ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

672000, Чита, ул. Ленина, 100б

http://4aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Чита        Дело № А19-18199/2018

«21» мая 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 мая 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 мая 2019 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Басаева Д.В.,

судей: Желтоухова Е.В., Сидоренко В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании представителя общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Высота» ФИО2 (доверенность от 10.07.2018), 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Высота» на решение Арбитражного суда Иркутской области от 1 марта 2019 года по делу № А19-18199/2018 (суд первой инстанции – ФИО3),

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО4 (ОГРНИП 317385000006211, ИНН 

<

***>, далее – истец, ИП ФИО4) обратился в Арбитражный суд Иркутской области с исковым заявлением, уточненным в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к обществу с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Высота» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – общество, ответчик) о взыскании 549 249 руб. 53 коп., из них: 427 249 руб. 53 коп. причиненные убытки, 22 000 руб. 00 коп. - расходы за проведение экспертизы, 100 000 руб. 00 коп., - сумма уплаченной арендной платы за период февраль, март 2018 года, 30 000 руб. 00 коп. - расходы на оплату услуг представителя, а также расходы по оплате государственной пошлины в сумме 13 985 руб. 00 коп.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельного требования относительно предмета спора - индивидуальный предприниматель ФИО5 (ОГРНИП 316385000134052, ИНН 

<

***>).

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 1 марта 2019 года по делу № А19-18199/2018 исковые требования удовлетворены.

С общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания "Высота" в пользу индивидуального предпринимателя ФИО4 взыскано 549 249 руб. 53 коп. убытков, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 984 руб. 99 коп.

Заявление истца о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя в сумме 30 000 руб. 00 коп. суд определил рассмотреть в отдельном судебном заседании.

Общество обратилось в суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемый судебный акт в полном объеме по мотивам, изложенным в жалобе.

Апеллянт в апелляционной жалобе ссылается на то, что истец не предоставил доказательств понесённых расходов по ремонту арендованного помещения, как до аварии, так и после.

Апеллянт указал, что судом первой инстанции надлежащим образом не проверено заявление ответчика о фальсификации доказательств, а именно об исключении строительно-технического заключения эксперта № 15/18 и локального ресурсного сметного расчета (приложения к договору подряда № 011/01 от 05.02.2017 года).

По мнению заявителя жалобы, решение суда не содержит мотивов, по которым суд отверг представленные ответчиком доказательства.

ИП ФИО4 отзыв на апелляционную жалобу не представил.

Информация о времени и месте судебного заседания по апелляционной жалобе размещена на официальном сайте апелляционного суда в сети "Интернет 16.04.2019. Таким образом, о месте и времени судебного заседания лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 АПК РФ.

ИП ФИО4, ИП ФИО5 явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили. Руководствуясь частью 3 статьи 156, частью 1 статьи 123 АПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.

Дело рассматривается в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив соблюдение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, заслушав пояснения представителя ответчика, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, между индивидуальным предпринимателем ФИО5 и индивидуальным предпринимателем ФИО4 заключен договор аренды нежилого помещения, расположенное по адресу: 

<

...>.

Техническое обслуживание и обеспечение надлежащего состояния коммунальных сетей МКД в котором расположено спорное нежилое помещение осуществляет ООО Управляющая компания "Высота".

09.02.2018 года спорное нежилое помещение было затоплено по причине некачественной заглушки на общедомовом канализационном стояке, что подтверждается актом, подписанном представителями управляющей компании.

В результате произошедшего затопления имуществу индивидуального предпринимателя ФИО4 причинены убытки в общей сумме 549 249 руб. 53 коп., в том числе, материальный ущерб в виде пришедшего негодность ремонта помещения, стоимости арендной платы за простой помещения, расходы на заключение экспертизы.

Истцом в адрес ответчика направлена претензия с требование о возмещении ущерба. Вместе с тем, претензия оставлена ответчиком без удовлетворения.

Вышеперечисленные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с иском о принудительном взыскании убытков.

