АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск                                                                                                Дело № А19-3411/2020 

«16» сентября 2020 года 

Резолютивная часть решения вынесена 09.09.2020. Решение в полном объеме изготовлено 16.09.2020.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Сураевой О.П., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению 

ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СИ ДИ ЛЭНД КОНТАКТ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 115035, 

<

...>) 

к ИНДИВИДУАЛЬНОМУ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЮ КОЖУЧКОВОЙ (ранее – НИЦАК) АЛЕСЕ АЛЕКСЕЕВНЕ (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664528, Иркутская область, Иркутский район)

о взыскании 50 000 руб. компенсации за незаконное использование произведения изобразительного искусства, а также судебных расходов, 

при участии:

от истца: не явился, извещен;

от ответчика: представителя ФИО2 по доверенности от 22.07.2020, паспорт;

установил:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СИ ДИ ЛЭНД КОНТАКТ»  обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с иском к ИНДИВИДУАЛЬНОМУ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЮ НИЦАК АЛЕСЕ АЛЕКСЕЕВНЕ о взыскании 50 000 рублей, составляющей сумму компенсации за незаконное использование произведения изобразительного искусства – фантазийного существа под условным названием «Ждун» с головой морского слона и телом личинки, выполненном в положении сидя без ног, а также с руками человека; о взыскании судебных издержек в общем размере 807 рублей.

Истец надлежащим образом извещен о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.

Ответчик в судебном заседании представил отзыв, с требованиями не согласился, просил снизить размер компенсации до 5 000 руб.

Дело рассматривается в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного разбирательства истца по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Исследовав материалы дела с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд установил следующее.

В обоснование исковых требований истец указал, что является правообладателем авторского произведения «Ждун» на основании заключенного с автором лицензионного договора от 25.04.2017.

Ответчик неправомерно использовал результат интеллектуальной деятельности без заключения соглашения с правообладателем (истцом), осуществляя розничную продажу мягких игрушек в виде произведения «Ждун», а именно: 15.12.2019 в 17 час. 21 мин. в магазине, расположенном по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и договору розничной купли-продажи реализован товар – мягкая игрушка «Ждун».

В подтверждение продажи выдан чек, с указанием сведений о наименовании продавца: ИП ФИО3, датой продажи: 15.12.2019, ИНН продавца: 

<

***>.

Претензия № 59 от 10.01.2020 года оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Исследовав представленные в дело доказательства, доводы лиц, участвующих в деле, и оценив их в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к следующим выводам.

Согласно п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. 

Пунктом 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 указанной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака, в том числе, на товарах, на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации (пункт 2 этой статьи).

Пунктом 3 той же статьи предусмотрено, что никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В силу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных этим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Как следует из материалов дела, между ФИО4 ФИО5 (лицензиаром) и обществом с ограниченной ответственностью "СИ ДИ ЛЭНД КОНТАКТ" (лицензиатом, истцом) заключен лицензионный договор от 25.04.2017 в отношении произведения с условным наименованием «Ждун» - оригинального произведения изобразительного искусства, фантазийного существа с головой морского слона и телом личинки, выполненным в положении сидя без ног, а также руками человека. Произведение используется в русскоязычной сфере информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Оригинальное название скульптуры «Гомункулус Локсодонтус».

Согласно пунктам 1.1, 2.1 лицензионного договора лицензиар предоставляет лицензиату право использования произведения на условиях исключительной лицензии на лицензионной территории (Российская Федерация, Республика Беларусь, Республика Казахстан) в течение лицензионного срока, начиная с 01.02.2017 по 24.04.2022.

В соответствии с пунктом 3.4 договора лицензиат вправе, в том числе, получить денежное вознаграждение или иное возмещение за нарушение исключительных прав от третьих лиц.

Согласно пункту 5 сертификата-подтверждения от 25.04.2017 истец имеет право на любые действия, которые сочтет необходимыми и адекватными для прекращения или предотвращения нарушений прав касаемо произведения.

В этой связи суд считает доказанным статус истца как правообладателя исключительного права на произведение изобразительного искусства «Ждун».

