АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

17 декабря 2021 года

Дело №

А56-85125/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Зарочинцевой Е.В., судей Казарян К.Г., ФИО1,

при участии представителя ООО «Северо-Западная машиностроительная компания» – ФИО2 (доверенность от 20.11.2020), конкурсного управляющего ФИО3 (паспорт),

рассмотрев 03.12.2021 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Северо-западная машиностроительная компания» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.04.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2021 по делу № А56-85125/2019/сд.4, 

 

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.09.2019 общество с ограниченной ответственностью (ООО) «Новатек» (адрес: 195267, Санкт-Петербург, пр. Просвещения, д. 85, лит. А, пом. № 807, ОГРН 

<

***>; далее – Общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

В рамках процедуры конкурсного производства 25.09.2020 конкурсный управляющий обратился с заявлением о признании недействительными  платежей, совершенных должником 19.07.2018, 03.08.2018 и 17.09.2018 в пользу ООО «Северо-Западная машиностроительная компания» (далее – ООО  «СЗМК») в размере 4 565 556,30 руб., применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в пользу должника указанной суммы.

В обоснование заявления конкурсный управляющий, ссылаясь на положения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002             № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации                         (далее – ГК РФ),  указывал на совершение платежей в пользу  аффилированного лица при наличии у должника признаков неплатежеспособности, целью которых являлось перечисление денежных средств без какого-либо встречного исполнения.

Определением от 16.04.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2021, заявление конкурсного управляющего удовлетворено в полном объеме.

В кассационной жалобе ответчик просит указанные судебные акты отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований, полагая, что отсутствуют основания для квалификации платежей как подозрительной сделки, поскольку осуществлялись в рамках основной хозяйственной деятельности должника, который получил равноценное встречное исполнение в виде услуг по обслуживанию систем увлажнения окрасочно-сушильных камер, переданных должником своему заказчику –          АО «Концерн ВКО «Алмаз-Антей». Податель жалобы считает, что конкурсный управляющий намеренно ввел суд первой инстанции в заблуждение относительно условий выполнения работ на объекте, поскольку 26.06.2017 действительно была осуществлена окончательная приемка оборудования, однако 20.09.2017 было заключено дополнительное соглашение № 7 к договору от 26.02.2013 № 03/54, которым согласована дополнительная поставка систем увлажнения воздуха окрасочного оборудования; именно на этом оборудовании и в связи с его дополнительной поставкой по соглашению от 20.09.2017 ответчик выполнял работы по сервисному обслуживанию. Поскольку в дополнительном соглашении указаны предполагаемые габариты оборудования, податель жалобы считает, что незначительное отклонение поставленного оборудования от согласованного не является основанием для вывода о противоречивости и недостоверности сведений, отраженных в спецификации   № 1 к договору. Ответчик указывает, что работы по договору от 26.02.2013        № 03/54 выполнялись до 21.12.2018, когда от их выполнения отказался заказчик в связи с нарушением сроков выполнения работ. 

По утверждению ответчика, в момент совершения платежей должник не отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку только наличие кредиторской задолженности в размере 73 млн. руб. в бухгалтерском балансе не свидетельствует о наличии таких признаков, тогда как использование коэффициентов для определения признаков неплатежеспособности должника не предусмотрено Законом о банкротстве; явной диспропорция между активами и пассивами не имелось.

Не согласен ответчик и с выводами судов об отсутствии у конкурсного управляющего документов, подтверждающих активы и имущество должника, ссылаясь на передачу конкурсному управляющему документов, подтверждающих дебиторскую задолженность и имущество должника, что установлено апелляционным судом в постановлении от 13.05.2021, и уклонение конкурсного управляющего от принятия имущества. 

Согласно доводам жалобы все работники, допущенные к выполнению работ в период с апреля по сентябрь 2018 года, являлись работниками ответчика, что подтверждается приказами о принятии на работу, договорами и документами, подтверждающими расчеты по оплате труда.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий, выражая  согласие с обжалуемыми судебными актами, просит оставить их без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 13.10.2021, с учетом определения от 22.10.2021 об изменении даты судебного заседания, рассмотрение кассационной жалобы отложено на 03.12.2021.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы кассационной жалобы в полном объеме. Конкурсный управляющий возражал против ее удовлетворения по приведенным в возражениях основаниям.

