ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-154/2024, 18АП-155/2024

Дело № А47-10294/2021

28 февраля 2024 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 февраля 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Калиной И.В., 

судей Забутыриной Л.В., Матвеевой С.В.,

при ведении протокола помощником судьи Бакайкиной А.Ю., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 11.12.2023 по делу № А47-10294/2021 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

В судебном заседании, проведенном посредством веб-конференции в соответствии со статей 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принял участие представитель финансового управляющего имуществом ФИО1 ФИО3 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 09.01.2024).

 

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 20.08.2021 на основании заявления акционерного общества КБ «Оренбург» возбуждено дело о признании несостоятельным (банкротом) индивидуального предпринимателя ФИО1, в связи с наличием просроченной задолженности в размере 22 860 639 руб. 55 коп. 

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 22.10.2021 (резолютивная часть от 19.10.2021) требование кредитора признано обоснованным, в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО3, член Некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс». 

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов опубликовано в официальном издании газеты «Коммерсантъ» №199(7161) от 30.10.2021. 

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 18.04.2022 (резолютивная часть от 12.04.2022) в отношении ФИО1 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3, член Некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс». 

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано в официальном издании газеты «Коммерсантъ» №72(7273) от 23.04.2022.

Финансовый управляющий ФИО3 19.10.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать недействительным договор купли-продажи от 23.09.2021 (л.д.5), заключенный между ФИО1 и ФИО2 по продаже автомобиля МАЗ-533605-021, грузовой, бортовой, 2004 г.в., VIN: 

<

***> (гос.рег.знак №А665ОС156); применить последствия недействительности сделки в виде взыскания в конкурсную массу с ФИО2 денежных средств в размере 1 000 000 руб. (с учетом уточнений, принятых к рассмотрению судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К участию в деле в качестве третьего лица привлечена ФИО5.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 11.12.2023 (резолютивная часть от 28.11.2023) заявление финансового управляющего ФИО3 удовлетворено. Признан недействительным договор купли-продажи от 23.09.2021, заключенный между ФИО1 и ФИО2 по продаже автомобиля МАЗ-533605-021, грузовой, бортовой, 2004 г.в., VIN: 

<

***> (гос.рег.знак №А665ОС156). Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в пользу ФИО1 (конкурсную массу) денежных средств в размере 1 000 000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, должник и ответчик обратились с апелляционными жалобами, в которых просили отменить определение суда от 11.12.2023.

Должник в обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что заключение нескольких договоров связано с тем, что спорное транспортное средство находилось не на ходу и его нельзя было переоформить на ФИО2, стороны фактически подписали договор 23.09.2021, когда МАЗ уже был в исправном состоянии и возможно было осуществить регистрацию на ответчика. Должник полагает, что в качестве последствий недействительности сделки могло быть применено взыскание 250 000 рублей с ответчика, что соответствовало цене договора. 

ФИО2 в обоснование доводов апелляционной жалобы ссылается на недоказанность наличия аффилированности по отношению к должнику через ООО «Агрофинанс». Согласно сведений, имеющихся в сети интернет на сайте Федеральной налоговой службы, ООО «Агрофинанс» зарегистрировано в качестве юридического лица 02.06.2014 г. и прекратило свою деятельность 06.11.2014 г. в связи с реорганизацией в форме присоединения к ООО «Юнитекс», единственным участником которого являлся ФИО6. Общество прекратило деятельность в связи с ликвидацией 03.06.2022 г. Общее участие в уставном капитале ООО «Агрофинанс» прекращено еще в 2014 году, за семь лет до процедуры банкротства ФИО1, доказательства аффилированности после указанной даты суду представлены не были и материалы дела не содержат. Ответчик указывает, что полис ОСАГО на ФИО1 был оформлен с целью выдачи дубликата ПТС на спорное транспортное средство и проведения перерегистрации автомобиля. Вывод суда об отсутствии необходимости ремонта двигателя при его относительно новом состоянии (замены в 2017 году) сделан на предположениях. В материалах дела не имеется доказательств того, что двигатель 2017 года являлся именно новым, а не снятым с другого транспортного средства просто в рабочем состоянии, а его эксплуатация в течении четырех лет исключала необходимость проведения капитального ремонта. Проведение ремонтных работ в отношении автомобиля подтверждается представленными в материалы дела доказательствами. 

Определениями Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2024, 09.02.2024 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 19.02.2024.

