АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5934/17 

Екатеринбург

16 ноября 2017 г.

Дело № А71-159/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 14 ноября 2017 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 ноября 2017 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тороповой М.В.,

судей Татариновой И.А., Платоновой Е.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Альянс», публичного акционерного общества  Банк «Финансовая  Корпорация Открытие» на решение  Арбитражного суда Удмуртской Республики от 26.05.2017 по делу № А71-159/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 24.07.2017 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «Альянс» – Чувакорзин А.Е. (доверенность от 16.05.2017 № 9), Гайнутдинов И.Р. (директор, решение                  от 19.06.2012 № 1);

публичного акционерного общества Банк «Финансовая Корпорация Открытие» - Колодяжный  А.С. (доверенность от 30.08.2017 № 01/1157-ВА).

От общества с ограниченной ответственностью «Микс-Рента» поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы без участия его представителя. Данное ходатайство судом кассационной инстанции рассмотрено и удовлетворено на основании ч. 3 ст. 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Общество с ограниченной ответственностью «Микс-Рента» (далее – общество «Микс-Рента») обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Торгово-промышленная компания «Микс» (далее - общество «ТПК «Микс») о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 24.07.2013, применении последствий недействительности сделки путем обязания общества «ТПК «Микс» возвратить  обществу «Микс-Рента» недвижимое имущество, являющееся предметом договора купли-продажи недвижимого имущества от 24.07.2013.

В порядке ст. 51 Арбитражного  процессуального кодекса Российской  Федерации к участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены   публичное  акционерное общество Банк «Финансовая Корпорация Открытие» (далее - Банк «ФК Открытие», Банк), общество с ограниченной ответственностью «Альянс» (далее -  общество «Альянс»).

Решением суда от 26.05.2017 (судья Яцинюк Н.Г.) исковые требования удовлетворены, договор купли-продажи недвижимого имущества от 24.07.2013 признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде  возложения  общество «ТПК «Микс» обязанности  по возврату  обществу «Микс-Рента» недвижимого имущества, являющегося предметом договора купли-продажи недвижимого имущества от 24.07.2013.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда                  от 24.07.2017 (судьи Макаров Т.В., Дюкин В.Ю., Жукова Т.М.) решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество «Альянс», просит оспариваемые судебные акты отменить, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права. Заявитель жалобы полагает необоснованным неприменение судами исковой давности по заявленным требованиям, ссылаясь на то, что гражданским законодательством не установлено специальной нормы течения срока исковой давности по требованиям о  применении  последствий  недействительности  мнимой сделки, в связи с чем, срок исковой давности в силу п. 1 ст. 170, п. 1  ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации по оспариваемой сделке необходимо исчислять со дня ее  формального исполнения, с момента передачи имущества покупателю по акту приема-передачи  от 24.07.2013. Учитывая, что истец обратился с исковым заявлением 11.01.2017,  о применении  исковой давности  было заявлено обществом «ТПК «Микс», полагает, что в данном случае должно быть  отказано в удовлетворении  заявленных требований в связи с истечением срока  исковой давности. Общество «Альянс», сославшись на выводы, изложенные в приговоре Первомайского районного суда города  Ижевска Удмуртской Республики     от 27.04.2015 по делу № 1-208/15 (далее – Приговор от 27.04.2015 по  делу  № 1-208/15), указало на недобросовестность поведения общества «Микс-Рента» как стороны спорного договора, что, по его мнению, в силу ст. 10, п. 5 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации должно быть  самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Банк «ФК Открытие» в кассационной жалобе просит оспариваемые судебные акты отменить, исковое заиление общества «Микс-рента» оставить без рассмотрения, поскольку истцом не был соблюден досудебный порядок урегулирования спора, учитывая, что споры о признании договора недействительным не входят в перечень дел, к которым не применяются правила об обязательном досудебном порядке  урегулирования спора. Банк также указал на пропуск истцом срока исковой давности, полагая что в силу положений  ст. 181  Гражданского кодекса Российской  Федерации  и п. 3 постановления  Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» срок исковой давности должен исчисляться с даты  совершения сделки – 24.07.2013, учитывая что исковое заявление поступило в суд только 11.01.2017. Заявитель  жалобы считает, что исполнение оспариваемого договора  подтверждается актом  приема-передачи  спорного имущества, регистрацией перехода прав на него на  основании спорного договора.

