученную должником выгоду от совершения сделки по его продаже.

В материалы обособленного спора представлен договор купли-продажи объекта незавершенного строительства от 01.10.2008 № ДКЗ-1, по условиям которого должник (продавец) в лице заместителя генерального директора ФИО17 продает ООО «Альфа-Девелопмент» (покупатель), от имени которого действовал генеральный директор ФИО16, принадлежащее ему на праве собственности согласно свидетельству о государственной регистрации права от 15.07.2008 № 25-АБ 045149 объект незавершенного строительства (жилой дом): назначение жилое, площадь застройки 360 кв.м, степень готовности 5 %, инв. № 05:401:002:000270330:0002 лит. Б, расположенный по адресу: 

<

...>, а покупатель обязуется принять объект, уплатив продавцу его стоимость в размере 500000 руб. в течение 12 месяцев с момента получения документов о регистрации права собственности. Доказательства оплаты по договору материалы дела не содержат.

Согласно договору купли-продажи объекта незавершенного строительства от 18.05.2009 он передан ООО «Альфа-Девелопмент», от имени которого действовал генеральный директор ФИО16, индивидуальному предпринимателю ФИО4 на условиях о цене приобретаемого имущества в размере 505000 руб., оплачиваемых покупателем в течение 12 месяцев с момента получения документов о регистрации права собственности. Факт государственной регистрации права собственности ФИО4 подтвержден свидетельством серии 25-АБ № 185969, выданным 25.06.2009. Названный объект отчужден приобретателем по договору купли-продажи недвижимого имущества от 20.04.2012, заключенному между ФИО4 и ООО «ЦЕЙ», по условиям которого покупатель обязался уплатить продавцу 700000 руб. 

Доказательства оплаты по договорам от 01.10.2008 № ДКЗ-1 и от 18.05.2009 в материалы обособленного спора не представлены, и в деле не имеется документов, свидетельствующих об осуществлении зачета встречных однородных требований сторонами названных договоров.

Возражая по существу заявленных требований, ФИО4 указала, что расходы по доведению объекта до пятипроцентной готовности понесены исключительно ею, представив в доказательство данного обстоятельства квитанции об оплате работ, осуществленных ООО «Строй-Сервис», на общую сумму 995503 руб.

При оценке доводов и возражений лиц, участвующих в деле, в данной части, суд учел, что осуществление капитального строительства предполагает не только оплату заказчиком работ, выполненных подрядной организацией, но и иные мероприятия, в том числе подготовительные и касающиеся получения различного рода разрешений, согласований, обусловленные требованиями безопасности при создании объекта и в связи с необходимостью его эксплуатацией в дальнейшем. 

В частности, строительство жилого дома требует предварительной разработки проектной документации и проведения ее экспертизы уполномоченным органом. На объект капитального строительства «Жилой дом с поликлиникой, офисами, автостоянкой и гаражами с надстройкой по ул. Прапорщика ФИО21 в г. Владивостоке. 2 очередь строительства. Жилой дом с офисами» разработана проектная документация, положительное заключение государственной экспертизы выдано Департаментом градостроительства Приморского края 23.12.2010, то есть после отчуждения должником, но до передачи ООО «ЦЕЙ» по договору купли-продажи недвижимого имущества от 20.04.2012. 

В условиях обычного делового оборота оказание услуг по разработке проектной документации, как правило, предполагает их оплату; вместе с тем, документы, касающиеся заключения договора на разработку документации и осуществления оплаты этих услуг ФИО4 либо иным лицом, действующим по поручению собственника объекта, в дело не представлены. 

Утверждение ФИО4 о том, что в период осуществления ею правомочий собственника объекта никто не вкладывал денежные средства в его строительство, опровергается материалами обособленного спора, в том числе письмом ООО «Бомарше» от 05.10.2010 № 59, содержащим просьбу, адресованную ООО «Альфа-Девелопмент», осуществить платеж в размере 170000 руб. в счет осуществления взаиморасчетов по договору купли-продажи доли (счету-фактуре от 15.12.2008 № 2) в пользу ООО «ГИПП» за корректировку проекта «Жилой дом по ул. Прапорщика ФИО21» по замечаниям экспертизы. 

Кроме того, в дело представлен договор на проектные работы от 30.12.2011 № 43-11, по условиям которого должник (заказчик) поручил, а ООО «ГИПП» (исполнитель) приняло на себя обязательства в течение 5 месяцев с момента поступления исходных данных и уплаты аванса выполнить комплекс работ и услуг по разработке рабочей документации «2 очередь строительства. Жилой дом с офисами» объекта «Жилой дом с поликлиникой, офисами, автостоянкой и гаражами с надстройкой по ул. Прапорщика ФИО21 в г. Владивостоке»; стороны согласовали порядок расчетов по договору, стоимость услуг составила 3000000 руб.

