ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

05.04.2021 года                                                        дело № А48-2102/2019(Ж)

г. Воронеж                                                                                                                             

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02.04.2021 года

Постановление в полном объеме изготовлено 05.04.2021 года

 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

 

председательствующего судьи                                           Безбородова Е.А.

судей                                                                                Владимировой Г.В.

                                                                                                Потаповой Т.Б.

 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

 

при участии:

от ФИО2: представители не явились, извещены надлежащим образом,

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Орловской области от 19.11.2020 по делу № А48–2102/2019(Ж), по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ТрансИнвестСервис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО3 к ФИО2 о признании сделки должника недействительной и применении последствий ее недействительности, 

 

УСТАНОВИЛ:

ООО «ФИНАЛЬЯНС» 26 февраля 2019 года обратилось в Арбитражный суд Орловской области с заявлением о признании ООО «ТРАНСИНВЕСТСЕРВИС» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Орловской области от 05 марта 2019 года по делу № А48-2102/2019 было возбуждено производство.

Решением Арбитражного суда Орловской области от 30.04.2019 г. по делу №А48- 2102/2019 должник – ООО «ТРАНСИНВЕСТСЕРВИС» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре, применяемой в деле о банкротстве к ликвидируемому должнику, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3, являющаяся членом Некоммерческого партнерства «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

Конкурсным управляющим в соответствии с требованиями статей 28, 128 Закона о банкротстве 08 мая 2019 года опубликовано сообщение о введении процедуры конкурсного производства в отношении должника в газете «Коммерсантъ» № 79.

Конкурсный управляющий ООО «ТрансИнвестСервис» обратился в Арбитражный суд Орловской области с заявлением к ФИО2 (далее ответчик), в котором просил признать недействительными перечисления денежных средств на выплату дивидендов в размере 2 220 762,00 руб.

Определением  Арбитражного суда Орловской области от 19.11.2020 заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Признаны недействительными взаимосвязанные сделки по выплате ФИО2 дивидендов за 2017 год в размере 2 220 762,00 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 денежных средств в размере 2 220 762,00 руб. Взысканы с ФИО2 в доход федерального бюджета расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000,00 руб. 

Не согласившись с данным определением, ФИО2 обратилась в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

В электронном виде через сервис «Мой арбитр» от конкурсного управляющего ООО «ТрансИнвестСервис» ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, который суд приобщил к материалам дела.  

Изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта. При этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО2 являлась участником ООО «ТрансИнвестСервис» на основании договора купли-продажи доли в уставном капитале от 19.12.2014 до 06.06.2017, когда принадлежащая ей доля в размере 60% была продана ФИО4 на основании договора купли-продажи доли в уставном капитале.

В период с 04.09.2017 по 10.01.2018 должником ФИО2 были выплачены денежные средства в общем размере 2 220 762,00 руб., в том числе:

- 63 188,00 руб. с назначением платежа «Перечисление дивидендов согласно Протокола общего собрания №3 от 26 мая 2017 года для зачисления на карту ФИО2…»

- 1 635 574,00 руб. с назначением платежа «Перечисление дивидендов согласно Протокола общего собрания №3 от 26 июня 2017 года для зачисления на карту ФИО2…»

- 522 000,00 руб. с назначением платежа «Перечисление дивидендов согласно Протокола общего собрания №4 от 29 мая 2017 года для зачисления на карту ФИО2…»

Полагая, что выплата участнику ФИО2 дивидендов в размере 2 220 762,00 руб. совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, подпадает под признаки подозрительности, предусмотренные пунктами 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Принимая обжалуемый судебный акт, арбитражный суд первой инстанции правомерно исходил из следующего. 

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.1  Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора).

В пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Оспариваемая выплата дивидендов в сумме 2 220 762,00  руб. осуществлена в период с 04.09.2017 по 10.01.2018, то есть в пределах трехгодичного срока, предшествующего возбуждению производства по делу о банкротства должника (05.03.2019). В связи с чем, оспариваемая сделка по исполнению обязательств в отношении отдельного кредитора может обладать признаками подозрительной сделки, предусмотренными п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», для признания сделки недействительной необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 данного постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного постановления разъяснено, что согласно абзацам 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если присутствуют одновременно два следующих признака:

- на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

- имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Установленные абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно абзацу 34 ст.2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В силу пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно  п. 1 ст. 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Статьей 28 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее – Закон об Обществах) установлено, что общество вправе ежеквартально, раз в полгода или раз в год принимать решение о распределении своей чистой прибыли между участниками общества. Решение об определении части прибыли общества, распределяемой между участниками общества, принимается общим собранием участников общества.

Часть прибыли общества, предназначенная для распределения между его участниками, распределяется пропорционально их долям в уставном капитале общества.

Уставом общества при его учреждении или путем внесения в устав общества изменений по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно, может быть установлен иной порядок распределения прибыли между участниками общества. Изменение и исключение положений устава общества, устанавливающих такой порядок, осуществляются по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно.

В силу пункта 3 статьи 67.1 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) принятие общим собранием участников хозяйственного общества решения и состав участников общества, присутствовавших при его принятии, подтверждаются в отношении общества с ограниченной ответственностью путем нотариального удостоверения, если иной способ (подписание протокола всеми участниками или частью участников; с использованием технических средств, позволяющих достоверно установить факт принятия решения; иным способом, не противоречащим закону) не предусмотрен уставом такого общества либо решением общего собрания участников общества, принятым участниками общества единогласно.

В соответствии с разъяснениями, данным в пункте 107 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 г. N 25  «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», решения очных собраний участников хозяйственных обществ, не удостоверенные нотариусом или лицом, осуществляющим ведение реестра акционеров и выполняющим функции счетной комиссии в порядке, установленном подпунктами 1 - 3 пункта 3 статьи 67.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иной способ удостоверения не предусмотрен уставом общества с ограниченной ответственностью либо решением общего собрания участников такого общества, принятым участниками общества единогласно, являются ничтожными применительно к пункту 3 статьи 163 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, применительно к обществу с ограниченной ответственностью принятие общим собранием его участников решения может быть подтверждено нотариальным удостоверением или альтернативными способами, перечень которых сформулирован в статье в качестве примерного (подписание протокола всеми участниками или частью из них, использование технических средств, позволяющих достоверно установить факт принятия решения). Однако использование указанных способов возможно только в силу закрепления в уставе общества либо единогласно принятого его участниками решения.

Из представленных в материалы дела доказательств не следует, что в устав общества вносились изменения в соответствии с изменениями действующего законодательства, согласно которым участники общества единогласно утвердили иные, отличные от закона (нотариальное удостоверение) способы удостоверения решений общего собрания участников.

В связи с чем, как правомерно установлено судом первой инстанции, по общему правилу с 01.09.2014 протокол общего собрания участников обществ с ограниченной ответственностью подлежал обязательному нотариальному удостоверению.

Однако, в материалы дела не были представлены протоколы общего собрания №3 от 26.05.2017, №4 от 29.05.2017 и №3 от 26.06.2017, указанные в качестве основания получения ответчиком дивидендов.

В связи с чем, невозможно оценить как соблюдение требований пункта 3 статьи 163 ГК РФ и абзаца 3 пункта 107 Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" от 23.06.2015 № 25 к оформлению протоколов общего собрания №3 от 26.05.2017, №4 от 29.05.2017 и №3 от 26.06.2017, так и подлежащую выплате ответчику сумму дивидендов, а также период, за который она выплачивается.

Часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 65, часть 1 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ предусматривают, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений, и несет риск непредставления доказательств.

При таких обстоятельствах, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что выплата ФИО2 дивидендов была осуществлена в отсутствии каких-либо законных оснований.