В отзыве на кассационную жалобу Банка общество «Микс-Рента» просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов заявителей кассационных жалоб в порядке, предусмотренном  ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

При рассмотрении спора судами установлено, что общество «ТПК «Микс» (покупатель) и общество «Микс-Рента» (продавец) 24.07.2013 заключили договор купли-продажи недвижимого имущества, по условиям которого, продавец передал, а покупатель принял в собственность недвижимое имущество:

- здание толоконного цеха, назначение: нежилое, производственное (промышленное), 2-этажной (подземных этажей – 0), общая площадь                773,4 кв.м., инв. № 3747, лит. АIV, кадастровый номер: 18-18-16/009/2006-360;

- здание склада для сахара, назначение: складское, 2-этажный, общая площадь 142,2 кв.м., инв. №3747, лит. АII, кадастровый (условный) номер: 18-18-16/009/2006-361;

- здание кондитерского цеха, хранилище подвал, назначение: нежилое, производственное (промышленное) 1-этажный (подземных этажей - лит.АХ-1 , общая площадь 942,7 кв.м., инв. № 3747, лит. АII, АХ, кадастровый (или условный) номер: 18-18-16/009/2006-355;

- здание проходной конторы, назначение: нежилое, административное, 2-этажный (подземных этажей – 0), общая площадь 215,4 кв.м., инв. № 3747, лит. А, кадастровый номер: 18-18-16/009/2006-354;

- здание безалкогольного цеха, назначение: нежилое, производственное (промышленное), 2-этажный (подземных этажей - 0), общая площадь 1304,7 кв.м., инв. №3747, лит. АI, кадастровый номер: 18-18-16/009/2006-356, переданные покупателю по акту приема-передачи.

Пунктом 4.1. договора определена цена приобретаемого покупателем имущества указанного в п. 1.1 договора, которая составляет 11 114 010 руб. Расчет за проданные объекты производится Покупателем в течение 2(двух) календарных дней с момента подписания настоящего договора купли-продажи, в форме не противоречащей законодательству Российской  Федерации.

В п. 1.2 договора указано на то, что покупателю известно, что на момент подписания договора недвижимость, указанная в п. 1.1. договора, обременена ипотекой в пользу «НОМОС БАНКа» (открытое  акционерного общество) (далее – НОМОС БАНК) на основании договора об ипотеке (залоге недвижимости) от 27.09.2011 №18-183- 11/ВКЛ/ЗАЛ4, заключенного между НОМОС БАНКом (Банк) и обществом «Микс-Рента», обществом «ТПК «Микс», обществом с ограниченной ответственностью «Можгинский пищекомбинат «ПродМакси» (далее – общество «ПродМакси»), зарегистрированного Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Удмуртской Республике 10.10.2011 № 18-18-16/015/2011-826, с учетом дополнительного соглашения от 11.12.2012, заключенного между Банком и общества «Микс-Рента», общества ТПК «Микс», общества «ПродМакси» и зарегистрированного Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Удмуртской Республике 15.01.2013 №18-18-16/023/2012-220 и продается с согласия Банка. При переходе права собственности на недвижимость право залога сохраняет силу. Покупатель становится на место залогодателя и несет все обязанности залогодателя.

Покупатель ознакомлен с условиями договора об ипотеке (залоге недвижимости) от 27.09.2011 № 18-18-11/ВКЛ/ЗАЛ4 и правовыми последствиями неисполнения Продавцом обеспечительного залогом обязательства.

Договор купли-продажи недвижимого имущества от 24.07.2013 зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Удмуртской Республике 27.08.2013.

Недвижимое имущество 24.07.2013 передано продавцом покупателю, что подтверждается представленным в материалы дела актом приема-передачи.