Также судом дана оценка и исследовано то обстоятельство, что в рамках рассмотрения арбитражного дела № А51-15326/2012 ООО «Бомарше» представлялись документы, касающиеся привлечения к строительству объекта, расположенного по адресу: 

<

...>, подрядной организации ОАО «Дальэнергомаш», оплаты услуг данного лица в период 2010-2012 гг., а также 11.11.2013 давались пояснения о том, что за работы, касающиеся второй очереди, оплачено 1696695,02 руб., в том числе стоимость работ, предусмотренных локальным ресурсным сметным расчетом № 1 «Водовод 2-я очередь», составила 947981,67 руб., локальным сметным расчетом № 4 «Теплотрасса на жилой дом, 2Д-57» - 334627 руб., локальным сметным расчетом № 18 «Укладка кабеля на 1-ю и 2-ю очередь» - 414986,35 руб. Пояснения даны непосредственно ФИО2, занимавшей в ООО «Бомарше» должность генерального директора, в связи с чем суд критически относится к данным в рамках настоящего обособленного спора пояснениям о том, что должник не понес затрат по возведению данного объекта. 

Обстоятельства дела свидетельствуют о том, что после формального отчуждения объекта в пользу подконтрольного ООО «Бомарше», и далее – в пользу аффилированного лица, должник, заключая договоры, относящиеся к отчужденному имуществу, и осуществляя оплату в порядке их исполнения, продолжал вести себя в отношении этого имущества так, будто он является его собственником. 

В отсутствие надлежащих доказательств того, что затраты в связи со строительством спорного объекта понесены исключительно ФИО4, при доказанности вступления ООО «Бомарше» с третьими лицами в гражданско-правовые отношения, касающиеся возведения данного жилого дома и предполагающие принятие должником на себя определенных обязательств, суд приходит к выводу о том, что вложения ООО «Бомарше» в обозначенный объект должны были существенно превысить согласованную участниками договоров от 01.10.2008 № ДКЗ-1 и от 18.05.2009 стоимость отчуждаемого имущества, и доказательства изменения сторонами соответствующего условия сделки в деле отсутствуют. Интерес должника как коммерческой организации к совершению сделок на подобных условиях о цене и порядке расчетов не является явным, и может объясняться тем, что при совершении соответствующих сделок руководством должника преследовались иные цели, отличные от целей деятельности коммерческой организации.

ФИО16, ФИО17 и ФИО4, осведомленные о финансовом положении ООО «Бомарше» и объединенные родственными связями, принимали участие в определении условий сделок, которые привели к отчуждению объекта в апреле 2012 года в пользу третьего лица по цене, не покрывающей расходы должника на его строительство, что явно не согласовывалось с интересами должника, к тому моменту уже отказавшемуся от исполнения договора с ОАО «ДАЛЬЭНЕРГОСПЕЦРЕМОНТ» и изыскивающему дополнительные средства для завершения строительства объекта, расположенного по адресу: 

<

...>, а также с интересами кредиторов должника, в пользу которых отчуждены доли в праве собственности на соответствующий объект незавершенного строительства, право распоряжения которыми у должника отсутствовало.

Доводы ФИО4 о том, что приобретение названного объекта принесло лишь убытки, не подтверждены надлежащими доказательствами; то обстоятельство, что согласованная участниками договоров цена была близка к рыночной стоимости данного объекта, отчужденного должником в пользу подконтрольной ему организации, а впоследствии – в пользу аффилированного с названными компаниями физического лица, также не доказано. 

Кроме того, ФИО16, ФИО2 и ООО «Альфа-Девелопмент» принимали участие в заключении договоров, предусматривающих передачу долей в праве собственности на объект незавершенного строительства, распоряжаться которыми должник не имел права, в результате чего значительно увеличился объем неисполненных должником обязательств. 

В реестре требований кредиторов должника учтены требования пяти кредиторов, возникшие именно в связи с заключением договоров, предусматривающих передачу таким кредиторам долей в праве собственности, несвободных от прав третьих лиц, что, безусловно, свидетельствует о нарушении прав кредиторов соответствующими недобросовестными действиями должника и заинтересованных по отношению к нему лиц.

Заключение договоров в отношении подлежащих созданию в будущем квартир производилось в условиях осведомленности должника и, соответственно, аффилированных с ним лиц о возможном нарушении прав конечных приобретателей имущества, несвободного от прав третьих лиц. 

Так, материалы настоящего дела подтверждают, что о привлечении подрядчиком средств физических лиц для строительства объекта, расположенного по адресу: 

<

...>, должнику было известно уже в 2007-2008 годах, поскольку о своей осведомленности в 2007 году о реализации подрядчиком через компанию ООО «ДальРУС» физическим лицам значительной части метража, подлежащего передаче ОАО «ДАЛЬЭНЕРГОСПЕЦРЕМОНТ» должник указывало в письме от 15.06.2010 № 100615-2, а в ответ на обращение должника письмом от 07.03.2008 № 196/34 ОАО «ДАЛЬЭНЕРГОСПЕЦРЕМОНТ» сообщало о наличии у него обязательств перед дольщиками.

Судом принято во внимание, что решением Ленинского районного суда г. Владивостока от 10.08.2012 по делу № 2-1846/12 установлен факт того, что ООО «Бомарше» производило отчуждение квартир после того, как отказалось от своих прав на них в пользу ОАО «ДАЛЬЭНЕРГОСПЕЦРЕМОНТ», то есть при отсутствии права совершать подобные сделки в силу законодательного запрета. 

Решением Ленинского районного суда г. Владивостока от 15.07.2013 по делу № 2-1709/13 установлен факт осуществления ООО «Бомарше» через ООО «Альфа-Девелопмент» «двойных продаж» квартир, и осведомленность об этих обстоятельствах должника. 

