ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

22.03.2023                                                                                      Дело № А40-193463/19

 

Резолютивная часть постановления оглашена 16 марта 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 марта 2023 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Перуновой В.Л., Уддиной В.З.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Михалково» - ФИО1 по доверенности от 01.09.2022;

от акционерного общества «БМ-банк» - ФИО2 по доверенности от 30.12.2021;

от акционеров закрытого акционерного общества «Михалково» - ФИО3 по доверенности от 27.09.2021;

от общества с ограниченной ответственностью «Союздорстрой» - ФИО4 по доверенности от 07.11.2022;

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы

акционерного общества «БМ-банк» и конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Союздорстрой»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 28.09.2022,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2022

о признании недействительными сделками договора аренды транспортных средств от 01.11.2016 № 156, а также акта приема-передачи от 01.11.2016

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) закрытого акционерного общества «Михалково»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 23.07.2021 закрытое акционерное общество «Михалково» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.10.2021 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО5

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительными сделками договора аренды транспортных средств от 01.11.2016 № 156, а также акта приема-передачи от 01.11.2016, подписанных между должником (арендатором) и обществом с ограниченной ответственностью «Союздорстрой» (арендодателем) (далее – ответчиком), которое обжалуемым определением Арбитражного суда города Москвы от 28.09.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2022, было удовлетворено.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ответчик в лице своего конкурсного управляющего и акционерное общество «БМ-банк» (далее – банк) обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просят удовлетворить кассационные жалобы, обжалуемые определение и постановление отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В судебном заседании представители ответчика и банка доводы своих кассационных жалоб поддержали, а представитель конкурсного управляющего должника и представитель акционеров должника просили суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационных жалоб и возражений относительно них, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационных жалоб.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как усматривается из материалов дела, и было установлено судом первой инстанции, между должником и ответчиком был заключен договор аренды транспортных средств от 01.11.2016 № 156, по условиям которого, арендодатель (ответчик) передает должнику (арендатору) во временное владение и пользование дорожно-строительную и легковую технику без оказания услуг по управлению ими и технической эксплуатации.

Действительно, отметили суды, решением Арбитражного суда Московской области от 18.06.2018 по делу № А41-28486/18 были удовлетворены исковые требования ответчика об обязании должника вернуть по акту приема-передачи имущество, полученное по договору аренды транспортных средств, а в соответствии с  решением Арбитражного суда Московской области от 31.05.2018  делу № А41-104010/17 с должника взыскано 2 620 435,77 руб.

Вместе с тем, в настоящем случае, судами учтено, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 11.06.2021 по настоящему делу было установлено, что спорные правоотношения являлись мнимыми.

Как следствие, поддерживая доводы конкурсный управляющего о том, что оспариваемый им договор аренды транспортных средств от 01.11.2016 № 156 и акт приема-передачи от 01.11.20216, недействительными в  силу положений статьи 170 ГК РФ, суд первой инстанции исходил из того, что мнимость спорных правоотношений уже установлена вступившим в законную силу судебным актом, в связи с чем, стороны освобождены от доказывания указанных обстоятельств в силу положений статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, в рамках настоящего обособленного спора судом первой инстанции повторно были проверены обстоятельства, установленные в определении от 11.06.2021, которым требование ответчика, основанное на спорном соглашение, было признано необоснованным.

В результате анализа условий договора, обстоятельств его заключения и исполнения сторонами, суд пришел к выводу о его ничтожности, исходя из следующих обстоятельств.

Договор аренды техники со стороны арендодателя подписан генеральным директором ФИО6 в ходе процедуры наблюдения в отношении арендодателя и менее чем за три недели до открытия в его отношении конкурсного производства.

По договору ответчик передал в аренду должнику практически всю имеющуюся в наличии ликвидную автомобильную и дорожно-строительную технику (101 единица из зарегистрированных 146).

Специальная строительная техника передается в аренду специализированной строительной организацией - обществу, основной вид деятельности которого согласно сведениям ОКВЭД - 86 «Деятельность в области здравоохранения».

У должника отсутствует штат сотрудников для эксплуатации техники (штат состоит из 5 человек на 101 единицу техники).

Судом также оценены критически и отклонены доводы банка (залогодержателя спорного имущества) о том, что в Едином государственном реестре юридических лив  в отношении должника внесены сведения о дополнительных кодах ОКВЭД 41.20 «строительство жилых и нежилых зданий» и 43.3 «Работы строительные отделочные».

Судом отмечено, что данные виды деятельности являлись для должника дополнительными и указаны в связи с тем, что должник осуществлял содержание и ремонт собственного недвижимого имущества, за период деятельности должника не было заключено ни одного договора, по которому должник выступал бы подрядчиком по строительству каких-либо зданий; предметом аренды по спорному договору выступала дорожно-строительная техника (фреза дорожная, каток асфальтоукладочный и т.п.), которая не могла бы использоваться при строительстве зданий и выполнении отделочных работ.

Также у арендатора отсутствует логистические и ремонтные мощности для эксплуатации и хранению техники.

Должник находится по адресу: Москва, ул. Михалковская, д. 38 с. 1, земельных участков и/или иных объектов недвижимости, на которых было бы возможно хранение, обслуживание и ремонт такого количества техники у должника ни в собственности ни в аренде не имеется.

Реальность правоотношений не подтверждена сторонами - отсутствует сопутствующая эксплуатации техники документация (накладные, путевые листы и т.п.).

Кроме того, суд первой инстанции обратил внимание на тот факт, что условия договора не соответствуют обычным условиям, применяемым для подобного рода договоров для независимых участников сделки, поскольку в спорных арендных правоотношениях констатируется арендная плата в 5-10 тыс. руб. унифицирована как для представительских автомобилей марок  Mercedes S класса, Mercedes GL, автомобилей Toyota и др., так и для автомобилей ГАЗ 330232 «Газель», трактора МТЗ и др., что лишено экономического смысла, при наличии разного рода техники и автомобилей.

