ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-27044/2022

г. Саратов

11 марта 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена «26» февраля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен «11» марта 2024 года.

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Судаковой Н.В.,   

судей Грабко О.В., Романовой Е.В., 

при ведении протокола судебного заседания с использованием систем видеоконференц-связи секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 15 декабря 2023 года по делу                    № А12-27044/2022 

об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов

в рамках дела о признании ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец г. Урюпинск, Волгоградской обл., зарегистрирован по адресу: 403115, 

<

...>; ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>) несостоятельным (банкротом), 

при участии в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи: представителя ФИО2 – ФИО4, действующей на основании доверенности от 10 марта 2023 года, 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Волгоградской области от 17.02.2023 заявление акционерного общества  «Реалист банк» о признании ФИО3 (далее – ФИО3, должник) несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении него введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО5 (далее – финансовый управляющий, ФИО5).

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 12.07.2023 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), ведена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5

10.03.2023 (в установленный законом срок) ФИО2 (далее – ФИО2) обратился с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов должника на сумму 7 500 000 руб. 00 коп. 

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 15.12.2023 в удовлетворении требования ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника отказано.   

ФИО2, не согласившись с принятым судебным актом, обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Волгоградской области от 15.12.2023 отменить, удовлетворить заявление в полном объёме. Апелляционная жалоба мотивирована тем, что в материалах дела имеется достаточно доказательств, подтверждающих финансовую возможность ФИО2 по предоставлению займа. 

В представленном отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий ФИО5 возражал против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В представленном отзыве на апелляционную жалобу Управление Федеральной налоговой службы по Волгоградской области (далее - УФНС по Волгоградской области, уполномоченный орган) возражало против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просило обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просила обжалуемое определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте. 

Руководствуясь частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное заседание.

Исследовав материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального и соблюдение норм процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующему.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В обоснование заявленных требований указано, что 12.01.2020 ФИО2 предоставлены в долг ФИО3 денежные средства в размере 7 500 000 руб. 00 коп. с указанием срока возврата - по первому требованию, что подтверждается распиской от 12.01.2020.

Требование о возврате долга по расписке, датированное 12.12.2022, было направлено кредитором должнику 03.03.2023. 

Неисполнение ФИО3 условий по договору займа послужило основанием для обращения ФИО2 с заявлением о включении данной задолженности в реестр требований кредиторов должника.  

Отказывая в удовлетворении требований ФИО2, суд первой инстанций правомерно исходил из следующего. 

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), заявитель обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

Требование о включении в реестр задолженности по договорам займа по своей правовой природе аналогично исковому требованию о взыскании долга по соответствующему виду договора, за тем исключением, что в первом случае в отношении ответчика проводятся процедуры несостоятельности.

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой. В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания. В тоже время предъявление высокого стандарта доказывания к конкурирующим кредиторам считается недопустимым и влекущим их неравенство ввиду их ограниченной возможности в деле о банкротстве доказать необоснованность требования заявляющегося кредитора.

При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору и (или) арбитражному управляющему должника достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

На это неоднократно указывалось как в утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации Обзорах судебной практики Верховного Суда Российской Федерации (№ 1(2017), № 3(2017), № 5(2017), № 2(2018) со ссылками на определения                                          № 305-ЭС16-12960, № 305-ЭС16-19572, № 301-ЭС17-4784 и № 305-ЭС17-14948 соответственно), так и в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривавшей подобные судебные споры (определения № 308-ЭС18-2197, № 305-ЭС18-413, № 305-ЭС16-20992(3), № 301-ЭС17-22652(1), № 305-ЭС18-3533, № 305-ЭС18-3009, № 305-ЭС16-10852(4,5,6), № 305-ЭС16-2411,                  № 309-ЭС17-344 и другие). 

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Пунктом 1 статьи 810 ГК РФ предусмотрено, что заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Верховный Суд Российской Федерации последовательно отмечает, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником), носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами: за собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник юридическое лицо) или за самим должником (через родственные связи - если должник физическое лицо). Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств о наличии задолженности у должника, обычно достаточного для разрешения подобного спора; пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга; признанием обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с совпадением интересов должника и такого кредитора их процессуальная активность не направлена на установление истины.

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в реестр, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В тоже время они могут заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности.