Отзыв на кассационную жалобу также представлен конкурсным кредитором АО «Лаборатория новых информационных технологий «Ланит», в котором кредитор выражает согласие с обжалуемыми судебными актами.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, ООО «Новатек» перечислило в пользу ООО «Северо-западная машиностроительная компания» денежные средства в общем размере 4 565 556,30 руб. (с учетом произведенных возвратов), в том числе:

- 3 532 556,30 руб. платежным поручением от 19.07.2018 № 67 с указанием назначения платежа – оплата по договору 0401/18 от 02.04.2018. за выполнение работ в г. Киров;

- 110 000 руб. платежным поручением от 03.08.2018 № 97 с указанием назначения платежа – оплата по договору 0401/18 от 02.04.2018. за выполнение работ в г. Киров;

- 1 000 000,00 руб. платежным поручением от 17.09.2018 № 107 с указанием назначения платежа – оплата по договору 0401/18 от 02.04.2018. за выполнение работ в г. Киров.

ООО «СЗМК» 08.08.2018 произвело возврат платежей в размере 10 000 руб., 16.08.2018 – в размере 27 000 руб., а 01.10.2018 – в размере 40 000 руб.

Согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ) на момент перечисления денежных средств генеральным директором должника являлся ФИО4; финансовым директором – ФИО5; учредителем должника с долей в размере 100% является ЗАО «НПК «Новатек».

Генеральным директором ООО «СЗМК» также являлся ФИО4; учредителями – ФИО4, ФИО5, ФИО6

ФИО5 также является учредителем ЗАО «НПК «Новатек» с     долей 50%, а ФИО4 – генеральным директором и учредителем с долей 50% ЗАО «НПК «Новатек».

Определением от 29.07.2019 в отношении должника возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Как верно указано судами, спорные платежи совершены в периоды подозрительности, установленные в пунктах 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

 Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной может быть признана сделка (действия по исполнению обязательств), совершенная в годичный период подозрительности при неравноценном встречном исполнении обязательств, то есть сделка, по которой исполнение, предоставленное должником, в худшую для него сторону отличается от исполнения, которое обычно предоставляется при сходных обстоятельствах. При этом не требуется доказывать факты, указывающие на недобросовестность другой стороны сделки (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63).

В силу пункта 2 статьи 61.2 названного Закона сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника       учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена, в частности, при условии, что стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника определенной по данным бухгалтерской отчетности  должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок.

Оспариваемые платежи совершены в период с 19.07.2018 по 17.09.2018, то есть менее, чем за год до возбуждения дела о банкротстве (29.07.2019), в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пунктах 5 - 7 Постановления № 63 разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В соответствии с пунктом 6 Постановления № 63 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве, в силу которых под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью его имущества (активов), а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Суды верно установили признаки неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки с учетом коэффициента абсолютной ликвидности и показателя обеспеченности обязательств активами, определенных на основании Правил проведения арбитражным управляющим финансового анализа, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 25.06.2003 № 367 (далее – Правила № 367), в соответствии с которыми коэффициент абсолютной ликвидности показывает какая часть краткосрочных обязательств может быть погашена немедленно, и рассчитывается как отношение наиболее ликвидных оборотных активов к текущим обязательствам должника, а показатель обеспеченности обязательств должника его активами характеризует величину активов должника, приходящихся на единицу долга, и определяется как отношение суммы ликвидных и скорректированных внеоборотных активов к обязательствам должника.

Суд кассационной инстанции считает, что вывод судов о том, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, подтвержден достаточными доказательствами, вследствие чего может считаться обоснованным.

Как верно указал суд первой инстанции, кредиторская задолженность по состоянию на конец 2017 года составляла 73 млн. руб., по состоянию на конец 2016 года – 81 млн. руб., коэффициент абсолютной ликвидности по состоянию на 31.12.2017 находился ниже значения 0,2, показатель обеспеченности обязательств активами по состоянию на 31.12.2017 был меньше 1, что указывает на нестабильное финансовое состояние должника. При этом судом также обоснованно принято внимание и наличие вступивших в законную силу судебных актов о взыскании денежные средств с должника, что указывает на фактическое прекращение исполнения денежных обязательств и потерю финансовой устойчивости должника.