Подобные условия недоступны независимым хозяйствующим субъектам.

Доводы о том, что целью сдачи техники в аренду было не извлечение прибыли, а избежание затрат на ее хранение и обслуживание не раскрывают экономический смысл указанной сделки для должника, а довод о том, что на формирование цены может влиять огромное количество факторов является необоснованным, разумного обоснования такого ценообразования ни ответчиком, ни банком в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции не представлено.

Одновременно с этим, доводы ответчика квалифицированы судами как свидетельствующие о том, что истинными мотивами заключения спорного договора аренды было создание видимости правомерного выбытия спорного имущества из владения ответчика в целях его безучетной эксплуатации в период проведения в отношении него процедур банкротства.

Фактически же, как установил суд, спорное имущество должнику не передавалось, поскольку согласно инвентаризационным описям, в 2017 году основная часть указанной в расчете техники была в наличии у ответчика, конкурсным управляющим которого принято 90 единиц техники, проинветаризировано, а затем реализовано на проведенных им торгах

.

Сообщения в ЕФРСБ и инвентаризационные описи с отметкой о фактическом наличии техники были представлены в материалы обособленного спора по заявлению о включении требований ответчика в реестр требований кредиторов должника.

Таким образом, в рамках дела о банкротстве ответчика была проведена инвентаризация его имущества, в том числе автомобильной и специальной техники (совместно с помещениями для ее ремонта и обслуживания).

Ни ответчиком, ни банком в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции не представлено сведений о том, где именно находилась техника в момент ее инвентаризации, инвентаризационные описи не содержат сведений о том, что техника находится во владении должника.

При этом, факт планомерной распродажи техники конкурсным управляющим ответчика с торгов в рамках процедуры банкротства ответчика ни банком, ни ответчиком не отрицается и свидетельствует о том, что техника оставалась в распоряжении ответчика.

В ходе рассмотрения как настоящего обособленного спора, так и обособленного спора о включении требований ответчика в реестр требований кредиторов должника, ни ответчик, ни банк не смогли пояснить суду, где и при каких обстоятельствах передавалась техника.

Также вызывает сомнение и сам факт передачи такого количества дорогостоящей техники в отсутствие отдельного акта приема-передачи по каждой единице с детальным описанием технического состояния и имеющихся дефектов передаваемой единицы техники.

Подписание же сторонами единого акта приема-передачи с перечислением в нем всех 101 единицы техники и формальным указанием технического состояния как «удовлетворительное» или «требует ремонта» выглядит неразумно и не соответствует обычным условиях хозяйственной деятельности.

При таких обстоятельствах, констатировали суды, очевидно, что техника фактически осталась во владении ответчика и была реализована последним в ходе реализации имущества в рамках конкурсного производства.

Доводы о том, что правоотношения по оспариваемой сделке подтверждаются фактом наличия между сторонами судебных споров о взыскании арендной платы, также несостоятелен, поскольку указанные судебные споры имели место до принятия заявления о признании должника банкротом, фактическая передача техники в рамках указанных судебных споров судами не устанавливалась.

При разрешении спора о мнимости сделки, следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла.

Следовательно, определение действительной воли, которую имели в виду стороны при заключении мнимой сделки, не требуется.

Установление того факта, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение гражданских прав и обязанностей является достаточным для квалификации сделки как мнимой.

Следует также отметить, что совершение должником платежей по оспариваемому договору не свидетельствует о его реальном исполнении, поскольку указанные платежи были произведены в порядке принудительного исполнения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Мнимой сделкой признается сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон нет цели достигнуть заявленных результатов.

Установление факта того, что в намерения сторон на самом деле не входили возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным основанием для признания сделки ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время, для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

В данном случае, следует проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

В настоящем случае, представленные в материалы обособленного ответчиком доказательства, включая объяснения генерального директора должника, заявление по факту пропажи техники, переписка о том, что часть техники возвращена, судами оценены критически и отклонены, поскольку подтверждают лишь факт отсутствия техники у должника, в то время как действия генерального директора были направлены на избежание персональной ответственности и негативных последствий заключения мнимой сделки.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для признания спорных сделок недействительными

Последствия признания сделок недействительными применены судом правильно.

Судом первой инстанции неукоснительно и в полном объеме были выполнены письменные указания суда кассационной инстанции.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационные жалобы не содержат указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов судов не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационных жалобах доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятыми судами судебными актами и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самим заявителем кассационной жалобы положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Приведенные кассаторами доводы о пропуске конкурсным управляющим должника срока исковой давности судебной коллегией отклоняются, поскольку в настоящем случае срок исковой давности составляет три года, конкурсный управляющий должника утвержден 23.07.2021, а настоящее заявление поступило в суд первой инстанции 24.01.2022.

Ссылка заявителей кассационных жалоб на решение Арбитражного суда Московской области от 18.06.2018 по делу № А41-28486/18, поскольку решением  Арбитражного суда Московской области от 27.02.2023 этот судебный акт был отменен в порядке, предусмотренном главой 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Ссылка заявителей кассационных жалоб на решение Арбитражного суда Московской области от 31.05.2018по делу № А41-104010/17 судебной коллегией отклоняется, поскольку  решением  Арбитражного суда Московской области от 07.03.2023 этот судебный акт также был отменен в порядке, предусмотренном главой 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителями жалоб установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 28.09.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2022 по делу № А40-193463/19 – оставить без изменения, кассационные жалобы – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                  Н.Н. Тарасов

 

Судьи:                                                                                              В.Л. Перунова

 

                                                                                                          В.З. Уддина