ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-19349/2019

г. Вологда

24 марта 2020 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 марта 2020 года.

В полном объёме постановление изготовлено 24 марта 2020 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Болдыревой Е.Н., судей Докшиной А.Ю. и                  Мурахиной Н.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области на решение Арбитражного суда Тверской области от 15 января 2020 года по делу № А66-19349/2019, 

у с т а н о в и л:

Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 170100, 

<

...>; далее – управление) обратилось в Арбитражный суд Тверской области с заявлением о привлечении арбитражного управляющего ФИО2 (ОГРНИП 305690105500230, ИНН 

<

***>; адрес: 170100, город Тверь, а/я 445) к административной ответственности, предусмотренной                           частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ).

Решением Арбитражного суда Тверской области от 15 января 2020 года в удовлетворении требований отказано.

Управление с таким решением не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование жалобы ссылается на несоответствие выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела, нарушение норм материального и процессуального права. Указывает на то, что арбитражным управляющим не исполнена обязанность по проведению инвентаризации дебиторской задолженности должника, не проведено собрание работников, бывших работников должника в период конкурсного производства. Полагает, что в данном случае признание совершенного административного правонарушения малозначительным нарушает конституционный принцип неотвратимости усиленной ответственности за нарушение закона. 

Арбитражный управляющий в отзыве на жалобу с изложенными в ней доводами не согласились, просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного заседания апелляционной инстанции, представителей в суд не направило, в связи с этим дело рассмотрено в отсутствие их представителей в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность решения суда, изучив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для ее удовлетворения.

Как усматривается в материалах дела, решением Арбитражного суда Тверской области от 17 января 2019 года по делу № А66-19704/2018 в отношении общества с ограниченной ответственностью «ГК «Велес» (далее – ООО «ГК «Велес», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден  ФИО2 

Решением Арбитражного суда Тверской области от 07 июня 2019 года (резолютивная часть от 04.06.2019) по делу № А66-19704/2018 ООО «ГК «Велес» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим назначен ФИО2 

В связи с поступлением в управление заявления ФИО3                               от 23.08.2019 (учредителя должника) заявителем проведена проверка деятельности арбитражного управляющего, в ходе которой выявлены следующие нарушения:

нарушен срок проведения инвентаризации, установленный абзацем вторым пункта 2 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон № 127-ФЗ, Закон о банкротстве);

нарушен срок направления в арбитражный суд протокола собрания кредиторов, установленный абзацем первым пункта 7 статьи 12 Закона                       № 127-ФЗ;

в нарушение  требований абзаца второго пункта 1 статьи 12.1 Закона о банкротстве не проведено собрание работников, бывших работников должника.

По факту выявленных нарушений управлением в отношении арбитражного управляющего составлен протокол об административном правонарушении от 25.11.2019 № 00756919 по признакам совершения административного правонарушения, предусмотренного частью 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ.

В связи с изложенным управление обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении арбитражного управляющего к административной ответственности по указанной норме КоАП РФ.

Суд первой инстанции, установив вменяемое нарушение по второму эпизоду, признал арбитражного управляющего виновным в совершении административного правонарушения, однако посчитал возможным освободить его от административной ответственности в связи с малозначительностью совершенного правонарушения. 

Апелляционная инстанция не находит правовых оснований для отмены решения суда в силу следующего.

Частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ установлено, что неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния, влечет предупреждение или наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от двадцати пяти тысяч до пятидесяти тысяч рублей.

Объектом правонарушения в данном случае являются общественные отношения, возникающие в ходе проведения процедур банкротства и регулируемые законодательством о несостоятельности (банкротстве).

Объективной стороной названного административного правонарушения является неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве).

Согласно части 3.1 статьи 14.13 указанного Кодекса повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3 настоящей статьи, если такое действие не содержит уголовно наказуемого деяния, влечет дисквалификацию должностных лиц на срок от шести месяцев до трех лет

Обязанности конкурсного управляющего закреплены в пункте 2       статьи 129 Закона № 127-ФЗ.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 данного Закона при проведении процедур банкротства арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве на арбитражного управляющего возложена обязанность принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника.

С учетом даты признания должника банкротом инвентаризация имущества должника в данном случае должна быть проведена до 04.09.2019.

Абзацем третьим пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве установлено, что конкурсный управляющий обязан включить в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ) сведения о результатах инвентаризации имущества должника в течение трех дней с даты ее окончания.