В связи с этим судом первой инстанции осуществлен системный анализ состояния финансовой устойчивости должника на момент совершения сделки, а также в предшествующий период и сделан верный вывод о неплатежеспособности должника.

Данное обстоятельство, наряду с аффилированностью сторон сделки, что предопределяет осведомленность ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности, и недоказанностью предоставления ответчиком встречного предоставления по сделке, притом, что в период осуществления оспариваемых сделок в пользу ответчика у должника имелись неисполненные обязательства перед другими кредиторами на общую сумму основного долга 21 552 315,74 руб., было верно расценено судами как основание для признания платежей недействительными сделками по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

 При проверке оснований для признания сделки недействительной по правилам пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и пункта 1 статьи 170 ГК РФ судами установлено следующее. 

 Ответчиком в обоснование реальности платежей и наличия по ним встречного предоставления в материалы дела представлены следующие документы: договор № 0401/18 от 02.04.2018, заключенный между сторонами; спецификация № 1 к договору; акт № 4 от 09.08.2018 об оказании услуг на сумму 4 605 556,30 руб.; счет-фактура № 4 от 09.08.2018.

Также были представлены документы, подтверждающие наличие договорных отношений с заказчиком – ОАО «Концерн ПВО «Алмаз-Антей», для выполнения которых и был заключен договор между должником и ответчиком, а именно: договор от 26.02.2013 № 03/54, спецификация № 1 к договору.

Кроме того, ответчиком представлены описи документов к актам приема-передачи от 05.08.2020, согласно которым бывшим руководителем должника переданы конкурсному управляющему указанные документы.

Суд первой инстанции, установив несоответствие габаритов окрасочной камеры NOVATECK, сушильной камеры NOVATECK и камеры маркировки и ремонта ЛКП NOVATECK согласно спецификации № 1 к договору № 0401/18 от 02.04.2018 и спецификации поставки в редакции приложения № 1 к дополнительному соглашения от 10.05.2016 № 5 к договору от 26.02.2013          № 03/54, признал, что данное обстоятельство свидетельствует о противоречивости и недостоверности информации, указанной в спецификации № 1 к договору от 02.04.2018 № 0401/18, представленной ответчиком.

Сопоставив дату окончательной приемки оборудования согласно актам от 22.12.2016 и от 26.06.2017 с датой заключения договора от 02.04.2018               № 0401/18, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии необходимости выполнения работ предусмотренных договором на дату его заключения, так как оборудование уже было введено в эксплуатацию, в связи с чем согласился с позицией конкурсного управляющего о мнимости указанного договора.

Делая вывод о мнимости правоотношений сторон по договору субподряда, суд первой инстанции также учел, что на предприятии АО «Концерн ВКО «Алмаз-Антей» осуществляется строгий пропускной режим. 

В подтверждение выполнения работ ответчик также указывал, что они осуществлялись силами ФИО7, ФИО8, ФИО6, ФИО9, ФИО10, являющихся работниками ООО «СЗМК»,  представил в материалы дела приказы о приеме указанных лиц на работу в ООО «СЗМК», трудовые договоры, расчетные листки о начислении заработной платы, платежные поручения о ее выплате, доказательства направления в Пенсионный фонд Российской Федерации сведений о застрахованных лицах.

Вместе с тем, согласно ответу АО «Концерн ВКО «Алмаз-Антей» в период с апреля по сентябрь 2018 года временные пропуска были оформлены    ФИО7, ФИО8, ФИО6, ФИО9, ФИО10 именно как сотрудникам ООО «Новатек» для выполнения работ  в г. Киров, в связи с чем поставил под сомнение оказание услуг сотрудниками ООО «СЗМК».

Ответчиком также не представлено объяснений относительно необходимости приема-увольнения работников должника в аффилированную с ним компанию ООО «СЗМК». 

Таким образом, судом первой инстанции обоснованно отклонены доводы ответчика о выполнении работ силами сотрудников ООО «СЗМК».

