АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-117/2021

19 февраля 2021 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 16 февраля 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 19 февраля 2021 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Чумакова Е.С.

судей: Кушнаревой И.Ф., Сецко А.Ю.

при участии:

от ФИО1: ФИО2 (онлайн), ФИО3, представители по доверенности от 10.02.2020 № 27АА 1523277;

от конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Дисконт» ФИО4: ФИО5, представитель по доверенности          от 03.03.2020;

от общества с ограниченной ответственностью «Мерилен»: ФИО6, представитель по доверенности от 10.09.2019;

рассмотрел в судебном заседании с использованием системы                       веб-конференции  кассационную жалобу Тарасенко Василия Васильевича

на постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2020

по делу №  А73-4982/2019 Арбитражного суда Хабаровского края

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Дисконт» Карлсон Екатерины Эдуардовны

к ФИО1 

о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Дисконт» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 680025, 

<

...>) несостоятельным (банкротом).    

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 18.04.2019 (резолютивная часть от 17.04.2019) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Дисконт» (далее – ООО «Дисконт», Общество, должник) введена процедура, применяемая в деле о банкротстве – наблюдение, временным управляющим должником утверждена ФИО4, член Ассоциации «Дальневосточная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих». 

Решением суда от 04.10.2019 ООО «Дисконт» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО4

В рамках данного дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО4 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств с расчетного счета ООО «Дисконт» в пользу ФИО1 (далее также – ответчик) в сумме 13 400 000 руб. и применении последствий недействительности сделки.

Определением суда от 05.10.2020 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «Мерилен» (далее – ООО «Мерилен») и конкурсный управляющий ООО «Дисконт» ФИО4 обратились в Шестой арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2020 определение суда от 05.10.2020 отменено, заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Признана недействительной сделка по перечислению денежных средств с расчетного счета ООО «Дисконт» в пользу ФИО1 в сумме 10 000 000 руб., с ответчика в конкурсную массу должника взыскано 10 000 000 руб. 

В кассационной жалобе ФИО1 просит апелляционное постановление от 08.12.2020 отменить. Ссылаясь на то, что оспариваемая сделка совершена 29.06.2018 и не попадает в периоды подозрительности, установленные статьей 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), заявитель полагает, что исполнение должником обязательств в пользу ответчика путем перечисления денежных средств в сумме 10 000 000 руб., должно рассматриваться  как сделка в отношении отдельного кредитора, в результате которой он получил преимущественное удовлетворение своих требований перед иными кредиторами; при этом признак причинения вреда отсутствует, в связи с чем, оспариваемая сделка не может быть признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; доказательств наступления иных неблагоприятных последствий для должника конкурсным управляющим не представлено. Считает, что применяя реституцию, апелляционный суд не указал на то, что требование ФИО1 к ООО «Дисконт» вытекающее из договора займа на сумму 40 000 000 руб. и погашенного в части путем перечисления 10 000 000 руб. считается восстановленным и подлежит удовлетворению в порядке предусмотренным Законом о банкротстве, чем нарушил право ответчика на возврат исполненного по недействительной сделке. Указывает, что судом не дана оценка представленной в материалы дела налоговой и бухгалтерской отчетности, данным анализа финансово-экономического состояния                   ООО «Дисконт», согласно которым Общество продолжало свою хозяйственную деятельность, обороты предприятия наращивались, размер активов должника был достаточным для погашения требований кредиторов, в связи с чем полагает ошибочным вывод суда апелляционной инстанции о неплатежеспособности ООО «Дисконт» на дату совершения оспариваемой сделки. Ссылается на судебную практику.

В судебном заседании суда округа, проведенном с использованием системы веб-конференции, представители Тарасенко В.В. поддержали доводы кассационной жалобы, настаивали на ее удовлетворении. Также сослались на рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции незаконным составом суда, аргументируя данный довод тем, что апелляционные жалобы на определение суда от 05.10.2020 приняты к производству судьей Ротарем С.Б., а рассмотрены по существу судьей-докладчиком Воронцовым А.И.; также заявили ходатайство об объявлении перерыва в целях проверки обоснованности доводов, изложенных             ООО «Мерилен» в отзыве.