Как следует из материалов дела, ответчик неправомерно использовал результат интеллектуальной деятельности без заключения соглашения с правообладателем (истцом), осуществляя розничную продажу мягких игрушек в виде произведения «Ждун», а именно:  15.12.2019 в 17 час. 21 мин. в магазине, расположенном по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и договору розничной купли-продажи реализован товар – мягкая игрушка «Ждун».

В подтверждение продажи выдан чек, с указанием сведений о наименовании продавца: ИП ФИО3, датой продажи: 15.12.2019, ИНН продавца: 

<

***>. Также представлена видеозапись покупки товара.

Факт покупки у предпринимателя товара подтверждается оригиналом кассового чека от 14.06.2019, выданного предпринимателем ФИО3 с указанием индивидуального номера налогоплательщика (

<

***>), а также видеозаписью процесса приобретения товара, произведенной в целях самозащиты гражданских прав, на основании статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом просмотрена видеозапись покупки, качество которой позволяет определить местонахождение, внешний и внутренний вид торговой точки ответчика, отображает процесс приобретения товара, процесс его оплаты, выдачи товарного чека. 

Видеозапись зафиксировала и содержание (реквизиты) выданного чека, приобщенного к материалам дела, внешний вид приобретенного товара, соответствующий представленному в материалах дела вещественному доказательству – набор игрушек.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой)  в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. 

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством, как указано в пункте 55 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации, согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся», не требуется.

В силу части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

При рассмотрении арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи согласно разъяснениям пункта 2 информационного письма Президиума ВАС  РФ от 13.12.2007 №122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности»  могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания….. 

Таким образом, товарный чек является надлежащим документом, на основании которого покупатель может подтвердить факт продажи ему товара, приобретенного по договору розничной купли-продажи,  и в силу правил статьи 493 Гражданского кодекса Российской Федерации (договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара).

Ответчик осуществлял предпринимательскую деятельность путем заключения договоров розничной купли-продажи, следовательно, нахождение товара на прилавке, на стенде должно расценивается судом как публичная оферта, следовательно,  с учетом положений статьи 494 Гражданского кодекса Российской Федерации предложение к продаже экземпляра игрушки «Лео и Тиг», совершенное лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу, является использованием исключительных прав в форме распространения.

Поскольку видеозапись и товарный чек признаны судом допустимым и достоверным доказательством, то факт распространения ответчиком спорных изобразительных произведений следует считать доказанным.

Суду в рамках настоящего дела  на основании части 3 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ и положений пункта 162 постановления  Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», необходимо установить, является ли используемое ответчиком обозначение,  сходным по степени смешения с зарегистрированным истцом товарным знаком.

С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», пункта 162 постановления  Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта, не требует специальных знаний и может быть разрешен, судом без назначения экспертизы, с позиции рядового потребителя.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

При визуальном осмотре товара путем его сопоставления с произведением изобразительного искусства «Ждун» судом установлено, что изобразительное обозначение в виде мягкой игрушки идентичны, расположение отдельных частей фигур и иных признаков, совпадает, что позволяет ассоциировать сравниваемые объекты один с другим и сделать вывод, что мягкая игрушка «Ждун», приобретенная у ответчика, имеет внешние сходства до степени смешения с произведением изобразительного искусства «Ждун» (Homunkulus Loxodontus).

Доказательств получения от правообладателя разрешения на использование обозначения, сходного с принадлежащим ему товарным знаком предприниматель  суду не  предоставил.

В этой связи, суд считает факт использования ответчиком товарного знака правообладателя доказанным.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (часть 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу данной нормы закона нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Незаконное использование товарного знака посредством реализации товара, имитирующего товарный знак в соответствии с пунктом  34  «Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав», утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015,  является нарушением исключительных прав на такой товарный знак.

Учитывая, что правообладатель разрешения ответчику на использование своего товарного знака не давал, то использование указанного знака является незаконным. 