Суд первой инстанции, оценив доводы и возражения сторон, а также доказательства, представленные сторонами в обоснование своих требований и возражений, в соответствии со статьёй 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на предмет их относимости, допустимости, достоверности в отдельности, а также достаточности и взаимной связи в их совокупности, на основе правильного установления фактических обстоятельств по делу, верного применения норм материального и процессуального права сделал обоснованный вывод о наличии оснований для удовлетворения исковых требований.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ИП ФИО5 принадлежит на праве собственности нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...> площадью 664,4 кв.м.

02.02.2017 года между индивидуальным предпринимателем ФИО5 и индивидуальным предпринимателем ФИО4 заключен предварительный договор аренды нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...> с указанием предварительной площади отделяемого помещения 290 кв.м. После разделения площадь спорного помещения составила 317,9 кв.м.

20.03.2017 года между индивидуальным предпринимателем ФИО5 (арендодатель) и индивидуальным предпринимателем ФИО4 (арендатор) заключен договор аренды нежилого помещения, согласно условиям которого арендодатель передает, а арендатор принимает во временное возмездное пользование нежилое помещение, общей площадью 317,9 кв.м. расположенное по адресу: 

<

...> (п. 1.1. договора).

Таким образом, в материалы дела представлено два договора аренды спорного нежилого помещения. Вместе с тем, при наличии двух договоров от разных дат у сторон отсутствует спор относительно того факта, что истец арендовал спорное помещение у третьего лица в заявленном периоде (февраль, март 2018 года). Данный факт, в том числе подтверждает третье лицо в письменных пояснениях от 22.02.2019 года (т. 2 л.д. 121).

Арендная плата за помещение 220,2 руб./м2 в месяц, что составляет 70 000 руб. в месяц. Арендную плату арендатор оплачивает с 01.05.2017 года (п. 3.1. договора от 20.03.2017 года).

Срок внесения платы по договору устанавливается до 30 числа месяца, предшествующего расчетному (п. 3.2. договора от 20.03.2017 года).

Согласно п. 3.4. договора оплату за жилищно-коммунальные услуги ежемесячно оплачивает арендатор в управляющую компанию до 10 числа месяца, следующего за расчетными.

Договор вступает в силу с момента его подписания (п. 4.1. договора), заключен сроком на 5 лет с момента его подписания (п. 4.2. договора от 20.03.2017 года).

09.02.2018 года спорное нежилое помещение было затоплено по причине некачественной заглушки на общедомовом канализационном стояке, что подтверждается актом по затоплению офиса «Квест комната» по адресу ул. Красноярская, д. 57 от 08.02.2018 года, подписанном представителями управляющей компании.

В результате произошедшего затопления имуществу индивидуального предпринимателя ФИО4 причинен ущерб в сумме 549 249 руб. 53 коп.

В качестве указанных убытков истцом заявлены следующие суммы: расходы на ремонт помещения, результат которого пришел в негодность в результате затопления - 427 249 руб. 53 коп., расходы за проведение независимой экспертизы, проведенной истцом в целях установления факта и размера причиненного ущерба, 100 000 руб. 00 коп., - сумма уплаченной арендной платы за пришедшее в негодность помещение за период февраль, март 2018 года.

Ответчик факт того, что общество является управляющей организацией по отношению к спорному МКД в цокольном этаже которого расположено спорное нежилое помещение в ходе судебного разбирательства не оспаривал, вместе с тем, указывал, что затопление произошло не по его вине, кроме того, между управляющей компанией и истцом отсутствуют договорные отношения, следовательно, управляющая компания не может быть признана лицом, ответственным за несение спорных убытков.

Согласно данным сайта Реформа ЖКХ (https://www.reformagkh.ru) содержание и ремонт общего имущества спорного нежилого помещения находится в ведении общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания "Высота".

Обществу с ограниченной ответственностью Управляющая компания "Высота" выдана лицензия №000069 от 24.04.2015 года на осуществление предпринимательской деятельности по управлению многоквартирным делом.

В силу п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии со ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В соответствии с ч. 1 ст. 161 Жилищного кодекса Российской Федерации управление многоквартирным домом должно обеспечивать благоприятные и безопасные условия проживания граждан, надлежащее содержание общего имущества в многоквартирном доме, решение вопросов пользования указанным имуществом, а также предоставление коммунальных услуг гражданам, проживающим в таком доме.

