АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 294-60-00

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Казань                                                                              Дело № А65-10975/2021 

Дата принятия решения –  09 августа 2021 года.

Дата объявления резолютивной части –  05 августа 2021 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Маннановой А.К., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Бугорковой О.М.,  рассмотрев в открытом судебном заседании по первой инстанции исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Капитель» (ИНН 1650308122) о взыскании с Мухамеджанова Эльвина Евгеньевича в порядке субсидиарной ответственности 565 510,84 рубля убытков,

от заявителя – ФИО3 - руководитель (паспорт),

от ответчика – не явился –извещен;

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Капитель» (ИНН 

<

***>) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением к ФИО2 о взыскании в порядке субсидиарной ответственности 565 510,84 рубля убытков. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14 мая 2021 года, исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Капитель» (ИНН 

<

***>) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением к ФИО2 о взыскании в порядке субсидиарной ответственности 565 510,84 рубля убытков, принято, возбуждено производство по делу, назначено дело к судебному разбирательству в предварительном судебном заседании на 13 час. 40 мин. 16 июня 2021г. в помещении Арбитражного суда Республики Татарстан по адресу: 420107,  

<

...>, зал № 3.08  (3 этаж). Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 июня 2021 года предварительное судебное заседание завершено, назначено дело  к судебному разбирательству на 05 августа  2021 года 12 час. 50 мин.

Информация о месте и времени судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Арбитражного суда Республики Татарстан в сети Интернет по адресу: www.tatarstan.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленном статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу ч.6 ст.121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, а лица, вступившие в дело или привлеченные к участию в деле позднее, и иные участники арбитражного процесса после получения первого судебного акта по рассматриваемому делу самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

В судебном заседании представитель заявителя  заявление поддержала. 

Согласно новому законодательному регулированию конкурсные кредиторы вправе обратиться с заявлением о привлечении лица к субсидиарной ответственности в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, а также вне рамок дела о банкротстве в порядке искового производства (статьи 61.14, 61.19, 61.20 Закона о банкротстве). 

Согласно п. 1 ст. 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)": если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Таким образом, вне рамок дела о банкротстве, заинтересованные лица могут обратиться в случае, если о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности им стало известно после завершения/прекращения производства по делу о банкротстве. 

При этом в соответствии с п. 3 ст. 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.   

Как установлено судом, в  Арбитражный суд Республики Татарстан 30 марта 2018 года поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Капитель», г.Набережные Челны, о признании общества с ограниченной ответственностью «Партнёр-Строй», г.Азнакаево, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17 апреля 2018 года заявление кредитора принято к производству, назначено к рассмотрению в судебном заседании на 09 час. 30 мин. 18 мая 2018 года.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18 мая 2018 года, судебное заседание отложено на 15 часов 40 минут 28 июня 2018 года, указанным определением принято уточнение заявленных требований до 565 519,84 руб., из них 554 887 руб. долга, 10 623,84 руб. расходов по оплате госпошлины.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 июля 2018 года заявление общества с ограниченной ответственностью «Капитель», г.Набережные Челны (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>) признано обоснованным и в отношении общества с ограниченной ответственностью «Партнёр-Строй», г.Азнакаево, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) введена процедура банкротства – наблюдение сроком до 28.09.2018 г. Временным управляющим общества с ограниченной ответственностью «ПартнёрСтрой», г.Азнакаево, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – утвержден ФИО4 (165023950538), являющегося членом Ассоциации саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Центральное агентство арбитражных управляющих» (адрес фактический: 119017, 

<

...>).

Указанным определением суд включил требование общества с ограниченной ответственностью «Капитель», г.Набережные Челны (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>) в размере: 565 519,84 руб., из них 554 887 руб. долга, 10 623,84 руб. расходов по оплате госпошлины в состав третьей очереди реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Партнёр-Строй», г.Азнакаево, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Решением 31 октября 2018 года должник - общество с ограниченной ответственностью «Партнёр-Строй», г.Азнакаево, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на четыре месяца (до 28.02.2019). Конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Партнёр-Строй», г.Азнакаево, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) утвержден ФИО4 (165023950538), являющийся членом Ассоциации саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Центральное агентство арбитражных управляющих». Судебное заседание по рассмотрению отчета о результатах проведения конкурсного производства или вопроса о продлении срока конкурсного производства на 09 час. 15 мин. 25 февраля 2019 по адресу: 

<

...>, зал №3.08 (3 этаж).

