АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело № А65-3664/2022 

Дата принятия решения –  30 июня 2022 года.

Дата объявления резолютивной части –  27 июня 2022 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе судьи Холмецкой Е.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Углянской А.С.,

с участием:

от истца - представителя ФИО1,  действующего по доверенности от 13.04.2022, 

от ответчика общества с ограниченной ответственностью «Технопарк Стройконструкции» – представителя ФИО2  действующего по доверенности от 26.01.2022,

от ответчика общества с ограниченной ответственностью «ВР-Пласт» - представителя ФИО3, действующего по доверенности от 10.01.2022, представителя ФИО4, действующего по доверенности от 10.01.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело № А65-3664/2022 

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Гермес Групп» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к  обществу с ограниченной ответственностью «Технопарк Стройконструкции» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), обществу с ограниченной ответственностью «ВР-Пласт» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 33 490 186 руб. 67 коп. ущерба, причиненного имуществу в результате пожара,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Гермес Групп» (далее - истец) обратилось с исковым заявлением к  обществу с ограниченной ответственностью «Технопарк Стройконструкции» (далее - ответчик) о взыскании 33 490 186 руб. 67 коп. ущерба, причиненного имуществу в результате пожара.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.04.2022 к участию в деле в качестве второго ответчика привлечено общество с ограниченной ответственностью «ВР-Пласт» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Информация о принятии иска к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Арбитражного суда Республики Татарстан в сети Интернет по адресу: www.tatarstan.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В судебном заседании истец исковые требования поддержал, ответчик ООО «Технопарк Стройконструкции» против удовлетворения исковых требований возражал, ответчик ООО «ВР-Пласт» против удовлетворения исковых требований возражал.

Из материалов дела следует, что между истцом (арендатор) и ответчиком-1 (арендодатель) 01.08.2018 заключен договор аренды нежилых помещений 21/18, согласно которому  ответчик передал в аренду истцу комплекс помещений, находящихся по адресу: 

<

...>, для осуществления хозяйственной деятельности.

В производственном здании 04.03.2019 произошел пожар. 

В результате пожара пострадало имущество истца, находившееся в здании, уничтоженном пожаром. 

Между ответчиком-1 и истцом 31.03.2019 подписано соглашение о расторжении договора аренды.

Из искового заявления следует, что размер убытков составил 33 490 186 руб. 67 коп.

Рассмотрев исковые требования, суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

Удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (статья 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1). При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

По смыслу статей 15 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установить наличие вреда, его размер, противоправность действий причинителя вреда, наличие его вины (умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил следующее.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (пункт 12).

Из Картотеки Арбитражных дел следует, что в рамках дела № А65-21069/2020 Страховое акционерное общество «ВСК» обратилось с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Стройконструкции» о взыскании ущерба, причиненного обществу с ограниченной ответственностью «ВР-Пласт» в результате пожара.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.03.2021, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2021, иск удовлетворен.

При первоначальном рассмотрении дела суд, основываясь на положениях статей 210, 611, 612 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также статьи 38 Федерального закона «О пожарной безопасности», принимая во внимание условия договора аренды и действия сторон по его исполнению, не установил нарушение арендатором (ООО «ВР-Пласт») правил пожарной безопасности, находящихся в причинно-следственной связи с возникшим пожаром.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа судебные акты первой и апелляционной инстанций отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

Согласно отзыву ответчика по делу № А65-21069/2020 первичное возгорание было ликвидировано, а на территории помещений, арендуемых третьим лицом, до пожара имелись деревянные поддоны, с которых началось вторичное возгорание, что и привело к таким последствиям. По мнению ответчика-1, для возникновения и распространения пожара короткого замыкания было недостаточно, а горение и его распространение напрямую связаны с тем, что в зоне искр от короткого замыкания располагались горючие материалы, горение которых не было локализовано и потушено. Само по себе короткое замыкание и выделявшиеся его продукты не могли привести к тем последствиям, которые наступили в результате горения продукции и сырья, располагавшегося в здании.

Заключением эксперта ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Татарстан  № 303-3-1 от 27.03.2019 установлено, что в месте расположения очага пожара произошла вспышка с последующим, характерным  для короткого замыкания продолжительным искрением. Из представленного видеоматериала видеорегистратора установлено, что искры разлетаются на значительное расстояние от места вспышки. Под местом, где наблюдалось искрение, были расположены деревянные поддоны, на которые попадали искры. Данный факт подтверждается показаниями первоочевидцев пожара, которые находились внутри здания.