Согласно ч. 2.3 ст. 161 Жилищного кодекса Российской Федерации при управлении многоквартирным домом управляющей организацией она несет ответственность перед собственниками помещений в многоквартирном доме за оказание всех услуг и (или) выполнение работ, которые обеспечивают надлежащее содержание общего имущества в данном доме и качество которых должно соответствовать требованиям технических регламентов и установленных Правительством Российской Федерации Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, за предоставление коммунальных услуг в зависимости от уровня благоустройства данного дома, качество которых должно соответствовать требованиям установленных Правительством Российской Федерации Правил предоставления, приостановки и ограничения предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домах.

На основании ч. 2 ст. 162 Жилищного кодекса Российской Федерации по договору управления многоквартирным домом одна сторона (управляющая организация) по заданию другой стороны (собственников помещений в многоквартирном доме, органов управления товарищества собственников жилья, органов управления жилищного кооператива или органов управления иного специализированного потребительского кооператива, лица, указанного в п. 6 ч. 2 ст. 153 названного Кодекса, либо в случае, предусмотренном ч. 14 ст. 161 данного Кодекса, застройщика) в течение согласованного срока за плату обязуется выполнять работы и (или) оказывать услуги по управлению многоквартирным домом, оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества в таком доме, предоставлять коммунальные услуги собственникам помещений в таком доме и пользующимся помещениями в этом доме лицам, осуществлять иную направленную на достижение целей управления многоквартирным домом деятельность.

Требования и нормативы по содержанию и обслуживанию жилого фонда определены постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 года №491, утвердившим Правила содержания общего имущества в многоквартирном доме (далее - Правила № 491), а также Правилами и нормами технической эксплуатации жилищного фонда, утвержденных постановлением Государственного комитета Российской Федерации по строительству, жилищно-коммунальному комплексу от 27.09.2003 года №170 (далее - правила №170).

Пунктом 10 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утверждённых Постановлением Правительства Российской Федерации от 13 августа 2006 года №491 предусмотрено, что общее имущество должно содержаться в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации (в том числе о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения, техническом регулировании, защите прав потребителей) в состоянии, обеспечивающем: соблюдение характеристик надежности и безопасности многоквартирного дома; безопасность для жизни и здоровья граждан, сохранность имущества физических или юридических лиц, государственного, муниципального и иного имущества; соблюдение прав и законных интересов собственников помещений, а также иных лиц и др.

В соответствии с пунктом 11 Правил содержание общего имущества в зависимости от состава, конструктивных особенностей, степени физического износа и технического состояния общего имущества, а также в зависимости от геодезических и природно-климатических условий расположения многоквартирного дома включает в себя его осмотр, обеспечивающий своевременное выявление несоответствия состояния общего имущества требованиям законодательства Российской Федерации, угрозы безопасности жизни и здоровью граждан, а также текущий и капитальный ремонт, подготовку к сезонной эксплуатации.

Во втором абзаце пункта 5 Правил № 491 определено, что в состав общего имущества включается внутридомовая инженерная система водоотведения, состоящая из канализационных выпусков, фасонных частей (в том числе отводов, переходов, патрубков, ревизий, крестовин, тройников), стояков, заглушек, вытяжных труб, водосточных воронок, прочисток, ответвлений от стояков до первых стыковых соединений, а также другого оборудования, расположенного в этой системе.

Согласно пункту 5.8.3 Правил № 170 организации по обслуживанию жилищного фонда должны обеспечивать, в том числе, проведение профилактических работ (осмотры, наладка систем), планово-предупредительных ремонтов, устранение крупных дефектов в строительно-монтажных работах по монтажу систем канализации, устранение протечек, утечек, закупорок, засоров при некачественном монтаже санитарно¬технических систем, изучение слесарями-сантехниками систем канализации в натуре и по технической (проектной) документации, контроль за соблюдением нанимателями, собственниками и арендаторами правил пользования системами водопровода и канализации.

В пункте 5.8.7 Правил №170 предусмотрена обязанность организации по обслуживанию жилищного фонда проводить разъяснительную работу среди потребителей относительно правил пользования водопроводом и канализацией, приведенных в данном пункте, разъяснять потребителям обязанность соблюдать указанные правила.

Организации по обслуживанию жилищного фонда должны обеспечивать профилактическую прочистку сетей канализации в многонаселенных домах, как правило, не реже одного раза в три месяца (пункт 6.2.7 Правил №170).