Также при установлении в рамках настоящего дела требований ФИО11 и ФИО25 к должнику судом установлено наличие причинно-следственной связи между недобросовестными действиями ООО «Бомарше», выразившимися в совершении сделки в отношении ранее отчужденного им имущества, и убытками кредиторов.

Таким образом, поскольку факт совершения должником действий, направленных на отчуждение объектов при отсутствии права совершать соответствующие сделки, установлен как судами общей юрисдикции при рассмотрении исков лиц, полагающих свои права нарушенными передачей должником долей в праве собственности иным лицам, так и в рамках настоящего дела, ссылка ФИО2 на несоответствие действительности довода о совершении должником «двойных продаж» судом обосновано не принята.

Факт участия ФИО4 и ФИО3 в совершении сделок, предусматривающих передачу им долей в праве собственности на объект незавершенного строительства, подтверждается судебными актами Ленинского районного суда г. Владивостока по делам № 2-5252/2012, № 2-2710/2013, № 2-2110/2012, а также Приморского краевого суда по делу № 33-10022. В этой связи, суд верно счел, что само по себе совершение указанными ответчиками соответствующих сделок в отношении имущества, права распоряжения которым не принадлежало ООО «Бомарше», повлияло на размер обязательств должника, в частности, в связи со взысканием с должника как проигравшей стороны судебных расходов по обозначенным делам, но не повлекло причинение существенного вреда имущественным интересам кредиторов, поскольку права лиц, пострадавших от недобросовестного поведения должника, в данном случае восстановлены.

Вместе с тем, материалами настоящего обособленного спора подтверждается, что ФИО4 и ФИО3 извлекали существенную в масштабах деятельности должника выгоду из недобросовестного поведения руководителя должника, и получали от должника имущество на условиях, недоступных для иных независимых участников гражданского оборота, что повлекло нарушение имущественных интересов должника и его кредиторов.

В материалы настоящего дела представлен договор на долевое строительство квартир в жилом комплексе «Тринити» от 15.01.2008 № ДД-16, заключенный между ООО «Бомарше» (застройщик) и ФИО4 (участник долевого строительства), в тексте которого содержатся сведения об изложении в новой редакции договора № ДД-16 от 20.05.2003, по условиям которого застройщик принял на себя обязательства передать участнику строительства после сдачи дома в эксплуатацию две однокомнатные квартиры площадью по 44 кв.м и одну двухкомнатную квартиру площадью 66 кв.м, расположенные на 15 этаже жилого дома; в качестве вклада в долевое строительство участник оплачивает застройщику денежную сумму в размере 1500000 руб. в срок до окончания строительства, и указанная сумма является окончательной и изменению не подлежит.

10.04.2012 между ООО «Бомарше» в лице ФИО16, ООО «Тринити-Девелопмент» в лице ФИО17 и ФИО4 заключено дополнительное соглашение к названному договору, согласно которому обязанности застройщика передаются ООО «Тринити-Девелопмент»; при этом участник долевого строительства подтвердил отсутствие возражений против внесения изменений в проектно-сметную документацию жилого комплекса, включающих в себя не влекущее обязанности участника строительства произвести доплату увеличение площадей квартир и других помещений.

Также в деле имеется договор на долевое строительство от 15.01.2008 № ДД-19, заключенный между должником и ФИО3, по условиям которого физическое лицо уплачивает должнику 2000000 руб., а ООО «Бомарше» обязуется предоставить по окончании строительства в его собственность четыре однокомнатные и три двухкомнатные квартиры, расположенные в жилом комплексе «Тринити» в г. Владивостоке. Срок внесения указанной суммы – до окончания строительства.

После реорганизации ООО «Бомарше» и передачи прав застройщика выделенному обществу между должником в лице генерального директора ФИО16, ООО «Тринити-Девелопмент» в лице генерального директора ФИО17 и ФИО3 заключено дополнительное соглашение от 10.04.2012, согласно которому изменены условия об объеме площадей, передаваемых по окончании строительства участнику, а также размер предоставляемого ФИО3 финансирования. Так, по окончании строительства ООО «Тринити-Девелопмент» обязано передать ФИО3 восемь однокомнатных квартир, две двухкомнатные и две трехкомнатные квартиры общей площадью 658 кв. м при условии внесения платы в размере 6000000 руб. Стоимость однокомнатной квартиры для ФИО3 составила 352000 руб., двухкомнатной – 660000 руб., трехкомнатной – 932000 руб.

При этом после корректировки проекта жилого дома общая площадь подлежащих передачи ФИО3 квартир увеличилась до 753,48 кв. м, размер платы участника строительства остался неизменным.

Первый взнос по договору внесен ФИО3 01.12.2006, второй – 06.07.2009, в пользу ООО «Бомарше» произведены платежи на общую сумму 549340 руб.; после реорганизации должника в кассу ООО «Тринити-Девелопмент» 02.04.2012 и 29.06.2012 внесено 5450660 руб.

Права требования в отношении трех однокомнатных квартир, предусмотренных договором от 15.01.2008 № ДД-19, переданы третьему лицу; 23.07.2013 договор от 15.01.2008 № ДД-19 расторгнут по соглашению сторон, с участником строительства заключено девять договоров долевого строительства в отношении пяти однокомнатных квартир, двух двухкомнатных и двух трехкомнатных квартир с условием о зачете платы, внесенной в рамках договора от 15.01.2008 № ДД-19, в счет оплаты новых договоров с ООО «Тринити-Девелопмент».