Принимая во внимание соответствие позиции, изложенной в отзыве,  с ранее занимаемой кредитором ООО «Мерилен» при рассмотрении настоящего обособленного спора, суд округа отклонил заявленное представителями Тарасенко В.В. ходатайство, не усмотрев процессуальных оснований для объявления перерыва в судебном заседании.

Конкурсный управляющий должником, ООО «Мерилен» в отзывах на кассационную жалобу, их представители в судебном заседании возражали относительно ее удовлетворения, указав, в том числе, на то, что совершение сделки преследовало цель вывода актива ООО «Дисконт» в условиях его фактической неплатежеспособности; открытие ООО «Дисконт» новых магазинов за счет своей выручки при одновременном наращивании кредиторской задолженности и увеличении периодов просрочки исполнения обязательств перед контрагентами не может свидетельствовать о положительной динамике развития общества.  

Заслушав лиц, явившихся в судебное заседание, изучив материалы дела, проверив законность постановления от 08.12.2020 с учетом доводов кассационной жалобы (пояснений) и отзывов на нее, Арбитражный суд Дальневосточного округа считает, что предусмотренных статьей 288                   Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс) оснований для его отмены (изменения) не имеется.

Как установлено апелляционным судом и следует из материалов дела, 22.02.2017 между ООО «Дисконт» (заемщик) и ФИО1 (займодавец) заключен договор займа № Д-002, согласно которому займодавец передает заемщику денежные средства в размере 40 000 000 руб. на 12 месяцев под  8% годовых. Фактическая реальность данных финансовых отношений сторонами не оспаривается. 

Впоследствии должником в счет погашения задолженности перед ФИО1 по договору займа от 22.02.2017 с расчетного счета                 ООО «Дисконт» 29.06.2018 совершен платеж в сумме 13 400 000 руб. согласно платежному поручению от 29.06.2018 № 1642.

Ссылаясь на наличие оснований для признания вышеназванной  сделки недействительной в порядке пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,               как совершенной между заинтересованными лицами в условиях неплатежеспособности ООО «Дисконт» с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов должника, при осведомленности Тарасенко В.В. об указанной цели, конкурсный управляющий Карлсон Е.Э. обратилась в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что спорные платежи произведены                     ООО «Дисконт» в счет погашения реально существующего обязательства перед ответчиком, что само по себе исключает уменьшение стоимости имущества должника, поскольку на размер перечисленных платежей одновременно уменьшились и обязательства должника, в связи с чем  признал недоказанным конкурсным управляющим всей совокупности условий (в частности – причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделки), необходимой для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом                        2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции, при этом, отменяя соответствующее определение суда от 05.10.2020, и удовлетворяя заявленные требования, руководствовался нижеследующим.

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)).

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве определено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. 

Возможность признания недействительными подозрительных сделок должника предусмотрена статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) следует, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

В абзаце 4 пункта 9 постановления Пленума № 63 разъяснено, что в случае оспаривания подозрительной сделки суд проверяет наличие обоих оснований, установленных как в пункте 1, так и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оспариваемая сделка по перечислению денежных средств с расчетного счета должника в пользу ответчика совершена 29.06.2018, то есть в пределах одного года до возбуждения производства по делу о банкротстве (29.03.2019) – в период подозрительности, соответствующий предусмотренным               пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Проверка соответствия правоотношений, складывающихся между должником и третьими лицами, требованиям гражданского оборота с точки зрения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пункте 5 постановления Пленума № 63, предполагает установление совокупности обстоятельств, свидетельствующих о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; о фактическом причинении вреда в результате совершения сделки; об осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с разъяснениями, содержащимся пункте 6 постановления Пленума № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Апелляционной коллегией из материалов дела установлено, что на дату совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами – ООО «ДВ-Амур», ООО «Аквалюкс Торг», ООО «Продбаза», требования которых на момент заключения сделки были предъявлены в судебном порядке и в дальнейшем были включены в реестр требований кредиторов должника, в частности ООО «Продбаза». Кроме того согласно картотеке арбитражных дел ООО «Дисконт» выступает ответчиком по более 40 делам о взыскании задолженности, возбужденных с февраля 2018 года.

Вместе с тем, положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве устанавливаются лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной.

