/

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А19-11413/2013

2 октября 2017 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 сентября 2017 года.

Полный текст постановления изготовлен 2 октября 2017 года.

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Парской Н.Н.,

судей: Барской А.Л., Бронниковой И.А.,

при участии в судебном заседании  представителей конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Агродорспецстрой» Кожематова Александра Владимировича Канупы А.С. (доверенность от 20.02.2017), Федеральной налоговой службы  Князева Д.А. (доверенность № 04-07/0019 от 04.04.2017),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Агродорспецстрой» Кожематова Александра Владимирович и конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Спецтрансстрой» Козлова Игоря Владиславовича на определение Арбитражного суда Иркутской области от 25 января 2017 года по делу № А19-11413/2013, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 13 июля 2017 года по тому же делу (суд первой инстанции: Сеничева О.М., Александрова О.О., Чигринская М.Н., суд апелляционной инстанции: Доржиев Э.П., Оширова Л.В., Гречаниченко А.В.),

установил:

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 26 мая 2014 года общество с ограниченной ответственностью «Агродорспецстрой» (ОГРН 1043802454024, ИНН 3827016965, рабочий поселок Маркова Иркутского района, далее –  ООО «Агродорспецстрой», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден арбитражный управляющий Шпак Александр Анатольевич.

Конкурсный управляющий должника обратился 16.03.2015 в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закона о банкротстве) соглашений о перемене лица в обязательстве по договорам финансовой аренды (лизинга) №3090ЛС/10 от 01.09.2013, №3091ЛС/10 от 01.09.2013, №3092ЛС/10 от 01.09.2013, №3213ЛС/10 от 01.09.2013, №3088ЛС/10 от 01.09.2013, №3347ЛС/10 от 01.09.2013, №4478ЛС/10 от 01.09.2013, №4986ЛС/10 от 01.09.2013, №0179-015-Л/2011ЛД/11 от 01.09.2013, №0179-016-Л/2011ЛД/11 от 01.09.2013 (далее – договоры финансовой аренды (лизинга)), и применении последствий недействительности сделки в виде обязания общества с ограниченной ответственностью «Спецтрансстрой» (далее – ООО «Спецтрансстрой») возвратить ООО «Агродорспецстрой» соответствующее имущество.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 1 июля 2015 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 30 ноября 2015 года, заявление конкурсного управляющего о признании сделок недействительными удовлетворено.

Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 24 февраля 2016 года определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Иркутской области.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 6 апреля 2016 года к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве соответчика привлечено открытое акционерное общество (далее – ОАО «Государственная транспортная лизинговая компания»).

При новом рассмотрении заявления конкурсный управляющий уточнил заявленное требование, просил суд признать недействительными соглашения о перемене лица в обязательстве от 01.09.2013 по договорам финансовой аренды (лизинга) и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ОАО «Государственная лизинговая компания» неосновательного обогащения по договорам финансовой аренды (лизинга) в общей сумме 33 426 643 рублей 99 копеек.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 25 января 2017 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 13 июля 2017 года, в удовлетворении заявления отказано.

Суды, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника, исходили из того, что оспариваемые конкурсным управляющим соглашения о перенайме по своей правовой природе являются договорами, по которым произведена перемена лиц в обязательствах, в результате которых был осуществлен перевод с ООО «Агродорспецстрой» на ООО «Спецтрансстрой» всех прав и обязанностей лизингополучателя по договорам лизинга, в том числе обязательство по погашению задолженности по лизинговым платежам и по продолжению уплаты лизинговых платежей в общем размере.

При этом суды, установив, что за передачу права владения и пользования предметами лизинга ответчик (ООО «Спецтрансстрой») предоставил должнику равноценное встречное исполнение, признали несостоятельными доводы конкурсного управляющего о том, что лизингодатель (ОАО «Государственная лизинговая компания») и новый лизингополучатель (ООО «Спецтрансстрой») знали или должны были знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, и их действия направлены на причинение вреда имущественным правам кредиторов, поскольку доказательств совершения оспариваемых сделок заинтересованными лицами со стороны ответчика - ОАО «Государственная лизинговая компания» суду не были представлены.

Конкурсный управляющий должника Кожематов Александр Владимирович (далее – Кожематов А.В.) и конкурсный управляющий ООО «Спецтрансстрой» Козлов Игорь Владиславович (далее - Козлов И.В.), не согласившись с принятыми по делу судебными актами, обратились в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационными жалобами.

