Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                   Дело № А03-5788/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена  12 сентября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  19 сентября 2023 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Хлебникова А.В.,

судей                                                         Крюковой Л.А.,

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания с использованием системы веб-конференции помощником судьи Кузьминой Е.А., рассмотрел кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Полевое» на решение от 14.03.2023 Арбитражного суда Алтайского края (судья Ситникова И.В.) и постановление от 25.05.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Подцепилова М.Ю., Ваганова Р.А., ФИО2) по делу № А03-5788/2021 по иску общества с ограниченной ответственностью «Полевое» (658123, Алтайский край, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственная фирма «Путь Ильича» (658178, Алтайский край, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании денежных средств.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, - публичное акционерное общество «Сбербанк России» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ФИО3, ФИО4.

Путем использования системы веб-конференции в судебном заседании участвовал конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «Полевое» ФИО5; представитель акционерного общества «Сбербанк России» ФИО6 по доверенности от 18.01.2022 подключение к сеансу веб-конференции не обеспечила.

Суд установил:

общество с ограниченной ответственностью «Полевое» (далее – общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к обществу с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственная фирма «Путь Ильича» (далее – фирма, ответчик) о взыскании по договору ответственного хранения от 24.11.2018 № 3 (далее – договор) 3 000 000 руб. штрафа, 252 000 руб. неосновательного обогащения.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – банк), ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО4 (далее – ФИО4).

Решением от 26.01.2022 Арбитражного суда Алтайского края иск удовлетворен частично, с фирмы в пользу общества взыскан штраф в размере 252 000 руб., в остальной части иска отказано.

Постановлением от 25.04.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда (с учетом дополнительного постановления от 23.05.2022) решение от 26.01.2022 изменено: иск удовлетворен частично, с фирмы в пользу общества взыскано 300 000 руб. штрафа, 252 000 руб. неосновательного обогащения. В остальной части иска отказано.

Постановлением от 25.08.2022 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа решение от 26.01.2022 и постановление от 25.04.2022 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Алтайского края.

Решением от 14.03.2023 Арбитражного суда Алтайского края, оставленным без изменения постановлением от 25.05.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда, иск удовлетворен частично: с фирмы в пользу общества взыскан штраф в размере 300 000 руб. В остальной части иска отказано.

Общество обратилось с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении иска в полном объеме.

В кассационной жалобе заявитель указал, что судами не учтен факт непредставления ответчиком доказательств явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, не принято во внимание самостоятельное уменьшение истцом размера штрафа; используя полученный на хранение автомобиль в своих личных целях и передавая его третьим лицам, ответчик сберег денежные средства в размере арендных платежей, то есть в настоящем случае неосновательное обогащение ответчика представляет собой сбереженную плату за эксплуатацию не принадлежащего ему имущества, пользование которым осуществлялось в отсутствие на то оснований, в то время как пункт 2 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусматривает истребование косвенного обогащения, возникающего вследствие неосновательного пользования чужим имуществом или услугами.

Банк в отзыве на кассационную жалобу поддержал ее просительную часть.

Учитывая надлежащее извещение ответчика и третьих лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в отсутствие их представителей в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

В судебном заседании конкурсный управляющий обществом поддержал правовую позицию, изложенную в кассационной жалобе.

Рассмотрев кассационную жалобу в пределах ее доводов относительно снижения размера штрафа и отказа в удовлетворении требования о взыскании неосновательного обогащения, которыми ограничивается рассмотрение дела судом кассационной инстанции (часть 1 статьи 286 АПК РФ, определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 302-ЭС15-17338), принимая во внимание, что судебные акты не обжалованы ответчиком, суд округа исходит из следующего.

Как установлено судами, определением от 17.04.2018 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-23526/2013 расторгнуто мировое соглашение, заключенное в деле о банкротстве общества, утвержденное определением от 18.11.2014 Арбитражного суда Алтайского края, производство по делу о банкротстве возобновлено. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3 (отстранен судом от исполнения обязанностей конкурного управляющего в деле о банкротстве 18.06.2020).

Определением от 15.07.2020 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-23526/2013 конкурсным управляющим обществом утвержден ФИО5 (далее – арбитражный управляющий).