Управляющие организации и лица, оказывающие услуги и выполняющие работы при непосредственном управлении многоквартирным домом, отвечают перед собственниками помещений за нарушение своих обязательств и несут ответственность за надлежащее содержание общего имущества в соответствии с законодательством Российской Федерации и договором (п. 42 Правил №491).

В силу ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав.

В соответствии с п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков по своей природе является универсальным способом защиты нарушенных гражданских прав и может применяться как в договорных, так и во внедоговорных отношениях независимо от того, предусмотрена ли законом такая возможность применительно к конкретной ситуации.

Истцом требование о взыскании убытков заявлено в связи с ненадлежащим исполнением управляющей организацией своих обязательств.

Вместе с тем для взыскания убытков истец обязан доказать совокупность обстоятельств, позволяющих применить такую ответственность: противоправность поведения должника (причинителя вреда), наличие убытков, их размер, причинно-следственную связь между действием (бездействием) лица, нарушившего обязательства (причинившего вред), и возникшими убытками. Причинная связь между фактом причинения убытков и действием (бездействием) лица, причинившего убытки, должна быть прямой (непосредственной).

Лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (п. 1 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В то же время п. 3 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации из данного правила установлено исключение в отношении лиц, действующих в рамках осуществления предпринимательской деятельности. Указанные лица несут ответственность за ненадлежащее исполнение обязательства при любых обстоятельствах, за исключением случаев, когда надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В соответствии с п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 года №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, сформулированным в абзаце четвертом п.12 Постановления от 23.06.2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности.

09.02.2018 года спорное нежилое помещение было затоплено по причине некачественной заглушки на общедомовом канализационном стояке, что подтверждается актом по затоплению офиса «Квест комната» по адресу ул. Красноярская, д. 57 от 08.02.2018 года, подписанном, в том числе, представителями управляющей компании.

Заглушка на общедомовом канализационном стояке, как было указано выше, является общим имуществом, бремя содержания которого, и как следствие - ответственность за ненадлежащее его содержание, должно нести общество с ограниченной ответственностью Управляющая компания "Высота".

При этом ответчик не отрицает факт нахождения в его ведении заглушки на общедомовом канализационном стояке вместе с тем, полагает, что засор произошел по вине граждан, проживающих в МКД.

В соответствии с ч.2 ст.9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

По общему правилу, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Однако такая обязанность не является безграничной. Если истец в подтверждение своих доводов приводит убедительные доказательства, а ответчик с ними не соглашается, не представляя документы, подтверждающие его позицию, то возложение на истца дополнительного бремени опровержения документально неподтвержденной позиции процессуального оппонента будет противоречить состязательному характеру судопроизводства (статьи 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что суд первой инстанции определениями от 29.08.2018, 26.09.2018 , 22.11.2018 , 19.12.2018 , 21.01.2019 неоднократно предлагал ответчику представить доказательства того, что спорные убытки возникли не по вине ответчика.

Ответчик данных доказательств в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил.

При этом как следует из пояснений истца и не оспорено ответчиком общедомовой канализационный стояк с установленной заглушкой, расположенный в арендуемом помещении, истцом не использовался и не мог использоваться, так как системы канализации в цокольном помещении к нему (спорное помещение) не присоединены, труба общедомового канализационного стояка оканчивается в помещении цоколя и не обладает для цокольного этажа никакой эксплуатационной значимостью.

Суд первой инстанции обоснованно отклонил довод ответчика о том, что от истца не поступали заявки о необходимости очистки или проведения иного ремонта канализационного стока как не имеющий правового значения, поскольку именно ответчик в силу взятых на себя обязательств должен обеспечивать сохранение общедомового имущества , в том числе выполнять работы по своевременному профилактическому осмотру канализационных стояков, выявлению неисправностей, исключающему возможность их засорения и как следствие причинение вреда имуществу собственников или иных лиц, правомерно использующих помещения многоквартирного дома.

Таким образом, суд первой инстанции пришел  правомерному выводу о том, что именно бездействие ответчика находятся в причинно-следственной связи с фактом затопления спорного помещения, и, как следствие - с возникшими на стороне истца убытками.