В Арбитражный суд Республики Татарстан 13 ноября 2019 года поступило заявление конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Партнёр-Строй», г.Азнакаево, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника – ФИО2, (вх.№ 43104).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20 ноября 2019 года заявление конкурсного управляющего принято к производству, назначено к рассмотрению в предварительном судебном заседании на 08 час. 40 мин. 19 декабря 2019 года.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19 декабря 2019 года завершено предварительное судебное заседание, назначено основное судебное заседание на 23 января  2020 года 09 час. 00 мин.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07 февраля 2020 года заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Партнёр-Строй», г.Азнакаево, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника – ФИО2, удовлетворено, ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности, производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено, до окончания расчетов с кредиторами.

Как установлено судом определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12 мая 2020 года производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Партнер-Строй», Республика Татарстан, Азнакаевский р-н, г.Азнакаево, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), прекращено на основании пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве, в связи с отсутствием источника финансирования.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14 мая 2020 года производство по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Партнёр-Строй», г.Азнакаево, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника – ФИО2, в части определения размера субсидиарной ответственности (вх.№ 43104) возобновлено, назначено к рассмотрению в судебном заседании на 12 час. 40 мин. 03 июня 2020 года.

Определением Арбитражного суда Республик Татарстан от 05 июня 2020 года производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Партнёр-Строй», г.Азнакаево, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника – ФИО2, в части определения размера субсидиарной ответственности, прекращено.

Указанное определение вступило в законную силу. 

Как следует из материалов дела, В соответствии с п.2 ст. 61.11. Федерального Закона РФ от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», с учетом изменений внесенных ФЗ от 29.07.2017 №266-ФЗ (далее - Закон о банкротстве), руководитель должника несет субсидиарную ответственность в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Решением 31 октября 2018 года должник - общество с ограниченной ответственностью «Партнёр-Строй», г.Азнакаево, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на четыре месяца (до 28.02.2019). Конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Партнёр-Строй», г.Азнакаево, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) утвержден ФИО4 (165023950538), являющийся членом Ассоциации саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Центральное агентство арбитражных управляющих». Судебное заседание по рассмотрению отчета о результатах проведения конкурсного производства или вопроса о продлении срока конкурсного производства на 09 час. 15 мин. 25 февраля 2019 по адресу: 

<

...>, зал №3.08 (3 этаж).

Истец заявление по существу требования поддержала, считает, что имеются основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по основаниям, установленным судом  определением Арбитражного суда Республики Татарстан по делу №А65-1339/2018 от 07 февраля 2020 года. Считает, что поскольку ответчик не передал конкурсному управляющему в ходе конкурсного производства оригиналы документов бухгалтерского учета и совершил действия (сделки), причинившие вред имущественным правам кредиторов, имеются основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности. Обстоятельства совершения правонарушения ранее были указаны в заявлении конкурсного управляющего по делу №А65-10339/2018, аналогичны настоящим.

Суд исследовал материалы основного дела и обособленных споров по делу №А65-10339/2018.

 Как следует из материалов дела руководителем должника на дату признания ООО «Партнёр-Строй», г.Азнакаево, банкротом являлся ФИО2, что подтверждено выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц и сведениями уполномоченного органа.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.12.2018, удовлетворено  заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Партнёр-Строй», г.Азнакаево, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО4, об обязании бывшего руководителя должника – ФИО2, передать бухгалтерскую и иную документацию должника конкурсному управляющему, а именно:

-  сведения об имуществе предприятия и денежных средствах. находящихся на счетах в банках, иных активах предприятия и финансово-хозяйственную документацию, отражающую финансовое состояние Партнёр-Строй», г.Азнакаево, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>);

- финансово-хозяйственную документацию предприятия (включая учредительные документы, протоколы собраний учредителей, отчетные документы, бухгалтерскую документацию, договоры и контракты, сведения об имуществе, расчетных и валютных счетах, сведения о дебиторах и кредиторах, иные документы о материальных ценностях) Партнёр-Строй», г.Азнакаево, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Указанное определение вступило в законную силу, однако ответчиком исполнено не было.

Поскольку бывшим руководителем должника требование Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» не исполнены, сведения и документы, подтверждающие дебиторскую задолженность, во исполнение положений Закона о банкротстве не переданы, заявитель полагает, что указанные обстоятельства являются основанием для привлечения  ФИО2 к субсидиарной ответственности, та как непередача указанных сведений и документов существенно повлияла на проведение процедур банкротства в части удовлетворения требований кредиторов.

