ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-27518/2023

г. Саратов

22 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2024 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Антоновой О. И.,

судей Волковой Т. В., Заграничного И. М.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Сариевой Г. У.,

рассмотрев в открытом судебном онлайн-заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью ПКФ «ЭнергоКомплект» на решение Арбитражного суда Саратовской области от 07 февраля 2024 года по делу № А57-27518/2023 

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью ПКФ «ЭнергоКомплект» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к акционерному обществу «Концерн «Росэнергоатом» в лице филиала АО «Концерн «Росэнергоатом» «Балаковская атомная станция» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ПАО «Совкомбанк», г. Кострома, 

о взыскании неосновательного обогащения,

при участии в судебном заседании:

- от ООО ПКФ «ЭнергоКомплект» представитель ФИО1 по доверенности б/н от 11.01.2024,

- от АО «Концерн «Росэнергоатом» в лице филиала АО «Концерн «Росэнергоатом» «Балаковская атомная станция» представитель ФИО2 по доверенности от 26.11.2021, выданной сроком до 31.12.2025,  

 

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области обратилось общество с ограниченной ответственностью ПКФ «ЭнергоКомплект» (далее – ООО ПКФ «ЭнергоКомплект», истец) к акционерному обществу «Концерн «Росэнергоатом» в лице филиала АО «Концерн «Росэнергоатом» «Балаковская атомная станция» (далее - АО «Концерн «Росэнергоатом», ответчик) с исковым заявлением о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 549 529,07 руб. и расходов по уплате государственной пошлины в размере 28 495 руб.  

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 07.02.2024 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Саратовской области от 07.02.2024 отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, предусмотренным статьями 258, 266-271 АПК РФ.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд считает, что судебный акт не подлежит отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 29.06.2021 г. между ООО ПКФ «ЭнергоКомплект» (поставщик) и АО «Концерн Росэнергоатом» (заказчик) заключен договор № 9/163973-Д/9Ф01070701-3-01, предметом которого является поставка электродвигателей типа ДВДА2235/104-20-24УХЛЗ в количестве 2 шт. в сроки, согласно условиям Спецификации (Приложение №1) на общую сумму 117 388 565,26 руб.  

В соответствии с пунктом 1.2 договора поставка продукции осуществляется по адресу местонахождения филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Балаковская атомная станция».   

Согласно Спецификации к договору срок поставки продукции: с 01.12.2021 г. по 10.12.2021 г. 

Истец отгрузил в адрес ответчика продукцию в полном объеме на сумму 117 388 565,26 руб., что подтверждается универсальными передаточными документами №11 от 24.12.2021 г. (дата принятия продукции - 13.01.2022 г.), №1 от 04.02.2021 г. (дата принятия продукции - 16.02.2022 г.). 

В связи с нарушением срока поставки продукции ответчиком была направлена в адрес истца претензия № 9/240/2022 от 25.03.2022 г. с требованием об оплате суммы неустойки в размере 2 993 408,41 руб. 

В ответе № 042 от 13.04.2022 г. истец выразил свое несогласие с размером начисленной истцом неустойки. 

В соответствии с пунктом 7.2.3 договора обязательства истца были обеспечены банковской гарантией ПАО «Совкомбанк» № 2108290 от 26.01.2022 г. 

На основании требования ответчика, ПАО «Совкомбанк» была выплачена в пользу ответчика банковская гарантия на сумму 2 993 408,41 руб., что подтверждается списанием со счета истца денежных средств по банковскому ордеру ПАО «Совкомбанк» № 39158 от 23.05.2022 г. 

Истец считает, что полученная ответчиком неустойка за нарушение сроков поставки продукции в сумме 2 993 408,41 руб. начислена с нарушением условий договора поставки и не отвечает принципу соразмерности неустойки, последствиям нарушения обязательства и обеспечения баланса интересов сторон. 

Истец указывает, что в период исполнения договора поставки в целях борьбы с распространением новой коронавирусной инфекции и обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории РФ и Свердловской области Указом Президента РФ от 20.10.2021 № 595 «Об установлении на территории РФ нерабочих дней в октябре - ноябре 2021 г.» были установлены нерабочие дни с 30.10.2021 по 07.11.2021 (9 календарных дней). 

