АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-52183/2019

г. Краснодар

24 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 мая 2023  года

Полный текст постановления изготовлен  24 мая 2023  года

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Афониной Е.И., судей Аваряскина В.В. и Фефеловой И.И., при участии в судебном заседании от истца – управляющей компании общества с ограниченной ответственностью «Европа-2» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО1 (доверенность от 22.09.2022), ответчика – индивидуального предпринимателя ФИО2 (лично) и представителя – ФИО3 (доверенность 23.12.2019), в отсутствие иных лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу управляющей компании общества с ограниченной ответственностью «Европа-2» на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2023 по делу № А32-52183/2019, установил следующее. 

УК ООО «Европа-2» (далее – общество) обратилась в арбитражный суд с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – предприниматель) о взыскании 19 290 750 рублей убытков. 

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО4 

Решением от 21.06.2022 в удовлетворении исковых требований отказано. 

Определением апелляционного суда от 31.10.2022 суд перешел к рассмотрению спора по правилам, установленным для рассмотрения дел в суде первой инстанции, принял уточненные исковые требования общества о взыскании с ФИО2 11 149 777 рублей убытков. 

Определением от 26.12.2022 апелляционный суд принял уточненные исковые требования общества о взыскании с ФИО2 20 321 227 рублей убытков.

Постановлением апелляционного суда от 27.01.2023 решение от 21.06.2022 отменено по основанию, предусмотренному частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), в удовлетворении иска отказано. 

В кассационной жалобе общество просит отменить апелляционное постановление. По мнению заявителя, суд не учел, что представленные в дело акты выполненных работ являются недостоверными доказательствами. Договоры оказания услуг не имели для общества экономической целесообразности и не исполнялись. ФИО2 являлся аффилированным лицом, в связи с чем к спорным правоотношениям должен быть применен повышенный стандарт доказывания, суд не проверил реальность исполнения формально правильно оформленных сделок; не исследовал и не оценил доводы истца о целесообразности их заключения, а также заключения трех договоров аренды между одними и теми же лицами в отношении одного и того же помещения. В материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие перечисление ФИО2 денежных средств по договорам займа в установленном размере.

В отзыве на жалобу ФИО4 поддерживает доводы жалобы и просит отменить постановление суда апелляционной инстанции.

Предприниматель в отзыве на жалобу просит оставить без изменения обжалуемый судебный акт, считая его законным и обоснованным.

В соответствии со статьей 163 Кодекса в судебном заседании 11.05.2023 объявлялся перерыв до 15 часов 15 минут 18.05.2023. После перерыва судебное заседание продолжено.

В судебном заседании представители сторон высказали свои доводы и возражения.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзывов, выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам. 

Как видно из материалов дела и установили суды, ФИО2 с 18.09.2014 являлся единственным участником общества. 

18 апреля 2019 года ФИО2 и ФИО5 заключили договор купли-продажи доли в уставном капитале общества, по которому ФИО2 передал в собственность, а ФИО5 принял и оплатил в соответствии с условиями договора долю в размере 100% (сто процентов) уставного капитала общества. 

В адрес общества начали поступать претензионные письма о наличии задолженностей общества перед контрагентами и энергоснабжающими организациями. 

Общество обратилось в ООО «БСК аудит» для проведения ревизии финансово-хозяйственной деятельности с 01.01.2015 по 26.04.2019, в течение которого участником общества являлся ФИО2  

01 августа 2019 года заключен договор оказания консультационных услуг № К-018/19 между ООО «БСК аудит» и обществом на проведение документальной ревизии финансово-хозяйственной деятельности истца с 01.01.2015 по 26.04.2019. 

28 августа 2019 года на основании проведенного ревизором анализа финансово-хозяйственной деятельности истца в целях выявления нарушений законодательства Российской Федерации и полноты отражения активов, обязательств в бухгалтерском учете и отчетности с 01.01.2015 по 26.04.2019 выявлено, что с 01.01.2015 по 26.04.2019 общество производило расчеты с ФИО2 на основании заключенных договоров. 