В ходе проведения процедур конкурсного производства между обществом (поклажедатель) и фирмой (хранитель) заключен договор ответственного хранения от 24.11.2018 № 3, по условиям которого хранитель обязался принять на хранение переданнай ему поклажедателем автомобиль Mitsubishi Pajero Sport 3,2 (легковой), 2008 года выпуска, государственный регистрационный номер 

<

***> (далее – автомобиль), вернуть его в сохранности по первому требованию поклажедателя. Место хранения сторонами определено по адресу: 

<

...>.

Фирма обязана соблюдать установленный залогодержателем (банком) режим хранения: без права пользования и передачи третьим лицам (пункт 2.1.9 договора).

Сторонами согласовано, что в случае нарушения хранителем условия договора о запрете эксплуатации имущества либо его передачи третьему лицу после транспортировки к месту хранения, хранитель несет ответственность перед поклажедателем в виде штрафа в размере 100 000 руб. за каждый отдельный факт использования либо передачи третьему лицу единицы техники/транспортного средства (пункт 5.2 договора).

Факт передачи автомобиля ответчику подтверждается актом приема-передачи от 24.11.2018 к договору. В момент передачи автомобиля у хранителя не имелось претензий к техническому состоянию автомобиля.

Получив данные главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации (далее – орган внутренних дел) о прохождении автомобилем зон действия специальных технических средств фиксации, работающих в автоматическом режиме, в период с 24.11.2018 по 27.02.2020, согласно которым органами внутренних дел установлен факт использования автомобиля 2 794 раза в указанный период, истец в соответствии с условиями договора начислил 279 400 000 руб. штрафа, который с учетом принципа разумности просил оплатить в размере 3 000 000 руб.

Помимо указанного, ссылаясь на использование фирмой автомобиля в личных целях, в результате которого она сберегла денежные средства в размере арендных платежей, общество произвело расчет неосновательного обогащения за период с 24.11.2018 по 17.01.2020 (420 дней) исходя из минимальной стоимости услуг по сдаче в аренду легкового автомобиля в размере 600 руб. в сутки, всего на сумму 252 000 руб.

Истец обратился к ответчику с требованиями об оплате неосновательного обогащения и штрафа, направив претензию от 21.01.2021, оставление без удовлетворения которой послужило причиной обращения общества с настоящим иском в арбитражный суд.

Первоначально рассматривая спор, суд первой инстанции руководствовался статьями 886, 891, 892 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), условиями договора и исходил из доказанности факта передачи автомобиля истцом ответчику на основании договора по акту приема-передачи от 24.11.2018, при подписании которого у хранителя не возникло претензий к техническому состоянию транспортного средства, отсутствия доказательств возврата автомобиля фирмой обществу в период с 24.11.2018 по 17.01.2020.

Акт от 06.12.2018 о возврате автомобиля ФИО3 не принят судом в качестве допустимого доказательства, поскольку составлен не в эту дату, а для предоставления в дело, что ответчиком не оспаривалось.

Установив факт пользования автомобилем, суд пришел к выводу о нарушении фирмой режима его хранения, наличии оснований для взыскания штрафа и неосновательного обогащения. В связи с явной несоразмерностью начисленного штрафа за нарушение неденежного обязательства последствиям такового, суд первой инстанции уменьшил его до стоимости аренды автомобиля в размере 252 000 руб., частично удовлетворив иск.

Апелляционный суд дополнительно руководствовался статьями 309, 310, 330, 1102 ГК РФ, разъяснениями, приведенными в пунктах 69, 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», и в целом поддержал выводы суда первой инстанции, приняв во внимание отсутствие доказательств наступления для истца в результате допущенного ответчиком нарушения условий договора негативных последствий, повлекших для общества потери в объеме, соразмерном сумме штрафа, которую оно требует взыскать, конкретные обстоятельства дела, на основании чего счел возможным снизить подлежащий взысканию штраф до 300 000 руб., а также взыскал сумму неосновательного обогащения, изменив в этой части решение суда первой инстанции.

Отменяя вышеуказанные судебные акты и направляя дело на новое рассмотрение, суд округа отметил, что, отклоняя возражения фирмы и ФИО3 о возврате автомобиля последнему 06.12.2018, суды исходили из того, что акт от 06.12.2018 оформлен не в указанную в нем дату, в дело о несостоятельности общества не представлялся при рассмотрении вопросов, связанных с хранением автомобиля, однако суды не мотивировали, каким образом само по себе составление сторонами договора акта возврата имущества, фиксирующего данный факт, позднее даты его фактического возврата хранителем поклажедателю исключает возможность установления такого обстоятельства при отсутствии разногласий в отношении него у лиц, являющихся уполномоченными на осуществление приема-передачи имущества по договору на момент возврата.

