Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-129642/2022

13 мая 2023 года

г.Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть решения объявлена  13 апреля 2023 года.

Полный текст решения изготовлен  13 мая 2023 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Душечкина А.И.,

при ведении протокола судебного заседания: секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

Общества с ограниченной ответственностью "ЖЕЛДОРЭКСПЕДИЦИЯ-Н" 

к ФИО2;   ФИО3  

о привлечении к субсидиарной ответственности, 

при участии:

от истца: ФИО4 (доверенность от 12.08.2022);

от ответчиком: не явились, извещены,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "ЖЕЛДОРЭКСПЕДИЦИЯ-Н" обратилось в Приморский районный суд Санкт-Петербурга с исковым заявлением к ФИО2; ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании солидарно в сумме 413 569,37 руб., а также расходы по оплате госпошлины.

Определением Приморского районный суд Санкт-Петербурга от 08.09.2021 дело передано по подсудности в Выборгский районного суда Санкт-Петербурга.

Решением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 12.04.2022 в удовлетворении исковых требований отказано.

Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 16.09.2022 спор передан на рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Определением от 10.01.2023 заявление принято к производству, назначены предварительное и основное судебные заседания на 16.03.2023.

         Определением от 16.03.2023 судебное разбирательство отложено на 13.04.2023. 

В судебном заседании 13.04.2023 истец поддержал требования. 

В настоящее судебное заседание ответчики, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, своих представителей не направили. Дело рассматривается в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в их отсутствие. 

Исследовав материалы дела, суд установил следующее.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 16.10.2017 по делу А40-117328/17-51-1081 с ООО «Каркас» в пользу ООО «ЖЕЛДОРЭКСПЕДИЦИЯ-Н» взыскан долг по договору хранения № 13-ОХ от 30.03.2015 года в размере 89 075 руб. 79 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 32 750 руб. 30 коп., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 402 руб.

26.01.2018г. Девятым арбитражным апелляционным судом решение Арбитражного суда г. Москвы вынесенное по делу А40-117328/17-51-1081 отменено, взыскано с ООО «Каркас» в пользу ООО «ЖелДорЭкспедиция» задолженность по договорам хранения № 13-ОХ от 30.012015 и № 13-ОХ от 01.01.2016 в размере 336 000 руб. 70 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 42 698 руб. 74 коп. и расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 413 руб.

05.02.2018 г. Девятым арбитражным апелляционным судом вынесено определение по делу А40-117328/17-51-1081 об исправлении опечатки, вместо слов ООО «ЖелДорЭкспедиция» следует считать ООО «ЖЕЛДОРЭКСПЕДИЦИЯ-Н».

19.06.2018г. Арбитражным судом города Москвы вынесено определение по делу А40-117328/17-51-1081 о взыскании судебных расходов с ООО «Каркас» в пользу 000«ЖЕЛДОРЭКСПЕДИЦИЯ-Н» в размере 21 456,93 руб.

Общая задолженность ООО «КАРКАС» перед ООО «ЖЕЛДОРЭКСПЕДИЦИЯ-Н» составила  413 569, 37 руб.

27.06.2018г. Петроградским РОСП г.Санкт-Петербурга было возбуждено исполнительное производство №80385/18/78014-ИП на основании исполнительного листа ФС 024509313 в отношении ООО «Каркас» о взыскании с должника в пользу ООО «ЖЕЛДОЭКСПЕДИЦИЯ-Н» денежных средств в размере 392 112,44 руб.

13.08.2018г. Петроградским РОСП г.Санкт-Петербурга было возбуждено исполнительное производство №93318/18/78014-ИП на основании исполнительного листа ФС 024561331 в отношении ООО «Каркас» о взыскании с должника в пользу ООО «ЖЕЛДОЭКСПЕДИЦИЯ-Н» денежных средств в размере 21 456,93 руб.