Судом на основании статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщены отзывы на апелляционную жалобу, поступившие от АО Банк «Оренбург», финансового управляющего ФИО3 (вх.№9004 от 12.02.2024, №9214 от 13.02.2024).

В судебном заседании 19.02.2024 представитель финансового управляющего возражал по доводам апелляционных жалоб, просил оставить без изменения определение суда от 11.12.2023.

Представитель ФИО1 – ФИО7, которому со стороны Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда была предоставлена возможность участия в судебном заседании посредством использования системы веб-конференции, к каналу связи не подключился, что свидетельствует о его неявке.

Установив, что средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, представителю обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, которая не была реализована по причинам, находящимся в сфере его контроля, явка судом обязательной не признана, суд апелляционной инстанции не усмотрел предусмотренных статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отложения судебного заседания, судебное разбирательство проведено в его отсутствие. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено судом в отсутствие неявившихся лиц. 

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 23.09.2021 между ФИО1 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи автомобиля МАЗ-533605-021, грузовой, бортовой, 2004 г.в., VIN: 

<

***> (гос.рег.знак №А665ОС156) (т.1 л.д.5). 

При этом, ответчик пояснил, что указанный автомобиль он приобрел у должника ранее, а именно, 30.12.2020, в подтверждение чего представлена копия договора купли – продажи автомобиля (т.1 л.д.98), идентифицирующие сведения автомобиля совпадают. 

Стоимость продажи автомобиля составила 250 000 руб.

Обращаясь в суд с рассматриваемым заявлением, финансовый управляющий указывает на отсутствие встречного предоставления со стороны ответчика, наличие у должника на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности, в качестве правового обоснования оспаривания сделки указано на положения ст. 10, 168 ГК РФ. Так, 26.04.2021 в отношении ФИО1 судебным приставом-исполнителем Соль-Илецкого РОСП возбуждено исполнительное производство №28855/21/56034-ИП и наложен арест на имущество должника на основании исполнительного листа серии ФС№036136487 от 14.04.2021, выданного Ленинским районным судом города Оренбурга. Также финансовый управляющий ссылается на мнимость оспариваемой сделки. Имея неисполненные денежные обязательства перед иным кредитором, должник, отчуждая транспортное средство по заниженной стоимости, не имел разумной экономической цели, направленной на расчет с кредиторами, уменьшение обязательств должника за счет продажи дорогостоящего имущества, а преследовал цель выведения ликвидного актива с целью уменьшения имущества. 

По представленным сведениям УМВД по Оренбургской области спорный автомобиль в настоящее время зарегистрирован за ФИО8 (том 1, л.д. 70), стоимость его перепродажи составила 1 000 000 рублей. Таким образом, транспортное средство выбыло из владения ответчика.

Возражая на заявленные требования, ответчик указывал, что при приобретении транспортного средства уплатил ФИО1 полную его стоимость, которая составила 250 000 рублей. Автомобиль фактически имел состояние «МЕТАЛЛОЛОМА», находился в нерабочем состоянии, требовал ремонта двигателя, трансмиссии и ходовой части. Денежные средства за автомобиль были уплачены ФИО1 наличными деньгами и им получены лично, претензий по оплате у него не имелось, что подтверждает его подпись в договоре. После того как между сторонами был подписан акт приема-передачи транспортного средства оно было передано ответчику, также были переданы документы на автомобиль паспорт транспортного средства, свидетельство о регистрации транспортного средства и ключи. Для приобретения транспортного средства ответчик взял займ в КПК «Право». ФИО2 были проведены ремонтные работы в отношении автомобиля. 20 августа 2021 года ответчик обратился к судебному приставу с заявлением о снятии ареста с транспортного средства и через некоторое время арест был снят, и я оформил его на свое имя. Осенью 2021 года автомобиль был продан.

В материалы дела представлена квитанция к приходному кассовому ордеру №17 от 25.01.2021 об оплате займа в сумме 200 000 руб., полученного по договору займа №76 от 30.12.2020. Согласно акта приема-передачи от 30.12.2020, стороны взаимных претензий не имеют, технические недостатки и дефекты транспортного средства учтены сторонами в его продажной цене.

В подтверждение довода о проведении работ по восстановлению автомобиля ответчик в материалы дела представил заказ наряд от 17.02.2021, товарные чеки от 15.02.2021, 10.04.2021, 11.03.2021 (т.1 л.д.118-119). Кроме того, в подтверждение наличия денежных средств на покупку транспортного средства ФИО2 представил договор потребительского займа №76, заключенный с КПК «ПРАВО» на сумму 200 000 руб. (т.1 л.д.122- 123). 