Установление на территории Свердловской области нерабочих дней с 30.10.2021 по 07.11.2021 было предусмотрено Указом Губернатора Свердловской области от 18.03.2020 № 100-УГ «О введении на территории Свердловской области режима повышенной готовности и принятии дополнительных мер по защите населения от новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV)» (с изменениями, внесенными Указами Губернатора Свердловской области от 22.10.2021 № 613-УГ, от 27.10.2021 № 616-УГ). 

Истец, а также изготовитель продукции - АО «Уралгидромаш» (п. 1.6. договора поставки) осуществляют ведение хозяйственной деятельности на территории Свердловской области.  

Истец полагает, что в соответствии с разделом 8 договора истец освобождается от ответственности за нарушение срока поставки продукции на срок 9 (девять) календарных дней ввиду наличия обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажор).  

В связи с изложенным, по мнению истца, срок поставки продукции должен быть перенесен на 9 (девять) календарных дней и истекать 20.12.2021 г. и неустойка за нарушение сроков поставки может начисляться не ранее, чем с 21.12.2021 г. 

Также, по мнению истца, предъявленный ответчиком размер неустойки явно несоразмерен последствиям нарушения обязательства и подлежит уменьшению на основании статьи 333 ГК РФ, в силу следующего.

Как указывает истец, из анализа положений ЕОСЗ следует, что в ходе процедуры закупки при заключении договора поставки не предусмотрена возможность изменения стороной поставщика условий о размерах неустойки, предусмотренных проектом договора, и истец при заключении договора не мог повлиять на содержание условий договора о размерах неустойки. 

При этом в нарушение принципов гражданского законодательства стороны договора поставки поставлены не в равное положение, поскольку для сторон установлен разный размер ответственности за нарушение условий договора. 

Так, пунктом 9.1 договора поставки предусмотрена ответственность для поставщика за нарушение сроков исполнения обязательств по поставке продукции в виде неустойки в размере 0,05% от стоимости недопоставленной продукции за каждый день просрочки, но не более 10% от цены договора. 

Пунктом 9.2 договора поставки предусмотрена ответственность для покупателя за нарушение сроков исполнения обязательств по оплате продукции в виде неустойки в размере 0,03% от суммы, оплата которой просрочена за каждый день просрочки, но не более 10% от цены договора. 

Таким образом, для истца ответственность (неустойка) установлена в 1,67 больше, чем ответственность за неисполнение корреспондирующей обязанности ответчика. 

Истец настаивает, что в целях обеспечения соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства и обеспечения баланса интересов сторон неустойка за нарушение сроков поставки продукции, подлежащая уплате истцом, должна быть рассчитана с учетом размера имущественной ответственности, установленной договором поставки для ответчика (0,03% в день от стоимости неисполненного обязательства). 

Истец полагает, что излишне начисленная ответчиком неустойка является неосновательным обогащением ответчика.

В иске истцом представлен расчет суммы излишне взысканной нестойки:

 

СТОИМОСТЬ Продукции, руб. 

Период просрочк

и 

Формула 

Неустойка, руб. 

с 

по 

дней 

58 694 282,63 

21.12.2021 

13.01.2022 

24 

58 694 282,63 * 24 х 0.03% 

422 598,83 

58 694 282,63 

21.12.2021 

16.02.2022 

58 

344 077,20x21 х 0.03% 

1 021 280,51 

 

Итого: 

1 443 879,34 

 

Таким образом, размер неосновательного обогащения ответчика, по мнению истца, составляет: 2 993 408,41 руб. - 1 443 879,34 руб. = 1 549 529,07 руб. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с заявленными требованиями.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении исковых требований, правомерно руководствовался следующим.

Как следует из положений статьи 329 ГК РФ, независимая гарантия является одним из способов обеспечения исполнения обязательства. 

Банковская гарантия является одним из видов независимой гарантии. 

Сумма независимой гарантии предназначается к покрытию убытков, штрафных санкций, вызванных ненадлежащим исполнением истцом своих обязательств. 