В этой связи суд округа счел, что судами необоснованно отклонены объяснения фирмы и ФИО3, которые подлежали оценке наряду с совокупностью иных имеющихся в деле доказательств. При этом документальное оформление сторонами договора акта возврата имущества с хранения не имеет правового значения в отсутствие между ними спора по данному обстоятельству, а может лишь свидетельствовать о последующем самостоятельном хранении спорного автомобиля конкурсным управляющим обществом, за которое хранитель уже не несет ответственность.

Суд кассационной инстанции также отметил, что заявление поклажедателем после возврата ему имущества хранителем о привлечении последнего к ответственности за неправомерную эксплуатацию этого имущества в период после его возврата может свидетельствовать о непоследовательном и противоречивом поведении стороны.

Сославшись на объяснения банка о заключении договора ОСАГО ФИО4 в отношении автомобиля, принадлежащего обществу, находящемуся в процедуре банкротства, суды не выясняли, на каком праве действовало данное лицо при заключении договора ОСАГО и каким документами подтверждало законное владение автомобилем. Между тем исследование таких обстоятельств и доказательств могло позволить установить лицо, эксплуатировавшее транспортное средство после 06.12.2018, и основания пользования им, что имеет юридическое значение для рассмотрения настоящего спора ввиду того, что общество заявило также о взыскании с фирмы неосновательного обогащения в размере арендной платы за использование спорного автомобиля в период с 24.11.2018 по 17.01.2020, которым охватывается период с 24.11.2018 до 06.12.2018.

Вместе с этим суд округа определил, что судами по существу не проверены доводы фирмы и ФИО3 о неисправности автомобиля на дату его передачи ответчику по договору и возврата 06.12.2018, его последующего ремонта последним. Выяснение таких обстоятельств необходимо для разрешения вопроса о возможности эксплуатации автомобиля в период с 24.11.2018 по 06.12.2018, когда стороны договора не отрицают факт его нахождения у хранителя.

При повторном рассмотрении спора во исполнение указаний суда округа судами установлено, что автомобиль до его продажи с торгов в рамках процедуры банкротства общества находился на ответственном хранении у ответчика, что подтверждается объяснениями ФИО3 от 28.01.2020 (лист дела 69 том 7) в рамках предварительной проверки межмуниципального отдела внутренних органов «Усть-Калманский», а также письмом директора фирмы ФИО7 от 21.01.2020 (лист дела 68 том 7), в которых названные лица указали, что «на 21.01.2020 за автомобилем по адресу хранения, указанному в договоре хранения от 24.11.2018, покупатель не приезжал. В связи с отсутствием возможности ежедневно находиться в адресе хранения в ближайшее время автомобиль будет перевезен (транспортирован)».

На основании указанного, а также с учетом совокупности иных представленных в дело доказательств (фирма направила ответ на претензию от 20.09.2019 в адрес ФИО3, указав: «Техника находится на площадках для хранения у фирмы»; акт возврата автомобиля от 06.12.2018 составлен исключительно для представления в суд первой инстанции; судебными актами в рамках дела о банкротстве общества (определение от 26.06.2020 Арбитражного суда Алтайского края, постановления от 21.10.2020 Седьмого арбитражного апелляционного суда, от 27.01.2021 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа по делу № А03-23526/2013) подтверждается действие договора ответственного хранения вплоть до его реализации на торгах: акт от 06.12.2018 в дело о банкротстве не предоставлялся, ФИО3 и ответчик указывали на его действие вплоть до продажи автомобиля на торгах; несмотря на показания свидетеля ФИО7 и объяснения ФИО3, сообщивших о возврате автомобиля с хранения 06.12.2018 в связи с его неисправностью, автомобиль 06.12.2018 зафиксирован камерами, что свидетельствует о его передвижении по городу Барнаулу и не согласуется с показаниями свидетеля о его неисправности, а также иные фактические обстоятельства, подтверждающие исправность автомобиля в спорный период), суды определили, что постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 01.02.2020, объяснениями ФИО3, а также директора фирмы ФИО7 подтверждается факт хранения автомобиля ответчиком вплоть до 24.01.2020.

