﻿АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-1085/2019

г. Краснодар

08 июня 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2020 года  

Постановление в полном объеме изготовлено  08 июня 2020 года  

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Артамкиной Е.В., судей Аваряскина В.В. и Рассказова О.Л., при участии в судебном онлайн-заседании от истца  закрытого акционерного общества «Рыболовецкая агрофирма “8 Марта”» (ОГРН 1062327003122) в лице Денисовой Валентины Павловны и Денисова Егора Ремировича – Денисова Е.Р. (паспорт) и Селевко В.Н. (доверенность от 05.02.2020), ответчика ? акционерного общества «Кореновскрыба» (ОГРН 1022304011058) – Горяева Д.В. (доверенность от 02.09.2019), рассмотрев кассационные жалобы Денисовой Валентины Павловны, Денисова Егора Ремировича и закрытого акционерного общества «Рыболовецкая агрофирма “8 Марта”» на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 12.08.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.11.2019 по делу № А32-1085/2019, установил следующее. 

ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 Марта» (далее – агрофирма) в лице его участников Денисовой В.П. и Денисова Е.Р. обратилось в арбитражный суд с иском к АО «Кореновскрыба» (далее – общество) о признании недействительной сделки по зачету от 31.12.2015, заключенной между агрофирмой и обществом, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания убытков в размере 23 473 816 рублей. 

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 12.08.2019 исковые требования удовлетворены частично, сделка по зачету от 31.12.2015 признана недействительной, в удовлетворении остальной части иска отказано. С общества в пользу агрофирмы взыскано 6 тыс. рублей судебных расходов, Денисовой В.П. из федерального бюджета возвращено 6 871 рубль государственной пошлины по иску. 

Постановлением от 02.11.2019 решение от 12.08.2019  в части удовлетворения иска отменено, в указанной части принят новый судебный акт об отказе в иске.

В кассационной жалобе агрофирма просит изменить мотивировочную часть постановления, исключив из него абзацы 5 – 8 на странице 9. 

В кассационной жалобе Денисова В.П. и Денисов Е.Р. просят отменить постановление от 02.11.2019 в части отмены решения от 12.08.2019 и отказе в иске о признании сделки недействительной, а также просят отменить решение от 12.08.2019 и постановление от 02.11.2019 в части отказа в применении последствий недействительности сделки в виде взыскания убытков в размере 23 473 816 рублей. В дополнении к жалобе Денисова В.П. также указала на несогласие с распределением расходов по государственной пошлине.

В отзывах на жалобу Денисовой В.П. и Денисова Е.Р. агрофирма не согласилась с ее доводами. 

В судебном заседании Денисов Е.Р. и представитель Денисовой В.П. настаивали на доводах жалобы, представитель общества указал на их несостоятельность. 

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и дополнений к ней, отзывов и возражений на жалобы, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что постановление от 02.11.2019  подлежит отмене по следующим основаниям. 

Суды установили  и материалам дела соответсвует, что агрофирма зарегистрирована в качестве юридического лица в процессе преобразования СПК «Рыболовецкий колхоз “8 марта”» 01.10.2006. 

Денисова В.П. является акционером агрофирмы, которой на праве собственности принадлежат 150 850 128 акций предприятия. Денисов Е.Р. является акционером общества и членом совета директоров агрофирмы. 

15 декабря 2015 года общество и агрофирма подписали договор контрактации сельскохозяйственной продукции, согласно которому общество обязалось произвести и передать агрофирме, а последнее принять и оплатить сельскохозяйственную продукцию рыбоводства (аквакультуры), а именно рыбопосадочный материал (годовик) толстолобика, карпа, белого амура в количестве 120 метрических тонн (навеска рыбопосадочного материала: 35 – 55 гр.). 

Общая сумма договора составила 15 600 тыс. рублей. 

Согласно акту приема-передачи векселей от 31.12.2015 и заявлению о погашении векселей агрофирма предъявила обществу к оплате простые векселя от 01.02.2015 № 2015к001, 2015к002, 2015к003, 2015к004, 2015к005, 2015к006 на общую сумму 7 млн. рублей, а также начисленных по векселям процентов на общую сумму 1 088 931 рубль. 

27 декабря 2012 года агрофирма и общество заключили договор процентного займа, по условиям которого займодавец обязался предоставить заемщику 12 800 тыс. рублей. Заем предоставлен на срок до 30.06.2013. 

По состоянию на 31.12.2015 задолженность по данному договору перед агрофирмой составляла 3 025 300 рублей, сумма неоплаченных процентов – 4 495 636 рублей. 

31 декабря 2015 года общество, в лице генерального директора Першина А.В., и агрофирма, в лице генерального директора Будко А.А., подписали акт зачета встречных однородных требований, в соответствии с которым агрофирма прекратила перед обществом путем зачета свои обязательства по перечислению аванса по договору контрактации от 15.12.2015 в сумме 15 600 тыс. рублей, в свою очередь, общество прекратило перед агрофирмой следующие свои обязательства на сумму 15 600 тыс. рублей: 1) по договору процентного займа от 27.12.2012 на сумму 3 025 300 рублей; 2) по оплате процентов по договору процентного займа от 27.12.2012 на сумму 4 495 636 рублей; 3) по предъявленным к оплате векселям (заявление и акт приема-передачи векселей от 31.12.2015) в сумме 7 млн. рублей; 4) по уплате процентов по предъявленным к оплате векселям (заявление и акт приема-передачи векселей от 31.12.2015) в сумме 1 088 931 рубль. Стороны также указали, что после состоявшегося зачёта встречных денежных обязательств у общества не имеется основной задолженности по оплате векселей, по уплате процентов по векселям, по возврату основной суммы займа, но остается задолженность по уплате процентов по договору займа от 27.12.2012 в размере 9 867 рублей. 