Кредитором ФИО11 в дело представлены справки об ориентировочной рыночной стоимости возводимого жилья, составленные  ООО «Консалтинговая компания «Арктур Эксперт», согласно которым средняя стоимость 1 кв.м жилья повышенной комфортности на первичном рынке в г. Владивостоке в 2008 году равна 60000 руб., в 2012 – 63000 руб.

При оценке представленных доказательств суд принял во внимание сведения, отраженные в справках ООО «Консалтинговая компания «Арктур Эксперт», и в то же время учитывает, что разрешение на строительство жилья премиум-класса получено в 2015 году, прежний проект предусматривал строительство жилого дома эконом-класса. Тем не менее, учитывая, что стоимость 1 кв.м жилья в 2008 и 2012 годах для ФИО4 и ФИО3 не превысила 10000 руб., и принимая во внимание общую площадь подлежащих передаче указанным лицам квартир в готовом объекте, суд пришел к обоснованному к выводу о том, что сделки с указанными лицами заключены на условиях о цене, существенно отличающихся от условий, на которых обычно совершаются аналогичные сделки. 

Кроме того, условия о сроке внесения платежей по договорам с ответчиками также не соответствуют интересам должника, объективно нуждающимся в планировании финансирования строительства, но лишенного такой возможности в связи с предоставлением участнику строительства самому выбирать момент предоставления финансирования. Заключение договоров на подобных условиях, как правило, недоступно незаинтересованным по отношению к должнику участникам строительства, и оснований полагать, что договоры, заключенные с ФИО4 и ФИО3, являются типовыми, у суда не имелось. 

Суд верно счел, что в результате совершения в пользу указанных ответчиков нескольких сделок причинен существенный вред имущественным правам должника и его кредиторов, поскольку в результате их совершения в интересах ответчиков должник не получил то, на что вправе был рассчитывать при определении условий о стоимости, соответствующих рыночным, и согласующихся с обычной практикой застройщиков условий о сроках предоставления финансирования, а полученные средства могли быть направлены на поддержание финансовой стабильности должника.

Учитывая изложенное, суд пришел к обоснованному выводу о том, что сделки совершены без цели реальной финансово-хозяйственной деятельности, исключительно в интересах аффилированных лиц – ФИО4 и ФИО3, при соучастии действовавших от должника и выделенного в результате реорганизации общества ФИО16 и ФИО17 соответственно, в силу своего должностного положения осведомленных о примерных рыночных ценах на квартиры в жилом комплексе «Тринити». При этом у суда не имелось оснований полагать, что ФИО17 являлась руководителем, формально входящим в состав органов ООО «Тринити-Девелопмент», но не осуществлявшим фактическое управление юридическим лицом.

Названные лица при изменении условий, касающихся площади и количества квартир, в 2012 году достоверно знали о совершении должником действий по отчуждению непринадлежащего ему имущества и неизбежности предъявления кредиторами соответствующих требований в будущем. Действуя добросовестно и разумно, ответчики, будучи заинтересованными по отношению к должнику лицами, должны были понимать, что изменения в проектно-сметной документации жилого комплекса, связанные, в частности, с повышением класса жилья и изменением площадей квартир, влекут увеличение фактических затрат заказчика-застройщика, которые в обычном гражданском обороте должны возмещаться участниками строительства.

В результате совершения обозначенных сделок ответчики получили выгоду, в том числе, приобрели возможность распорядиться полученным от должника на льготных условиях имуществом по своему собственному усмотрению, самостоятельно определив условия сделки. Соответствующая возможность реализована, в частности, при заключении соглашения об уступке права требования (цессии) от 03.07.2012 между ФИО3 и ФИО18, предметом которого является право требования трех однокомнатные квартиры на пятом и шестом этажах, принадлежащее ФИО3 по договору от  15.01.2008 № ДД-19, и при заключении в декабре 2013 года договоров уступки прав по договорам участия в долевом строительстве от 23.07.2013 № ДД19/3 и № ДД19/9 с ФИО19, а также по договорам безвозмездной уступки прав по договорам на долевое строительство квартир в жилом комплексе «Тринити» от 17.12.2013, совершенным в пользу ФИО26

Утверждение о том, что условия договоров от 15.01.2008 № ДД-16 и № ДД-19 согласованы ООО «Бомарше» и ФИО4 и ФИО3 впервые в 2003 году, то есть до вступления в брак руководителя ООО «Бомарше» и дочери ответчиков, оценены судом критически, поскольку договоры, датированные 15.01.2008, имеют отношение к строительству объекта, право аренды земельного участка для осуществления которого предоставлено в 2006 году, и в этом же году в кассу должника внесен первоначальный взнос ФИО3, при этом квитанция к приходному кассовому ордеру не содержит сведений о реквизитах договора, во исполнение которого вносится долевой взнос. 

То обстоятельство, что договор от 15.01.2008 № ДД-19 расторгнут 23.07.2013, не препятствует исследованию обстоятельств его заключения и исполнения сторонами, и не исключает оценку таких обстоятельств при рассмотрении вопроса о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в связи с чем соответствующий довод ООО «Тринити-Девелопмент» отклонен.

Ссылаясь на несогласие со сведениями о рыночной стоимости 1 кв. м жилья в жилом комплексе «Тринити» в 2008 и 2012 годах, ООО «Тринити-Девелопмент» не представляет доказательств и обоснования ошибочности либо несоответствия действительности выводов оценщика.