Помимо указанного, судом первой инстанции была истребована дополнительная информация у органов внутренних дел, согласно которой автомобиль зафиксирован комплексами автоматической фото-видеофиксации административных правонарушений в области дорожного движения в период с 24.11.2018 по 17.01.2020 (766 раз), представлены постановления о привлечении к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения при управлении автомобиля ФИО8 (привлечен к административной ответственности за перевозку пассажиров сверх количества, предусмотренного технической характеристикой транспортного средства) от 23.05.2019, 20.06.2019, 24.07.2019, 17.07.2019, который является председателем правления снабженческого сбытового потребительского кооператива «Эволюшн», одноименного с коммерческим обозначением сети «Evolution» (ООО «Термиз»), где учредителем и директором является ФИО7 (директор фирмы ответчика).

Суды также приняли во внимание, что материалы дела содержат доказательства аффилированности ФИО4 с фирмой, страховой полис от 29.01.2020, действовавший в период с 07.05.2019 по 06.05.2020, заключен со страховой организацией ФИО4 Вместе с тем страховая организация на запрос арбитражного управляющего о предоставлении документов, подтверждающих полномочия ФИО4 на заключение договора страхования (страхового полиса), а также лицо, предоставившее указанный автомобиль для осмотра при оформлении страхового полиса с приложением полномочий такого лица, ответила об отсутствии у страховщика запрашиваемой информации.

С учетом указанных обстоятельств суды констатировали, что договор хранения действовал до продажи имущества с торгов, в то время как за фирмой сохранялось обязательство по хранению автомобиля в спорный период на основании заключенного договора с соблюдением предусмотренного режима хранения.

Повторно рассматривая спор, разрешая вопрос о размере штрафа и наличии оснований для удовлетворения требований о взыскании неосновательного обогащения, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 333, 1102, 1109 ГК РФ, пунктами 69, 71, 73, 75, 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», пунктами 2, 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 7 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктом 42 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктом 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации № 683-О-О от 26.05.2011, исходили из доказанности фактов хранения автомобиля ответчиком в исковой период, нарушения ответчиком условий договора хранения, за которые предусмотрена ответственность в виде штрафа, обоснованности в связи с этим его начисления, снизив его размер по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ, отказав во взыскании неосновательного обогащения в отсутствие на то правовых оснований.

Выводы судов в обжалуемой части соответствуют установленным обстоятельствам дела и примененным нормам права.

Из положений статей 309, 310 ГК РФ следует, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

По договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности (пункт 1 статьи 886 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 891 ГК РФ предусмотрено, что хранитель обязан принять все предусмотренные договором хранения меры для того, чтобы обеспечить сохранность переданной на хранение вещи.

Одной из особенностей хранения (статьи 886, 891 ГК РФ), отличающей его от прочих видов услуг, является то, что, несмотря на потребление услуги по хранению в процессе ее оказания, это обязательство направлено на достижение конечного результата – выдачу имущества поклажедателю в надлежащем состоянии по окончании срока хранения. Именно в этом заключается интерес поклажедателя. Хранитель, не обеспечивший сохранности имущества, должен отвечать за это независимо от того, в течение какого срока он надлежаще исполнял свои обязанности и в какой момент их нарушил (определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.08.2019 № 301-ЭС19-5994).

Хранитель обязан возвратить поклажедателю или лицу, указанному им в качестве получателя, ту самую вещь, которая была передана на хранение, если договором не предусмотрено хранение с обезличением (статья 890, пункт 1 статьи 900 ГК РФ).

Таким образом, договор хранения представляет собой сделку, объектом которой является обеспечение сохранности передаваемой на хранение вещи, ее заключение порождает для сторон взаимные права и обязанности: хранитель обязан хранить вещь и возвратить ее поклажедателю в сохранности, а поклажедатель оплатить обусловленную договором плату и забрать вещь по истечении срока хранения.

Пунктом 1 статьи 329 ГК РФ установлено, что исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

Согласно пунктк 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Степень соразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, поэтому только суд, рассматривающий дело, вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного спора в соответствии со статьей 71 АПК РФ.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств; каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статьи 64, 65, 67, 68, 71 и 168 АПК РФ).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ в совокупности и взаимосвязи, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, установив фактическое использование автомобиля ответчиком и аффилированными с ним лицами в нарушение пункта 2.1.9 договора хранения, в котором стороны согласовали режим хранения (без права пользования и передачи третьим лицам), что влечет для фирмы наступление ответственности в виде взыскания штрафа, приняв во внимание чрезмерно высокий размер заявленной неустойки, на основании чего суды аргументированно снизили ее; установив также, что, сдавая на хранение спорное имущество, намерения использовать данный автомобиль у общества не имелось, в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие факт сбережения ответчиком собственных денежных средств, принимая во внимание тот факт, что стороны согласовали такие условия договора, подразумевая покрытие штрафом факта незаконного использования имущества помимо воли поклажедателя, суды правомерно определили отсутствие оснований для взыскания неосновательного обогащения с ответчика.

