СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                                                              Дело № А45-3300/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 14 ноября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 ноября 2024 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего      Сбитнева А.Ю.,

судей:                                     Логачева К.Д.,

                                               Фаст Е.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Сперанской Н.В. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1 (07АП-4516/23(16)), ФИО2 (07АП-4516/23(17)) на определение от 11.09.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-3300/2022 (судья Кыдырбаев Ф.А.) о несостоятельности (банкротстве) должника - общества с ограниченной ответственностью «ТД Велес» (ОРГН 

<

***>, ИНН: 

<

***>),

принятое по заявлению и.о. конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО1 и ФИО4,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 - ФИО5 по доверенности от 02.05.2023;

ФИО2, паспорт;

от арбитражного управляющего ФИО3 - ФИО6 по доверенности от 01.10.2024;

от иных лиц – не явились;

У С Т А Н О В И Л:

решением суда от 28.09.2022, должник был признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура банкротства – конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО3. 

08.10.2022 в газете «Коммерсантъ» опубликованы сведения о введении в отношении должника процедуры банкротства – конкурсное производство. 

05.04.2023 в арбитражный суд поступило заявление ФИО3 (с учетом уточнения) о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО1 и ФИО4.

Определением от 11.09.2024 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 и ФИО1 в солидарном порядке к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – общества с ограниченной ответственностью «ТД Велес». В удовлетворении требований в остальной части отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1, ФИО2 обратились с апелляционными жалобами.

В обоснование доводов ФИО1 указывает, что для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТД «Велес» необходимо было доказать, что по состоянию на 20.04.2022 он вопреки обязанностям по хранению и передаче документации должника арбитражному управляющему, не сделал этого.

Также апеллянт считает, что судебные акты, имеющие преюдициальное значение для настоящего спора, не соответствуют требованиям законодательного регулирования, поскольку закон не связывает возникновение либо прекращение полномочий единоличного исполнительного органа с фактом внесения в ЕГРЮЛ таких сведений.

Однако независимо от даты прекращения полномочий как директора и участника общества, по мнению апеллянта, полномочия руководителя должника ФИО1 были прекращены за один год до даты введения процедуры наблюдения. Из чего следует, что обязанность ФИО1 по хранению документации должника также была прекращена за год до возбуждения дела о банкротстве должника.

Также в апелляционной жалобе содержится утверждение о том, что после вынесения судебного акта об истребовании документов и имущества у ФИО1 и ФИО2, последующими судебными актами было установлено, что документы и имущество ООО «ТД «Велес» находились в распоряжении ФИО7 с момента его вступления в должность директора должника.

В связи с чем, ФИО1 полагает, что выводы суда содержат противоречивую позицию относительно других обособленных сопоров, просит изменить определение суда от 11.09.2024 в части, отказать в удовлетворении требования о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – общества с ограниченной ответственностью «ТД Велес».

В апелляционной жалобе ФИО2 выражает свое несогласие с выводами суда первой инстанции, поскольку в обжалуемом определении не дана оценка доводов апеллянта о конечных бенефициарах рассматриваемых правоотношений, что является существенным нарушением норм процессуального права, которое привело к вынесению незаконного определения.

На основании изложенного, ФИО2 просит отменить определение Арбитражного суда Новосибирской области от 11.09.2024, в удовлетворении заявления ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности отказать полностью.

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим ФИО3 представлен отзыв, согласно которому считает доводы апелляционных жалоб необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

В судебном заседании лица, участвующие в деле поддержали ранее изложенные позиции и письменные отзывы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - АПК РФ) рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Удовлетворяя заявленные требования в части признания доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 и ФИО1 в солидарном порядке к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции указал, что обстоятельства, имеющие значение для дела установлены судами в рамках иных обособленных споров.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность обжалуемого определения, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для его отмены.

Рассмотрев материалы дела повторно в порядке главы 34 АПК РФ, суд апелляционной инстанции соглашается с правильностью выводов суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы, исходит из следующих норм права.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, частью 1 статьи 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия такого лицо.

Институт субсидиарной ответственности является правовым механизмом защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, возмещения причиненного им вреда; при разрешении требования о привлечении к субсидиарной ответственности интересы кредиторов противопоставляются лицам, управлявшим должником, контролировавшим его финансово-хозяйственную деятельность.

Согласно пункту 8 статьи 61.11 Закон о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно.

Арбитражный суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица (пункт 9 статьи 61.11 Закона банкротстве).

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов (пункт 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Как следует из сведений ЕГРЮЛ:

05.05.2021

ФИО1 назначает ФИО2 новым директором организации

12.07.2021

Уставный капитал повышен с 10 000 руб. до 25 000 руб.

Миракс ФИО8 становится новым участником организации с долей 60%

09.11.2021

ФИО1 выходит из состава участников ООО

13.12.2021

Миракс ФИО8 становится единственным участником ООО с долей 100%

10.02.2022

ФИО9 становится новым директором организации совместно с ФИО2

25.03.2022

ФИО2 направляет в ИФНС заявление о недостоверности сведений о нем, как руководителе общества

20.04.2022

В отношении должника в деле о несостоятельности (банкротстве) введено наблюдение

Данные обстоятельства установлены определением Арбитражного суда Новосибирской области от 04.05.2023, постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2023 и постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 02.11.2023 по настоящему делу.