Переход права собственности на недвижимое имущество, являющееся предметом договора купли-продажи от 24.07.2013 от общества «Микс-Рента» к общества «ТПК «Микс» подтвержден выписками из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 11.01.2017.

По акту приема-передачи векселей от 24.07.2013 в счет оплаты полученного по сделке недвижимого имущества общество «ТПК»Микс» передало обществу «Микс-Рента» векселя на общую сумму 11 144 010 руб.

Ссылаясь на то, что передача векселей осуществлялась фиктивно, без фактической оплаты, что общество «ТПК «Микс» фактически никаких расходов на приобретение у общества «Микс-Рента» недвижимости не понесло, сделка была составлена формально, истец обратился с настоящим иском о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 24.07.2013., заключенного между обществом «Микс-Рента» и обществом  «ТПК «Микс», и о применении последствий недействительности сделки путем обязания общества «ТПК «Микс» возвратить обществу «Микс-Рента» недвижимое имущество, являющееся предметом договора купли-продажи недвижимого имущества от 24.07.2013, расположенного по адресу: Удмурская  Республика, г. Можга, пер. Октябрьский, 1.

Удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из следующего.

В соответствии со ст. 166  Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемой сделки, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может  быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Согласно ст. 168  Гражданского кодекса Российской  Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с п. 1 ст. 170  Гражданского кодекса Российской  Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

  Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (ст. 65, 168, 170 АПК РФ).

  Указанная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 № 7204/12, определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411.

Как разъяснено в абз. 2 и 3 п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из данного разъяснения, норма, изложенная в п. 1 ст. 170  Гражданского кодекса Российской  Федерации, применяется также в том случае, если стороны, участвующие в сделке, совершают формальные действия по ее исполнению, при этом установлены обстоятельства, свидетельствующие о порочности воли обеих сторон сделки. Суд в данном случае должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений сторон,  не ограничиваясь проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям, принимая во внимание и иные доказательства и оценивать их в совокупности.

Согласно п. 3 и 4 ст. 1  Гражданского кодекса Российской  Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса Российской  Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абз. 1 п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10  Гражданского кодекса Российской  Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

  Применение ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно при установлении судом конкретных обстоятельств, свидетельствующих о том, что лицо действовало исключительно с намерением причинить вред другому лицу, либо злоупотребило правом в иных формах. Как следует из п. 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации", отказ в защите права лицу, злоупотребившему правом, означает защиту нарушенных прав лица, в отношении которого допущено злоупотребление. Установленный в ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет злоупотребления правом в любых формах направлен на реализацию принципа, закрепленного в ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации. Этот запрет не предполагает его произвольного применения судами, решения которых должны основываться на исследовании и оценке конкретных действий и поведения участников гражданско-правовых отношений с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

  При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков злоупотребления правом суд должен установить, в чем заключалась недобросовестность его поведения при заключении оспариваемых договоров, имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим участникам гражданского оборота, их правам и законным интересам, учитывая и то, каким при этом являлось поведение и другой стороны заключенного договора (указанное соответствует правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.08.2014 № 67-КГ14-5).

  В пункте 8 Постановления № 25 определено, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены - уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской  Федерации).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды установили: факт подписания сторонами 24.07.2013 договора купли-продажи спорных объектов недвижимости, акта приема-передачи недвижимого имущества к нему; государственной регистрации 27.08.2013 перехода права собственности от продавца к покупателю на основании указанного договора; осуществления продавцом расчета с  покупателем на основании акта приема-передачи векселей от 24.07.2013 на общую сумму 11 144 010 руб.