В связи с этим эксперт пришёл к выводу, что произошло короткое замыкание токопроводящих медных жил, сопровождаясь образованием устойчивой электродуги, а также образованием разлетающихся частиц  расплавленного металла (искры), тепловое воздействие которых может привести к возгоранию горючих конструкций и материалов. Расположенные рядом материалы относятся к горючим и, следовательно, могли загореться вследствие тепловых процессов, сопровождающих аварийный режим работы электротехнических изделий, находившихся под напряжением.

Таким образом, возгорание деревянных поддонов явилось следствием короткого замыкания, а не первостепенной причиной пожара.

С целью разрешения возникших вопросов и в связи с необходимостью разрешения вопросов по экспертным заключениям ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Татарстан № 284-3-1 от 13.03.2019 и № 342-3-01 от 27.03.2019 в судебном заседании при рассмотрении дела № А65-21069/2020 был допрошен начальник учреждения ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Татарстан ФИО5, который принимал непосредственное участие в исследовании места происшествия  в период ещё пожара.

В судебном заседании ФИО5 пояснил, что  причиной пожара явилось возгорание горючих веществ и материалов от тепловых процессов, сопровождающих аварийные режимы работ, возникших в кабельном изделии с медными токоведущими жилами, проложенными вдоль кран-балки. Таким образом, причиной пожара явилось короткое замыкание, а не возгорание поддонов арендатора.

В ходе допроса эксперт пояснил, что причиной пожара явилось короткое замыкание на высоте 8 метров в районе шинопровода. В соответствии с законами физики искры разлетались по дуге, что и объясняет удалённость места пожара от места короткого замыкания. Вещественные доказательства изымались экспертом, а дознователем помещались в сейф-пакеты, на которых проставлялись отметки понятых. Кусок медного провода был обнаружен в пожарном мусоре, других проводов обнаружено не было при том, что алюминивые провода могли расплавится ввиду более высокого значения температуры плавления меди. 

Эксперт указал, что первичное значение имеет замыкание в медном кабеле, а остальные короткие замыкания, которые могут быть в результате пожара, являются второстепенными. Именно на медном кабеле были следы короткого замыкания. Медный кабель был проложен вдоль балки шинопровода. Однако, другие фрагменты кабеля не выявлены, принадлежность медного кабеля, точки его питания и подключения не устанавливались, так как это не было предметом пожаро-технической экспертизы. Эксперт также указал, что не исключается питание как от медного кабеля, так и медного кабеля от шинопровода.

В ходе экспертизы использовался прибор «Каскад» для определения мягкости металла, в том числе балки. Очаг пожара находился между 2 и 3 балками ближе к шинопроводу (точка измерения № 18). Металлографический анализ не производился в связи с отсутствием необходимости и в связи с превышением коэффициентов, определённых по первому методу (коэффициент более 19 при нормативе коэффициент 2). Использованные результаты первого метода сомнения не вызывали.

Согласно заключению эксперта № 303-3-1 от 12.03.2019 «в представленном объекте – в пробе пожарного мусора признаки наличия, каких-либо углеводородов, содержащихся в органических веществах, характерных для жидкостей (ГЖ) отсутствует». В протоколе осмотра места происшествия, составленным старшим инспектором ОНД и ПР по г. Казани УНД и ПР ГУ МЧС России по Республики Татарстан, майором внутренней службы ФИО6 от 06.12.2018, указано, что при визуальном и органолептическом методе исследования следов легковоспламеняющих и горючих жидкостей на месте пожара не обнаружено. 

В экспертном заключении № 48/19/00909 от 21.03.2019 указано, что согласно журналу учета первичных средств пожаротушения (огнетушителей) склад готовой продукции, цех профилей, цех компаундов, склад исходных компонентов были обеспечены первичными средствами пожаротушения-огнетушителями в количестве 42 шт., различной модификации, что превышает требуемую норму.

В ходе судебного разбирательства представлены экспертное заключение ООО «Экспресс Оценка» № 2269/19 от 18.03.2019, заключения эксперта ООО «ЦНО «Эксперт» № 256/1-СТД/КЗН от 12.03.2020, № 256-СТД/КЗН от 12.03.2020 и № 256/2-СТД/КЗН, заключение эксперта АНО ДПО «Центр независимой экспертизы» № 11/СТ-ЭЛ-20 от 02.11.2020.

Представленные экспертные заключения не исключают выводы экспертных заключений ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Татарстан.