Также из материалов дела следует, что 28.11.2008 между ФИО16 и ФИО3 заключен договор купли-продажи доли в объекте незавершенного строительства, расположенного по ул. Прапорщика ФИО21, д. 45 в г. Владивостоке, в размере 184/10000, соответствующей нежилому помещению площадью 333,22 кв. м в осях Ф-А, 1-18, на условиях об оплате стоимости полученного имущества в размере 1100000 руб. в течение шести месяцев с момента государственной регистрации, то есть с 18.06.2009. Вместе с тем, оплата произведена лишь в январе 2012 года, что подтверждается распиской ФИО16

Возражая по данному эпизоду, ФИО3 указал на отчуждение им соответствующих нежилых помещений в 2015 году в пользу лиц, пострадавших от действий должника, по цене, включающей в себя прямые затраты ответчика на содержание данного имущества, и в подтверждение указанного обстоятельства представлены соответствующие доказательства.

Вместе с тем, равноценность встречного исполнения со стороны ФИО3 документально не доказана, и судом не может быть оставлено без внимания отсутствие в деле документов, подтверждающих равноценность встречного предоставления со стороны ФИО16, получившего от должника соответствующую долю в объекте незавершенного строительства до ее отчуждения ФИО3, равно как и доказательств фактического наличия неисполненных обязательств ООО «Бомарше», в счет исполнения которых в качестве отступного ФИО16 предоставлена соответствующая доля.

Подводя итог, учитывая, что сделки, предусматривающие предоставление прав требования к должнику с неравноценным встречным предоставлением, совершение платежей в пользу подконтрольного юридического лица, не имели реальной экономической обоснованности и целесообразности, совершены в интересах заинтересованных по отношению к должнику лиц, и повлекли выбытие значительной части активов должника, судебная коллегия поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что в результате данных сделок ООО «Бомарше» доведено до банкротства.

Кроме того, материалы дела свидетельствуют о том, что в результате действий ФИО2, ФИО16, ФИО17 и ООО «Тринити-Девелопмент» должник утратил ликвидное имущество, за счет которого могли были быть погашены требования кредиторов, возникшие в связи со строительством жилого дома, расположенного по адресу: 

<

...>.

Судом из материалов дела установлено, что 17.10.2011 в связи с принятием единственным участником ООО «Бомарше» решения о реорганизации юридического лица утвержден разделительный баланс общества, определен порядок правопреемства, и генеральным директором ООО «Тринити-Девелопмент» назначена ФИО17 

Согласно представленной в материалы дела пояснительной записке к разделительному балансу целью реорганизации юридического лица является разделение функциональной направленности бизнеса на строительство многоэтажных жилых домов и их эксплуатацию; глава о разделении имущества, прав и обязательств составлена на основе данных инвентаризации имущества и обязательств ООО «Бомарше» по состоянию на 30.09.2011. Общая балансовая стоимость передаваемых ООО «Тринити-Девелопмент» активов составляет 60632402,19 руб., в том числе незавершенный строительством жилой дом, расположенный по адресу: 

<

...>  руб., НДС – 384347,07 руб., запасы – 3791208,20 руб.; также новому обществу передана кредиторская задолженность в размере 6203361 руб. и прочие обязательства в сумме 54425184,94 руб., общая стоимость пассивов равна 60630545,94 руб.

После принятия решения о продаже доли в уставном капитале ООО «Тринити-Девелопмент» от 15.04.2012 в связи с изменением состава участников названного юридического лица 23.05.2012 ФИО17 осуществлена передача технической, разрешительной и проектной документации, имеющей отношение к возводимому по адресу: 

<

...> объекту.

На основании соглашения между должником и ООО «Тринити-Девелопмент» права и обязанности арендатора по договору аренды земельного участка от 06.04.2006 № 01-005364-Ю-Д-5120 переданы ООО «Тринити-Девелопмент»; 20.08.2012 в разрешение на строительство от 05.07.2006 № 94/06 внесены изменения в части лица, которому выдано разрешение. Впоследствии названный договор аренды расторгнут, заключен новый договор, а также выдано новое разрешение на строительство.

Целью процедуры реорганизации является оптимизация предпринимательской деятельности юридического лица; данная процедура не должна быть использована недобросовестными участниками гражданского оборота в качестве способа ухода от исполнения обязательств (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2013 № 16246/12). 

Исследовав материалы дела, оценив доводы и возражения участников обособленного спора, суд пришел к обоснованному выводу о том, что в результате реорганизации должнику достались долговые обязательства, не обеспеченные достаточными активами для осуществления нормальной предпринимательской деятельности. 

При этом суд принимает во внимание, что по состоянию на момент выделения ООО «Тринити-Девелопмент» основной актив – объект незавершенного строительства, расположенный по адресу: 

<

...>, не был введен в эксплуатацию, и завершение его строительства требовало значительных затрат, при этом возможности должника по привлечению денежных средств третьих лиц ограничивались условиями расторгнутого незадолго до начала реорганизации договора с первым подрядчиком; к моменту выделения нового общества с передачей ему ликвидных активов должником уже осуществлены «двойные продажи». Привлекая средства участников строительства путем заключения договоров в отношении подлежащих созданию в будущем квартир, право распоряжения которым передано должником иному лицу, руководство ООО «Бомарше» сознательно допускало необходимость возврата участникам строительства денежных средств, полученных в результате «двойной продажи».