Исследовав письменные доказательства по делу, арбитражный  суд пришел к следующему выводу.

В соответствии с п.2 ст. 61.11. Федерального Закона РФ от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», с учетом изменений внесенных ФЗ от 29.07.2017 №266-ФЗ (далее - Закон о банкротстве), руководитель должника несет субсидиарную ответственность в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с п. 1, п. 2 (п. п. 2, 4) ст. 61.11 Закона о банкротстве (в ред. Федерального закона от 29.07.2017 года N 266-ФЗ):

1. Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

2. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате Чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Согласно п. 4, п. 6 ст. ст. 61.11 Закона о банкротстве (в ред. Федерального закона от 29.07.2017 года N 266-ФЗ) положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 4 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами.

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий:

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника".

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Как следует из материалов, и установлено в рамках обособленного спора об истребовании документации у бывшего руководителя должника, дела руководителем должника общества с ограниченной ответственностью «Партнер-Строй» на дату признания должника банкротом являлась ФИО2

С учетом изложенного, исходя из нормы подпункта 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве ФИО2 являлся лицом, контролирующим должника, и. соответственно, субъектом, которое в силу Закона о банкротстве может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Из буквального толкования следует, что для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, указанному в данном абзаце, необходимо установить следующие обстоятельства:

к моменту принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют документы бухгалтерского учета и отчетности либо искажена информация, подлежащая отражению в документах бухгалтерского учета и отчетности;

в результате непередачи документов бухгалтерского учета и отчетности или искажения информации, подлежащей отражению в документах бухгалтерского учета и отчетности, затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование конкурсной массы.

Только при совокупности этих двух обстоятельств может быть разрешен вопрос о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, указанным конкурсным управляющим в данном заявлении.

Ответственность, предусмотренная п 2 ст. 61.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения главы 25 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств в части, не противоречащей специальным нормам Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо факта отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности исходя из того, приняло ли данное лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при должной степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, на что указано в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 N 9127/12.

Поскольку нормами подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия руководителя, пока не доказано иного, то бремя доказывания отсутствия своей вины в том, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие его действий и (или) бездействия, несет ФИО2.

Ведение текущей финансово-хозяйственной деятельности общества, организация бухгалтерского и налогового учета возложены действующим законодательством на руководителя общества, а ФИО2 до даты введения конкурсного производства являлся исполнительным органом общества.

Обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению документов бухгалтерского учета и (или) отчетности установлена Федеральным законом N 402-ФЗ от 06.12.2011 "О бухгалтерском учете" (статьи 6, 7, 17, 29 указанного Федерального закона). Данная обязанность лежит на руководителе должника.

В силу абзаца 4 пункта 1 статьи 94 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" органы управления должника, временный управляющий, административный управляющий в течение трех дней с даты утверждения внешнего управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей и штампов, материальных и иных ценностей внешнему управляющему.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

К документам бухгалтерского учета и (или) отчетности согласно статьям 9, 10, 13 ФЗ "О бухгалтерском учете" относится: первичная учетная документация, регистры бухгалтерского учета и отчетная бухгалтерская документация.

Первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет, служат документы, фиксирующие факты совершения хозяйственной операции.

Регистры бухгалтерского учета предназначены для систематизации и накопления информации, содержащейся в принятых к учету первичных документах, для отражения ее на счетах бухгалтерского учета и в бухгалтерской отчетности.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в редакции на момент спорных отношений) общество обязано хранить перечисленные в этом пункте документы, касающиеся создания и деятельности общества, а также иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества. Указанные документы общество хранит по местунахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества (пункт 2 статьи 50 названного Закона).

В силу пункта 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402- ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. Таким образом,  ФИО2, как бывший директор общества обязан был передать всю документацию, касающуюся деятельности общества, конкурсному управляющему в установленные законом сроки.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием законодательства.

Процедура передачи и принятия бухгалтерской и иной документации должника, является двухсторонней. При этом доказательств уклонения конкурсного управляющего от получения указанных документов в материалах дела не имеется.

ФИО2 как контролирующее должника лицо, согласно статьям 61.10, 61.11 Закона о банкротстве, по правилам пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, была обязана передать конкурсному управляющему документацию бухгалтерского учета и (или) отчетности должника.

Между тем, данное обязательство ответчиком не исполнено. 