Согласно доводам кассационной жалобы конкурсного управляющего должника, выводы суда первой инстанции о  непредставлении доказательств, подтверждающих наличие совокупности обстоятельств, необходимых для признания оспариваемых соглашений о перемене лица в обязательстве по договорам финансовой аренды (лизинга) недействительными, установленных пунктами 1, 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, являются ошибочными, не соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и не основаны на нормах материального права.

Заявитель кассационной жалобы указывает, что в результате заключения оспариваемых сделок с согласия лизингодателя (ОАО «Государственная транспортная лизинговая компания») по договорам выкупного лизинга произведена замена прежнего лизингополучателя (ООО «Агродорспецстрой») на нового лизингополучателя (ООО «Спецтрансстрой»), которому переданы все права лизингополучателя в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, сами предметы лизинга, а также соответствующие обязанности. Таким образом, по мнению заявителя, если первоначальным лизингополучателем в составе лизинговых платежей выплачена часть выкупной цены предметов лизинга, новый лизингополучатель приобретает все права на указанную часть, в том числе право на получение предметов лизинга в собственность при уплате им оставшихся лизинговых платежей, а также право требовать по правилам о неосновательном обогащении от лизингодателя возврата денежных средств, которые фактически были уплачены первоначальным лизингополучателем в счет погашения выкупной цены предмета лизинга в составе лизинговых платежей при расторжении договора выкупного лизинга и возврате предмета лизинга. При этом первоначальный лизингополучатель таких прав лишается.

Заявитель полагает, что вывод суда первой инстанции об отсутствии у лизингополучателя права требовать возврата каких - либо платежей из сумм, полученных на момент расторжения договора выкупного лизинга сделан без учета положений пунктов 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пункте 3.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».

При этом заявитель считает, что обстоятельства принятия на себя новым лизингополучателем по условиям спорных сделок обязательств по погашению лизингодателю задолженности по лизинговым платежам и штрафных санкций само по себе не свидетельствует о предоставлении им равноценного встречного исполнения.

Согласно доводам кассационной жалобы конкурсного управляющего ООО «Спецтрансстрой» Козлова И.В., при заключении оспариваемых соглашений ликвидатор ООО «Агродорспецстрой» нарушил установленный абзацем 1 пункта 3 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации порядок реализации имущества юридического лица, находящегося в стадии ликвидации, и реализовал имущественные права по договорам лизинга без проведения торгов.

Отзыв на кассационные жалобы, в котором выражено согласие с содержащимися в них доводами, поступивший от Федеральной налоговой службы, не отвечает требованиям части 1 и части 2 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кассационные жалобы рассматриваются в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Участвующие в судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника, а также представитель уполномоченного органа поддержали доводы кассационных жалоб, просили обжалуемые судебные акты отменить.

Проверив в пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов судов установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов, содержащихся в кассационных жалобах, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа пришел к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ООО «Агродорспецстрой» (лизингополучатель) и ОАО «Государственная лизинговая компания» (лизингодатель) заключены пятнадцать договоров финансовой аренды (лизинга), по условиям которых ОАО «Государственная лизинговая компания» приобрело в собственность транспортные средства в количестве пятнадцати единиц у поставщиков по договору и предоставило их ООО «Агродорспецстрой» во временное владение и пользование на срок, указанный в Приложениях (графиках платежей) к договору. Лизингополучатель, в свою очередь, принял на себя обязательство принять предмет лизинга в порядке, предусмотренном настоящим договором, возместить затраты лизингодателя, связанные с приобретением и передачей и передачей предмета лизинга лизингополучателю, уплатой лизингодателем налога на имущество, страхования, а также выплатить лизингодателю его доход.

По актам приема-передачи транспортные средства переданы лизингодателем лизингополучателю - ООО «Агродорспецстрой». Общая стоимость транспортных средств составляет 53 268 023 рублей 26 копеек.

Между ООО «Агродорспецстрой» и ООО «Спецтрансстрой» 01.09.2013 заключены соглашения о перемене лиц в обязательстве по договорам финансовой аренды (лизинга), согласно условиям которых ООО «Агродорспецстрой» (первоначальный лизингополучатель) передает, а ООО «Спецтрансстрой» (новый лизингополучатель) принимает на себя все права и обязанности, предусмотренные договорами финансовой аренды (лизинга). По актам приема-передачи от 01.09.2013 ООО «Агродорспецстрой» передало ООО «Спецтрансстрой» указанную в договорах технику.