Рассматривая вопрос о факте, составе и размере понесенных убытков, суд первой инстанции правильно исходил из следующего.

Согласно п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Как следует из пункта 13 данного постановления при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 года №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 года №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», в силу пункта 5 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 года №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств; каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статьи 64 (часть 1), 65 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

Из заявления об уточнении исковых требований следует, что истец просил взыскать с ответчика убытки в сумме 549 249 руб. 53 коп. из них: 427 249 руб. 53 коп. причиненные убытки, 22 000 руб. 00 коп. - расходы за проведение экспертизы, 100 000 руб. 00 коп., - сумма уплаченной арендной платы за период февраль, март 2018 года.

Как указывалось выше, исходя из представленных суду пояснений и документов, суд первой инстанции с достоверностью установил, что 09.02.2018 года до этого используемое в коммерческих целях (организация услуг квест-комнаты) помещение было затоплено канализационными стоками и пришло в негодность для использования его по назначению. Указанное сторонами не оспаривается и подтверждается, в том числе, актом затопления, осмотром и фототаблицей, являющимися приложениями к заключению строительно-технического экспертного исследования №15/18., производимом, в том числе, с участием ФИО6, который является мастером участка ООО УК «Высота».

Ввиду невозможности использования нежилого помещения по его целевому назначению, фактическая коммерческая деятельность арендатора по извлечению прибыли была приостановлена, что в свою очередь повлекло к возникновению на его стороне дополнительных убытков выразившихся в уплате арендной платы за помещение в период, когда его целевое использование было невозможно, в связи с чем истцом заявлено требование о несении убытков в сумме 100 000 руб. составляющую сумму уплаченной арендной платы за период февраль, март 2018 года.

Так, согласно п. 3.1. договора от 20.03.2017 года арендная плата за помещение 220,2 руб./м2 в месяц, что составляет 70 000 руб. в месяц.

Суд первой инстанции обоснованно посчитал, что поскольку арендная плата за месяц составляет 70 000 руб. (данные обстоятельств лица, участвующие в деле не оспаривают), затопление произошло 09.02.2018 года, то истец имел право взыскать с ответчика убытки в размере 115 000 руб., исходя из фактического количества дней в феврале и марте, когда истец не имел возможности использовать помещение по назначению, однако истец заявил о взыскании 100 000 руб. 

Вместе с тем, учитывая, что арбитражный суд в силу статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ не вправе выйти за пределы исковых требований, суд первой инстанции пришел к выводу, что требование истца о взыскании убытков в виде уплаченной арендной платы за период февраль, март 2018 года подлежит удовлетворению в заявленном истцом размере - 100 000 руб. 00 коп. (в пределах заявленных требований).

При этом доводы ответчика о том, что истцом не представлены доказательства фактического несения данных расходов (платежные документы), суд первой инстанции обоснованно отклонил, поскольку под убытками следует понимать расходы, которые лицо понесло либо с неизбежностью вынуждено будет понести в будущем. Поскольку договор аренды с собственником помещения действовал и феврале и в марте 2018 года, с целевым назначением - под квест-комнату, указанное с неизбежностью порождает у арендатора обязательство по уплате арендных платежей.

В Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 года №7 разъяснено, что при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций полагают очевидным, что факт «простоя» квест-комнаты вызван указанным затоплением; истец, в силу объективных причин не имел возможности использовать помещение в предпринимательских (либо иных) целях, в связи с чем заявленные суммы арендной платы являются прямыми расходами истца.

Кроме того истец просил взыскать убытки которые он понес в связи с утратой результата произведенных в спорном помещении ремонтных работ.

Как следует из материалов дела и не оспаривается ответчиком и третьим лицом, изначально спорное помещение было сдано в аренду с «черновым» ремонтом.

В связи с чем, истец заключил с гражданином ФИО7 05.02.2017 года договор подряда №011/01 на выполнение отделочных работ.

Стоимость работ по договору ставила 2 120 843 руб.00 коп. (п. 2.1. договора).

Факт выполнения ремонтных работ подтверждается актом выполненных работ от 20.06.2017 года, согласно которому работы выполнены в полном объеме, претензий к качеству выполненных работ у заказчика отсутствует.

При этом факт осуществления истцом ремонтных работ в спорном помещении ответчик не оспорил.