При этом, даже в случае, если ответчик не располагала документацией, материальными или иными ценностями и их отсутствие не является безусловным основанием для отказа в привлечении его к субсидиарной ответственности. Сам факт неисполнения руководителем должника обязанности по передаче документов свидетельствует о наличии оснований для привлечения ответственного лица к субсидиарной ответственности в порядке пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время - подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий обществом дал суду пояснения относительно того, какие затруднения возникли вследствие ненадлежащего исполнения ответчиком обязанности по передаче документации. 

Исходя из Баланса должника, предоставленного МРИ ФНС №17 за 2017 г. у должника имелись активы: 

- Запасы  1 213  000 руб.; 

- Дебиторская задолженность на сумму – 6 572 000 руб.; 

- финансовые вложения – 1 250 000 руб.;

- Денежные средства – 1 865 000 руб.;

Из указанного бухгалтерского баланса должника на последнюю отчетную дату следует, что у должника имелись активы, однако, уважительных причин непредставления документации по данным активам, в том числе инвентаризационные описи, договоры и иные документы, отражающие активы должника, руководителем должника не представлены, само имущество также не представлено, в связи с чем, у конкурсного управляющего отсутствовала возможность полноценного формирования конкурсной массы, что повлекло для кредиторов должника неблагоприятные последствия, а именно наличие задолженности перед кредиторами в размере 1 170 000 руб.

Указанные доводы соответствуют условиям упомянутой презумпции и бремя их опровержения в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, приведенных в пункте 24 постановления N 53, перешло на ответчика.

В соответствии со статьей 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими Федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования или возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио - видеозаписи, иные документы и материалы.

В силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства дела, которые, согласно закону, должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

ФИО2. не совершил каких-либо действий, направленных на передачу бухгалтерской и иной документации должника, конкурсному управляющему и не предпринимал какие-либо меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, соответствует материалам дела. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

При этом конкурсный управляющий не располагает сведениями о всех первичных документах должника. Перечень запрашиваемой документации указан конкурсным управляющим исходя из хозяйственной деятельности должника. 

Доказательства передачи бывшим руководителем должника конкурсному управляющему первичной документации, сопровождающей хозяйственную деятельность должника, подтверждающей финансовые показатели, отраженные в бухгалтерских балансах в материалы дела не представлены.

Определением от 17.12.2018 г. суд предложил ответчику, в случае отсутствия у него возможности передать документы указать причины и обстоятельства.

Ответчиком доказательства невозможности передачи документов из заявленного конкурсным управляющим перечня, в материалы дела не представлено, не указаны причины и обстоятельства невозможности передачи указанных документов.

При этом, указание на примерный перечень документации не является основанием для отказа в удовлетворении ходатайства об истребовании.

В свою очередь, именно ответчик, как руководитель, осведомлен о составе и содержании документации, которая не была передана, и причинах, этому способствовавших. Между тем, никаких действий в направлении восполнения недостающей документации не совершил.

Ответчик о не указывает, какие именно истребованные документы имеются в составе переданных управляющему по  описи, а также не указывает, какие именно истребованные документы заведомо не могли образовываться в процессе хозяйственной и управленческой деятельности должника и какие истребованные сведения не относятся к такой деятельности.

Учитывая, что соответствующая информация имеется именно у контролировавшего должника бывшего руководителя, а управляющий имеет общее представление о видах и формах образовавшихся документов и сведений, то в рамках своей обязанности по передаче всей документации, а равно обязанности обеспечивать надлежащее ведение бухгалтерского учета и отчетности вплоть до открытия конкурсного производства, принимая во внимание обобщенный (а не пообъектный) характер указания в имеющихся в деле актах и описи документов, ответчик не обосновал, что истребованные сведения фактически переданы или переданы в надлежащей полноте.

Во избежание рисков субсидиарной ответственности, прежний руководитель обязан обеспечить правильную фиксацию передачи всех дел и документов конкурсному управляющему: подписать передаточные акты с указанием перечня материальных ценностей должника, передать документы в систематизированном виде по соответствующему акту с указанием реквизитов документов.

В случае невозможности передачи - оказать всестороннее содействие в восстановлении документов, розыске имущества, истребовании от третьих лиц документов и ценностей в судебном порядке или путем обращения в правоохранительные органы по факту неправомерных действий.

Ответчик  в целях исполнения своей обязанностей должен был инициировать уточнение (при необходимости) перечня переданного (с составлением пообъектного акта (описи)) и исполнить определение суда, передав указанные в нем сведения и документы в полном объеме, либо указав причины отсутствия, местонахождение и оказать необходимое содействие в их сборе.