Исходя из изложенных правовых подходов, применительно к рассматриваемой сделке, для признания ее недействительной необходимо в любом случае доказать цель причинения вреда участниками сделки и фактическое причинение вреда ее совершением должнику и кредиторам.

Доказывая данные обстоятельства, конкурсный управляющий   ссылался на совершение оспариваемой сделки в пользу заинтересованного лица, уменьшение размера имущества должника на сумму полученных ФИО1 денежных средств, за счет которого иные, независимые кредиторы могли бы получить удовлетворение своих требований.

Как следует из материалов обособленного спора, ООО «Дисконт» учреждено ФИО1, ФИО7, ФИО8 с уставным капиталом 50 000 руб. и следующим распределением долей в Обществе: ФИО7 – доля номинальной стоимостью 17 000 руб., что составляет 34% уставного капитала;            ФИО1 – доля номинальной стоимостью 16 500 руб., что составляет 33% уставного капитала; ФИО8 – доля номинальной стоимостью               16 500 руб., что составляет 33% уставного капитала. 

ФИО7 16.06.2017 направлено в адрес ООО «Дисконт» заявление о выходе из состава участников Общества. 

Между ФИО8 и ФИО1 27.12.2017  заключен договор  № 1163851 купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Дисконт», согласно условиям которого доля ФИО8 в размере 33% в уставном капитале переходит в собственность ФИО1 

Решением единственного участника ООО «Дисконт» от 25.05.2018 ФИО1 перераспределил долю (ранее принадлежавшую                ФИО7) в размере 34% в уставном капитале в свою пользу. 

Таким образом, ФИО1 с 27.12.2017 являлся единственным участником Общества и применительно к положениям статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным к должнику лицом, соответственно его осведомленность относительно финансового положения должника презюмируется.

Как установлено судами в рамках обособленного спора по заявлению ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов на основании договоров займа, в том числе № Д-002 от 22.02.2017, займы выдавались в условиях недостаточности собственных денежных средств должника, в связи с чем, с учетом правовых позиций, изложенных в «Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), признали требование ФИО1 подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ. 

При этом апелляционным судом правомерно отмечено, что согласно правовой позиции коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, содержащейся в определениях от 16.06.2017              № 305-ЭС15-16930(6), от 22.05.2017 № 305-ЭС16-20779(1,3), от 05.09.2019  № 305-ЭС18-17113(4), если в одном из обособленных споров, рассмотренных в рамках одного дела о банкротстве, судебным актом установлены определенные обстоятельства, то это хотя и не образует преюдиции для других обособленных споров по смыслу статьи 69 АПК РФ, но выводы суда в отношении установленных обстоятельств должны учитываться при рассмотрении других обособленных споров в том же деле о банкротстве.         В том случае, если суд придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы.

Применительно к данным обстоятельствам судом округа также принято во внимание, что Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 14.12.2020 по данному банкротному делу оставлено без изменения постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2020, которым было удовлетворено заявление конкурсного управляющего должником о признании по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительным соглашения от 08.02.2018 о передаче имущества должника в счет погашения задолженности (по договору займа от 25.12.2017 на сумму 15 000 000 руб.), заключенного между ООО «Дисконт» и ФИО1, с подтверждением также правомерности выводов о факте неплатежеспособности ООО «Дисконт» в спорном периоде. 

Кроме того, в рамках вышеуказанного обособленного спора по (в итоге субординированным) требованиям ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов на основании договоров займа судами также было установлено, что уже после оформления 08.02.2018 соглашения о передаче имущества между ФИО1 (займодавец) и ООО «Дисконт» был также оформлен договор займа от 25.06.2018, по условиям которого заемщик обязуется возвратить сумму займа в размере 46 000 000 руб. частями:                   10 000 000 руб. – в срок до 31.12.2018, 36 000 000 руб. – до 01.07.2019 и уплатить 8% годовых за пользование займом. В пункте 1.4 договора стороны согласовали, что ранее заключенные договоры займа от 22.02.2017, от 25.12.2017 признаются недействительными после подписания договора от 25.06.2018.