При этом судами также установлено, что простые векселя общества с  ограниченной  ответственностью  «Сладкая жизнь» (далее - общество «Сладкая жизнь») от 18.07.2013 № 115 на сумму 1 737 508 руб. 21 коп., от 18.07.2013 № 122 на сумму 8 509 398 руб., от 18.07.2013 № 123 на сумму 867 103 руб. 79 коп. с обещанием уплатить указанные суммы в пользу общества «ТПК «Микс», переданы последнему по акту приема-передачи от 18.07.2013, а в дальнейшем переданы обществом ТПК «Микс»  обществу «Микс-Рента» в качестве оплаты по спорному договору купли-продажи недвижимости, и в результате последующей цепочки юридически значимых сделок, были возвращены обществу «Сладкая жизнь» (акты приема-передачи, договоры купли-продажи векселей).

Руководствуясь положениями ч. 4 ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды приняли во внимание, что вступившим в законную силу приговором  Первомайского районного суда г. Ижевска от 27.04.2015 по делу № 1-208/15 установлено, что  Матросов А.В., являясь директором общества ТПК «Микс» одновременно с момента основания общества «Микс-рента» фактически осуществлял управленческие функции в последнем обществе, номинальным директором которого являлся            Фофанов С.А.; оба общества, а также еще одно подконтрольное          Матросову А.В. общество «Сладкая жизнь», в котором руководителем также является Морозов А.В., расположены по одному адресу: г. Ижевск, ул. Пойма, 32, по которому находятся их регистрационные документы, печати и штампы, бухгалтерская и налоговая отчетность; реализуя преступный умысел,    Матросов А.В. разработал и реализовал схему совершения хищения чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием посредством заключения формальной сделки между подконтрольными ему организациями по приобретению обществом «ТПК «Микс» спорного недвижимого имущества у общества «Микс-Рента», создания видимости осуществления понесенных расходов по приобретению объектов недвижимости посредством расчета векселями эмитента общества «Сладкая жизнь», в котором Матросов А.В. является директором и единственным участником, создания схемы возврата векселей эмитента общества «Сладкая жизнь» при отсутствии реально понесенных расходов (посредством создания фиктивной задолженности).

Указанным приговором также  установлено, что Матросов А.В., достоверно зная об отсутствии задолженности общества «Сладкая жизнь» перед обществом ТПК «Микс» и отсутствии правовых оснований для использования векселей эмитента общества «Сладкая жизнь» в качестве оплаты от имени  общества «ТПК «Микс» в адрес  общества «Микс-рента», представил указанные векселя в качестве оплаты за приобретенную по спорному договору от 24.07.2013 недвижимость. В последующем с целью создания видимости финансово-хозяйственных отношений Матросов А.В., фактически осуществлявший руководство общества «Микс-рента» рассчитался одним из векселей с обществом с ограниченной  ответственностью «Джоссер» за работы по ремонту кровли, которые фактически не выполнялись, без фактической передачи векселя путем формального подписания актов. Остальные векселя по указанию Морозова А.В. были переданы в счет несуществующей задолженности общества «Микс-Рента» перед индивидуальным предпринимателем Матросовой С.Ю. и далее в тот же день от нее в  общество «Микс», которым предъявлены к оплате в  общество «Сладкая жизнь», где Матросов А.В. является единственным участником и руководителем, при этом оплата указанных векселей обществом «Сладкая жизнь» фактически не осуществлена.

На основании вышеизложенного, с учетом того, что передача векселей осуществлялась фиктивно, без фактической оплаты, по указанию           Морозова А.В. в подконтрольные ему организации, в течение одного дня, после чего векселя вновь поступили к эмитенту - обществу «Сладкая жизнь», подконтрольному Матросову А.В. и обществу ТПК «Микс», общество «Микс-рента» фактически никаких расходов на приобретение недвижимости не понесло, суд в рамках уголовного дела пришел к выводу, что сделка была составлена формально, с целью последующего хищения денежных средств из федерального бюджета Российской Федерации, с причинением материального ущерба в особо крупном размере, путем необоснованного возмещения НДС из бюджета Российской Федерации.

Приговором 27.04.2015 по делу №1-208/15, также установлено, что согласно заключению судебной комплексной налогово-правовой экспертизы от 27.11.2014 №31/14-СО-11, фактически оплата векселями по сделке купли-продажи недвижимости от 24.07.2013 между обществом «ТПК «Микс» и  обществом «Микс-Рента» не проводилась.