Не доказав полноту переданной документации, обязанный к этому бывший руководитель не опроверг правомерность требования конкурсного управляющего.

Таким образом, ответчик не представил доказательств передачи конкурсному управляющему документации относительно хозяйственной деятельности должника или невозможности совершение таких действий в силу объективных причин.

Неисполнение требования конкурсного управляющего, не передача бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей препятствует осуществлению последним обязанностей, возложенных на него Законом о банкротстве (ст.129 Закона о банкротстве).

Запрошенные конкурсным управляющим сведения являются необходимой информацией, при отсутствии которой невозможно надлежащим образом исполнить обязанности конкурсного управляющего, предусмотренные действующим законодательством, и предпринять все необходимые меры в интересах самого должника и кредиторов в рамках процедуры банкротства должника.

Отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту принятия решения о признании должника банкротом, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе, формирование и реализации конкурсной массы.

Таким образом, из материалов дела следует, что у должника имелись активы.

Однако, непередача первичных документов, затруднила проведение мероприятий, направленных на пополнение конкурсной массы, в том числе взыскания дебиторской задолженности, что повлекло для кредиторов должника неблагоприятные последствия. 

Отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту принятия решения о признании должника банкротом, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе, формирование и реализации конкурсной массы.

Ответственность руководителя должника возникает при неисполнении им обязанностей по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что влечет за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме, и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения контролирующими должника лицами указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе, путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнения обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Также согласно правовой позиции, изложенной в п.24 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21 декабря 2017г. №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» следует, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с  не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Полученных конкурсным управляющим по запросам банковских выписок с расчетных счетов должника и бухгалтерских балансов  не достаточно для проведения полного анализа хозяйственной деятельности должника, установления круга лиц, контролирующих должника, определения полного перечня кредиторской и дебиторской задолженности, основных средств и активов должника, которые подлежат реализации конкурсным управляющим, проведения анализа подозрительности сделок должника и принятия решения по вопросу о необходимости их оспаривания. 

Отсутствие первичной документации бухгалтерского учета также не позволяет конкурсному управляющему произвести поиск и возврат всех активов (имущества) должника, находящихся у третьих лиц, в том числе выявить и предъявить к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования об ее взыскании в целях формирования конкурсной массы, произвести оценку разумности и обоснованности действий ответчика в период, предшествующий возникновению признаков банкротства.

Заявителем указано, что отсутствие истребованных у бывшего руководителя должника документов затрудняет надлежащее исполнение конкурсным управляющим своих обязанностей, в частности, формированию конкурсной массы. 

Кроме того, отсутствует возможность анализа сделок должника, что влечет за собой невозможность установить, на каких условиях совершались сделки, с причинением ущерба должнику или кредиторам или без, что препятствует впоследствии предъявить требования о признании сделок недействительными.

Получение информации из других источников значительно затруднило и увеличило срок производства по делу о банкротстве, что. в свою очередь, увеличило текущие затраты на процедуру. Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона. В связи с чем. именно, руководитель должника обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации.

Невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Факт неисполнения руководителем должника обязанности по передаче указанных документов свидетельствует о наличии оснований для привлечения ответственного лица к субсидиарной ответственности в порядке пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Таким образом, именно, на ФИО2 в силу статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве возложено бремя опровержения данной презумпции (при ее доказанности), в частности, что документы переданы конкурсному управляющему либо их отсутствие не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.13 Закона о банкротстве в случае нарушения руководителем должника положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, то именно руководитель должника обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации. Таким образом, доказательства отсутствия вины должны быть представлены самим руководителем должника, как лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, в соответствии с требованиями пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Ответчик  не представил доказательств совершения им действий по восстановлению утраченной документации.

Ответчик не пояснил и не дала суду разумные объяснения, по каким причинам, документация должника не передана конкурсному управляющему.

 Установив все обстоятельства дела, суд признал, что материалами дела подтверждены значимые для разрешения дела обстоятельства: недостаточность имущества должника для удовлетворения требований конкурсных кредиторов; неисполнение ответчиком обязательства по передаче документации (объективная сторона правонарушения); вина субъекта ответственности, исходя из того, что ответчик не принял все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота; наличие причинно-следственной связи между отсутствием документации и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. Учитывая, что отсутствие первичных документов препятствовало конкурсному управляющему в получении достоверной информации об объеме и составе имущества должника и привело к невозможности сформировать конкурсную массу в целях удовлетворения требований конкурсных кредиторов, суд пришел к выводу о наличии оснований для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке п.2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу, что заявление в указанной части о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя должника ФИО2 по вышеуказанным основаниям является правомерным и подлежащим удовлетворению.