Согласно позиции должника: Договор от 23.09.2021 является фиктивным (оспариваемый, л.д.5), а реальный договор датирован 30.12.2020 (то есть спорный период с 30.12.2020 по 23.09.2021). При этом, оспариваемый договор от 23.09.2021 (оспариваемый, л.д.5, по смыслу позиции должника - подложный заключен после возбуждения дела о банкротстве 20.08.2021 (процедуры реструктуризации долгов по заявлению банка введена 19.10.2021). В то время как договор (якобы, действительный), на который ссылается должника как на реальный, датирован 30.12.2020 (т.1 л.д.98), цена и условия о получении продавцом оплаты 250 000 руб. соответствуют договору от 23.09.2021.

В ходе рассмотрения заявленных требований судом допрошены в качестве свидетелей ФИО9, ФИО10. 

Свидетель ФИО9 показал, что в конце 2020 года по просьбе должника составил дефектовочную ведомость (при этом, письменный документ не составлял), то есть разобрал и собрал двигатель, выяснил причину поломки (двигатель заклинило). Свидетель был знаком с должником 10 лет, не является профессиональным ремонтником, а просто работает на маршруте, оказывал должнику помощь безвозмездно, двигатель не снимал с машины. МАЗ стоял в углу территории на площадке, занимаемой должником. МАЗ привезли на площадку на жесткой сцепке. В спорный период свидетель работал также на должника - выгружал для него пиломатериалы своим автокраном, прекратил работать на должника до 10.11.2020. 

Свидетель ФИО10 показал, что дефектовка двигателя происходила летом 2020 (июнь, июль 2020), в начале лета МАЗ привезли на жесткой сцепке, свидетель являлся сторожем территории, часть этой территории занимал должник. К территории, занимаемой должником относились: навес на 6 м., малая пилорама, большая пилорама, еще один 4 А47-10294/2021 навес, комната - построенная рядом (Временная постройка для офиса). МАЗ появился у должника с августа 2019 года - лес возил, с 2020 стоял без движения, с весны до конца 2020 стоял без движения, с апреля 2020 стоял без движения, в конце декабря МАЗ забрали - утащили с территории (не было передних колес), со слов должника - причина в неполадках двигателя, МАЗ привозили не в его смену.

Со слов представителя должника в судебном заседании 06.07.2023, весной 2020 года двигатель перегрелся и перестал заводиться, открытая стоянка площадью 520 кв.м. находиться по адресу: 

<

...>. МАЗ неисправный стоял на стоянке с зимы 2020 года по сентябрь 2021 года.

Оценив имеющиеся в деле письменные доказательства, суд первой пришел к выводу о том, что договор купли-продажи заключен с целью сокрытия имущества от кредитора, что указывает на наличие в действиях должника и ответчика признаков злоупотребления правом, ввиду чего, удовлетворил заявленные требования. К представленным ответчиком документам суд первой инстанции отнесся критически, поскольку после заключения спорного договора должник продолжал использовать транспортное средство, зафиксировано ДТП с его участием, кроме того, о нем как о пользователе автомобиля внесены сведения в полис ОСАГО. Свидетельские показания не приняты во внимание, поскольку допрошенные являются заинтересованными лицами со стороны должника.

Исследовав обстоятельства дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Предметом оспаривания является договор купли-продажи транспортного средства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Исходя из пункта 1 статьи 486 ГК РФ, покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

В соответствии с пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Должник не является индивидуальным предпринимателем, сделка совершена после 01.10.2015 (23.09.2021), следовательно, в данном случае финансовый управляющий вправе оспорить сделку, как по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, так и по специальным основаниям Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает основания для оспаривания сделок должника, совершенных при неравноценном встречном предоставлении (пункт 1), либо с причинением вреда (пункт 2).

Разъяснения по порядку применения статьи 61.2 Закона о банкротстве даны в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63) для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В соответствии с разъяснениями, данными в пунктах 5-9 названного постановления, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае, оспариваемый договор купли-продажи заключен 21.09.2021, заявление о признании должника банкротом принято 20.08.2021, в связи с чем, заявителю, исходя из вышеназванных разъяснений, достаточно было доказать обстоятельства, указанные в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно, неравноценное встречное предоставление. Даже с учетом даты предварительного договора, на который ссылается ответчик (30.12.2020), данная сделка может быть оспорена по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как указывает кредитор и финансовый управляющий, между АО «БАНК ОРЕНБУРГ» и обществом с ограниченной ответственностью «Продконтракт» (далее – ООО «Продконтракт», Заемщик) 15.11.2019 заключен договор №

<

***> о предоставлении кредитной линии, по условиям которого Заемщику предоставлена кредитная линия в размере 50 000 000 руб., со сроком погашения – 15.11.2022 г. Проценты за пользование кредитом – 12,00%. 