Выделенное общество в свою очередь в результате реорганизации получило объект с действующим разрешением на строительство и разработанной проектной документацией, земельный участок на праве аренды, а также право привлекать средства третьих лиц для строительства жилого комплекса, определяя по собственному усмотрению размер платы за оказываемые им участникам строительства услуги застройщика, имея при этом право требовать от участников строительства возмещения своих затрат.

При оценке возражений о невозможности привлечения к ответственности по обязательствам ООО «Бомарше» выделившегося юридическое лицо, суд принял во внимание разъяснения, данные в пункте 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.2003 № 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах», согласно которым к солидарной ответственности должны привлекаться созданные в результате реорганизации общества (включая то, из которого выделилось общество), если из разделительного баланса видно, что при его утверждении допущено нарушение принципа справедливого распределения активов и обязательств реорганизуемого общества между его правопреемниками, приводящее к явному ущемлению интересов кредиторов этого общества. Несмотря на то, что в указанном постановлении речь идет об акционерных обществах, изложенный в нем правовой подход является принципиальным и не связан с организационно-правовой формой юридического лица.

Исследовав материалы дела, суд приходит к обоснованному выводу об отсутствии доказательств соблюдения принципа справедливого распределения активов и обязательств реорганизуемого общества между его правопреемниками, то есть свидетельств того, что остающиеся у выделившего юридического лица активы являются такими же ликвидными, как и активы, переданные правопреемнику – ООО «Тринити-Девелопмент».

При этом суд принял во внимание, что согласно составленному на основе данных бухгалтерской отчетности, сданной в налоговый орган, анализу финансового состояния должника в период с 2012 года по 2014 год, то есть после передачи созданному юридическому лицу ликвидного актива и сопряженных с ним пассивов, ООО «Бомарше» не вело приносящей доход деятельности. Долговая нагрузка по обязательствам, возникшим в связи с совершением руководством должника неправомерных действий до его реорганизации, пришлась на должника, в то время как выделенное общество использовало предоставленные ему активы, извлекая прибыль с учетом разумных рисков предпринимательской деятельности.

Оценка доводов об отсутствии выгоды на стороне ООО «Тринити-Девелопмент» производится с учетом того обстоятельства, что на протяжении шести месяцев, предшествующих отчуждению ФИО2 доли в уставном капитале ООО «Тринити-Деволопмент» контролирующими должника лицами – ФИО2, ФИО16, ФИО17, а также ФИО4 и ФИО3 совместно принимались ключевые деловые решения с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе решения, касающиеся изменения условий договоров от 15.01.2008 № ДД-16 и № ДД-19 в части площадей и количества помещений при неизменном размере платы. 

Согласно расшифровки строки 1450 разделительного баланса к ООО «Тринити-Девелопмент» перешли прочие обязательства перед ФИО3 в размере 549340 руб., вытекающие из договора от 15.01.2008 № ДД-19, перед ФИО16 в размере 5000000 руб. по договорам от 15.01.2008 № ДД-1 и № ДД-2, перед ФИО17 в размере 1151260 руб. из договора от 15.01.2008 № ДД-17, перед ФИО2 в сумме 1205810 руб., возникшие в связи с заключением договора от 27.01.2010, перед ООО «Альфа-Девелопмент» в общей сумме 2845000 руб., вытекающие из договоров от 25.11.2010, а также перед ФИО4 в размере 1500000 руб. по договору от 15.01.2008 № ДД-16. 

Материалы дела подтверждают факт заключения с ФИО3 и ФИО4 договоров долевого участия в строительстве жилого комплекса «Тринити» на условиях о цене договора, не соответствующих рыночным; и в настоящем обособленном споре не представлено надлежащих доказательств того, что цена договоров от 15.01.2008 № ДД-1, № ДД-2, № ДД-17 близка к рыночной стоимости соответствующих объектов. Таким образом, при осуществлении хозяйственной деятельности ООО «Тринити-Девелопмент» совершались действия, нацеленные на извлечение выгоды от такой деятельности теми же контролирующими ООО «Бомарше» лицами, однако, при этом выделившееся общество в отличие от должника имело предоставленные при реорганизации ресурсы для того, чтобы оставаться платежеспособным.

Доводы о невозможности изменений условий заключенных с аффилированными по отношению к ООО «Бомарше» лицами по инициативе ООО «Тринити-Девелопмент» после смены руководящего состава касаются оценки эффективности работы новых менеджеров компании, что не входит в предмет доказывания по настоящему обособленному спору. Тем не менее, суд принял во внимание отсутствие доказательств того, что договоры со всеми дольщиками, в том числе незаинтересованные по отношению к должнику, включали пункт о невозможности пересмотра условия о цене, и перезаключались без изменения цены договора при изменении общей площади и иных характеристик помещений.

Утверждение ООО «Тринити-Девелопмент» о том, что в ситуации, если бы должник продолжил строительство жилого дома по имеющемуся у него плану в рамках действующего на тот момент разрешения на строительство, то платежеспособность должника не могла быть восстановлена при любом поведении лиц, осуществляющих руководство ООО «Бомарше», носит предположительный характер. Делая подобное утверждение, ответчик, имеющий определенный опыт в сфере строительства, не подкрепляет его какими-либо расчетами, иными сведениями, использование которых позволило бы смоделировать ситуацию, при которой должник производил продажу будущей вещи на всех своих объектах всем участникам строительства, независимо от степени родства, по ценам, близким к рыночным, либо при иных допущениях, а также сравнить  возможные результаты деятельности при том или ином варианте развития событий.