Таким образом, оспоренный по настоящему обособленному спору платеж должника в пользу ФИО1 не только не являлся единственной недействительной сделкой ответчика с ООО «Дисконт», оформленной в предбанкротный период, но и был совершен 29.06.2018 – непосредственно после согласования сторонами 25.06.2018 нового срока (31.12.2018 и 01.07.2019) на возврат выданных займов и до наступления такого срока.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции, установив, что в результате совершения оспариваемой сделки в пользу заинтересованного лица – ФИО1 произошло уменьшение размера имущества должника на сумму полученных ответчиком денежных средств при наличии неисполненных обязательств перед иными независимыми кредиторами должника, пришел к правильному выводу о наличии оснований для признания недействительной сделки по перечислению денежных средств с расчетного счета ООО «Дисконт» в пользу ФИО1 в сумме                         10 000 000 руб. по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается                   в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2                        статьи 167 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Апелляционный суд разрешил вопрос о применении последствий недействительности сделки, взыскав с ответчика в конкурсную массу должника 10 000 000 руб. (ввиду представления сторонами суду апелляционной инстанции в ходе рассмотрения дела сведений о частичном возврате полученных ответчиком средств в сумме 3 400 000 руб.).

Оснований не согласиться с выводами апелляционного суда у кассационной инстанции не имеется. 

Доводы о том, что исполнение должником обязательств в пользу ответчика путем перечисления денежных средств в части суммы в     10 000 000 руб. должно безусловно рассматриваться исключительно в качестве сделки по преимущественному удовлетворению требований отдельного кредитора, в результате которой  он получил преимущественное удовлетворение своих требований перед иными кредиторами и произошло равноценное погашение задолженности самого должника перед ответчиком, отклоняется судом округа, поскольку в рассматриваемом случае имело место выбытие спорного актива ООО «Дисконт» в пределах годичного периода подозрительности и в пользу такого заинтересованного лица, которое с учетом субординации его требований (в том числе первоначально возникших из погашенного спорным платежом договора займа № Д-002 от 22.02.2017) не может претендовать на имущество общества в общей кредиторской очередности, что свидетельствует о необоснованном уменьшении конкурсной массы должника, нарушении имущественных прав иных независимых кредиторов и направленности оспариваемой сделки на причинение вреда.

Соответственно, судебная практика, на наличие которой ссылается заявитель жалобы, ввиду совокупности вышеперечисленных обстоятельств не имеет преюдициального значения при рассмотрении данного спора, поскольку судебные акты приняты в отношении иных лиц и по иным фактическим обстоятельствам дела, не являющимися тождественными рассмотренному спору. Судебные акты по каждому делу принимаются с учетом конкретных доводов и доказательств, представленных сторонами.

Ссылка на отсутствие у должника на момент оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности признается несостоятельной, поскольку выводы апелляционного суда о наличии оснований для признания сделки недействительной, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, сделаны исходя из конкретных обстоятельств рассматриваемого спора. В том числе судом были учтены правовые позиции Верховного Суда Российской Федерации, сформулированные в определениях от 12.03.2019                № 305-ЭС17-11710(4), от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3), согласно которым, в частности, не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности должника для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы.

Довод о том, что, применив реституцию и не разрешив вопрос о включении требований ФИО1 в реестр требований кредиторов, апелляционный суд нарушил нормы материального права, не принимается судом округа, так как в соответствии с пунктами 25 и 26 постановления Пленума № 63 у ответчика в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества возникает право обратиться в суд с требованием к должнику о включении в реестр требований кредиторов соответствующей задолженности.

Ссылка заявителя на рассмотрение дела судом апелляционной инстанции в незаконном составе судебной коллегий окружного суда во внимание также не принимается, поскольку в материалах данного дела имеется служебная записка председателя третьего судебного состава ФИО9 от 19.11.2020 о передаче дела судье Воронцову А.И. в связи с болезнью судьи Ротаря С.Б. (л.д. 30 т. 3). Кроме того, само судебное разбирательство от начала и до принятия судебного акта по существу спора было проведено судьей-докладчиком Воронцовым А.И., что соответствует требованиям части 5 статьи 18 АПК РФ.

Нормы материального права применены судом правильно по отношению к установленным фактическим обстоятельствам. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену постановления по безусловным основаниям, судом не допущено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт отмене, а кассационная жалоба удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2020 по делу № А73-4982/2019 Арбитражного суда Хабаровского края оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                           Е.С. Чумаков                   

Судьи                                                                                    И.Ф. Кушнарева         

 

А.Ю. Сецко