Также, основанием для привлечения к субсидиарной ответственности заявитель указывает на совершение ответчиком сделок по безвозмездному выводу денежных средств в преддверии банкротства, с целью избежания поступления спорного имущества (актива) в конкурсную массу, что направлено на причинение вреда кредиторам должника.

 Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.04.2019г. по делу№ А65-10339/2018, суд удовлетворил заявление конкурсного управляющего ООО «Партнёр- Строй», г. Азнакаево, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО4 о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств ООО «НУР» в размере 3 345 800 руб. по платежному поручению №19 от 17.03.2018, с назначением платежа - «За услуги согласно счету 21 от 16.03.2018» и применил последствия недействительности сделки. С ООО «НУР», г. Казань (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) взыскана в пользу ООО «Партнёр-Строй», г. Азнакаево, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), сумма в размере 3 345 800 рублей.

Также Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.04.2019г. поделу № А65-10339/2018, суд удовлетворил заявление конкурсного управляющего ООО «Партнёр- Строй», г. Азнакаево, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО5 о признании недействительной сделки от 06.02.2018 по перечислению денежных средств ИП ФИО6 (ОГРНИП 316168900050350) в размере 1 000 680 руб., с назначением платежа- «За материалы согласно договору б/н от 01.01.16» и применил последствия недействительности сделки. С ФИО6 в пользу ООО «Партнёр-Строй» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), взыскана сумма в размере 1000680 рублей.

Как было установлено судом, сделки по перечислению денежных средств ООО «НУР» в размере 3 345 800 руб. по платежному поручению №19 от 17.03.2018, с назначением платежа   «За услуги согласно счету 21 от 16.03.2018»,  по перечислению денежных средств ИП ФИО6 (ОГРНИП 316168900050350) в размере 1 000 680 рублей, с назначением платежа – «За материалы согласно договору б/н от 01.01.16», совершены безвозмездно, в отсутствие встречного исполнения.  

Перечисление денежных средств, в данном случае, повлекло причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, выразившееся в уменьшении размера имущества должника, что привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

В результате совершенной сделки должник лишился актива в виде денежных средств (иного не доказано), в свою очередь, ответчик не представил доказательств встречного исполнения обязательства.

Доказательства того, что должник располагает иным имуществом, стоимость которого достаточна для погашения требований кредиторов, также не представлены.

Отчуждение должником имущества в период подозрительности, при отсутствии у должника реальной возможности удовлетворить требования кредиторов повлекло причинение вреда имущественным правам последних.

Вследствие совершения оспариваемой сделки произошло уменьшение активов должника, поскольку должник не получил встречного исполнения. При этом из конкурсной массы выбыли реальные активы должника.

Действия ответчика по заключению сделок в обход закона, повлекшие за собой уменьшение имущества должника, за счет которого мог быть осуществлен расчет с кредиторами, послужили основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

В результате совершения сделок должник не получил экономической выгоды; сделки по перечислению денежных средств совершены без какого- либо обоснованного предпринимательского риска  и экономической выгоды должника; в результате совершения сделки выведен ликвидный актив – денежные средства без представления встречного исполнения, что лишило кредиторов должника получить удовлетворение своих требований. Таким образом, общество на момент совершения сделки распорядилось своим активом в пользу ответчика, без наличия доказательств возможности получить  исполнение, тем самым создав риск возможного наступления  неблагоприятных последствий, что повлечет за собой причинение ущерба должнику и ущемление имущественных прав кредиторов.   

В рассматриваемом случае сделка, совершенная, фактически не предполагала встречное исполнение и не имела разумной экономической цели.

Должник встречного исполнения либо возврата денежных средств не требовал, следовательно, поведение ответчика, в период исполнения им обязанностей руководителя должника в рассматриваемой ситуации выходит за рамки обычного поведения хозяйствующего субъекта, осуществляющего свою предпринимательскую деятельность (деятельность, направленную по получение прибыли), поскольку при неправомерном перечислении денежной суммы разумным являлось бы незамедлительное направление требования о возврате денежных средств, а при перечислении в счет оплаты – требования о передаче имущества. 