Также, выплата дивидендов в период с 04.09.2017 по 10.01.2018, осуществленная по протоколами  №3 от 26.05.2017, №4 от 29.05.2017 и №3 от 26.06.2017, противоречит п. 3 ст. 28 Закона об Обществах решение учредителей о выплате дивидендов в срок до 13 августа 2018 года, поскольку срок выплаты не должен был превышать шестьдесят дней со дня принятия решения о распределении прибыли между участниками общества.

Помимо этого, арбитражным судом первой инстанции установлено, что в период фактической выплаты ответчику денежных средств у должника имелись непогашенные требования перед иными конкурсными кредиторами третьей очереди, возникшие ранее совершения оспариваемых сделки: перед ООО «Партнер Агро» (87 795,07 руб. за поставку, осуществленную в период с 24.08.2017), перед ИП ФИО5 (761 139,71 руб. за поставку, осуществленную в период с 31.07.2017), перед ЗАО «Заря» (2 660 518,58 руб. за поставку, осуществленную в период с 15.11.2017 по 26.12.2017).

В связи с чем, подлежит отклонению, как несостоятельный, довод заявителя апелляционной жалобы о недоказанности наличия признаков неплатежеспособности на даты совершения оспариваемых сделок. 

Таким образом, совокупность установленных обстоятельств, а именно отсутствие каких-либо законных оснований для выплаты дивидендов и наличие неисполненных обязательств перед частью кредиторов, свидетельствуют о том, что оспариваемые сделки были совершены с целью причинить вред кредиторам должника и фактически были направлены на создание законных оснований для возможности изъятия из владения должника свободных денежных средств под видом выплаты дивидендов.

При этом, поскольку выбытие в отсутствие соответствующих законных оснований из владения должника денежных средств в размере 2 220 762,00 руб. привело к негативным  для кредиторов последствиям в виде невозможности получения удовлетворения своих требований за счет указанного имущества должника, то совершение оспариваемых сделок привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов.

Также, как уже указывалось выше, ФИО2 являлась участником должника, владеющим 60% доли в уставном капитале, с 19.12.2014 по 06.06.2017, пока не продала на основании договора купли-продажи свою долю ФИО4

При этом, из ответа Управления ЗАГС по Орловской области ФИО4 (ранее ФИО2) Лариса Алексеевна является дочерью ФИО2.

Следовательно, в силу положений ст. 19 Закона о банкротстве в периоды выплаты ответчику денежных средств ФИО2 относилась к числу заинтересованных по отношению к должнику лиц.

Таким образом, при получении от должника денежных средств ФИО2 не могла не знать об отсутствии каких-либо законных оснований для выплаты дивидендов, а также о наличии неисполненных обязательств перед вышеуказанными кредиторами.

Тем самым, представленными доказательствами подтверждается осведомленность ФИО2 о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемой сделки.

При таких обстоятельствах, учитывая, что оспариваемая сделка совершена в период подозрительности между заинтересованными лицами, при наличии у должника неисполненных денежных обязательств перед кредиторами, в результате ее совершения произошло фактическое безосновательное выбытие из владения должника денежных средств, повлекшее уменьшение размера его имущества на сумму 2 220 762,00 руб. и, соответственно, причинение вреда имущественным правам кредиторов, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что оспариваемая сделка подлежит признанию недействительной по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, подлежит отклонению как несостоятельная, ссылка заявителя апелляционной жалобы на отсутствие оснований предусмотренных п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве для признания сделки недействительной.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции вышел за пределы заявленных конкурсным управляющим требований, подлежит отклонению, как несостоятельный, поскольку в соответствии с разъяснениями, данными в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 «О судебном решении» выходом за пределы заявленных требований является разрешение требования, которое не было заявлено или удовлетворение требования истца в большем размере, чем оно было заявлено. В данном случае, суд принял решение в рамках заявленных требований, не выходя за их пределы.

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих изменить или отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, удовлетворению не подлежит.

Нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции в любом случае, судом первой инстанции не нарушены.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Орловской области от 19.11.2020 по делу № А48–2102/2019(Ж) оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                      Е.А. Безбородов

 

Судьи                                                                                Г.В. Владимирова

 

Т.Б. Потапова