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору банком заключены следующие договоры: - договор поручительства № 

<

***>/1 от 15.11.2019 г. с ФИО11; - договор поручительства № 

<

***>/02 от 15.11.2019 г. с ФИО12; - договор поручительства №

<

***>/04 от 15.11.2019 г. с ФИО13; - договор поручительства №10/01402/07 от 28.07.2020 г. с ФИО1; - договор последующей ипотеки №

<

***>/05 от 15.11.2019 г. с ФИО13; - договор последующей ипотеки №

<

***>/06 от 15.05.2020 г. с ФИО11. 

Банком обязательства по выдаче кредита были исполнены и выданы денежные средства в сумме 23 000 000 руб. В связи с неисполнением кредитных обязательств, 15.01.2021 г. банком направлены досудебные требования заемщику, залогодателям и поручителям о необходимости уплатить в полном объеме задолженность по кредитному договору в срок до 21.01.2021г. 

ФИО1 получил указанное досудебное требование 02.02.2021 г., что подтверждается почтовым уведомлением о вручении требования. Таким образом, ФИО1 знал о наличии задолженности уже 02.02.2021 г. Однако, обязательства по возврату кредита исполнены не были, в связи с чем, 26.03.2021 г. Банк вынес всю задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 15.11.2019 г. на просрочку, приостановил начисление процентов и неустоек и обратился в Ленинский районный суд г. Оренбурга с исковым заявлением.

26.04.2021 г. в отношении ФИО1 судебным приставом-исполнителем Соль-Илецкого РОСП возбуждено исполнительное производство № 28855/21/56034-ИП и наложен арест на имущество должника. Кроме того, согласно заявлению о включении в реестр требований кредиторов МИФНС России № 15 по Оренбургской области, у ФИО1 имелась задолженность перед кредитором за 2017, 2019-2021 гг. Согласно расчету кредитора АО «МСП Банк» ФИО1 начислялись неустойки с 06.04.2021 за просрочку уплаты по кредитному договору.

Таким образом, на момент совершения спорной сделки у ФИО1 уже имелись неисполненные обязательства перед Банком. Информация о наличии неисполненных обязательств ФИО1 перед кредиторами, отображена в общедоступных источниках – на официальных сайтах судов и сайта судебных приставов. Указанные обстоятельства подтверждают совершение сделки в условиях неплатежеспособности должника и при наличии обеспечительных мер в отношении имущества ФИО1

При установлении факта аффилированности между ФИО2 (ответчиком) и ФИО1 (должником), судом исследованы письменные доказательства в виде предоставленной выписки из ЕГРЮЛ в отношении общества с ограниченной ответственностью «АГРОФИНАНС». Как следует из представленного документа, общество было зарегистрировано по месту жительства должника, близкий родственник должника - бывшая супруга ФИО14 при наличии, как минимум, общих экономических интересов с должником, совместно с ФИО2 участвовали в деятельности общества «АГРОФИНАНС». 

В своей апелляционной жалобе ФИО2 ссылается на то, что доказательств аффилированости после 2014 года (дата прекращения деятельности общества), суду не представлено. Однако, при установлении факта аффилированости не имеет значение временной промежуток, когда было установлено наличие взаимоотношений между сторонами. Учитывая, что в 2014 году у сторон имелся совместный бизнес, а в 2021 году ФИО1 оформил документы о переходе права собственности на автомобиль МАЗ-533605-021, бортовой, 200 г.в, г/н А6650С на ФИО2, можно сделать вывод о том, что общение между указанными лицами продолжалось, велись совместные дела.

Принимая во внимание, что ФИО2 приходится заинтересованным лицом по отношению к должнику, суд обоснованно пришел к выводу, что договор купли-продажи от 23.09.2021 заключен между аффилированными лицами, что предполагает (презюмирует) осведомленность ответчика о финансовом положении должника на момент заключения оспариваемого договора, общей цели его заключения.