Конкурсный управляющий ООО «Агродорспецстрой» полагая, что вышеуказанные соглашения о перемене лиц в обязательствах, являются недействительными, поскольку они совершены в течение месяца до возбуждения дела о банкротстве, при этом безвозмездно, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также совершены между заинтересованными лицами, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании их недействительными.

Арбитражные суды, отказывая в удовлетворении заявленных требований конкурсного управляющего, исходили из отсутствия совокупности оснований, предусмотренных пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимых для признания оспариваемых соглашений недействительными. 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа, рассмотрев доводы кассационных жалоб, не находит оснований для их удовлетворения в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», для признания сделки недействительной по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: - сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, - в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, - другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под таковым понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Судом первой инстанции установлено, что оспариваемые сделки совершены 01.09.2013, то есть в течение месяца до принятия заявления о признании должника банкротом (27.09.2013). Вместе с тем, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что  стороны оспариваемых сделок ООО «Спецтрансстрой» и ОАО «Государственная лизинговая компания» на дату их совершения не знали и не могли знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, все документы, представленные в подтверждение доводов заявителя, составлены либо опубликованы после совершения оспариваемых сделок. Кроме того, суды учли отсутствие доказательств заинтересованности участников сделок.

Рассмотрев доводы заявителей о том, что действия сторон сделок были направлены на причинение вреда имущественным правам кредиторов, поскольку совершены безвозмездно, без равноценного встречного предоставления, суды пришли к обоснованному выводу, что к моменту заключения оспариваемых соглашений ООО «Агродорспецстрой» использовал предмет лизинга около трех лет, за что вносил лизинговые платежи согласно графикам платежей, то есть нес самостоятельные расходы по внесению арендной платы в течение указанного периода. Поскольку предусмотренные договорами лизинга платежи и выкупная стоимость предметов лизинга не были уплачены должником в полном объеме, право собственности на предметы лизинга на момент совершения оспариваемых сделок сохранилось за лизингодателем.

Таким образом, судами правомерно определено, что предметы лизинга должнику не принадлежали, в связи с чем они не могли быть включены в конкурсную массу должника, из которой производится удовлетворение требований кредиторов.

Согласно пункту 5 статьи 15 Закона о лизинге по договору лизинга лизингополучатель обязуется принять предмет лизинга, а также выплатить лизингодателю лизинговые платежи в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором лизинга.

Согласно статье 28 Закона о лизинге под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя. В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю.

Исходя из положений Гражданского кодекса Российской Федерации о договорах аренды, лизинговые платежи представляют собой не что иное, как самостоятельные расходы по внесению арендной платы в течение указанного периода, при этом выкупную стоимость имущества должен был составить, как определили стороны в договорах лизинга, последний платеж.

С учетом вышеназванных норм права, положений пунктов 1 и 3 статьи 11 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон о лизинге), в соответствии с которыми предмет лизинга, переданный во временное владение и пользование лизингополучателю, является собственностью лизингодателя и может быть изъят им из владения и пользования у лизингополучателя в случаях и в порядке, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации и договором лизинга, а также принимая во внимание условия пункта 4.1.5 договоров лизинга, заключенных ОАО «Государственная транспортная лизинговая компания» с ООО «Агродорспецстрой», суды обоснованно признали, что ОАО «Государственная лизинговая компания» обладало правом в одностороннем порядке расторгнуть договоры лизинга, а ООО «Агродорспецстрой» было обязано возвратить предметы лизинга, а также уплатить в указанный срок все лизинговые платежи, подлежащие оплате на день расторжения, включая неустойку, возместить убытки лизингодателю, вызванные ненадлежащим исполнением обязательств, а также причиненные расторжением договора.

Между тем, в соответствии с оспариваемыми конкурсным управляющим соглашениями о перенайме все права и обязанности лизингополучателя по договорам лизинга, в том числе обязательства по погашению задолженности по лизинговым платежам, по продолжению уплаты лизинговых платежей и неустойки, перешли к ООО «Спецтрансстрой».

Судами учтены положения пункта 2 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации, которым предусмотрена возможность передачи арендатором с согласия арендодателя своих прав и обязанностей по договору аренды другому лицу (перенаем).

Согласно заключенным соглашениям о перемене лиц к договорам лизинга ООО «Спецтрансстрой» становится новым лизингополучателем, к которому переходят все права и обязанности лизингополучателя по договорам лизинга.