Институт банковской гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар) полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых выдано обеспечение, наступили. 

Таким  образом, практический смысл независимой гарантии сводится к тому, чтобы стимулировать поставщика добросовестно и надлежащим образом исполнять свои обязанности по договору и обеспечить имущественную защиту интересов покупателя при неисполнении поставщиком своих обязательств. 

В силу положений статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются. 

Согласно пункту 1 статьи 330 ГК РФ, неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. 

В силу статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. 

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что задержка изготовления и поставки оборудования была вызвана длительным согласованием технической документации со стороны покупателя и иных лиц, указанных в договоре, в подтверждение чего представил переписку сторон. 

Нормативная база, регулирующая систему закупок в атомной отрасли, основана на Федеральном Законе «О закупках товаров, работ и услуг отдельными видами юридических лиц» от 18.07.2011 № 223-ФЗ (далее – Закон о закупках). 

Согласно части 1 статьи 2 Закона о закупках, при  участии в закупке заказчики руководствуются, в том числе, принятыми в соответствии с ним и утвержденными с учетом положений части 3 статьи 2 Закона о закупках правовыми актами, регламентирующими правила закупки. 

Правила закупки на предприятиях ГК «Росатом» регламентирует ЕОСЗ, утвержденный решением наблюдательного совета Госкорпорации «Росатом». 

Учитывая, что на электронной торговой площадке было опубликовано извещение о проведении закупки и документация по предмету закупки, суд первой инстанции обоснованно отметил, что истцу до подачи заявки на участие в закупке было известно о требованиях закупочной документации. 

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что при принятии решения об участии в процедуре закупки истец не усматривал в положениях закупочной документации условий, нарушающих его права и законные интересы, связанные с участием в закупке. 

Истец добровольно принял участие в закупочной процедуре на право заключения договора на поставку продукции, все условия (в том числе, условия поставки и ответственность) заключаемого договора оговаривались в закупочной документации. 

На участие в закупке истцом добровольно, в числе других участников, была подана заявка, в которой он сообщал, что «в случае признания нас победителем закупки, при поступлении в наш адрес предложения о заключении договора, мы берем на себя следующие обязательства: подписать со своей стороны договор в соответствии с требованиями закупочной документации и условиями нашей заявки на участие в закупке...». 

В техническом предложении (приложение к заявке истца) истец был согласен выполнить полностью все требования по поставке продукции. 

Каких-либо обжалований со стороны истца условий закупочной процедуры не производилось, хотя еще в процессе заключения договора у ответчика была возможность обжаловать закупочную документацию. 

Ответственность, порядок приемки продукции и ее оплата, указанные в договоре, установлены по взаимному соглашению сторон и стороны были свободны в согласовании условий заключенного договора (ст. 1, 9, 421 ГК РФ). 

Как верно отметил суд первой инстанции, подписывая договор с определенными условиями, истец согласился с ними, следовательно, принял на себя обязательства, которые должен исполнить. 

Вышеуказанный, согласованный сторонами договор (п. 14.1) предусматривает, что «все изменения и дополнения к настоящему договору (в том числе изменение спецификаций, изготовителей продукции, общей стоимости, сроков поставки и др.) оформляются дополнительным соглашением за подписью и печатями обеих сторон». 

Доказательств, свидетельствующих о том, что истец предпринимал меры в соответствии с положениями ГК РФ по изменению условий договора, материалы дела не содержат.

Оснований полагать, что истец в рассматриваемой сделке выступал в качестве, так называемой «слабой стороны», лишенной возможности повлиять на редакцию подписанного договора, - не имеется. 

Нарушений норм действующего законодательства при заключении договора судом первой инстанции не установлено. 

Учитывая, что продукция поставлена истцом с нарушением сроков поставки, что не оспаривается истцом, в силу пункта 10.1 договора поставщик обязан выплатить покупателю штрафную неустойку в размере 0,05% (пять сотых процента) от стоимости продукции, поставленной с просрочкой, за каждый день просрочки, начиная с первого дня просрочки. 