Факт затопления спорного нежилого помещения 09.02.2018 года по причине некачественной заглушки на общедомовом канализационном стояке подтверждается актом по затоплению офиса «Квест комната» по адресу ул. Красноярская, д. 57 от 08.02.2018 года, подписанном представителями управляющей компании.

Как следует из пояснений истца, после затопления ремонт помещения в большей части пришел в негодность, в связи с чем 28.02.2018 года между Частным учреждением Научно специализированный центр экспертиз и исследований «Альфа» и индивидуальным предпринимателем ФИО4 заключен договор на проведение строительного-технического экспертного исследования.

По результатам проведения исследования Частное учреждение Научно специализированный центр экспертиз и исследований «Альфа» выдало истцу строительно-техническое экспертное исследование №15/18.В данном экспертном заключении отражены, в том числе, результаты работ по внутренней отделки (потолков, стен, полов, соответствующего покрытия, дверных стояков и т.п.), которые были повреждены в результате затопления.

Истец представил в материалы дела подробный расчет имущественного вреда причиненного в результате затопления нежилого помещения со ссылкой на локальный ресурсный сметный расчет к договору подряда №011/01 от 05.02.2017 года и заключение эксперта.

При этом, уточняя исковые требования в данной части, истцом заявлена общая стоимость данных убытков в размере 427 249 руб. 53 коп. Суд первой инстанции проверил данный расчет и установил, что он произведен истцом следующим образом: объемы и виды результатов работ, уничтоженных затоплением, установленные заключением эксперта умножены на расценки за единицу этих же работ, отраженным в локально-сметном расчете к договору подряда. Расчет судом проверен, признан верным и обоснованным, контр.расчет ответчиком суду не представлен.

Довод ответчика о том, что он не присутствовал при проведении осмотра 14.02.2018 года суд первой инстанции обоснованно отклонил, так как в акте осмотра содержится подпись свидетеля ФИО6, который является мастером участка ООО УК «Высота».

Ответчик не оспорил подпись, совершенную ФИО6 в акте осмотра от 14.02.2018 года, заявления о фальсификации представленного доказательства в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в данной части) не заявил.

При этом ответчик в ходе рассмотрения спора заявил ходатайство о фальсификации доказательств, а именно экспертного заключения, поскольку, по его утверждению, оно не соответствует требованиям закона, есть положения, которые не соответствуют действительности и присутствует искажение информации

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 19.12.2018 года в удовлетворении заявления и проведении по нему соответствующей проверки отказано, поскольку суд не нашел оснований для его принятия и проверки заявления о фальсификации доказательств в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса РФ, так как в заявлении ответчик, фактически не просил признать документы сфальсифицированными, а не соглашался с выводами эксперта изложенными в заключении, так как при исследовании эксперт применил СНиП, которые не подлежат применению, использованные экспертом фотографии в тексте заключения отнесены к разным помещениям.

Вместе с тем применительно к положениям ст.161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации фальсификация доказательств заключается в сознательном искажении представляемых доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл, или представления ложных сведений.

Обоснованность заявления о подложности (фальсификации) должна быть реализована на основе доводов, касающихся именно подлога (фальсификации), признанных судом убедительными.

То есть сторона, заявляющая о подложности (фальсификации) доказательства, должна иметь соответствующие доводы, подтверждающие обоснованность заявления, являющиеся необходимым условием для последующей его проверки судом.

В этом случае доводы в пользу фальсификации (подлога) доказательств касаются подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл и содержащих ложные сведения, а также создания новых доказательств.

Лицу, заявляющему о фальсификации доказательств, в заявлении о фальсификации необходимо указать обстоятельства, которые заставляют усомниться в подлинности доказательств либо содержащихся в них сведений, и сведения о том, в чем именно выражается фальсификация доказательства, поставленного под сомнение: в искажении формы (средства доказывания) либо информации, носителем которой является поставленное под сомнение доказательство.

Заявителем должно быть четко указано, в какой части доказательство подвергнуто фальсификации: сфальсифицирован один из реквизитов документа (дата, подпись), фальсификации подвергнуто содержание документа по причине подчисток, дописок в тексте либо доказательство содержит недостоверную информацию в отсутствие видимых дефектов.