Вопреки доводам ответчика и должника судом установлено, что спорный автомобиль в 2020 году являлся работоспособным, поскольку фактически участвовал в дорожном движении, что следует из ответа УМВД России по Оренбургской области (том 1, л.д. 124-130, том 2, л.д. 1-13). Так, транспортное средство с государственным регистрационным знаком, распознанным комплексами как: К446УС74 – зафиксировано 487 раз (до смены гос.номера), А665ОС156 - зафиксировано 36 раз (после смены номера). При этом, факт смены номера (К446УС74 на А665ОС156) относящегося к спору автомобиля усматривается из ответа рег.органа (т.1 л.д.70). 

Кроме того, за период с 11.04.2018 по 23.09.2021 на территории Оренбургской области с участием автомобиля МАЗ-533605-021, VIN: 

<

***> зафиксировано 1 дорожно-транспортное происшествие 27.06.2020. Постановление по делу об административном правонарушении вынесено в отношении должника 23.07.2020 за превышение установленной скорости движения (статья 12.9. КоАП РФ). 

Таким образом, судом установлено, что вместо нахождения автомобиля на стоянке из-за поломки двигателя с зимы 2020 года по сентябрь 2021 года (как ссылался должника), или по версии свидетеля с весны до конца 2020 стоял без движения, ФИО1 на самом деле 20.07.2020 превышал скорость движения при управлении спорным МАЗом, совершая дорожное транспортное происшествие (как следует из постановления от 23.07.2020, с учетом регистрации относящегося к спору автомобиля по иному, предшествующему номеру №К446УС74).

Более того, из ответов на запросы суда следует, что в указанный период в отношении транспортного средства оформлялась страховка ОСАГО в интересах должника: - оформлена параллельна страховка на период с 25.04.2021 по 24.04.2022, в том числе, с указанием на себя как на собственника автомобиля (сведения о страховании, л.д.129; с пересечением на тот же период времени (с 24.09.2021 по 23.09.2022) ответчик также включил в свою страховку должника как водитель; - должник продолжал пользоваться автомобилем с 24.09.2021 (на следующий день, после заключения 23.09.2021 якобы фиктивного договора) по 23.09.2022 (как водитель - без признака собственника автомобиля) - согласно данных о страховании по ОСАГО (л.д.73), а по другому полису с 25.04.2021 по 24.04.2022 как водитель и собственник автомобиля (данные о страховании - л.д.73). Таким образом, в спорный период (с 30.12.2020 по 23.09.2021) должник по нескольким договорам ОСАГО являлся лицом, допущенным к управлению транспортным средством (якобы, проданным 30.12.2020). 

При данных обстоятельствах, суд обоснованно отклонил доводы и документы ответчика и должника, направленные на доказывание иной даты заключения договора на отчуждение спорного автомобиля. В действительности оспариваемый договор от 23.09.2021 (л.д.5) является действительным договором, которым должник распорядился МАЗом. При этом, указанный договор не содержит каких-либо условий о плохом техническом состоянии автомобиля. Напротив, договорное условие о необходимости покупателя зарегистрировать автомобиль в течение 10 дней свидетельствует о его технической исправности. Отсутствие у спорного транспортного средства технических неполадок также подтверждается актом приема-передачи от 30.12.2020, в соответствии с которым стороны взаимных претензий не имеют (том 2, л.д. 16). 

Также при сравнении спорных договоров со сведениями, представленными ГИБДД, следует, что номера двигателей по двум сравниваемым договорам одинаковые (что также следует из данных регистрирующего органа - л.д.75, согласно которым на автомобиль, как минимум, с 21.02.2017 установлен новый двигатель, который до 06.09.2022 не изменялся). Перечень работ по ремонту двигателя приведен в заказе-наряде с датой фактического исполнения 17.02.2021 (л.д.118), но после 17.02.2021 представлены товарные чеки на дополнительные покупки 10.04.2021, 11.03.2021). Таким образом, вопреки доводам должника и ответчика, двигатель на самом деле на спорный грузовой автомобиль был установлен новый, как минимум, с 21.02.2017. При этом, по сведениям ГИБДД такой же номер двигателя отражен при перерегистрации спорного автомобиля уже на нового владельца – ФИО8, что опровергает доводы апеллянтов о проведении его смены и ремонта.

Учитывая, что транспортное средство отчуждено ФИО2 по договору купли-продажи от 05.09.2022 ФИО8 за 1 000 000 руб., суд апелляционной инстанции соглашается с выводами о том, что установленная спорным договором стоимость продажи транспортного средства в размере 250 000 руб. существенно отличалась от рыночной стоимости аналогичной техники. Сделка совершена при неравноценном встречном исполнении. Доказательств наличия каких-либо технических неисправностей у автомобиля на момент продажи не представлено.