По состоянию на 26.04.2019 дебетовый оборот между обществом и ФИО2 составил 28 793 089 рублей 12 копеек, кредитовый 19 669 031 рубль 04 копейки, не подтвержденная первичными документами задолженность составила 19 290 750 рублей. 

ФИО2 претензионные требования не исполнил, ответы на претензии не направил, что послужило основанием для обращения общества в суд. 

Отказывая в иске, апелляционный суд исходил из следующего. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода; пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса). 

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков истцу, размер убытков,  противоправность поведения причинителя ущерба, юридически значимую связь между поведением указанного лица и наступившим вредом. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении убытков. 

 Согласно пункта 1 и 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Ответственность, предусмотренную пунктом 1 данной статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании. 

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление № 62) указано, что арбитражным судам следует учитывать, что участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в интересах юридического лица. 

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 32 постановления от 23.06.2015 № 25 разъяснил, что участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 Гражданского кодекса), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53, пункт 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса). 

Согласно разъяснениям пункт 1 постановления № 62 в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. 

В соответствии с толкованием правовых норм, приведенном в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей. При этом в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников). 

Согласно пункту 2 данного постановления недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 

– действовал при наличии  конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 

– скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 

– совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; - знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.). 

В силу пункта 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ (далее – Закон № 14-ФЗ) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 44 Закона № 14-ФЗ члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. 

Согласно абзацу 7 пункта 2 постановление № 62 под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения. 

Апелляционный суд указал, что сам по себе факт перечисления денежных средств со счета юридического лица предпринимателю или взятию их в подотчет из кассы не влечет автоматического возникновения убытков у общества. Убытки возникают лишь в случае, если денежные средства в дальнейшем не расходуются для нужд общества или не возвращаются в его кассу либо на счет.

Судом установлено и сторонами не оспаривается, что ФИО2 являлся руководителем общества с 18.09.2014 по 28.05.2015, затем с 28.05.2015 по 27.05.2019 руководителем являлась ФИО4, а с 27.05.2019 по настоящее время руководителем общества является ФИО6 

Определением от 27.01.2022 было назначено проведение экспертного исследования, согласно выводам которого при проведении экспертизы представлены копии первичных бухгалтерских документов, банковские выписки по движению денежных средств с 01.01.2015 по 26.04.2019, из которых следует, что сумма перечисленных обществом в адрес предпринимателя с учетом возвратов в кассу и оплату услуг теплоснабжения в кассу АО «АТЭК» составила 18 970 882 рубля 61 копейку. 

Из представленной экспертом таблицы следует, что размер денежных средств, перечисленных с 01.01.2015 по 26.04.2019 ИП ФИО2, составил 22 268 200 рублей, возврат наличных денежных средств и переданных от ФИО2 в кассу общества составил сумму в размере 1 856 973 рубля, возврат наличных средств в уплату квитанций за услуги теплоснабжения АО «АТЭК» составил 1 440 344 рубля 39 копеек, общая сумма оказанных работ (услуг) составила 25 241 020 рублей, в том числе по актам выполненных подрядных работ –  20 651 020 рублей, по актам аренды нежилого помещения – 4 590  тыс. рублей.

С учетом изложенного экспертом сделан вывод о том, что задолженность ИП ФИО2, действующего в качестве индивидуального предпринимателя и физического лица, перед обществом в части финансовых операций, проведенных с 01.01.2015 по 26.04.2019 (с учетом документов первичной бухгалтерской отчетности, оформленных при выполнении работ (оказанных услуг) и произведенных платежей и выданных под отчет денежных средств), отсутствует.

Принимая во внимание выводы экспертного исследования, апелляционный суд отказал в иске.

Между тем апелляционный суд не учел следующего.