Сумма неустойки составила 2 993 408, 41 руб. 

В соответствии с пунктом 7.10 договора сумма обеспечения, предусмотренная банковской гарантией, может быть истребована покупателем в случае нарушения поставщиком условий договора. 

В качестве обеспечения исполнения обязательств по договору поставщик предоставил выданную ПАО «Совкомбанк» (гарант) банковскую гарантию от 26.01.2022 № 2108290 сроком действия по 16.05.2022 включительно. 

Согласно условиям представленной банковской             гарантии бенефициар вправе истребовать             денежную сумму в размере 5 869 428,26 руб. в случае неисполнения/ненадлежащего исполнения принципалом своих обязательств перед бенефициаром, в том числе обязательств по уплате штрафных санкций, наступающих в случае нарушения договорных обязательств. 

Условиями договора и банковской гарантии установлено право АО «Концерн Росэнергоатом» взыскивать с ООО ПКФ «Энергокомплект» штрафную неустойку во внесудебном порядке. 

Банковская гарантия является мерой, направленной на защиту покупателя от возможных недобросовестных действий со стороны поставщика, с которым заключен договор. 

В рассматриваемом случае, воспользовавшись своим правом, АО «Концерн Росэнергоатом» филиал Балаковская атомная станция направил требование о выплате денежных средств по банковской гарантии на сумму в размере 2 993 408, 41 руб., в адрес ПАО «Совкомбанк», которое было удовлетворено. 

Довод истца о наличии обстоятельств непреодолимой силы, вызванных принятием мер по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории РФ в связи с распространением повой коронавирусной инфекции (COVID-19), из-за которых был нарушен срок поставки продукции, а также довод о том, что истец освобождается от ответственности за нарушение срока поставки продукции на 9 (девять) календарных дней ввиду наличия обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажор), судом первой инстанции был обоснованно отклонен с учетом правовой позиции, изложенной в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020, и разъяснений, изложенных в пункте 9 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств".

Как верно отметил суд первой инстанции, договор был заключен сторонами в июне 2021 года, в то время как ограничительные меры по распространению новой коронавирусной инфекции уже действовали более одного года. 

При этом прямого указания на то, что распространение новой коронавирусной инфекции является основанием для изменения срока поставки, договор не содержит. 

Объективных данных, подтверждающих невозможность исполнения договора в установленный срок, истцом в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не представлено. 

Кроме того, как верно отметил суд первой инстанции, срок изготовления двигателей ДВДА составляет около 8 месяцев, и истцу было известно, что срок поставки по договору с 01.12.2021 по 10.12.2021. 

В пункте 3 статьи 421 ГК РФ предусмотрено, что к отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора. 

В силу пункта 1 статьи 719 ГК РФ подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328 ГК РФ). 

Согласно пункту 1 статьи 716 ГК РФ подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении: непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи; возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 716 ГК РФ подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или, несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства. 

Сведений о приостановлении работ по договору в порядке статьи 716 ГК РФ, равно как и уведомлений заказчика об обстоятельствах, способных повлечь за собой нарушение срока выполнения работ, истцом в целях исключения своей вины не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ). 

Довод истца о необходимости применения положений статьи 333 ГК РФ при расчете размера неустойки, поскольку договором поставки стороны поставлены не в равное положение - для сторон установлен разный размер ответственности за нарушение условий договора, судом первой инстанции был обоснованно отклонен.

Согласно пункту 1 статьи 333 ГК РФ если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Пунктом 9.1 договора поставки предусмотрена ответственность для поставщика за нарушение сроков исполнения обязательств по поставке продукции в виде неустойки в размере 0,05% от стоимости недопоставленной продукции за каждый день просрочки, но не более 10% от цены договора. 

Пунктом 9.2 договора поставки предусмотрена ответственность для покупателя за нарушение сроков исполнения обязательств по оплате продукции в виде неустойки в размере 0,03% от суммы, оплата которой просрочена за каждый день просрочки, но не более 10% от цены договора. 