Также судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что ответчиком не подтверждено надлежащими доказательствами наличие финансовой возможности для приобретения спорного имущества (ст.65 АПК РФ). 

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. (п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

В качестве доказательства оплаты по договору в материалы дела представлена квитанция к приходному кассовому ордеру №17 от 25.01.2021 об оплате займа в сумме 200 000 рублей, полученного по договору займа №76 от 30.12.2020 (том 2, л.д. 19). Ответчик пояснил, что денежные средства получены им по договору потребительского займа №76, заключенного с КПК «ПРАВО» на сумму 200 000 руб. (т.1 л.д.122- 123).

Между тем, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что данные документы не подтверждают наличие финансовой возможности ответчика на приобретение транспортного средства. Приходный кассовый ордер выдан от имени юридического лица, не подтверждает получение средств должником, не позволяет сделать безусловный вывод, что оплата произведена в счет погашения задолженности должника.

Доводы ответчика о получении потребительского кредита наличными средствами по договору от 30.12.2020 (л.д.122 т.1), для оплаты по спорному договору, подлежат отклонению, поскольку займ не является целевым, а договор от 30.12.2020 является подложным (т.1 л.д.115, мотивы его изготовления противоречат объективным письменным доказательствам), фактическая дата совершения сделки – 23.09.2021. Само по себе получение ответчиком займа, принимая во внимание наличие заинтересованности по отношению к должнику, не доказывает, что данные денежные средства были переданы ФИО1 в счет оплаты по договору. Кроме того, ответчиком не доказан факт соответствия стоимости продажи спорного автомобиля по договору его фактической рыночной цене. Доказательств аккумулирования денежных средств с целью дальнейшей передачи должнику в качестве оплаты по договору купли-продажи от 23.09.2021 в материалы дела также не представлено. 

Относительно занижения стоимости спорного автомобиля, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание отсутствие доказательств неисправности транспортного средства на момент продажи. Ответчик не опроверг доводы финансового управляющего относительно заниженной стоимости продажи автомобиля надлежащими доказательствами, в том числе, осуществлением ремонта автомобиля, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы в данной части необоснованны.

Материалы дела также не содержат каких-либо доказательств фактического получения денежных средств должником, их последующего расходования. 

Учитывая, что спорное имущество отчуждено по заниженной стоимости в отсутствие доказательств оплаты за счет собственных средств ответчика, в результате совершения сделки произошло уменьшение конкурсной массы, фактически транспортное средство не выбывало из владения должника, поведение сторон при заключении оспариваемой сделки нельзя признать соответствующим принципам добросовестности и разумности.

В результате совершения сделки должник не получил какого-либо встречного предоставления, после заключения оспариваемого договора стоимость и размер имущества, на которое кредиторы должника могли бы обратить взыскание, существенно уменьшились, при этом из владения должника выбыло имущество, которое могло быть включено в конкурсную массу.

По мнению судебной коллегии, факт заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение актива по существенно заниженной цене в отсутствие доказательств встречного предоставления - в своей совокупности являлись обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названной сделки, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии у оспариваемой сделки состава подозрительности, предусмотренного пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая, что на момент рассмотрения спора транспортное средство, являющееся предметом оспариваемого договора, не находится у ответчика – продано третьему лицу ФИО8, суд первой инстанции правомерно взыскал с ответчика в конкурсную массу должника денежные средства в сумме 1 000 000 руб., полученные в результате продажи автомобиля (статья 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не подтверждены соответствующими доказательствами и не опровергают выводы суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, основаны на ином толковании правовых норм, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, сделанных при правильном применении норм материального права, и не могут быть признаны основанием к отмене или изменению решения. Иная оценка подателями жалобы обстоятельств спора не свидетельствует об ошибочности выводов суда. Каких-либо новых обстоятельств, опровергающих выводы суда, подателями жалобы не приведено. 

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что принятое по делу определение не подлежит отмене, а апелляционные жалобы - удовлетворению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 11.12.2023 по делу № А47-10294/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2 - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения с. Трудовое Соль-Илецкого района Оренбургской области) в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в сумме 3 000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                         И.В. Калина

 

Судьи:                                                                               Л.В. Забутырина

 

С.В. Матвеева