В соответствии со статьей 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных этим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 того же Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров  произведения  или  в  двукратном  размере  стоимости  права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

В разъяснениях, содержащихся в п. 43.2, 43.3 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 №5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», указано, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков. Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного ст. 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Таким образом, определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который при этом исходит из обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых судом по своему внутреннему убеждению. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Истцом заявлена к взысканию компенсация в размере 50 000 руб., в качестве обоснования заявленного размера компенсации указано на следующее: 

- потребители вводятся в заблуждение относительно спорной продукции, поскольку данная продукция произведена не правообладателем, не лицензиатом правообладателя и введена в гражданский оборот неправомерно;

- истец теряет прибыль, поскольку рынок насыщается неправомерно введённой в гражданский оборот продукцией, приобретая которую, потребители, таким образом, отказываются от приобретения продукции, правомерно изготовленной исключительным лицензиатом;

- увеличивается риск вредного воздействия данной продукции на здоровье человека, так как данная продукция введена в гражданский оборот неправомерно, а учитывая, что пользователями данной продукции в большинстве случаев являются дети, данный вопрос носит особенно острый характер.  

Ответчик в отзыве указал, что предъявленный размер компенсации для предпринимателя является значительным; также просил обратить внимание, что:

1) Действия Ответчика по продаже указанного товара не носили прямого умысла и не были направлены на введение потребителя в заблуждение. Поскольку данная продукция не была создана Ответчиком, а поступила в его собственность в рамках договорных отношений, вина Ответчика, по своей сути, выражается лишь в неосмотрительности при определении своих поставщиков, проверке наличия у них законных оснований к деятельности по производству и (или) реализации продукции, а также в отсутствии должного контроля поставляемой продукции. По мнению Ответчика, данное нарушение исключительного права на товарный знак не носит грубый характер, поскольку являлось однократным по отношению к данному Правообладателю.

2) Незаконное использование указанных товарных знаков, исключительное право на которые принадлежит Истцу, не является существенной частью хозяйственной деятельности Ответчика, что также подтверждается минимальным количеством реализованного товара. Кроме того, деятельность Ответчика, в целях сохранения своей деловой репутации, направлена на реализацию исключительно лицензионной продукции. Наличие подобного товара в ассортименте является погрешностью, которую не всегда удается устранить заблаговременно;

3) Продажа указанного товара осуществлялась в одной торговой точке без размещения какой-либо рекламы в сети интернет или средствах массовой информации, в связи с чем потенциальными потребителями такой продукции могли быть исключительно посетители магазина, численность которых является незначительной при сравниваемых выше обстоятельствах;

4) Материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих существенные имущественные потери Истца, связанные с реализацией контрафактного товара Ответчиком.

Рассмотрев заявленное ответчиком ходатайство, суд приходит к следующим выводам.

В силу абзаца 3 пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Указанной нормой права предусмотрена возможность снижения размера компенсации ниже пределов, установленных Кодексом, но не менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П отмечено, что лицо, нарушившее исключительное право на объект интеллектуальной собственности при осуществлении предпринимательской деятельности, - исходя из общих принципов гражданско-правовой ответственности и с учетом того, что обладатель нарушенного права в целях реализации предписаний статьи 44 (часть 1) Конституции Российской Федерации освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков, а санкция в виде выплаты компенсации подлежит применению независимо от вины нарушителя (пункт 3 статьи 1250 и пункт 3 статьи 1252 ГК Российской Федерации), - должно иметь возможность доказать, что им были предприняты все необходимые меры и проявлена разумная осмотрительность с тем, чтобы избежать незаконного использования права, принадлежащего другому лицу - правообладателю.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела по смыслу разъяснений, изложенных  в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П, возможно в исключительных случаях, при совокупности следующих обстоятельств:  права на результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю;  права правообладателя нарушены одним действием;  нарушение не должно носить грубого характера (под грубым нарушением следует понимать повторное, виновное совершение нарушения); использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих права не являлось существенной частью предпринимательской деятельности нарушителя; в том случае, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным законоположениям правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков.

При оценке приведенных ответчиком доказательств  и проверке названных им обстоятельств,  судом установлено, что:

- права на произведения изобразительного искусства принадлежат одному правообладателю;

- права правообладателя нарушены одним действием;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат истцу,  с нарушением этих прав, не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности;

-  сумма иска во много сотен раз превышает стоимость проданного контрафактного товара и потенциальные убытки для правообладателя;

-  подлежащие применению на основании прямого указания закона санкции, являются - с учетом обстоятельств настоящего дела - явно несправедливыми и несоразмерными допущенному нарушению;

- размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (770 рублей против 40 000 рублей).