В этой связи суд сделал правильный вывод, что спорные работы выполнены силами самого должника, следовательно, у ответчика не возникло право на получение оплаты за указанные работы ввиду отсутствия встречного предоставления и мнимости договора от 02.04.2018 № 0401/18.

Суд апелляционной инстанции согласился с указанными выводами.

  Суд кассационной инстанции также не усматривает оснований не согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанций о мнимости правоотношений сторон договора от 02.04.2018 № 0401/2018  и отсутствии у должника обязанности по оплате работ в период с 19.07.2018 по 17.09.2018.

Судом кассационной инстанции учтено, что предметом указанного договора являются услуги по техническому обслуживанию окрасочно-сушильного оборудования, размещенного в корпусе № 112 по адресу: 

<

...>. 

Утверждая, что часть работ по договору от 26.02.2013 № 03/54 была выполнена силами специалистов субподрядчика ООО «СЗМК» в рамках договора от 02.04.2018 № 0401/18, ответчик ссылался на принятие части работ Концерном от должника, что, по его мнению, подтверждается следующими документами: актами выполненных работ от 28.02.2018, 12.12.2017, актами окончательной приемки оборудования и обучения специалистов грузополучателя по работе на оборудовании от 05.09.2018, актом принятия монтажных и пусконаладочных работ, обучения от 13.08.2018.

Названные документы правомерно не приняты судами в качестве доказательств, подтверждающих указанные обстоятельства.

Согласно условиям договора от 02.04.2018 работы должны были быть выполнены в течение 180 календарных дней, порядок и сроки их оплаты были установлены в зависимости от выполнения соответствующих этапов работ, но не ранее.

Таким образом, акты от 12.12.2017, 28.02.2018 не являются надлежащими доказательствами в силу того, что договор субподряда был заключен после их подписания.

Акты от 13.08.2018 и 05.09.2018 также не могут быть приняты во внимание, поскольку спорные платежи от 19.07.2018, 03.08.2018 были совершены ранее их подписания, то есть выполнения работ, что противоречит условиям договора; акт от 05.09.2018 не подтверждает выполнение работ в корпусе 112, предусмотренных договором субподряда.  

Указанные обстоятельства ставят под сомнение относимость договора от 02.04.2018 к выполненным ответчиком работам на объектах Концерна, а также наличие у ответчика права требования их оплаты.

Следует также отметить, что в приложении № 1 к договору от 02.04.2018 наименование его сторон противоречит отраженному в самом договоре.

Так, согласно договору ООО «Новатек» является заказчиком, ООО «СЗМК» – подрядчиком.

В приложении к договору указанные лица поименованы следующим образом: ООО «СЗМК» – заказчик, ООО «Новатек» – поставщик.

Договор, приложение к нему и акт выполненных работ подписаны одним и тем же лицом, как со стороны заказчика, так и подрядчика, – ФИО11 

Данные обстоятельства также вызывают сомнение в действительности заключенного договора.

 Суд округа считает, что в рассматриваемом случае, вопреки доводам кассационной жалобы, судами верно установлены обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела, доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены, выводы сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным ими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения.

 Доводы, изложенные в кассационной жалобе, не опровергают выводы судов и направлены на переоценку исследованных обстоятельств. Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права применительно к фактическим обстоятельствам, установленным судами при рассмотрении дела в первой и апелляционной инстанциях (статья 286 АПК РФ). Окружной суд не вправе переоценивать исследованные судом доказательства и сделанные на их основе выводы.

 Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

 При таких обстоятельствах у суда кассационной инстанции отсутствуют основания для отмены обжалуемых судебных актов.

В связи с окончанием кассационного производства приостановление исполнения определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.04.2021 по делу № А56-85125/2019/сд.4, принятое определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 26.08.2021, подлежит отмене (часть 4 статьи 283 АПК РФ).

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.04.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2021 по делу № А56-85125/2019/сд.4 оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Северо-западная машиностроительная компания» – без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.04.2021 по делу № А56-85125/2019/сд.4, принятое определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 26.08.2021.

 

Председательствующий

Е.В. Зарочинцева

Судьи

 

К.Г. Казарян

ФИО1