В ходе судебного разбирательства по делу № А65-21069/2020 заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы. Суд отказал в удовлетворении данного ходатайства в связи с невозможностью проведения данной экспертизы на этапе судебного разбирательства, поскольку производственное здание, в котором произошло возгорание, в настоящее время полностью демонтировано с проведением восстановительного ремонта. 

Выполняя указания суда округа, отменившего состоявшиеся по делу № А65-21069/2020 судебные акты, судом произведена оценка экспертного заключения ООО «Центр независимой оценки «Эксперт» № 256/1-СТД/КЗН от 12.03.2020.

Согласно указанному экспертному заключению токопроводящие жилы кабеля, в котором согласно заключению экспертов № 284-3-1 от 13.03.2019 МЧС России ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Республике Татарстан 04.03.2019 произошло короткое замыкание, были медными и находились в зоне ответственности ООО «ВР-Пласт» в производственном корпусе (главного корпуса), расположенном по адресу: 

<

...>).

Экспертное заключение ООО «ЦНО «Эксперт» № 256/1-СТД/КЗН от 12.03.2020 в части установления принадлежности медного кабеля основано исключительно на опросе специалистов ООО «Технопарк Стройконструкции» относительно закупки медного кабеля и его подключения к оборудованию арендатора. Осмотр места пожара с участием ООО «ВР-Пласт» экспертом не проводился. Проверить правильность выводов экспертов относительно опроса невозможно ввиду отсутствия протоколов опроса. При этом эксперт не отнесён к лицам, уполномоченным проводить допрос лиц с их предупреждением об уголовной ответственности за дачу ложных показаний.

После направления настоящего дела на новое рассмотрение состоялось решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.11.2021 по делу № А65-33157/2019 по спору относительно этого же страхового случая, но с участием иной страховой компании. Указанным решением установлено, что согласно акту о разграничении электросетей по эксплуатационной ответственности сторон от 09.02.2015 границей раздела эксплуатационной ответственности являются кабельные наконечники питающих отходящих кабелей ООО «ВР-Пласт» на автоматических выключателях, что означает, что замыкание произошло в кабеле, находящемся в зоне ответственности третьего лица (ООО «ВР-Пласт»).

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2022 решение суда от 22.11.2021 по делу № А65-33157/2019 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 29.09.2021 установлено, что акт подписан сторонами в связи со сложившимися длительными отношениями. Вышестоящей судебной инстанцией указано на неправомерность позиции судов по критической оценке акта разграничения электросетей по эксплуатационной ответственности сторон от 09.02.2015.

Вступившим в законную силу решением арбитражного суда по делу № А65-33157/2019 на основании акта от 09.02.2015 сделан вывод о происхождении замыкания в зоне ответственности ООО «ВР-Пласт». 

Оценив представленные доказательства в рамках дела № А65-21069/2020, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.03.2022 по делу № А65-21069/2020 оставлено без изменения Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.06.2022.

Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ преюдициальное значение имеют обстоятельства, относящиеся к лицам, участвующим в деле, и установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному гражданскому делу.

При наличии противоречивых выводов об обстоятельствах дела, изложенных во вступивших в законную силу судебных актах арбитражного суда, при разрешении спора суд не может ограничиться формальной ссылкой на результат рассмотрения спора по одному из данных дел и на положения статьи 69 АПК РФ (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2016 № 305-ЭС14-7445). В такой ситуации суд должен самостоятельно повторно установить фактические обстоятельства дела и на основе этого разрешить спор.

В то же время при рассмотрении иска суд должен учесть обстоятельства ранее рассмотренных дел. Если суд придет к иным выводам, нежели содержащиеся в судебных актах по ранее рассмотренным делам, он должен указать соответствующие мотивы (применительно к разъяснениям пункта 4 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Поэтому в спорной ситуации необходимо проанализировать те выводы, к которым пришли суды по ранее рассмотренным делам, затем решить, имеется ли между данными судебными актами подлинная конкуренция, требующая повторного установления всех существенных обстоятельств.

Обстоятельства, относящиеся к взысканию убытков, установленные в рамках настоящего дела, а также установленные в рамках дел № А65-21069/2020 и № А65-33157/2019 не являются противоречивыми, конкуренции между судебными актами не имеется, иное истцом не доказано, более того, все обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, судами проанализированы и в рамках настоящего спора, им дана соответствующая оценка.

Согласно пункту 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности как размер убытков, так и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. 