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2017 по делу № А32-722/2017, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 24.04.2018, договор контрактации сельскохозяйственной продукции от 15.12.2015, заключенный обществом и агрофирмой, признан ничтожным как мнимая сделка на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Полагая, что сделка по зачету от 31.12.2015 является недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, на стороне агрофирмы возникли убытки в размере 23 473 816 рублей в виде неисполненных обществом обязательств по вышеуказанным сделкам, Денисова В.П. и Денисов Е.Р., полагающими себя действующими от имени и в интересах агрофирмы, обратились в арбитражный суд с данным иском. 

Отказывая в исковых требованиях о признании сделки зачета недействительной суд апелляционной инстанции указал на то, что по данному требованию истек срок исковой давности, который составляет 1 год. По мнению суда апелляционной инстанции Денисова В.П. и Денисов Е.Р. не вправе заявлять о недействительности сделки о зачете иначе как по оспоримым основаниям (крупная сделка либо сделка с заинтересованностью).

С указанным выводом суда апелляционной инстанции нельзя согласиться по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации участники корпорации (участники, члены, акционеры и т. п.) вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 Гражданского кодекса Российской Федерации или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации. 

В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25), разъяснено, что участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем. Лицо, уполномоченное выступать от имени корпорации, также является представителем корпорации при рассмотрении названных требований наряду с предъявившим их участником корпорации. В случае оспаривания участником заключенных корпорацией сделок, предъявления им требований о применении последствий их недействительности или о применении последствий недействительности ничтожных сделок ответчиком является контрагент корпорации по спорной сделке. 

Обращаясь с иском о признании сделки зачета недействительной, истцы указали на то, что она совершена во исполнение договора контрактации, признанного судом мнимой сделкой, с целью создания видимости зачета задолженности общества перед агрофирмой.

При рассмотрении данного спора суд первой инстанции правомерно признал спорную сделку ничтожной.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2018 по делу № А32-722/2017 договор контрактации сельскохозяйственной продукции от 15.12.2015, заключенный обществом и агрофирмой «8 Марта» признан ничтожной (мнимой) сделкой (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Поскольку задолженность агрофирмы перед обществом по указанному договору по выплате аванса в сумме 15 600 тыс. рублей отсутствовала, то суд первой инстанции обоснованно исходил из недопустимости спорного зачета. Договор контрактации (ничтожный) и спорная сделка зачета фактически объединены единой целью создания видимости зачета долга общества перед агрофирмой. Спорная сделка совершена с нарушением статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, а также притворных сделок, то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть другие сделки (статья 170 указанного кодекса).

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при возражениях о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных заинтересованным лицом, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» судам указано на необходимость учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. По смыслу положений пункта 1 статьи 170 Кодекса и с учетом приведенной правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки мнимой необходимо доказать наличие у лиц, участвующих в сделке, отсутствие намерений исполнять сделку.

В обоснование своих требований истцы сослались на установленные судебными актами по делу А32-722/2017 обстоятельства отсутствия у общества и агрофирмы фактических правоотношений по договору контрактации и, следовательно, задолженности агрофирмы перед обществом по нему.

 

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к ошибочному выводу о об истечении срока исковой давности по требованиям о признании о признании недействительной сделки по зачету от 31.12.2015, заключенной между агрофирмой и обществом, с учетом того, что установил начало его течения для истцов с 09.01.2017.

Отказывая истцам в требовании о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания убытков в размере 23 473 816 рублей, суды обоснованно указали на то, что предъявленная к взысканию сумма представляет собой требование, направленное на погашению заёмного и вексельного долгов общества перед агрофирмой, а также на уплату им штрафных санкций (требование об обязании исполнить обязательства в натуре), а не последствием недействительности сделки зачета. Действующее законодательство не содержит в себе положений, позволяющих акционеру либо члену совета директоров акционерного общества  обращаться с подобного рода исками от имени самого акционерного общества к его неисправным контрагентам. Таким образом, выводы судов о том, что у Денисовой В.П. и Денисова Е.Р. отсутствует право на иск в части требования о взыскании с общества в пользу агрофирмы денежных средств в размере 23 473 816 рублей, является правильным. 

Суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал материалы дела, дал им надлежащую оценку, правильно применил нормы права и пришел к обоснованным выводам. У суда апелляционной инстанции отсутствовали правовые основания для отмены решения от 12.08.2019.

Неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального права является основанием к отмене постановления от 02.11.2019. 

Суд кассационной инстанции не установил нарушений при распределении расходов по государственной пошлине.

Руководствуясь статьями 274, 286 ? 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.11.2019 по делу № А32-1085/2019 отменить, решение Арбитражного суда Краснодарского края от 12.08.2019 оставить в силе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

 

Председательствующий                                                                                       Е.В. Артамкина 

Судьи                                                                                                                      В.В. Аваряскин

                                                                                                                                О.Л. Рассказов