Предъявление к конкурирующим кредиторам повышенного стандарта доказывания привело бы к неравенству кредиторов. Для уравнивания кредиторов в правах арбитражный суд должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела. Процессуальная активность конкурирующих кредиторов при содействии арбитражных судов (пункт 3 статьи 9, пункты 2, 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) позволяет эффективно пресекать злоупотребления (формирование фиктивной задолженности) и не допускать недобросовестных лиц к распределению конкурсной массы.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411 по делу № А41-48518/2014, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В тоже время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому, факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки.

В подтверждение финансовой возможности предоставления суммы займа указано, что ФИО2 является генеральным директором общества с ограниченной ответственностью  «Зевс» (далее – ООО «Зевс»), выручка которого составила в 2019 году 15,3 млн. руб., является директором общества с ограниченной ответственностью «Лимон» (далее – ООО «Лимон»), президентом Волгоградской региональной общественной организации «Федерация Спортивной Борьбы» (организация ликвидирована), является учредителем общества с ограниченной ответственностью «Мед+» (далее – ООО «Мед+») - действующей клиники в городе Волжский.

Как следует из представленных по запросу суда первой инстанции уполномоченным органом сведений, ФИО2 с 20.12.2004 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя и применяет упрощенную систему налогообложения с объектом налогообложения «доходы», налоговая ставка 6%. По сведениям налогового органа, ФИО2 в качестве налоговой базы по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения, указаны доходы: за 2017 год - 2 820 000 руб. 00 коп., за 2018 год -              4 802 881 руб. 00 коп., за 2019 год - 488 000 руб. 00 коп.

Соответственно, декларации по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения не содержат сведений о понесенным расходах ФИО2 в рамках предпринимательской деятельности.

Также судом первой инстанции обоснованно учтено, что ООО «Мед+» зарегистрировано в качестве юридического лица 17.08.2020, соответственно, бухгалтерская отчетность за 2019 год отсутствует. Согласно сведениям налогового органа движения по счетам ООО «Мед+» за период с 01.01.2020 по 12.01.2020 (дата выдачи займа) отсутствуют. Иных сведений, позволяющих сделать вывод о выплате ФИО2 дивидендов в 2020 году по итогам работы организации, в материалы дела не представлено, равно как и отсутствуют сведения о получении какого-либо дохода, в том числе заработной платы, от деятельности ООО «Мед+». Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что ООО «Мед+» было зарегистрировано в качестве юридического лица 17.08.2020, после выдачи займа должнику (12.01.2020), а соответственно доходы от деятельности данной медицинской организации не могли быть использованы в целях выдачи займа. 

Сведений о получении дивидендов от участия в деятельности ООО «Лимон» и ООО «Зевс» в материалы дела заявителем также не представлено, согласно сведениям налогового органа движения по счетам указанных организаций отсутствуют.

Согласно представленным уполномоченным органом по запросу суда первой инстанции справкам о доходах по форме 2-НДФЛ за 2017-2019 гг., в 2017 году сумма дохода ФИО2 составляла 147 000 руб. 00 коп. (ООО «Зевс»), в 2018 году - 151 200 руб. 00 коп. (САО «Зевс»), в 2019 году - 15 000 руб. 00 коп. (ПАО СК «Росгосстрах») без учета налога на доходы физического лица в размере 13%, что также не свидетельствует о наличии возможности выдать займ за счет данных денежных средств.

Представленные в материалы дела договор купли-продажи земельного участка от 24.04.2019 (за 700 000 руб. 00 коп.), договор купли-продажи транспортного средства от 30.04.2020 (за 250 000 руб. 00 коп.), договор купли-продажи земельного участка и жилого дома от 21.05.2020 (за 4 000 000 руб. 00 коп.) также не подтверждают наличие финансовой возможности на предоставление займа, поскольку как верно отметил суд первой инстанции, земельный участок и жилой дом были реализованы кредитором 21.05.2020, а транспортное средство реализовано 30.04.2020, то есть после выдачи займа должнику 12.01.2020. 

Таким образом, денежные средства, полученные кредитором от реализации указанных объектов, не могут быть учтены при определении совокупного дохода для возможности выдачи займа должнику в январе 2020 года.

Судом первой инстанции обоснованно учтено, что займ должнику выдан наличными денежными средствами, снятие которых в размере предъявленной к включению в реестр требований кредиторов должника суммы из представленной выписки по счету в ПАО Сбербанк в 2019 году не усматривается. 