В подтверждение возникновения у общества задолженности перед ФИО2, ответчик представил копии актов выполненных работ и оказанных услуг по следующим договорам:

– договор на выполнения работ от 15.01.2015 № 1, заключенный обществом в лице генерального директора ФИО2 и ИП ФИО2 (ОГРНИП 313231207100165) на выполнение работ и оказание услуг по содержанию, обслуживанию, устранению аварийных ситуаций общего имущества многоквартирного жилого дома по адресу: 

<

...>. К данному договору предоставлены акты выполненных работ на общую сумму 20 651 020 рублей с 15.01.2015 по 26.04.2019; 

– договор аренды нежилого помещения от 01.01.2015, заключенный обществом  в лице генерального директора ФИО2 и ИП ФИО2, с 01.01.2015 по 30.11.2016;             – договор аренды недвижимого имущества от 01.04.2015, заключенный обществом  в лице генерального директора ФИО2 и ИП ФИО2, с 01.04.2015 по 31.03.2016, к данному договору представлены акты с 01.01.2015 по 30.04.2019 на общую сумму 4 590 тыс. рублей; 

– договор займа от 01.04.2015 № 1 на сумму 2 млн рублей, заключенный ФИО2 и обществом в лице директора  ФИО4; 

– договор займа от 01.10.2018 № 2 на сумму 1 079 555  рублей, заключенный ФИО2  и обществом в лице директора ФИО4; 

– договор займа от 30.11.2018 № 3 на сумму 2 млн рублей, заключенный ФИО2 и обществом в лице директора  ФИО4

С целью установления наличия (отсутствия) задолженности ФИО2 проведено экспертное исследование, согласно которому стоимость работ по актам выполненных подрядных работ по договору на выполнения работ от 15.01.2015 № 1 составила 20 651 020 рублей.

При этом истец указывал, что эксперт при проведение экспертизы не сопоставлял произведенные обществом в адрес ФИО2 платежи с предоставленными им документами, а лишь обособленно друг от друга фиксировал в экспертном заключении сумму произведенных в адрес ФИО2 платежей и отдельно сумму по предоставленным ФИО2 первичным документам, в связи с чем пришел к необоснованному выводу о том, что, несмотря на расхождении в назначении платежа и предоставленных актах, общая сумма выполненных работ превышает величину оплат за минусом возвратов и платежей в адрес контрагентов в наличной форме. Представленные ответчиком акты носят формальный характер, идентичны по содержанию и не раскрывают содержание хозяйственных операций, содержат обобщенную информацию.

Однако суд указанные доказательства (акты выполненных работ) не исследовал и  доводам заявителя не дал надлежащую правовую оценку.

Кроме того, суд оставил без внимания довод заявителя о том, что представленные в материалы дела акты выполненных работ подписаны аффилированными лицами, поскольку ФИО2 принадлежала доля в размере 100% уставного капитала общества, следовательно, он по смыслу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса являлся лицом, имевшим фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе давать обязательные указания единоличному и коллегиальному исполнительному органу общества. 

Ввиду того, что документы, подтверждающие расходы общества на выполнение работ, акты выполненных работ и оказанных услуг, оформлены между взаимозависимыми лицами, а представленные ФИО2 документы объективно не подтверждают расходы на выполнение работ, оказание услуг, именно на ответчике лежала обязанность по исключению любых разумных сомнений в реальности долга.

В рассматриваемом случае доказательствами реальности исполнения договора могут быть документы, подтверждающие, когда и кем выполнялись спорные работы (нахождение в штате работников, выполняющих спорные работы (услуги) согласно Перечню по содержанию, обслуживанию и устранению аварийных ситуаций общедомового имущества МКД, бухгалтерскую отчетность, свидетельствующую о выплате заработной платы наемным рабочим и оплаты за них социальных взносов), за счет каких материалов и средств (наличие оборудования, используемого в производстве работ, закупку расходных материалов); перечень данных работ и необходимость их выполнения. 