Судом первой инстанции также установлено, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 21 октября 2014 года по делу №А40-95749/14 определено изъять предметы лизинга у ООО «Спецтрансстрой» в пользу ОАО «Государственная транспортная лизинговая компания». Конкурсным управляющим указано, что фактически решение арбитражного суда не исполнено, предметы лизинга от ООО «Спецтрансстрой» в пользу ОАО «Государственная транспортная лизинговая компания» не переданы.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении Президиума от 21.01.2014 № 6878/13 под договором выкупного лизинга понимается также договор лизинга, в котором содержится условие о праве лизингополучателя выкупить по окончании срока действия данного договора предмет лизинга по цене, настолько меньшей, чем его рыночная стоимость на момент выкупа, что она является символической. При этом не установление в договоре лизинга выкупной стоимости, уплачиваемой по окончании срока лизинга, либо определение ее в символическом размере при превышении срока полезного использования предмета лизинга над сроком лизинга означает, что выкупная стоимость вошла в состав периодических лизинговых платежей.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», изложенным в пункте 3.1 названного постановления, расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем  просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Конкурсным управляющим, с учетом установленной экспертом на дату совершения оспариваемых соглашений к договорам лизинга рыночной стоимости транспортных средств, произведен расчет сальдо встречных обязательств, согласно которому сальдо сложилось в пользу лизингополучателя в сумме 33 426 643,99 рублей.

Суд апелляционной инстанции, правильно применив нормы материального права, учитывая разъяснения Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенные в пункте 4 постановления от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», установив, что предметы лизинга не были возвращены лизингодателю, а перешли от должника к новому лизингополучателю, обоснованно не принял во внимание заключение эксперта об определении рыночной стоимости предметов лизинга, которая в данном случае не могла быть учтена при расчете сальдо встречных обязательств на дату совершения оспариваемых сделок.

Согласно пункту 4 названного постановления Пленума № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга должна определяться исходя из суммы, вырученной от его продажи.

При этом судами правомерно учтено, что отчет оценщика может применяться только в случае, если предмет лизинга не реализован на момент рассмотрения спора или доказана недобросовестность лизингодателя при определении цены продажи.

Судами установлено, что часть предметов договора лизинга возвращена лизингодателю и реализована им, другая часть не может быть возвращена лизингодателю, поскольку либо являются вещественными доказательствами по уголовному делу, либо находятся в розыске; остальная часть имущества передана лизингодателю, но не реализована им. Судом апелляционной инстанции неоднократно откладывалось судебное разбирательство и было предложено рассмотреть вопрос о назначении экспертизы по определению стоимости реализации предметов лизинга, не реализованных лизингодателем, и исходя из этой стоимости рассчитать сальдо встречных обязательств, однако участвовавшие в судебном заседании представители не усмотрели необходимости в проведении экспертизы.

При таких обстоятельствах судом сделан правомерный вывод о недоказанности конкурсным управляющим должника  формирования сальдо встречных обязательств пользу лизингополучателя, в связи с чем суд не усмотрел оснований  для признания того, что в результате совершения оспариваемых сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов и сделки были совершены с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Таким образом, суды пришли к обоснованному выводу, что конкурсным управляющим должника не представлены доказательства, подтверждающие наличие совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной, установленных пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судами правомерно отклонены доводы конкурсного управляющего о том, что спорные соглашения являются ничтожной сделкой в силу пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием указания на их возмездный характер, поскольку в оспариваемых соглашениях стороны предусмотрели, что передача лизингополучателем прав и обязанностей новому лизингополучателю осуществляется на возмездных основаниях.

Довод конкурсного управляющего ООО «Спецтрасстрой» о том, что имущественные права, принадлежащие должнику, были реализованы без проведения публичных торгов, суд кассационной инстанции находит несостоятельным, поскольку как верно указано судом апелляционной инстанции, в данном случае реализация имущественных прав должника не осуществлялась.

Доводы заявителей, приведенные в кассационных жалобах, по существу были предметом рассмотрения арбитражных судов и получили соответствующую правовую оценку.

Каких-либо нарушений требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при оценке доказательств судами первой и апелляционной инстанций не допущено.

По результатам рассмотрения кассационных жалоб Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чем на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежат оставлению без изменения.

Руководствуясь статьями  274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 25 января 2017 года по делу № А19-11413/2013, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 13 июля 2017 года по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Судьи

 

Н.Н. Парская

А.Л. Барская

И.А. Бронникова