По мнению управления, факт нарушения по первому эпизоду, отраженному в протоколе об административном правонарушении, подтверждается теми обстоятельствами, что согласно сообщению, размещенному на сайте ЕФРСБ 20.06.2019 № 3879572, конкурсным управляющим ФИО2 проведена инвентаризация имущества должника – основных средств; сведения об инвентаризации дебиторской задолженности должника в инвентаризационной описи № 1 от 19.06.2019 отсутствуют; иная информация об инвентаризации дебиторской задолженности конкурсным управляющим не представлялась, в ЕФРСБ информация об инвентаризации дебиторской задолженности конкурсным управляющим не публиковалась.

Вместе с тем, как верно указал суд первой инстанции, отсутствие данной информации не было попыткой скрыть данные сведения от кредиторов, либо ввести их в заблуждение, поскольку, как следует из материалов дела и обстоятельств, установленных в рамках дела № А66-19704/2018, конкурсный управляющий не располагал документами, подтверждающими наличие и размер дебиторской задолженности.

Факт не передачи всех документов бывшим руководителем                           (ФИО3) конкурсному управляющему установлен также в рамках проверки прокуратуры (ответ от 26.12.2019 № 2523ж-2019).

При этом конкурсным управляющим подтверждено принятие мер, направленных на получение указанных документов и установление наличия дебиторской задолженности.

Довод управления относительно того, что конкурсный управляющий не заявлял ходатайств о продлении срока инвентаризации для получения достоверных сведений в отношении дебиторской задолженности, сам по себе не свидетельствует о наличии вмененного нарушения по данному эпизоду. 

Поскольку фактическое наличие дебиторской задолженности не было установлено арбитражным управляющим в ходе проведения инвентаризации имущества должника (в том числе, в связи с не передачей документов бывшим руководителем организации) и доказательств обратного в материалы дела не представлено, отсутствие в отчете информации о дебиторской задолженности не может быть оценено в качестве события вменяемого административного правонарушения.

Управлением в ходе административного расследования не установлено фактического наличия у должника какой-либо дебиторской задолженности, из протокола об административном правонарушении данного факта наличия такой задолженности не следует.

Сама по себе ссылка единственного участника должника, обратившегося в управление с жалобой, на наличие у ООО «ГК «Велес» дебиторской задолженности не подтверждает ее фактическое наличие в отсутствие соответствующих доказательств.

По сути, доводы управления основаны на предположении о наличии у ООО «ГК «Велес» дебиторской задолженности. Однако событие административного правонарушения не может быть установлено на основании предположения о его наличии.

Ввиду изложенного апелляционный суд считает верным вывод суда первой инстанции о недоказанности управлением события административного правонарушения по данному эпизоду.

Также апелляционная инстанция поддерживает вывод обжалуемого решения об отсутствии события правонарушения по эпизоду нарушения пункта 1 статьи 12.1 Закона о банкротстве.

Как верно указал суд, по общему правилу работники должника не относятся к числу лиц, участвующих в деле о банкротстве и (или) в арбитражном процессе по делу о банкротстве (статьи 34, 35 Закона о банкротстве, подпункты 14, 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление № 35)). Для представления своих законных интересов при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, работники должника вправе избрать представителя, который обладает правами лица, участвующего в арбитражном процессе по делу о банкротстве. Представитель работников должника при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей, предусмотренных федеральными законами, действует в интересах всех работников, бывших работников должника (абзац тридцать первый статьи 2, пункт 10 статьи 12.1 Закона о банкротстве). Названные положения закона направлены в том числе на формирование и представление в рамках дела о банкротстве коллективных интересов всех работников, бывших работников должника, а при невозможности выработки единой позиции - их большинства с целью предотвращения несогласованного участия большого количества работников должника в деле о его несостоятельности.

Из материалов дела следует, что временным управляющим должника ФИО2 08.05.2019 созвано и проведено собрание работников (бывших работников) в форме заочного голосования (публикация от 16.04.2019                                № 3679209), которое не состоялось ввиду отсутствия кворума, поскольку бюллетени от работников, бывших работников не поступили.

При этом, как указал арбитражный управляющий, сведениями о иных работниках должника, помимо ФИО3, он не располагал ни на момент созыва собрания, ни на дату рассмотрения дела, доказательств обратного управлением не представлено.

Материалы дела также не содержат сведений относительно того, что бывшими работниками должника являются иные лица, поименованные ФИО3 в жалобе (ФИО4, ФИО5).

ФИО3 участия в назначавшемся собрании работников, бывших работников не принял.