При оценке доводов и возражений лиц, участвующих в рассмотрении относительно обособленного спора, суд принял во внимание, что ООО «Тринити-Девелопмент» создавалось и функционировало как коммерческая организация, то есть юридическое лицо, имеющее своей основной целью извлечение прибыли; при этом, в конкретном случае сопутствующее коммерческой деятельности достижение социально-значимых целей, на которые ООО «Тринити-Девелопмент» указало в отзыве, не изменяет целей его деятельности в соответствии с организационно-правовой формой.

Основания для отождествления ответственности выделенного из ООО «Бомарше» юридического лица и ответственности нового участника такого общества, принявшего решение о приобретении доли в уставном капитале спустя полгода после образования юридического лица, либо руководителей данного субъекта, отсутствуют. Юридическое лицо, наделенное при выделении активами в нарушение интересов кредиторов выделившего общества, не может быть освобождено от ответственности лишь на основании того, что по состоянию на момент рассмотрения дела в суде произошло изменение состава его участников.

При этом вероятность приобретения доли в уставном капитале юридического лица, имеющего большую кредиторскую задолженность по сравнению с отраженной в отчетности, существует, и относится к обычным предпринимательским рискам, результаты оценки которых могут повлиять на важнейшие условия сделки, в частности, могут иметь определяющее значение при согласовании участниками стоимости бизнеса, но могут возникнуть и негативные для приобретателя последствия, связанные с неправильной оценкой степени того или иного риска. 

Также суд счел заслуживающим внимания довод о неотражении в разделительном балансе сведений об обязательствах должника, установленных в рамках настоящего дала, в том числе задолженности по договорам со ФИО27, впоследствии послужившая основанием для возбуждения настоящего дела о несостоятельности ООО «Бомарше»; в рамках настоящего обособленного спора разумное объяснение по данному поводу не дано. 

Подводя итог, учитывая, что решение вопроса о наиболее эффективном использовании в кризисной ситуации имущества должника, вложения в которое к моменту его отчуждения превысили 50 млн. руб., входило в компетенцию руководства ООО «Бомарше», и выбор сделан в пользу конструкции, не учитывающей интересы должника и его кредиторов, у суда не имелось достаточных оснований полагать, что целью названных действий являлась именно оптимизация процесса управления, а не улучшение финансового состояния членов группы должника, с которыми предварительно заключены сделки, предусматривающие передачу в их собственность по окончании строительства помещений в жилом комплексе по нерыночным ценам. 

В результате согласованных действий ответчиков должник фактически лишен объекта, грамотное использование которого в совокупности со своевременным применением комплекса разумных антикризисных мер могло принести должнику прибыль, и поскольку реорганизация юридического лица не может быть использована в качестве способа уклонения от исполнения обязательств, выделенному обществу, извлекавшему выгоду от противоправных действий лиц, осуществлявших непосредственное руководство ООО «Бомарше» и полностью определявших его действия, надлежит разделить ответственность за невозможность удовлетворения требований реорганизованного общества. 

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что в целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д.; пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой. 

В рассматриваемом случае, у суда не имелось оснований полагать, что кто-либо из названных ответчиков действовал автономно, без учета интересов иных участников группы. При этом судом принимаются во внимание пояснения бывшего руководителя должника, данные в ходе рассмотрения спора, согласно которым урегулирование задолженности ООО «Бомарше» перед участниками долевого строительства производилось, в том числе, за счет личного имущества членов группы либо с использованием деловых контактов ответчиков.

Требования к ФИО18, ФИО19 и ФИО5 (ФИО26) предъявлены как к конечным приобретателям имущества, ранее полученного ФИО3 на недоступных незаинтересованным участникам условиях; в связи с чем, рассмотрев требования, суд пришел к обоснованному выводу о недоказанности в рамках настоящего обособленного спора оснований считать названных лиц контролирующими должника.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. 

В пункте 7 названного постановления разъяснено, что лицо, которое извлекло существенную в масштабах деятельности должника выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим его лицом.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к обоснованному выводу о том, что само по себе нахождение ФИО5 (ФИО26) в отношениях родства (свойства) с лицами, контролирующими должника, не является достаточным основанием для вывода о наличии у нее контроля над должником; принимая в дар от ФИО3 в условиях недоказанности осведомленности об обстоятельствах приобретения дарителем прав на переданное имущество, ФИО28 действовала согласно обычным условиям гражданского оборота, и иное не доказано. 

Принимая во внимание данные в ходе рассмотрения обособленного спора пояснения, суд верно счел, что действия ФИО18 и ФИО19, желающих приобрести права требования к ООО «Тринити-Девелопмент» на выгодных условиях, объяснимы разумными экономическими мотивами, и не выходили за пределы обычного делового риска.

Действия указанных физических лиц, повлекшие возникновение у них прав требования к ООО «Тринити-Девелопмент», не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов.

Также материалами настоящего обособленного спора не доказана значительность влияния ФИО18, ФИО19 и ФИО5 на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника, равно как и вовлеченность указанных лиц в процесс управления ООО «Бомарше».