13.11.2019г. исполнительное производство № 93318/18/78014-ИП было окончено Петроградское РОСП г.Санкт-Петербурга на основании п.3 ч.1 ст.46 ФЗ «Об исполнительном производстве», в связи с невозможностью установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях, за исключением случаев, когда настоящим Федеральным законом предусмотрен розыск должника или его имущества;

Согласно информации из банка данных исполнительных производств, расположенной в сети «интернет» на сайте ФССП России, в отношении ООО «Каркас» Петроградским РОСП по г.Санкт-Петербургу и Восточный ОСП Приморского района г.Санкт-Петербурга были возбуждены и окончены ещё 10 исполнительных производств в отношении задолженности по налогам и сборам, все вышеуказанные исполнительные производства были окончены п.3 и п.4 ч. 1 ст.46 ФЗ «Об исполнительном производстве».

09.12.2020г. МИФНС № 15 по г.Санкт-Петербургу в ЕГРЮЛ ООО «Каркас» внесена запись о недостоверности сведений.

14.10.2020г. МИФНС №15 по г.Санкт-Петербургу приняло решение о предстоящем исключении ООО «Каркас» из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

01.02.2021 г. МИФНС № 15 по г.Санкт-Петербургу деятельность ООО «Каркас», была прекращена в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании ст.21.1. Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Согласно выписке из ЕГРЮЛ от 26.07.2017г. Генеральным директором ООО «Каркас» с 21.04.2009г. являлся ФИО2, он же с 12.10.2012г. являлся участником общества с долей 100%.

Согласно выписке ЕГРЮЛ от 01.03.2021г. с 05.07.2018г. участником общества становится ФИО3 с долей 100%, с 13.07.2018г. является генеральным директором ООО «Каркас».

По мнению истца, ФИО2 осуществляя деятельность ООО «Каркас» не исполнил надлежащим образом требования федерального закона о предоставлении достоверных сведений об учредителе должника, что повлекло ликвидацию деятельности  должника, ФИО3, будучи генеральным директором и участником ООО «Каркас» в 2018 году не исполнила требования законодательства  и не обратилась с заявлением о банкротстве.

          Истец считает, что ФИО2 и ФИО3 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам исключенного из ЕГРЮЛ должника, в связи с чем истец обратился в суд с настоящим иском. 

         В соответствии с пунктом 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что юридическими лицами могут быть организации, преследующие извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности (коммерческие организации) либо не имеющие извлечение прибыли в качестве такой цели и не распределяющие полученную прибыль между участниками (некоммерческие организации). 

Юридические лица, являющиеся коммерческими организациями, могут создаваться в организационно-правовых формах хозяйственных товариществ и обществ, крестьянских (фермерских) хозяйств, хозяйственных партнерств, производственных кооперативов, государственных и муниципальных унитарных предприятий (пункт 2 статьи 50 ГК РФ). 

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. 

В силу положений пункта 2 статьи 56 ГК РФ учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или другим законом. 

Аналогичные положения содержатся и в пункте 1 статьи 87 ГК РФ, пункте 1 статьи 2 Закона об обществах с ограниченной ответственностью. 

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 статьи 53.1 ГК РФ, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ). 

Пунктом 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью (пункт 3.1 введен Федеральным законом от 28.12.2016 N 488-ФЗ) установлено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества. 

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц. 

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением. 

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред обществу и его кредиторам, и т.д. 

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации (ее участников, контролирующих лиц), гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны указанных лиц в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные исключительные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности его руководителя (членов коллегиальных органов управления, лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица). 

Из буквального толкования пункта 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью следует, что необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на вышеуказанных лиц является наличие причинно-следственной связи между их неразумными и недобросовестными действиями и невозможностью исполнения обязательств общества перед его кредиторами. 

Ответственность руководителя (иного контролирующего лица) перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц. 

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность. 

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий руководителя (контролирующего общество лица) возлагается на лицо, требующее привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности, в данном случае на истца. 

В качестве основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица истец указывает на то, что Товарищество исключено из ЕГРЮЛ на основании пункта 5 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон N 129-ФЗ).