Как следует из приговора, Матросов А.В. согласился с предъявленным ему обвинением (дело рассмотрено в особом порядке), вину признал в полном объеме.

Поскольку при рассмотрении Первомайским районным судом уголовного дела №1-208/15 установлено, что в результате совершения оспариваемой сделки между обществом «Микс-рента» и  обществом «ТПК «Микс» имущество не выбывало из обладания лица, которому фактически подконтрольны оба общества, оплата по спорной сделке фактически не произведена, какие-либо расходы на приобретение недвижимого имущества общество «ТПК «Микс» фактически не понесло, так как векселя эмитента «Сладкая жизнь», переданные Матросовым А.В. истцу от имени ответчика, были получены последним (обществом «ТПК «Микс») при отсутствии к тому каких-либо правовых оснований, отсутствии задолженности общества «Сладкая жизнь» перед  обществом «ТПК «Микс», суды, с учетом вышеизложенных правовых норм и сложившейся практики их применения,  пришли к обоснованному  выводу о том, что оспариваемая сделка купли-продажи недвижимого имущества является мнимой, совершенной формально, с целью не соответствующей целям, для которых совершаются такого рода сделки, а именно, как следует из вышеуказанного приговора Первомайского районного суда города Ижевска, в целях совершения хищения денежных средств из бюджета Российской Федерации путем необоснованного возмещения НДС.

Оценив  вышеуказанные действия сторон как недобросовестное поведение, суды правомерно признали их  злоупотреблением правом, а оспариваемую сделку купли-продажи недвижимого имущества от 24.07.2013 –  недействительной на основании ст. 10, 166, 167, 170  Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 167 Гражданского кодекса Российской  Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Установив отсутствие у общества «ТПК «Микс» фактических расходов на приобретение недвижимости общества «Микс-рента» (в связи формальной оплатой векселями эмитента общества «Сладкая жизнь», также подконтрольного Матросову А.В. и при отсутствии правовых оснований для их получения обществом ТПК «Микс» от общества «Сладкая жизнь» при отсутствии задолженности общества ТПК «Микс» перед последним), суды пришли к  выводу  о возможности  применения в качестве последствий недействительности сделки односторонней реституции путем обязания общества «ТПК «Микс» вернуть приобретенные по сделке объекты недвижимости обществу «Микс-рента».

При этом, установив, что спорные объекты недвижимости обременены ипотекой в пользу Банка «ФК Открытие» на основании договоров об ипотеке (залоге недвижимости)        от 27.09.2011 № 18-183-11/ВКЛ/ЗАЛ4,  от  19.05.2014 № 19-14/И2-4Ф.5 (с учетом дополнительных  соглашений от 11.12.2012, от 30.12.2014, от 31.03.2015, от 10.07.2015), отсутствует недобросовестность Банка, являющегося залогодержателем спорного имущества, при применении последствий недействительности сделки и во избежание затруднений при исполнении решения по настоящему делу суды определили правовой статус возвращаемого имущества и указали на его обременение в пользу Банка на основании не прекращенного договора ипотеки, заключенного последним с  обществом «ТПК «Микс» (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 №304-ЭС15-20061 по делу №А46-12910/2013).

Отклоняя заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности  суды правомерно исходили из следующего.

Согласно п. 1 ст. 181  Гражданского кодекса Российской  Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Течение срока давности по названным требованиям определяется не субъективным фактором (осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав), а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки. Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (п. 1 ст. 166  Гражданского кодекса Российской  Федерации), а значит, не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц.

В соответствии с разъяснением, изложенным в п. 101 Постановления             № 25 для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая –  к принятию такого исполнения (п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). По смыслу п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.

Согласно общему правилу п. 1 ст. 556 Гражданского кодекса Российской  Федерации  передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче. Если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

Между тем, момент исполнения договора купли-продажи недвижимости может отличаться от момента его заключения и от момента перехода права собственности на недвижимое имущество.