Вместе с тем со стороны ответчика не представлено доводов и доказательств, обосновывающих фальсификацию представленных в материалы дела документов, а изложенные в заявлении о фальсификации доводы касаются несогласия с выводами экспертизы.

Ответчик в суде первой инстанции пояснил, что не оспаривает сам факт проведения такой экспертизы, подлинность подписи и печати эксперта и экспертной организации. Вместе с тем, полагает, что выводы эксперта основаны на недействующих нормативах; описание в исследовательской части глубины подтопления противоречит представленным фотографиям; некоторые фотографии отнесены экспертом в исследовательской части к разным комнатам (помещениям); считает, что данное доказательство должно быть исключено как не подтверждающее размер заявленного истцом ущерба.

Аналогичные пояснения дал суду апелляционной инстанции представитель ответчика.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что в рассматриваемом заявлении ответчик привел доводы, свидетельствующие о его несогласии с выводами экспертного заключения, но не приводит доводов и аргументов, подтверждающих именно их фальсификацию как доказательств.

Как следует из материалов дела, суд первой инстанции повторно уточнял у ответчика позицию относительно фальсификации спорного экспертного заключения, разъяснив возможность проверки, в случае заявления доводов о подделке доказательства, сомнений в подлинности подписей, печатей и т.д. Представитель ответчика пояснил, что не оспаривает факт составления данного заключения именно указанным в нем экспертным учреждением, именно тем экспертом; не ставит под сомнение подлинность подписи и печати, проставленных в заключении. Вместе с тем, полагает заключение недостоверным, по причинам, указанным выше, просит отнестись к нему критически.

Данные доводы также проверены судом, и отклонены, поскольку заключение мотивировано, полно, основано на подробном акте осмотра (осуществленного в присутствии представителем обеих сторон) и детальных фотографиях (факт достоверности которых никто не оспаривает). 

Суд, оценивая данное заключение, в совокупности с иными установленными по делу обстоятельствами, пришел к обоснованному выводу, что данный документ с достоверностью доказывает: факт затопления помещения, а также факт уничтожения (приведения) в негодность результатов работ, указанных в расчете истца.

Доводы ответчика о неправильном применении экспертом расценок, норм ГЭСН, СНИП при составлении локально-ресурсного расчета, не имеют правого значения для разрешения спора, поскольку истец, изменив основание заявленного требования, не просит взыскания расходов на восстановление состояния помещения (при исчислении которых указанные расценки применялись экспертом). Доводы о несоответствии ряда фотографий нумерации помещений, изложенных в исследовательской части, по мнению суда не влияют на вывод о доказанности обстоятельств указанных выше. Более того, выводы эксперта основаны не только (и не столько) на фотоснимках, сколько на непосредственно произведенном осмотре помещения.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отклоняет ссылки апеллянта на использование в локальном ресурсном сметном расчете техники, которая, по мнению ответчика, по объективным причинам не может быть использована при проведении ремонтных работ.

Действительно, в расчете используются нормативно предусмотренные виды техники (краны, подъемники). Однако, как усматривает суд, расчетное использование указанной техники рассматривается применительно к погрузочно-разгрузочным работам. Доказательств обратного ответчик суду не представил.

Суд первой инстанции определениями от 19.12.2018 , 21.01.2019 разъяснил ответчику его право в случае необходимости заявить ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы, в том числе, камеральной для опровержения заявленной истцом стоимости ущерба, а также, ремонта в спорном помещении.

Апелляционный суд исходит из того, что истец по делу об убытках должен с разумной степенью достоверности доказать как причинно-следственную связь между противоправными действиями причинителя и размер убытков. При этом именно на ответчике лежит бремя опровержения таких доказательств.

Вместе с тем ответчик соответствующего ходатайства не заявил, доказательств несения истцом расходов в меньшей сумме в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации суду не представил, несмотря на то, что суд предоставлял ему такую возможность.

Ответчик настаивал на скорейшем рассмотрении спора, о чем свидетельствует поданное им заявление об ускорении рассмотрения дела.

Факт уменьшения цены спорного помещения («Квест комнаты»), подтверждается договором купли-продажи квест-комнат от 01.08.2018 года, согласно которому стоимость переданного квеста составила 500 000 руб.