Вышеизложенное свидетельствовало о наличии в действиях сторон (должника и общества) признаков злоупотребления правом, что в силу статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации свидетельствует о недействительности (ничтожности) оспариваемой конкурсным управляющим сделки.

Согласно пункту 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуации, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В соответствии с пунктом 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В пункте 22 Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 01.07.1996 N 6/8 разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

С учетом общих положений главы 25 ГК РФ, статьи 10 Закона о банкротстве, разъяснений Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 01.07.1996 N 6/8, для привлечения к субсидиарной ответственности, которая является гражданско-правовой, в любом случае необходимо установление совокупности условий, в том числе установление вины ответчика для возложения на него ответственности.

В ходе исполнения арбитражным управляющим обязанностей по настоящему делу в отношении должника было установлено и подтверждено вступившими в законную силу судебными актами совершение должником сделок с целью причинения вреда имуществу кредиторов, которые были признаны недействительными в установленном порядке.

В силу п. 1, 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ). При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

Согласно п. 3 указанного Постановления пленума, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Согласно п. 6 постановления Пленума, руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности. 

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки (п. 7 постановления Пленума №53).

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53) разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. 

Сам по себе факт совершения сделок, которые в последующем будут признаны недействительными, не свидетельствует о виновных действиях руководителя должника, причинно-следственной связи его действий с наступившими последствиями в виде банкротства.

В соответствии с пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Факт совершения сделки приведшей к негативным экономическим последствиям, сам по себе не является безусловным основанием для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности, поскольку необходимо доказать совокупность условий для ее наступления. 

Заявителем  доказано то обстоятельство, что в результате совершения спорных сделок было ухудшено финансовое состояние должника. Именно совершение спорных сделок привело к банкротству должника.

Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, т.е. лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ от 06.07.2016).

В соответствии с пунктом 16 названного постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно пункту 17 постановления ВС РФ от 21.12.2017 N 53 контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (абзац первый пункта 17 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53). Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям (абзац третий пункта 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53).

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные контролирующими лицами от имени должника сделки необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника сделки не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).

Непредставление ответчиком доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументировано со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (конкурсный управляющий). Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Именно контролирующее должника лицо должно представить доказательства, свидетельствующие о том, что невозможность удовлетворения требований кредиторов обусловлена объективным отсутствием у должника имущества.

Судом установлено, что а момент совершения сделок у должника уже имелись просроченные обязательства и перед иными кредиторами, что подтверждается реестром требований кредиторов. Согласно анализа финансового состояния должника, выпискам по счета, ООО «Партнер-Строй» в указанный период хозяйственную деятельность не вело. К концу 2017 года должник стал отвечать признакам неплатежеспособности. 

Более того, судом учтено, что в результате ряда формальных сделок, совершенных от имени ответчика, из собственности должника выбыли денежные средства в отсутствие встречного предоставления, что в совокупности повлекло уменьшение активов должника, ухудшив его финансовое положение.

Судом установлено, что ответчики, совершая перечисления денежных средств, выступающие от имени общества, без видимых на то правовых и экономических оснований совершили отчуждение ликвидного  имущества имеющего значительную стоимость в пользу обществ, также не имеющих, в свою очередь, какого-либо ликвидного имущества. 

В рамках обособленных споров установлено, что сделки совершены со злоупотреблением правом, имущество безвозмездно выбыло из владения должника при создании транзитной схемы расчетов за счет денежных средств должника.

В силу статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации данные сделки также входят в перечень сделок, наличие которых предполагает доведение должника до банкротства.

При этом, даже если согласиться с доводами ответчика о том, что перечисления денежных средств осуществлялось в процессе обычной хозяйственной деятельности, при наличии устойчивого финансового состояния как должника, так и контрагентов, в счет исполнения  обязательств по оплате поставленного товара, оказанных услуг, ответчиком не представлены доказательства реальности, фактической поставки товара, оказания услуг. 

По результат инвентаризации, как должника, так и его «контрагентов», имущество, подтверждающее возможность ведения хозяйственной деятельности, а также сами товарно-материальные ценности, не обнаружены.  

В период совершения спорных хозяйственных операций общество не имело основных средств, недвижимого имущества, транспортных средств, а также трудовых ресурсов, необходимых для  поставки товарно-материальных ценностей. 