Согласно пункту 15 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с признанием недействительными решений собраний и комитетов кредиторов в процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от  26.12.2018, по смыслу статьи 12.1 Закона о банкротстве собрания работников, бывших работников проводятся по мере необходимости.

Таким образом, применительно к приведенным разъяснениям, вменяя нарушение названной нормы Закона, управление должно достоверно доказать наличие необходимости проведения собрания работников, бывших работников должника.

В данном случае управление таких доказательств не представило, сославшись исключительно на факт признания несостоявшимся созванного ранее собрания работников должника.

Доводы управления по данному эпизоду, по сути, основаны на предположениях и документально не подтверждены.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности наличия объективных оснований для проведения повторного собрания работников, обращений в адрес ответчика, требующих обсуждения с арбитражным управляющим каких-либо актуальных вопросов, от иных работников не имелось.

При этом суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что в силу статуса ФИО3 как единственного участника ООО «ГК «Велес» (что подтверждается общедоступными сведениями Единого государственного реестра юридических лиц), установленного законом (пункт 3 статьи 126 Закона о банкротстве) и следующего из пункта 14 постановления               № 35, отсутствие проведенного ответчиком собрания работников, бывших работников должника не могло воспрепятствовать реализации ФИО3 своих прав при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе на участие в собраниях кредиторов должника (пункт 1 статьи 12 Закона о банкротстве).

Таким образом, управлением не представлено надлежащих доказательств нарушения ответчиком прав и законных интересов кредиторов должника и его работников (бывших работников) по данному эпизоду. 

По нарушению положений пункта 7 статьи 12 Закона о банкротстве суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии события правонарушения.

В соответствии с названной нормой протокол собрания кредиторов составляется в двух экземплярах, один из которых направляется в арбитражный суд не позднее, чем через пять дней, с даты проведения собрания кредиторов, если иной срок не установлен Законом о банкротстве.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума от 29.06.2010                                 № 12130/09, для решения вопросов, связанных с применением установленных Законом о банкротстве сроков, при отсутствии специальных правил их исчисления необходимо руководствоваться нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В силу статьи 191 ГК РФ течение срока, определенного периодом времени, начинается на следующий день после календарной даты или наступления события, которым определено его начало. Если его окончание приходится на нерабочий день, применяются правила статьи 193 ГК РФ.

Срок для направления протокола собрания кредиторов в суд согласно пункту 7 статьи 12 Закона № 127-ФЗ установлен в календарных днях.

Собрание кредиторов должника назначено на 09.07.2019.

Согласно сведениям Картотеки арбитражных дел, данный протокол направлен в Арбитражный суд Тверской области 16.07.2019 в 17 час 46 мин, то есть за пределами установленного законом пятидневного срока.

Факт наличия нарушения по данному эпизоду подтвержден материалами дела и не оспаривается арбитражным управляющим.

Управление при квалификации административного правонарушения по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ исходило из того, что ответчиком допущено повторное совершение однородного нарушения в период, когда он уже был подвергнут административному наказанию за аналогичного административного правонарушения по части 3 статьи 14.13 Кодекса.

В силу пункта 2 части 1 статьи 4.3 КоАП РФ повторное совершение административного правонарушения – это совершение административного правонарушения в период, когда лицо считается подвергнутым административному наказанию в соответствии со статьей 4.6 Кодекса.

В силу статьи 4.6 настоящего Кодекса лицо считается подвергнутым административному наказанию со дня вступления в законную силу постановления о назначении административного наказания и до истечения одного года со дня исполнения данного постановления.

С учетом изложенного квалификации по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ подлежат деяния лица, привлеченного на момент совершения административного правонарушения к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ (со дня вступления в законную силу соответствующего решения арбитражного суда и до истечения одного года со дня исполнения этого решения суда).

Материалами дела подтверждается, что на момент совершения нарушения по второму эпизоду арбитражный управляющий считался подвергнутым административному наказанию за совершение однородного правонарушения (по решению Арбитражного суда Тверской области от 27 мая 2019 года по делу № А66-5939/2019).

Следовательно, исходя из положений статьи 4.6 КоАП РФ вмененное в вину арбитражному управляющему правонарушение обоснованно квалифицировано управлением по части 3.1 статьи 14.13 Кодекса.

Оснований для переквалификации действий арбитражного управляющего с части 3.1 на часть 3 статьи 14.13 КоАП РФ у суда первой инстанции не имелось.