Суды, принимая во внимание  преюдициальное значение обстоятельств, установленных Приговором от 27.04.2015 по делу №1-208/15, установили что, несмотря на наличие передаточного акта и последующей государственной регистрации перехода права собственности на спорное недвижимое имущество, реальная передача имущества покупателю по сделке осуществлена не была, имущество не выбывало из обладания лица, которому фактически подконтрольны были оба общества (общество «Микс-Рента» и общество «ТПК «Микс»).

С учетом изложенного, учитывая, что стороны к фактическому  исполнению договора купли-продажи недвижимого имущества от 24.07.2013  не приступили (ни в части передачи имущества покупателю, ни в части его оплаты, формальное подписание передаточного акта  в данном случае  передачи имущества  не подтверждает), суды  пришли  к обоснованному выводу о том, что срок исковой давности по требованию о признании недействительной спорной сделки не течет.

При таких обстоятельствах суды  верно применили ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснения, изложенные в п. 101 Постановления № 25, отказав в применении исковой давности, срок которой по требованию о признании недействительной (ничтожной) не исполнявшейся сделки не течет.

Поскольку иск фактически направлен на возвращение правового титула истца в отношении спорного имущества (формальная передача  имущества по акту покупателю повлекла регистрацию перехода  права  собственности на спорное имущество к обществу «ТПК «Микс»), суды правомерно удовлетворили требование о применении последствий недействительности в виде возврата недвижимого имущества продавцу, учитывая содержащуюся в абз. 2 п. 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010   № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» правовую позицию, согласно которой, решение суда является основанием для внесения записи в ЕГРП если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о  применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки.

Довод  общества «Альянс» о недобросовестном поведении истца при совершении оспариваемой сделки и отсутствии в связи с этим у судов оснований для удовлетворения заявленных  требований  подлежит отклонению, поскольку вышеуказанным приговором суда было установлено  недобросовестное поведение как истца так и ответчика, при этом ответчик приобрел спорное имущество (титул собственника  на него) без внесения соответствующей платы истцу, тогда как никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения  (п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Рассматривая заявленные требования, суды исходили из того, что преследуемый истцом материально-правовой интерес фактически направлен на восстановление правового титула  на спорное имущество,  и руководствовались необходимостью приведения сторон в первоначальное положение.

Ссылка Банка на несоблюдение  истцом претензионного порядка в отношении соответчика, привлеченного судом в ходе рассмотрения дела, также отклоняется судом кассационной инстанции, поскольку, по смыслу п. 8 ч. 2     ст. 125,  ч. 7 ст. 126, п. 2 ч. 1 ст. 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату государственной пошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы; такой порядок урегулирования спора направлен на его оперативное разрешение и служит дополнительной гарантией защиты прав. Из поведения данного ответчика в суде первой и апелляционной инстанций (в т.ч. приведенных им доводов) не усматривается наличия у него на момент рассмотрения спора судом  намерения добровольно и оперативно урегулировать возникший спор во внесудебном порядке, поэтому оставление иска без рассмотрения привело бы к необоснованному затягиванию разрешения возникшего спора и ущемлению прав одной из его сторон. Кроме того, при рассмотрении дела в суде первой и апелляционной инстанций доводов о несоблюдении истцом досудебного порядка урегулирования спора  указанным ответчиком не заявлялось.

  Иные доводы заявителей, изложенные в кассационных жалобах, основаны на неправильном толковании указанных норм права,  в части направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и сделанных на их основании выводов судов о фактических обстоятельствах, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции в соответствии с положениями       ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем подлежат отклонению, в том числе по основаниям, изложенным в мотивировочной части настоящего постановления.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции (ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от  26.05.2017 по делу               № А71-159/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 24.07.2017 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы  общества с  ограниченной  ответственностью  «Альянс», публичного акционерного общества  Банк «Финансовая  Корпорация Открытие» – без удовлетворения.

    Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий					           М.В. Торопова 

Судьи					           И.А. Татаринова 

                                                                                             Е.А. Платонова