При этом, как обоснованно отметил суд первой инстанции, в рассматриваемом случае условиями договора для истца установлен размер неустойки 0,05%, что в два раза меньше размера, обычно принятого в деловом обороте (0,1%).

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для применения положений  статьи 333 ГК РФ.

Как указал суд первой инстанции, неустойка в начисленном ответчиком размере соразмерна последствиям нарушенного обязательства; размер неустойки в данном случае обеспечивает соблюдение баланса между применяемой к истцу, как к нарушителю, мерой ответственности и наступившими у ответчика, как у потерпевшего, негативными последствиями.

Довод заявителя жалобы об обратном судебной коллегией отклоняется.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Согласно пункту 73 Постановления от 24.03.2016 N 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на истца.

По смыслу разъяснений, данных в пунктах 71 и 73 Постановления N 7, и в силу правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2019 N 307-ЭС19-14101, истцу недостаточно просто заявить об уменьшении неустойки, он должен также доказать наличие оснований для ее снижения.

Между тем, таких доказательств истцом не представлено.

Поддерживая вывод суд первой инстанции, и, отклоняя довод заявителя жалобы, судебная коллегия также отмечает следующее.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 N 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения.

Размер двукратной ставки Банка России, существовавшей в спорный период нарушения, был равен: с 21.12.2021 по 11.02.2022 8,5% * 2 = 17%, в период с 14.02.2022 по 16.02.2022 – 9,5% *2 = 19%.

При этом согласованный договором размер неустойки 0,05% равен 18% годовых. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение). 

Исходя из смысла положений вышеуказанной статьи, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, то есть увеличения стоимости собственного имущества приобретателя, присоединение к нему новых ценностей или сохранение того имущества, которое по всем законным основаниям неминуемо должно было выйти из состава его имущества; отсутствие правовых оснований приобретения или сбережения имущества одним лицом за счет другого. 

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что в рассматриваемом случае факт неосновательного обогащения ответчика в рамках положений части 1 статьи 1102 ГК  РФ при получении от истца неустойки в форме банковской гарантии истцом не доказан, поскольку ответчик действовал строго в рамках заключенного между сторонами договора. 

Довод заявителя жалобы о несогласии с выводом суда первой инстанции о том, что излишне полученные ответчиком по банковской гарантии денежные средства по своей правовой природе не являются неосновательным обогащением со ссылкой на разъяснения, изложенные в пункте 79 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", судебной коллегией признан несостоятельным и отклоняется.

Согласно пункту 79 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 в случае списания по требованию кредитора неустойки со счета должника (пункт 2 статьи 847 ГК РФ), а равно зачета суммы неустойки в счет суммы основного долга и/или процентов должник вправе ставить вопрос о применении к списанной неустойке положений статьи 333 ГК РФ, например, путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного (статья 1102 ГК РФ).

Таким образом, возможность самостоятельного обращения должника в суд с требованием о снижении размера неустойки в отдельных случаях, перечень которых в названном постановлении не является исчерпывающим, - допускается, так как закон не содержит прямого запрета на предъявление должником кредитору такого требования.

При этом в рассматриваемом случае, делая вывод о том, что факт неосновательного обогащения ответчика в рамках положений части 1 статьи 1102 ГК  РФ при получении от истца неустойки в форме банковской гарантии истцом не доказан, суд первой инстанции исходил из того, удержанная Балаковской АЭС сумма неустойки в размере 1 549 529,07 руб. не является излишне полученной в отсутствие оснований для ее снижения по правилам статьи 333 ГК РФ.

На основании вышеизложенного, оценив все имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

Доводы апелляционной жалобы являлись предметом оценки суда первой инстанции, они не опровергают выводы обжалуемого судебного акта, являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены принятого решения.

Все имеющие значение для правильного и объективного рассмотрения дела обстоятельства выяснены судом первой инстанции, всем представленным доказательствам дана правовая оценка. 

Апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены решений суда первой инстанции, не установлено. 

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Саратовской области от 07 февраля 2024 года по делу № А57-27518/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                               О. И. Антонова  

 

Судьи                                                                                                              Т. В. Волкова

 

                                                                                                                         И. М. Заграничный