Представленные ФИО2 документы не подтверждают, что денежные средства аккумулировались кредитором на счете и были сняты единовременно в целях предоставления займа. При этом, являясь физическим лицом, ФИО2 должен обладать не только денежными средствами, подлежащими передаче по договору займа, но и средствами для несения расходов на личные потребности (нужды).

Таким образом, представленные заявителем документы не свидетельствует однозначно о том, что указанные выше денежные средства действительно были направлены на предоставление займа должнику, а не на иные цели.

Должником также не было представлено доказательств расходования полученных денежных средств с учетом значительности суммы.

Кроме того, из представленных заявителем документов усматривается, что в 2019 году ФИО2 было приобретено недвижимое имущество: квартира, общей площадью 134,8 кв.м, кадастровый номер 34:34:040019:933, договор купли-продажи - 13.05.2019, дата государственной регистрации в реестре недвижимости - 24.05.2019; помещение, кадастровый номер 34:00:000000:60233, договор купли-продажи от 03.07.2019.

Таким образом, как верно отметил суд первой инстанции, из материалов дела не усматривается, что доходы кредитора превышали его расходы в степени, позволяющей предоставить займ в спорной сумме (7 500 000 руб. 00 коп.) в январе 2020 года. В материалы дела не представлены документы, свидетельствующие об источнике дохода, позволяющем накопить денежные средства в размере 7 500 000 руб. 00 коп. 

Доводы заявителя о получении дохода за предшествующие годы (2017-2019 гг.) от предпринимательской деятельности оцениваются судом апелляционной инстанции критически, поскольку свидетельствуют только о ведении ФИО2 предпринимательской деятельности и получения дохода в определенный период времени, не подтверждают наличие финансовой возможности по состоянию на 12.01.2020 и не могут являться безусловными доказательствами того, что именно вышеуказанные средства были в дальнейшем переданы в заем. 

Апелляционный суд также принимает во внимание, что ФИО2 при рассмотрении настоящего обособленного спора не представил достоверных пояснений в отношении разумных экономических или иных причин (деловой цели) предоставления займа наличными денежными средствами на более чем значительную сумму (7 500 000 руб. 00 коп.) в отсутствие какого-либо обеспечения (залог, поручительство, гарантия и т.п.).

Согласно правовой позиции, изложенной в определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020 №310-ЭС18-12776, разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки, сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.

В данном случае установленные обстоятельства спора указывают на то, что презумпция разумности поведения ФИО2 опровергнута. Его поведение не соответствует типичной модели поведения обычного гражданина - участника гражданского оборота, находящегося в схожих обстоятельствах, оно противоречит интересам самого ФИО2

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2014 №4-КГ14-16 указано, что принимая решение по делу, суд должен руководствоваться не формальными соображениями и основаниями для отказа в удовлетворении иска, а исходить из мотивов, связанных с оценкой существа самого спорного права, и принимать во внимание все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора.

В силу специфики дел о банкротстве, определяющей повышенный стандарт доказывания и предполагающей необходимость особой степени осмотрительности и разумности в действиях контрагентов при совершении и исполнении сделок с должником, указание в договоре на получение займа не является безусловным доказательством реальности передачи денежных средств.

Как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации в своих определениях, периодических и тематических обзорах судебной практики - в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Особо подчеркивается необходимость применения повышенного стандарта доказывания при оценке обоснованности требований заинтересованных по отношению к должнику кредиторов.

Таким образом, вопреки положениям статьи 65 АПК РФ, в материалы дела не представлено доказательств, с достоверностью подтверждающих обоснованность заявленных требований. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требования ФИО2

Суд апелляционной инстанции считает, что убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба  не содержит.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что по делу принято законное и обоснованное определение, оснований для отмены либо изменения которого не имеется. Выводы суда по данному делу основаны на установленных обстоятельствах и имеющихся в деле доказательствах при правильном применении норм материального и процессуального права. Апелляционную жалобу ФИО2 следует оставить без удовлетворения.

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 15 декабря 2023 года по делу                           №А12-27044/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение. 

 

Председательствующий судья                                                                                      Н.В. Судакова

 

 

Судьи                                                                                                                                О.В. Грабко 

 

 

                                                                                                                                          Е.В. Романова