Так, заявителем указано, что общество приняло в управление новый многоквартирный жилой дом по адресу: 

<

...> в декабре 2014 года, в связи с чем необходимость в проведении каких-либо ремонтных работ (ремонт лифта и кровли) с 15.01.2015 отсутствовала. Из представленных ответчиком идентичных по своему содержанию актов невозможно определить, в каком объеме и на какую сумму выполнены указанные ответчиком работы.  Кроме того, в силу положений Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» до декабря 2019 года находился на гарантийном обслуживании застройщика – ООО «ЕкатеринодарИнвест-Строй».

Вместе с тем данные обстоятельства и представленные в их  подтверждение доказательства судом не исследованы и не оценены.

В отношении договоров аренды судом не исследован вопрос о необходимости у общества в аренде помещений площадью 90 кв. м,  не установлено  фактическое использование обществом арендуемого помещения в спорный период.  

Оценивая договоры займа от 01.04.2015 № 1, от 01.10.2018 № 2, от 30.11.2018 № 3, суд не принял во внимание довод общества о том, что в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие перечисление ФИО2 денежных средств обществу по указанным договорам в установленном размере. Исходя из условий договоров займа, ФИО2 должен был предоставить обществу денежные средства в размере 5 079 555 рублей. Однако согласно данным бухгалтерской отчетности от ФИО2 в кассу общества с 01.10.2015 по 11.03.2019 поступило только 1 856 973 рублей (приходные кассовые ордера на зарплату сотрудников).

Суд также оставил без внимания доводы истца о том, что  предоставленные ФИО2 и отраженные в экспертизе авансовые отчеты с приложением квитанций об оплате услуг теплоснабжения многоквартирного дома наличными денежными средствами через кассу АО «АТЭК» на общую сумму 1 440 344 рубля 39 копеек не могут являться подтверждением расходов ФИО2, поскольку плательщиком в соответствии с квитанциями к приходным и кассовым ордерам выступает общество по договору теплоснабжения, на основании чего предоставленные документы необоснованно приняты в подтверждение расходования денежных средств  ФИО2 для нужд общества.

Суд округа также обращает внимание, что акты выполненных работ и большая часть актов аренды нежилого помещения, а также договоры займа, квитанции к приходно-кассовому ордеру и авансовые отчеты подписаны ФИО4 (т. 2, л. д. 32 – 136).

12 февраля 2020 года в материалы дела от ФИО4 представлены пояснения (т. 2, л. д. 23), подписанные ей лично.

Однако подписи ФИО4 на актах, договорах и иных документах спорного периода и визуально отличаются от подписи ФИО4 в пояснениях. 

Кроме того, в отзыве на кассационную жалобу ФИО4 указала, что не подписывала акты выполненных работ и полагает, что акты на сумму более 20 млн рублей изготовлены позже указанной в них даты. ФИО2 работы по управлению и содержанию имущества многоквартирного дома на указанную сумму не выполнял, все работы по дому выполнялись силами работников управляющей компании либо по поручению застройщика организациями, которые осуществляли строительно-монтажные работы на объекте, по гарантийным обязательствам (т. 7, л. д. 63). 

Учитывая изложенное, выводы суда об отсутствии доказательств, подтверждающих факт причинения обществу убытков являются преждевременными, сделанными на основании неполного выяснения обстоятельств дела, в связи с чем обжалуемые судебные акты не могут быть признаны судом кассационной инстанции законным и обоснованным, подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении дела суду надлежит устранить все нарушения и противоречия, оценить все представленные в дело доказательства и доводы сторон по правилам, после чего принять судебный акт в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 284 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2023 по делу № А32-52183/2019 отменить. Дело направить на новое рассмотрение в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                                 Е.И. Афонина

Судьи                                                                                                                           В.В. Аваряскин

                                                                                                                          И.И. Фефелова