При этом доводы ответчика о том, что истцом не представлены доказательства фактического несения данных расходов (платежные документы об оплате ремонтных работ), суд первой инстанции обоснованно отклонил, поскольку, как указывалось выше, под убытками следует понимать расходы, которые лицо понесло либо с неизбежностью вынуждено будет понести в будущем. Поскольку работы по договору подряда произведены (что подтверждается договором, актом выполненных работ, фотографиями, самим фактом осуществления развлекательной деятельности в спорном помещении), между сторонами подписан без замечаний акт выполненных работ, указанное с неизбежностью порождает у истца обязательство по уплате выполненных работ.

Доводы ответчика о том, что стоимость некоторых работ завышена сторонами договора подряда, не имеет правового значения для разрешения спорна, поскольку указанные замечания не относятся к той части работ (стоимостью 427 249 руб. 53 коп. из 2 120 843 руб.00 коп.), в отношении результата которых заявлена спорная сумма убытков.

Истец просит взыскать в ответчика убытки в сумме 22 000 руб. 00 коп. составляющих расходы на проведения досудебной экспертизы.

Как было указано выше 28.02.2018 года между Частным учреждением Научно специализированный центр экспертиз и исследований «Альфа» и индивидуальным предпринимателем ФИО4 заключен договор на проведение строительного-технического экспертного исследования.

По результатам проведения исследования Частное учреждение Научно специализированный центр экспертиз и исследований «Альфа» выдало истцу строительно-техническое экспертное исследование №15/18.

Факт выполнения работ в рамках договора подтверждается актом выполненных работ от 13.03.2018 года, подписанного сторонами без замечаний.

Стоимость выполненных работ согласно п. 3.1. договора составляет 22 000 руб.

Указанное исследование инициировано и оплачено истцом исключительно в целях фиксации факта повреждения имущества и определения размера ущерба.

Учитывая требования гражданского законодательства и разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 года №7 о необходимости привести стороны обязательства в такое положение, в котором они бы находились в отсутствие факта нарушения права, и поскольку необходимость несения расходов на оплату данной экспертизы вызвана исключительно спорным фактом затопления помещения, суд первой инстанции посчитал обоснованным также и рассматриваемое требование. Как указано выше данное заключение (в части выводов о факте причинения и составе ущерба), в том числе, принято судом в качестве доказательства при разрешении настоящего спора. Стоимость экспертизы суд посчитал разумной и обоснованной, доказательств обратного не представлено.

При этом, в материалах дела отсутствуют доказательства расходов на заявленную сумму (оплаты выполненных работ в сумме 22 000 руб.), вместе с тем, как указывалось выше, под убытками следует понимать расходы, которые лицо понесло либо с неизбежностью вынуждено будет понести в будущем. Поскольку работы по договору на проведение строительного-технического экспертного исследования от 28.02.2018 года выполнены Частным учреждением Научно специализированный центр экспертиз и исследований «Альфа» и приняты истцом (что подтверждается договором, актом выполненных работ, самим экспертным исследованием, представленным в материалы дела), между сторонами подписан без замечаний акт выполненных работ, указанное с неизбежностью порождает у истца обязательство по уплате выполненных работ.

Таким образом, указанные расходы также находятся в причинно-следственной связи с бездействием ответчика и возникли в связи с ненадлежащим исполнением ответчиком своих обязательств, а следовательно подлежат удовлетворению в полном объеме.

На основании изложенного апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что требование истца о взыскании с ответчика убытков в сумме 549 249 руб. 53 коп. из которых: 427 249 руб. 53 коп. причиненные убытки, 22 000 руб. 00 коп. - расходы за проведение экспертизы, 100 000 руб. 00 коп.- сумма уплаченной арендной платы за период февраль, март 2018 года, являются обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Таким образом, иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, подлежат отклонению, поскольку не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, либо влияли на обоснованность и законность оспариваемого решения суда, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы, свидетельствуют не о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а о несогласии заявителя жалобы с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом доказательств.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Четвертый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 1 марта 2019 года по делу № А19-18199/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд первой инстанции в срок, не превышающий двух месяцев с даты принятия.

ПредседательствующийД.В. Басаев

СудьиЕ.В. Желтоухов

В.А. Сидоренко