Из материалов дела следует, что 01.02.2021 ООО «Каркас» прекратило деятельность (способ прекращения - исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

Наличие в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений о юридическом лице влечет для него определенные действующим законодательством юридические последствия. В частности, подпунктом "б" пункта 5 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ предусмотрено применение предусмотренного настоящей статьей порядка исключения юридического лица из ЕГРЮЛ в случае наличия в государственном реестре сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи. 

Истец указывает, что ответчик, как участник и руководитель ООО «Каркас», не предпринял никаких мер, направленных на предотвращение исключения ООО «Каркас» из ЕГРЮЛ в административном порядке и на возбуждение при наличии у него намерений прекратить деятельность процедур ликвидации, в ходе которых в наибольшей степени обеспечиваются права кредиторов, что по мнению истца, указывает на недобросовестность и противоправность действий. 

Вместе с тем, исключение из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица регистрирующим органом и непогашение задолженности, подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика в неуплате долга при отсутствии доказательств, подтверждающих недобросовестное и неразумное поведение, повлекшее такую неуплату.

Субсидиарная ответственность руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица (глава Ш.2 Закона о банкротстве), возмещение убытков в силу статьи 1064 ГК РФ (как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, отраженной в определении от 05.03.2019 N 305-ЭС18-15540), противоправное поведение (в частности, умышленный обман контрагента) лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, или иного представителя, повлекшее причинение вреда третьим лицам, может рассматриваться в качестве самостоятельного состава деликта по смыслу статьи 1064 ГК РФ.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя и причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

При оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица - руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Между тем, соответствующих обстоятельств арбитражным судом не установлено и истцом не доказано.

Доказательства того, что ответчик действовал недобросовестно и неразумно, предпринимал меры к уклонению от исполнения принятого в пользу истца судебного решения, в материалах дела отсутствуют.

При таких обстоятельствах при недоказанности совокупности условий, позволяющих привлечь лицо к ответственности, а именно отсутствие причинно-следственной связи между вменяемым бездействием лица и последствиями -неисполнение ООО «Каркас» обязательств перед кредитором-истцом, оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам перед истцом не имеется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 399 ГК РФ до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

В силу пункта 2 статьи 399 ГК РФ кредитор не вправе требовать удовлетворения своего требования к основному должнику от лица, несущего субсидиарную ответственность, если это требование может быть удовлетворено путем зачета встречного требования к основному должнику либо бесспорного взыскания средств с основного должника.

Субсидиарная ответственность является дополнительной к ответственности лица, являющегося основным должником; при предъявлении требований к субсидиарному поручителю, кредитор должен доказать факт обращения к должнику и его отказ от исполнения обязательства, а также невозможность бесспорного взыскания средств с основного должника.

Порядок исключения регистрирующим органом юридического лица из ЕГРЮЛ установлен статьей 21.1 Закона N 129-ФЗ.

Пунктом 3 названной статьи предусмотрено, что решение о предстоящем исключении должно быть опубликовано в органах печати, в которых публикуются данные о государственной регистрации юридического лица, в течение трех дней с момента принятия такого решения.

Одновременно с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее - заявления), с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления.

Согласно пункту 4 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ заявления должны быть мотивированными и могут быть направлены или представлены по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, в срок не позднее чем три месяца со дня опубликования решения о предстоящем исключении.

Эти заявления могут быть направлены или представлены в регистрирующий орган способами, указанными в пункте 6 статьи 9 названного Федерального закона. В таком случае решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается.

Согласно пункту 7 статьи 22 Закона N 129-ФЗ, если в течение срока, предусмотренного пунктом 4 статьи 21.1 названного Федерального закона, заявления не направлены, регистрирующий орган исключает недействующее юридическое лицо из ЕГРЮЛ путем внесения в него соответствующей записи.

Доказательств того, что истцом были предприняты меры к уведомлению налогового органа, вынесшего решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ, о наличии долга у данного юридического лица, наличии судебного акта о его взыскании и отсутствии его исполнения в период после опубликования решения о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ до истечения срока возможного предъявления данных требований, в материалы дела не представлено.

В соответствии с частью 1 статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" 

Руководствуясь статьями 110, 167 - 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

В иске отказать. 

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья Душечкина А.И.