В рассматриваемом случае, у суда не имелось оснований полагать, что совершенные в 2012-2013 годах сделки, в результате которых ФИО3 передал права требования к ООО «Тринити-Девелопмент», изменили экономическую и (или) юридическую судьбу должника, а также привели к извлечению ФИО18, ФИО19 и ФИО5 существенной относительно масштабов деятельности должника выгоды от действий лиц, контролирующих ООО «Бомарше».

Принимая во внимание вышеизложенное, суд верно счел, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий (бездействия) ФИО2 и ФИО16, ФИО4, ФИО3, ФИО17, ООО «Альфа-Девелопмент» и ООО «Тринити-Девелопмент»; указанные лица совершили действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника, и заявления о привлечении контролирующих должника лиц по основанию, предусмотренному пунктом 4 статьи 10 и статьей 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» подлежат удовлетворению. 

Размер субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО16 подлежит определению с учетом поглощения меньшей суммы, определяемой с учетом момента возникновения обязанности по подаче заявления должника о своем банкротстве, большей, определяемой исходя из размера неудовлетворенных требований кредиторов.

Исходя из правила, предусмотренного в абзаце 3 пункта 11 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в размер субсидиарной ответственности ФИО16, ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО17, ООО «Альфа-Девелопмент» и ООО «Тринити-Девелопмент» не подлежат включению требования, принадлежащие ФИО2 и ФИО3; за счет средств, взысканных с контролирующих должника лиц, не подлежат удовлетворению обозначенные включенные в реестр требований кредиторов ООО «Бомарше» требования.

В силу действия пункта 8 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», абзаца первого статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из разъяснений, данных в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», указанные лица отвечают по обязательствам ООО «Бомарше» солидарно как совместно причинившие вред кредиторам должника. В рамках настоящего обособленного спора не доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине одного или нескольких из указанных лиц, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

С учетом изложенного, следуя приведенным правовым нормам и разъяснениям, суд первой инстанции правомерно привлек к субсидиарной ответственности ФИО16, ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО17, ООО «Альфа-Девелопмент» и ООО «Тринити-Девелопмент» (аффилированных между собой по состоянию на момент совершения действий, существенно ухудшивших финансовое положение должника), уменьшенной на сумму включенной в реестр требований кредиторов должника задолженности перед ФИО2 и ФИО3, что составляет 41515472,66 руб. В удовлетворении требований, предъявленных к ФИО18, ФИО19 и ФИО5 (ФИО26) отказано за необоснованностью.

Довод ООО «Тринити-Девелопмент» о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности по долгам должника подлежит отклонению в силу следующего.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции, действующей на момент введения в отношении должника процедуры конкурсного производства, заявление о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

До изложения названного правила в статье 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в условиях отсутствия правовой определенности в правоприменительной практике использовался подход, согласно которому при определении момента начала течения срока исковой давности по заявлению о привлечении собственника имущества должника к субсидиарной ответственности в процедуре банкротства необходимо учитывать, что размер ответственности невозможно определить с разумной достоверностью до момента реализации имущества должника, в связи с чем такой срок может исчисляться не ранее даты завершения реализации имущества предприятия и окончательного формирования конкурсной массы (Постановление Президиума ВАС РФ от 07.06.2012 № 219/12 по делу № А21-10191/2005).

В силу пункта 5 статьи 61.14 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в действующей в настоящее время редакции) заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным названной главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

В пункте 58 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что указанные сроки являются специальными сроками исковой давности, начало течения которых обусловлено субъективным фактором - моментом получения заинтересованными лицами сведений об определенных событиях, при этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных деяний.

Также в названном Постановлении содержатся разъяснения о том, что, предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, при этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Таким образом, учитывая, что первая процедура банкротства в отношении должника введена в марте 2015 года, конкурсное производство – в ноябре того же года, инвентаризация имущества должника окончена 20.01.2017, требования кредитора ФИО11 включены в реестр требований кредиторов должника в июле 2017 года, принимая во внимание, что заявление конкурсного управляющего подано в январе 2017 года, а прочие заявления, рассматриваемые в рамках настоящего обособленного спора, поступили в дело о несостоятельности должника в период с октября 2017 года по апрель 2018 года, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что срок исковой давности привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Бомарше», исчисляемый с момента получения ФИО15 и ФИО11 сведений о наличии предусмотренных статьей 10 и главой III.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» соответственно оснований, к моменту подачи в арбитражный суд рассматриваемых заявлений не истек; со дня признания должника банкротом и со дня совершения противоправных деяний по настоящее время не прошло три года и десять лет соответственно.

Таким образом, доводы заявителей апелляционных жалоб не нашли своего подтверждения при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, по существу не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают лишь несогласие с ними, дают иную правовую оценку установленным обстоятельствам, сводятся к переоценке доказательств, положенных в обоснование содержащихся в обжалуемом судебном акте выводов, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены судебного акта. 

Иное толкование заявителями жалоб положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств настоящего спора не свидетельствуют о неправильном применении судом норм права.

Учитывая изложенное, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права. Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционных жалоб отсутствуют.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации не предусмотрена уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы на определение о привлечении к субсидиарной ответственности.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 20.08.2018 по делу № А51-273/2015 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий

Л.А. Мокроусова

Судьи

Т.А. Аппакова

ФИО29