В силу статьи 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

В соответствии с частью 1 статьи 2.1 данного Кодекса административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Доказательств того, что арбитражным управляющим принимались достаточные меры, направленные на соблюдение требований действующего законодательства, которые свидетельствовали бы об отсутствии его вины, а также наличии обстоятельств, препятствующих исполнению его обязанностей, и доказательств, подтверждающих отсутствие у него реальной возможности принять все возможные меры, направленные на недопущение установленного выше нарушения законодательства, в материалах дела не имеется.

С учетом изложенного материалами дела подтверждается наличие в деянии арбитражного управляющего состава правонарушения, предусмотренного частью 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ.

Нарушений порядка производства по делу об административном правонарушении не усматривается. 

Предусмотренный статьей 4.5 КоАП РФ срок привлечения к административной ответственности по установленному выше нарушению не истек. 

Вместе с тем суд первой инстанции посчитал возможным освободить арбитражного управляющего от административной ответственности в связи с малозначительностью совершенного им правонарушения.

Согласно статье 2.9 КоАП РФ при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

Вышеназванная норма является общей и может применяться к любому составу административного правонарушения, предусмотренного КоАП РФ, если судья или орган, рассматривающий конкретное дело, признает, что совершенное правонарушение является малозначительным.

Таким образом, применение статьи 2.9 КоАП РФ при рассмотрении дел об административном правонарушении является правом суда.

В пункте 18 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004  № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» (далее – постановление № 10) разъяснено, что при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям. Кроме того, согласно абзацу третьему пункта 18.1 названного постановления квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом положений пункта 18 данного постановления применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния.

Согласно пункту 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» малозначительным административным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных отношений.

По смыслу статьи 2.9 КоАП РФ оценка малозначительности деяния должна соотноситься с характером и степенью общественной опасности, причинением вреда либо с угрозой причинения вреда личности, обществу или государству. Таким образом, административные органы обязаны установить не только формальное сходство содеянного с признаками того или иного административного правонарушения, но и решить вопрос о социальной опасности деяния.

Возможность или невозможность квалификации деяния в качестве малозначительного не может быть установлена абстрактно, исходя из сформулированной в КоАП РФ конструкции состава административного правонарушения, за совершение которого предусмотрена ответственность. Так, не может быть отказано в квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного только на том основании, что в соответствующей статье Особенной части КоАП РФ ответственность определена за неисполнение какой-либо обязанности и не ставится в зависимость от наступления каких-либо последствий.

Наличие (отсутствие) существенной угрозы охраняемым общественным отношениям может быть оценено судом с точки зрения степени вреда (угрозы вреда), причиненного непосредственно установленному публично-правовому порядку деятельности.

В частности, существенная степень угрозы охраняемым общественным отношениям имеет место в случае пренебрежительного отношения лица к установленным правовым требованиям и предписаниям (публичным правовым обязанностям).

В силу статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Приняв во внимание приведенные обстоятельства, апелляционный суд считает, что в данном конкретном случае нарушение пункта 7 статьи 12 Закона о банкротстве не представляет угрозы установленному нормативными правовыми актами порядку общественных отношений в сфере правового регулирования отношений, связанных с несостоятельностью (банкротством) организаций. Иного управлением не доказано. 

Ввиду изложенного, учитывая характер допущенных нарушений, отсутствие негативных последствий и существенной угрозы общественным правоотношениям, степень вины арбитражного управляющего, суд первой инстанции правомерно признал совершенное правонарушение малозначительным.

Законодателем суду предоставлено право самостоятельно в каждом конкретном случае определять признаки малозначительности правонарушения исходя из общих положений и принципов законодательства об административных правонарушениях, конституционных принципов справедливости и соразмерности наказания, разумного баланса публичного и частного интересов, гуманности закона в правовом государстве.

В рассматриваемом случае возбуждением дела об административном правонарушении, его рассмотрением и установлением вины лица, его совершившего, достигнуты предупредительные цели административного производства, установленные частью 1 статьи 3.1 КоАП РФ. 

При таких обстоятельствах доводы управления о том, что вмененное правонарушение не является малозначительным и применение статьи 2.9      КоАП РФ является необоснованным, отклоняются апелляционной инстанцией.

Несогласие подателя жалобы  с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм КоАП РФ и законодательства, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судом допущены существенные нарушения названного Кодекса и (или) предусмотренных АПК РФ процессуальных требований, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, поэтому не могут являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного апелляционная инстанция приходит к выводу о том, что спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства, основания для отмены решения суда, а также для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Тверской области от 15 января 2020 года по делу № А66-19349/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий                                     Е.Н. Болдырева

Судьи                   А.Ю. Докшина

                   Н.В. Мурахина