Анализ движения денежных средств по расчетному счету должника свидетельствует об отсутствии у данной организации расходов, присущих реальной предпринимательской деятельности (на выплату заработной платы, арендные платежи, коммунальные услуги, канцелярские товары и т.п.). Поступившие от общества денежные средства перечислены на счета организаций, имеющих признаки фирм-"однодневок", не обладающих материальными и трудовыми ресурсами, необходимыми для ведения реальной предпринимательской деятельности, которые одновременно приняли решение о добровольной  ликвидации и, в настоящий момент,  признаны банкротом.  

Таким образом, в результат их совершения был причинен существенный вред имущественным правам кредиторов. 

Ответчик, в свою очередь не представил доказательств, что после совершения указанных сделок  общество располагало иным имуществом (активами), за счет которого возможно было удовлетворить требования кредиторов. 

На основании вышеизложенного, судом установлено, что заключая сделки, ответчик, выступающий от имени должника, без видимых на то правовых и экономических оснований совершил отчуждение ликвидного  имущества имеющего значительную стоимость по мнимым сделкам.

В результат их совершения был причинен существенный вред имущественным правам кредиторов. 

Ответчик, в свою очередь не представил доказательств, что после совершения указанных сделок  общество располагало иным имуществом (активами), за счет которого возможно было удовлетворить требования кредиторов. 

Исходя из изложенных обстоятельств, руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав в совокупности данные обстоятельства, суд признает  доказанным совершение ответчиком сделок, причинивших значительный вред должнику и имущественным правам кредиторов в ущерб независимым кредиторам должника, выходящие за пределы обычной хозяйственной деятельности должника, приведшие к невозможности осуществлять хозяйственную деятельность и рассчитываться с кредиторами, не оплачивая имеющуюся значительную задолженность перед независимыми кредиторами должника, что в силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве предполагает (презюмирует) наличие вины контролирующих должника лиц в доведении должника до банкротства и является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Ответчик ФИО2 будучи руководителем должника, должен был действовать с такой степенью заботливости и осмотрительности, которая бы позволяла при обычном хозяйственном обороте исключить возникновение неблагоприятных последствий для должника и не допустить заключение сомнительных сделок, в связи с чем совершение таких сделок, направленное на причинение вреда независимым кредиторам должника путем вывода ликвидных активов должника, повлекших невозможность удовлетворения требований независимых кредиторов должника, не свидетельствует о разумном и добросовестном поведении участников должника, а доказательства иного не представлены.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, суд установил, что действия ФИО2 образуют состав гражданско-правового нарушения, влекущего возложение на указанное лицо субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Из системного толкования абзаца второго пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса, пункта 3 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стало ее банкротство.

Презумпции, содержащиеся в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, ответчиком не опровергнуты.

Таким образом, поскольку материалами дела, в том числе вступившими в законную силу судебными актами установлено, что действия ответчика были направлены на вывод ликвидного актива должника в преддверии банкротства с целью недопущения его реализации для последующего удовлетворения требований кредиторов при злоупотреблении правом со стороны участников сделок, суд приходит к выводу, что заявление конкурсного управляющего в указанной части о привлечении к субсидиарной ответственности ответчика по вышеуказанным основаниям является правомерным и подлежащим удовлетворению.

Согласно  п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Судом установлено, что в реестр требований включен кредитор  ООО «Капитель» г. Набережные Челны, в составе третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «Партнёр-Строй», г. Азнакаево, с требованием в размере 565 510,84 руб. долга.

Исходя из вышеизложенного, ФИО2 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 565 510,84 рубля. 

Согласно п. 2 ст. 61.19 Закона о банкротстве заявление, поданное в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи, рассматривается арбитражным судом, рассматривавшим дело о банкротстве. При рассмотрении заявления применяются правила пункта 2 статьи 61.15, пунктов 4 и 5 статьи 61.16 настоящего Федерального закона. 

Поскольку при подаче заявления заявителем была уплачена государственная пошлина в размере 14 310 рублей, что подтверждается платежным поручением N 29 от  07.05.2021, в соответствии с пунктом 1 статьи 110 АПК Российской Федерации расходы по её уплате в указанном размере подлежат взысканию с ответчика в пользу заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить.

Привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Капитель» (ИНН 

<

***>).

Взыскать с Мухамеджанова Эльвина Евгеньевича в пользу общества с ограниченной ответственностью «Капитель» (ИНН 1650308122) в порядке субсидиарной ответственности 565 510,84 рубля убытков,  14 310 рублей госпошлины. 

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Республики Татарстан.

Судья                                                       А.К. Маннанова