Из разъяснений, содержащихся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015  № 25 указано, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействий) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

В рассматриваемом деле истец не представил бесспорных доказательств того, что именно действия (бездействия) ответчика-1 привели к пожару и возникновению в связи с этим убытков. Истцом не представлены доказательства возникновения пожара и убытков по вине ответчика-1.

Аналогичная позиция в оценке спорных обстоятельств приведена в судебных актах по делам № А65-21069/2020 и № А65-33157/2019.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

В силу статей 9 и 41 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий, в том числе в части представления (непредставления) доказательств, заявления ходатайств о проверке достоверности сведений, представленных иными участниками судебного разбирательства, а также имеющихся в материалах дела.

С позиции вышеприведённых обстоятельств, арбитражный суд считает исковое требование к обществу с ограниченной ответственностью «Технопарк Стройконструкции» не подлежащим удовлетворению.

В отношении иска к обществу с ограниченной ответственностью «ВР-Пласт» суд отмечает следующее.

Ответчиком -2 при рассмотрении настоящего дела заявлено о применении срока исковой давности.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

В силу статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Согласно пункту 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

В соответствии с абзацем 3 пункта 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 № 18 «О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства» по смыслу абзаца первого части 5 статьи 4 АПК РФ к числу таких споров не относятся споры о возмещении убытков, возникших вследствие причинения вреда.

В данном случае, учитывая, что истцом в отношении ответчика-2 заявлен иск о взыскании внедоговорных убытков, соблюдение претензионного порядка не требуется.

На основании статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. 

Из материалов дела следует, что пожар произошел 04.03.2019, ходатайство о привлечении к участию в деле ответчика-2 подано истцом 22.04.2022.

В судебном заседании истец пояснил, что фактически ему было известно, кто занимал помещение,  в котором произошел пожар, однако не был решен вопрос о разграничении ответственности арендодателя и арендатора.

 Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

При этом статья 200 Гражданского кодекса Российской Федерации не связывает начало течения срока исковой давности с моментом установления лица, нарушившего право (причинителя вреда).

Появление у потерпевшего права на иск закон связывает с реальной или потенциальной осведомленностью этого лица о нарушении своего права и о надлежащем ответчике по иску о защите этого права (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.11.2018 № 301-ЭС18-11487).

Разрешение вопроса разграничения ответственности является прерогативой суда и не влияет на возможность реализации права на обращение в суд, не приостанавливает течение срока исковой давности для  обращения за защитой своих интересов.

Исходя из указанных положений, а также обстоятельств дела истец должен был узнать о нарушении своего права - причинение ущерба зданию пожаром, не позднее дня, в который он произошел, то есть 04.03.2019 (в момент причинения вреда).

В этой связи довод истца об исчислении исковой давности с момента вынесения решения суда, в котором дана оценка акту о разграничении ответственности, не соответствует закону.

Суд критически относится к доводам истца о том, что ему не был известен надлежащий ответчик - арендатор помещения, а также о том, на каких основаниях пострадавшие лица занимали помещения, в связи с чем, срок исковой давности применению не подлежит.

Судом установлено, что истец знал потерпевших лиц на дату пожара, что истцом не опровергается, реализация права на обращение с иском о взыскании убытков не связана с установлением правовых оснований пользования помещением, в котором произошло возгорание.

Более того, о возгорании в помещении, арендуемом ООО «ВР-Пласт», указано в постановлении № 17 от 03.04.2019.

Из материалов дела также следует, что пожар, в том числе и место его возникновения, зафиксирован видеокамерами, что также позволяло истцу установить место возникновения пожара и обратиться с соответствующим иском.

 Таким образом, истец имел возможность обратиться с иском к лицу, занимающему помещение, в котором произошло возгорание.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2017 № 305-ЭС17-9331, срок исковой давности по требованию о возмещении причиненного вреда арендованному имуществу начинает течь с момента, когда кредитор узнал или должен был узнать о нарушении своего права, т.е. с момента пожара.

Таким образом, учитывая, что срок исковой давности в данном случае составляет три года, суд приходит к выводу, что иск к ООО «ВР-Пласт» заявлен за пределами срока исковой давности.

Поскольку истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске, то другие основания для отказа в иске и связанные с ними доводы значения для существа судебных актов не имеют (пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

На основании изложенного, требования к обществу с ограниченной ответственностью «ВР-Пласт» удовлетворению не подлежат.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по иску в сумме 190 451 руб. возлагаются на истца.

Руководствуясь статьями  110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

отказать в удовлетворении исковых требований.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его изготовления в полном объеме через Арбитражный суд Республики Татарстан. 

Судья                      Е.А. Холмецкая