Таким образом, ответчики ФИО2. и ФИО1 соответствуют признакам контролирующих должника лиц, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В рассматриваемом случае вступившим в законную силу определением суда от 04.05.2023 удовлетворено заявление и.о. конкурсного управляющего ФИО3 об истребовании у ФИО2 и ФИО1 бухгалтерской и иной документации должника, материальных и иных ценностей общества «ТД Велес» (ОГРН: 

<

***>) согласно перечню, изложенному в резолютивной части судебного акта (в том числе печатей и штампов).

Как установлено судом первой инстанции, ФИО1 и ФИО2 не представлены расшифровки запасов на сумму 31 816 000 руб., а также финансовых активов (дебиторской задолженности) на сумму 206 284 000 руб., в связи с чем, у конкурсного управляющего отсутствует возможность самостоятельно получить сведения о составе указанных активов. 

Кроме того, ответчиками не представлены объективные доказательства невозможности представления указанных сведений, а также доказательств, предпринятых мер на восстановление документации.

Как указано окружным судом (постановление от 02.11.2023), ни ФИО1, являясь участником и руководителем ООО «ТД Велес» с момента его создания, ни последующий директор ФИО2 не доказали исполнения обязанности по передаче первичных учетных бухгалтерских документов и имущества общества следующему руководителю или его участнику.

Также суд округа отметил противоречивость позиции ФИО1, исходя из которой изначально на данные акты приема-передачи документов должника какому-либо лицу ФИО1 не ссылался, данные документы появились уже после вступления в законную силу обжалуемых судебных актов, по своему содержанию акты от 14.10.2016 и от 22.04.2021 носят тождественный характер, при этом ФИО10 отношения к ООО «ТД Велес» не имеет, а дважды ФИО1 исполнить указанную обязанность по отношению к разным лицам не мог, тем более данное обстоятельство отрицается следующим руководителем должника с учетом его письменных пояснений, имеющимся в материалах настоящего обособленного спора. 

С учетом сведений из регистрационного дела ООО «ТД Велес» смена участника и руководителя общества с ФИО1 на иных лиц происходила в короткие сроки до его банкротства, притом так, что в итоге руководителем должника стал номинальный директор ФИО9, а единственным участником - Миракс кэпитал ЛП (иностранная компания). 

Данные действия совершены с мая 2021 года по февраль 2022 года, а процедура банкротства в отношении должника возбуждена уже 18.03.2022. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 N 302-ЭС17-9244, отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. 

По смыслу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур банкротства, предполагает наличие вины руководителя.

Невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов. 

Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.). 

Доводы ФИО1 о прекращении его полномочий как директора и отсутствии доказательств нахождения у него истребуемой документации и материальных ценностей должника отклонены судом округа, поскольку из материалов дела следует, что действия ответчиков носят согласованный характер и изначально направлены на передачу 100% долей в ООО «ТД Велес» другому участнику, который с последним номинально утвержденным директором ФИО9 какую-либо хозяйственную деятельность от имени общества не вел.

Кроме того, в постановлении Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2024 указано «При первичном рассмотрении дела согласно позиции ФИО1 документы, товарно-материальные ценности и печати должника были переданы от ФИО1 к ФИО2 согласно представленным позднее актам приема-передачи, что должно быть на тот момент известно обоим ответчикам. Однако ни один из них на момент рассмотрения спора не упомянул об указанном обстоятельстве, а сами акты были приобщены к делу ответчиками после вступления в силу пересматриваемого судебного акта».

Вопреки доводам жалобы прекращение статуса руководителя общества не отменяет обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, а доказательств передачи не представлено, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии основания для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Резюмируя указанные выше доводы, очевидно, что ответчик ФИО2 до признания должника банкротом в полном объеме реализовывал полномочия руководителя должника и не исполнил обязанность по передаче документации конкурсному управляющему.

ФИО2 в своей апелляционной жалобе настаивает на необходимости изучения конечных бенефициарах рассматриваемых правоотношений, считая причастность ФИО11 к группе подконтрольных ФИО12, важным обстоятельством для установления ответчиков по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Однако суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами обжалуемого определения, исходит из того, что институт представительства, является лишь инструментом для осуществления гражданских прав и обязанностей, и не свидетельствует о наличии безусловного контроля со стороны поверенного по отношению к доверителю. Само по себе представительство не относится к основаниям признания лица аффилированным.

Как следует из материалов дела, факт оказания юридических услуг должнику – ООО «ТД «Велес» подтвержден следующими документами: 

- договор оказания юридических услуг от 07.06.2018 № 07-07/18, акты оказания услуг за период с 07.06.2018 по 07.04.2021, а также акты от 07.08.2021, от 07.09.2021, от 07.10.2021; 

- скриншотами о направлении документов ООО «ТД «Велес» во исполнение обязательств по договорам оказания услуг (проекты договоров, документация для государственной регистрации изменений в ЕГРЮЛ, акты сверки и др.).

Доказательства того, что ФИО4 обладал реальной возможностью влиять на принимаемые должником решения, и являлся лицом, фактически принимавшим реализованные в хозяйственной деятельности должника управленческие решения, апеллянтом не представлены.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о невозможности признания лица, оказывающего юридические услуги, контролирующим должника лицом.

В обжалуемом определении мотивированно изложены преюдициальные обстоятельства, послужившие основанием для удовлетворения заявления о привлечении ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательства должника.

Между тем, доводы апелляционной жалобы сводятся к повторению позиции, изложенной в суде первой инстанции и обоснованно отклоненной судом, и также не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как, не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права, а выражают лишь несогласие с ними. Убедительных аргументов, основанных на доказательственной базе и опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение от 11.09.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-3300/2022 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2, ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью состава суда, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети Интернет.

Председательствующий                                                                                    А.Ю. Сбитнев

Судьи                                                                                                                   К.Д. Логачев

                                                                                                                             Е.В. Фаст