Согласно пункту 21 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017)» , утв. Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017, 21,  суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Учитывая характер допущенного нарушения, отсутствие доказательств наступления для истца каких-либо негативных последствий незаконного использования товарных знаков, вероятных убытков (в том числе упущенной выгоды), отсутствие доказательств негативного влияния деятельности ответчика на деловую репутацию истца и возникновение в связи с этим убытков, в частности,  уменьшение спроса на продукцию с использованием товарного знака истца и снижением объема продаж, исходя из принципа соразмерности компенсации последствиям нарушенного права, с учетом требований разумности и справедливости  и обеспечения доверия граждан как к закону, так и к суду, а также, что правонарушение с данным правообладателем ответчиком допущено впервые, суд считает при наличии перечисленных обстоятельств  возможным применить указание Конституционного Суда Российской Федерации и снизить размер компенсации ниже установленного законом предела до 5 000 рублей. При этом суд в данном конкретном случае считает необходимым учесть факт признания ответчиком продажи спорного товара и данные им пояснения свидетельствуют о том, что умысла на сознательное нарушение требований действующего законодательства и причинение истцу ущерба у ответчика не было.  

При таких обстоятельствах суд считает, что заявленные исковые требования следует удовлетворить частично в сумме 5 000 рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражным судом взыскиваются со стороны судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 2 постановления от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснил, что к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ). Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. 

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражным судом взыскиваются со стороны судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 2 постановления от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснил, что к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ). Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. 

Истцом понесены затраты на приобретение вещественного доказательства – мягкая игрушка в размере 750 рублей, что подтверждается кассовым чеком от 15.12.2019; расходы по направлению претензии и искового заявления в сумме 57 руб., что подтверждается кассовыми чеками от 14.01.2020, 20.02.2020.

Указанные расходы понесены истцом в связи с рассмотрением настоящего дела.

Учитывая, что заявленные исковые требования истца удовлетворены частично, понесенные истцом судебные издержки в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат пропорциональному распределению, а именно с ответчика подлежат взысканию судебные расходы в размере стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика в сумме 75 рублей, стоимости почтовых отправлений в виде искового заявления и претензии в размере 5 рублей 70 копеек.

Кроме того, истцом при обращении в суд произведена уплата государственной пошлины в сумме 2 000 рублей на основании чека-ордера от 19.02.2020, в соответствии с положениями абзаца 2 части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации взыскивается в пользу истца в сумме 200 рублей; прочая сумма, соответствующая величине оставленных без удовлетворения исковых требований, остается в федеральном бюджете Российской Федерации и не возмещается за счет ответчика.  

Определением суда от 23.04.2020 суд приобщил в качестве вещественного доказательства по делу представленный истцом товар (игрушка).

В связи с признанием судом вещественного доказательства по делу – мягкая игрушка – контрафактным товаром, возмещением истцу его стоимости (с учетом правила о пропорциональном распределении судебных издержек), последний в силу пунктов 25 постановления Пленума ВС РФ и ВАС РФ от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» и пунктом 44 постановления Пленума ВС РФ от 19.06.2006 № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах» подлежит уничтожению после вступления решения суда в законную силу.

руководствуясь статьями 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

Заявленные исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ИНДИВИДУАЛЬНОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЯ КОЖУЧКОВОЙ (ранее – НИЦАК) АЛЕСИ АЛЕКСЕЕВНЫ (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664528, Иркутская область, Иркутский район) в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СИ ДИ ЛЭНД КОНТАКТ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 115035, 

<

...>) 5 000 руб., составляющей сумму компенсации за незаконное использование произведения изобразительного искусства – фантазийного существа под условным названием «Ждун» с головой морского слона и телом личинки, выполненном в положении сидя без ног, а также с руками человека, а также судебные издержки  в размере стоимости вещественного доказательства — товара, приобретенного у Ответчика в сумме 75 руб., стоимости почтовых отправлений в виде претензии и искового заявления в размере 5 руб. 70 коп., суммы уплаченной государственной пошлины в размере 200  руб.

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований и судебных расходов отказать.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья                                                                                     О.П.Сураева