Установление подобного рода обстоятельств является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций, которые в силу присущих им дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешают дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств.

Суд кассационной инстанции полагает, что приведенная судами оценка обстоятельств дела соответствует положениям процессуального законодательства, устанавливающим стандарт всестороннего и полного исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи без придания преимущественного значения какому бы то ни было из них (определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.06.2016 № 305-ЭС15-10323, от 05.10.2017 № 309-ЭС17-6308).

Изложенные в кассационной жалобе суждения относительно непредставления ответчиком доказательств явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства в условиях самостоятельного уменьшения истцом размера штрафане принимаются судом кассационной инстанции, поскольку исходя из принципов равноправия сторон и состязательности при судопроизводстве (статьи 8, 9 АПК РФ), а также инстанционального разделения компетенции судов (статьи 168, 268, 286 АПК РФ), определение конкретного размера неустойки является вопросом факта, следовательно, вопрос о ее снижении относится к компетенции судов первой и апелляционной инстанций.

Согласно разъяснениям, содержащимся в третьем абзаце пункта 72 Постановления № 7, основаниями для отмены в кассационном порядке судебного акта в части, касающейся уменьшения неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ, могут являться нарушение или неправильное применение норм материального права, к которым, в частности, относятся нарушение требований пункта 6 статьи 395 названного Кодекса, когда сумма неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства снижена ниже предела, установленного пунктом 1 статьи 395 названного Кодекса, или уменьшение неустойки в отсутствие заявления в случаях, установленных пунктом 1 статьи 333 названного Кодекса.

Указанных обстоятельств судом округа при рассмотрении кассационной жалобы не установлено.

Действительно, в силу пункта 73 Постановления № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. На основании пункта 74 Постановления № 7, возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно.

Вместе с тем в настоящем случае снижение судами размера взыскиваемого штрафа соответствует принципам необходимости соблюдения баланса между применяемой к должнику мерой ответственности и оценкой отрицательных последствий, наступивших в результате нарушения обязательств, предупредительной функции неустойки, направленной на недопущение нарушений обязательств, а также исходя из недопущения извлечения какой-либо финансовой выгоды одной из сторон за счет другой в связи с начислением штрафных санкций.

Судом округа также отклоняются доводы кассационной жалобы о том, что, используя полученный на хранение автомобиль в своих личных целях и передавая его третьим лицам, ответчик сберег денежные средства в размере арендных платежей.

В соответствии со статьей 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 названного Кодекса.

Лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения приобрести его либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей в то время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило (пункт 2 статьи 1105 ГК РФ).

В предмет доказывания по спору о взыскании неосновательного обогащения входит установление факта приобретения или сбережения ответчиком имущества за счет истца, отсутствия установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований для приобретения, размера неосновательного обогащения.

Пункт 5.2 договора предусматривает, что в случае нарушения хранителем условия договора о запрете эксплуатации имущества либо его передачи третьему лицу после транспортировки к месту хранения хранитель несет ответственность перед поклажедателем в виде штрафа в размере 100 000 руб. за каждый отдельный факт использования либо передачи третьему лицу единицы техники/транспортного средства.

Поскольку в настоящем случае отказ судов в удовлетворении требования о взыскании неосновательного обогащения мотивирован тем, что, сдавая на хранение спорное имущество, намерений использовать данный автомобиль у общества не имелось, и при согласовании условий договора стороны подразумевали, что в случае пользования имуществом, минуя волю поклажедателя, незаконное использование покрывалось бы штрафом (то есть прямо определили правовые последствия возможного нарушения, установив соответствующий компенсационный механизм).

Оснований для переоценки выводов судов в указанной части суд округа не усматривает.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебных актов, не установлено. Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

В соответствии с требованиями статьи 110 АПК РФ государственная пошлина подлежит взысканию в доход федерального бюджета с заявителя кассационной жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 14.03.2023 Арбитражного суда Алтайского края и постановление от 25.05.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А03-5788/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Полевое» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб. за рассмотрение кассационной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                   А.В. Хлебников

 

Судьи                                                                                                                 Л.А. Крюкова

 

ФИО1